Как выйти замуж

Кассиопея чем-то напоминала Шебу — такая же несущая яркую смерть. Дело было в колючих тропических лесах, куда без бластера мог сунуться только клинический самоубийца или зоолог, решивший изучить смертоносную живность, и в клыкастой кромке отвесных скал: те порой сбрасывали с себя тяжёлые шапки снега и альпинистов, погребая под собой всё живое и дурно пахнущее. Но океаны были гордостью Кассиопеи: кристально голубые, солёные и почти безопасные. Как прогулка по минному полю. Там водились рыбы с такими зубами, что, казалось, их рацион состоит из мелких катеров и дайверов-любителей. Вэнь Сюй стоял на террасе, мокрый, как тюлень, выбравшийся подсохнуть из воды, и смотрел, как летающие рыбы выскакивали из воды и переливались красным в лучах заходящего солнца. Его только что облили ледяной водой из бокала — кассиопейская традиция, на счастье, но Вэнь Сюю казалось, что из него пытались изгнать беса. Уж слишком зловеще улыбался священник, притащенный Сюэ Яном. Спасибо, что дали время, чтобы переодеться, либо утопиться в озере. Уж слишком ласково оно покачивалось от дуновения ветра, намекая на скорые объятья. — Планируешь сбежать? — Он не заметил, как подкрался Сюэ Ян. Сегодня навигатор был непривычно тихий и спокойный. Словно пациент под транквилизатором, которому забыли прописать постельный режим. — Как я могу? — Вэнь Сюй привычно изобразил непонимание, словно это не он только что был главным клоуном под голодными глазами возбуждённой публики. — Может, ты ещё не готов проститься с холостой жизнью, полной голых сисек, бесперебойной выпивки и отсутствия обязательств? — Сюэ Ян оскалился, опираясь спиной о тонкие перила. — Мне нужно пить за двоих. Ванцзи чтёт древний сухой закон, — невозмутимо ответил капитан. Он развернулся в сторону ресторана, собранного из тонких линий и широко распахнутых панорамных окон. — А ешё он будет разнимать самых беспокойных. — Ну, раз ты так считаешь, то пусть гости остаются при стволах, — хохотнул Сюэ Ян. — Иди, клянись в верности. И постарайся не ляпнуть «блядь» вместо «согласен». Хотя, я бы посмотрел на лицо копа, когда ты это скажешь. Вы прям идеальная парочка. Как в той дурацкой пьесе с двойным самоубийством.

