Тот-кого-нельзя-(у)знать

      В крови Тома буквально разожглось неистовое пламя ярости. Он пронёсся к столику с пуншем и на ходу отбросил порядком надоевшую маску. Рядом стояли семикурсники Слизерина, но, увидев Тома, начали перешёптываться. Очевидно, резкие движения и чувствовавшееся за версту скверное настроение старосты не внушали доверия, поэтому студенты поспешили отойти в сторону.       Том, не глядя, схватил бокал и поспешно налил туда пунш. Он прильнул к бокалу, выпивая всё одним глотком, но остудить свой пыл это не помогало.       Эванс каждый день бесил одним своим существованием. Он всё время мельтешил рядом, смеялся и проводил время в компании слизеринцев и гриффов. Возмутительно.       Том рыкнул и зарылся в волосы рукой, сжимая взмокшие пряди.       «Над чем это смеялся этот ублюдок? — мысленно спросил себя Том. — Как же раздражает».       И так каждый раз. Эванс буквально отравлял жизнь Риддла своим присутствием. Он отчаянно думал, как лучше избавиться от новенького, но тот всегда выходил сухим из воды. Руки начинали опускаться.       Мысли метались с бешеной скоростью, притупляя самое главное. Он почувствовал себя странно.       — Что-то не так… — одними губами прошептал Том.       От осознания по телу прошла волна холода. По своей дурости он не заметил за ярким вкусом ягод тонкий, едва уловимый привкус диттани.

***

      Гарри вернулся к своему месту у колонны, рассчитывая провести там остаток вечера и не привлекать внимания, но стоять спокойно больше не хотелось, да и не вышло бы; пальцы то и дело подрагивали, а кадык нервно дёргался.       Гарри решил обойти зал, тут и там наблюдая знакомые лица. Он прошёл мимо Долохова, который что-то упорно доказывал девочкам с младших курсов. Гарри сделал пару незаметных шагов к ним.       — Дамы! Не думайте ходить одни, туалетное чудище до сих пор бродит где-то рядом! — Антонин активно жестикулировал и размахивал руками. Таким образом он пытался в полной мере показать критичность ситуации.       Девочки