***

Стоя у алтарной арки, увитой белыми цветами, и глядя на переодетых копов (тех выдавала выправка и слишком оценивающие глаза) и знакомых контрабандистов (упрямо делающих вид, что они святые), Вэнь Сюй не мог отделаться от мысли, что с согласием на фиктивную свадьбу он переборщил. Стоило просто сбежать в соседнюю галактику, а годика через два Лань Ванцзи точно бы про него забыл. Как и злые псы Лиса, желающие им подпортить кровь. За то, что их главарь был выдан с поличным. Вэнь Сюй вздрогнул от тычка в бок. И понял, что пропустил не только речь священника, но и вопрос. Который явно уже задали во второй раз. — Скажи, согласен, — тихо шипит Сюэ Ян. — Или я женюсь на твоём супруге, просто из вредности. Вэнь Сюй широко улыбнулся, виновато сверкая глазами (пусть священник подумает, что он просто переволновался), и открыл рот, чтобы громко согласиться и немного подколоть Ванцзи, как сработала система оберега от скуки. Сначала какие-то идиоты громко открыли шампанское, девушка-администратор лишилась чувств, решив, что открыли стрельбу, и одновременно с этим раздался первый выстрел, а следом второй. В банкетный зал, украшенный цветами и фарфоровыми ангелами с идиотскими улыбками, ввалилась толпа вооружённых идиотов. Двоих из них он знал (а нет — троих). Судя по нестройному шагу, среди них не было киборгов: они знали, что здесь копы, и решили обезопасить себя (полицейским значком можно было взять киборга под контроль. Только если он не сорванный, как Чжулю). И Вэнь Сюй наконец-то успокоился. Их он как раз-то и ждал. Первый выстрел был мимо. Ушёл в потолок. На гостей обрушилась пыльная крошка. Второй попал в плечо какому-то рыжему копу со смешными усами. Тот взвыл, рефлекторно шарахнулся назад и врезался спиной в стойку, где на бархатной подушечке лежали кольца. Стойка рухнула. Кольца укатились под столы — поднимать их никто не бросился. Вэнь Сюй ринулся в толпу. Вырубил знакомого из банды Лиса и стащил оружие. Проверил заряд бластера, а затем выстрелил. Кажется, попал в плечо. Запахло жареным мясом. Быстро огляделся: Вэнь Цин станнером вырубила какого-то идиота, решившего, что она лёгкая добыча. А теперь тот морской звездой раскинулся на полу. Вэнь Нин юркнул за перевёрнутый стол — похоже, понял, что без оружия он элемент декорации, такой же беззащитный и бесполезный. Рядом дрался Сюэ Ян — на голом энтузиазме и с двумя столовыми ножами, безжалостно вонзая их в руки и ноги несущихся идиотов с методичностью ветряной мельницы. Следующая очередь от бородатого громилы безжалостно уничтожила свадебный торт. Вэнь Сюй обиженно плюнул в него плазмой. Та разъела бронежилет и проплавила дыру в груди. Завоняло так, будто кто-то поджёг мусорный бак с просрочкой. Бронежилет плавился, кожа шипела. Вэнь Сюй почувствовал, что этого недостаточно за гибель торта, который они выбирали восемь часов, обойдя три кондитерских и пережив громкий спор с поваром, который отказывался делать мягкое безе, потому что оно должно быть хрустящим. Рядом прокурор голыми руками угомонил двоих мстителей. Вэнь Сюй еле сдержал восхищённый присвист. Судя по сосредоточенности и той лёгкости, с которой он всё это провернул, ему хватило бы умений сбежать от Сюэ Яна. Вэнь Чжулю мастерски скрутил семерых. Копы ринулись на перехват, защищая двух контрабандистов, скрутили ещё двух знакомых, которые были в розыске за убийство. Вэнь Цин нырнула за перевёрнутый стол к брату, хватая бесхозный бластер с пола. — А-Нин, ты цел? — Я ещё не решил, — ответил Вэнь Нин, продолжая составлять список ущерба. Вэнь Цин методично стреляла по ногам, где-то промахивалась, а где-то весьма успешно выводила из строя, периодически оглядываясь на брата. Сюэ Ян, разгорячившись, вышиб у кого-то из рук пушку-гриль, которая разразилась пламенем. Канапе с креветками пало смертью храбрых, а за ним — стейк из говядины. Потом очередь прошлась по бутылкам. Стекло весело затрещало. Спирт загорелся. — Блядь, мой виски! — Сюэ Ян метнулся в огонь, выискивая уцелевших. И спустя секунду: — А конфеты-то за что? И на фоне этой какофонии Лань Ванцзи разоружил последних двух.

***

Копы приехали быстро. Как и дроны-пожарные, залившие огонь пеной. Ванцзи и ещё парочка копов негромко пересказывали коллегам (опоздавшее подкрепление) произошедшие события. Те выглядели удивлёнными, то и дело оглядывались на остальных. Вэнь Цин перевязывала раненых гостей. Священник молился за упокой душ двух погибших налётчиков и причащался вином из нагрудной фляжки. Сюэ Ян прикладывался к единственной уцелевшей в огне бутылке чистого виски, а Вэнь Нин что-то яростно печатал. — Пожалуй, можем переместиться в парк, — весело заключил подошедший к Вэнь Сюю Сичэнь, его пальцы были заклеены пластырями с черепашками. — Ты в порядке? — Мне, кажется, сломали ребро, — криво усмехнулся Вэнь Сюй, примериваясь к стремительно пустеющей бутылке в руках Сюэ Яна. Вэнь Цин, как и обещала, тяжёлые обезболивающие не взяла. — Сожалею, — Сичэнь выглядел печальным. — Не нашёл нормальные пластыри? — Чем тебя не устраивают черепашки? — возмутился Лань Сичэнь. — Ванцзи, ты выбрал жестокого мужа. — Неправда. Это он меня нашёл. — Ну что, устроим свадебный пикник с фейерверками? — вернулся к началу кассандрийский прокурор. — Зачем? Это же фикция. — Поверь, Ванцзи считает иначе. — Считаю, — негромко подтвердил Ванцзи, подбираясь к ним ближе. Ещё рывок — и он привычно приобнял капитана за плечо. — Свадебный пикник? — Вэнь Сюй усмехнулся. — Мои коллеги заказали ужин. — Ванцзи настойчиво потянул его в сторону парка. — Доставка будет через полчаса.

***

К месту назначения они добрались быстро, перепачканные в саже, у некоторых была порвана одежда, небольшие ранения. Копы и контрабандисты перемешались, шутили. Словно и не было нападения. А лишь обычная драка без правил в каком-то захудалом баре за последнюю кружку пива. Парк был домашним. В том смысле, что люди отогнали колючий лес, огородили энергетическими щитами, высадили сакуры, клёны. Они ещё молодые, довольно шумели, тянулись к солнцу, ещё не поняли, что их занесло далеко не в дружный коллектив. Гости раскладывали пледы прямо на землю (Сичэнь умудрился сгонять домой на флаере и что-то прикупить на рынке по скидке). Кто-то подключился к колонке и включил рок. Священник в подранной рясе достал такую же потрёпанную и слегка подпаленную библию (ею был обезврежен один человек, аккуратно в темечко) и от души начал заново церемонию обручения. — Возлюбленные чада. И не очень любимые Господом нашим. — Священник чуть покачнулся, явно приложился слишком сильно. — Мы все знаем, что эта пара глубоко ценит друг друга. Лично видел, как они защищали друг друга. Господь оценил оригинальность проверки чувств огнём. И сказал: наконец-то свадьбе быть. Вэнь Сюй, ты готов? Вэнь Сюй кивнул. — Готов ли ты в болезни и здравии? Любить и оберегать своего супруга? Быть рядом и поддерживать в трудной ситуации? Быть верным и честным? — А куда деваться? — криво усмехнулся Вэнь Сюй. — Согласен. Священник улыбнулся. Ещё раз покачнулся. Прокашлялся и продолжил: — Лань Ванцзи, согласен ли ты быть поддержкой и опорой? Никогда не предавать, ценить и уважать супруга? Любить и оберегать, даже когда он творит дичь? Терпеть все выходки своего наречённого? — Вэнь Сюй понял, что украденную сутану ему не простили, хотя он вернул её посылкой. — Согласен. — Ванцзи придвинулся ближе, взял его руку. — Объявляю вас супругами перед лицом Господа. Обменяйтесь кольцами, — торжественно закончил священник. Вэнь Сюй усмехнулся: колец-то как раз и не было. — Возьмите. — Сюэ Ян, немного пьяный, в драной окроваленной рубашке, зато с идеальной причёской, протягивал два кольца, скрученных из медной проволоки. — Потом новые закажете. Не ссы, кэп, я их обработал виски. Если будут малы, то у меня ещё где-то завалялась изолента. Вэнь Сюй рассмеялся — устало, беззлобно. Он взял протянутые ободки металла, одно из которых передал Ванцзи. Кольца были чуть свободными. Но Ванцзи мягко их примял, чтобы не соскальзывали. — Горько! — раздалось из зала. Вэнь Сюй несмело поцеловал Ванцзи на глазах у гостей. — Блядь, я сейчас заплачу. — Сюэ Ян отхлебнул из горла ещё виски. — Но ты не плачешь. — удивился Чжулю. — Это потому что я слишком черствый. Раздался громкий свист и хлопки: в воздухе расцвели красные, белые, синие цветы, рассыпаясь искрами. Огни отражались в бокалах с вином, в чашках чая, в глазах гостей и в стёклах флаера. Вэнь Сюй рассмеялся негромко. Похоже, фирменная черта Ланей — держать слово. И вместо праздничного торта были панкейки с малиновым джемом и горячий чай с жасмином.

***

Сидя ночью в пустой пультогостиной (команда тактично улизнула в бар — праздновать окольцевание капитана), с открытыми иллюминаторами, вином и чаем, и каким-то триллером на фоне, Вэнь Сюй привычно устроился под боком домашнего копа: — Когда будем разбегаться? — Вэнь Сюй размеренно покачивал полупустой бокал. — Куда ты так торопишься? — Ванцзи сердито нахмурился. — Наш брак официально зарегистрирован. — Мы договаривались на фиктивную свадьбу! — Я был под опиатами, — возмутился Ванцзи. — И дал слово, что женюсь. Поэтому терпи. Всё равно... — Договаривай. — Перед разводом нужно пройти психологический тест на три тысячи вопросов. — Ванцзи выдержал паузу. — И по традиции сжечь флаер. Огнём очистить карму. За окном снова раздался залп. Похоже, пьяные гости, ещё не доевшие шашлык и опустошившие шампанское, нашли оставшиеся запасы фейерверков. И они расцветали на фоне далёких звёзд. Вэнь Сюй залпом допил вино. И решил, что жечь флаер для развода слишком дорого. — Я буду ждать того момента, как стану вдовцом.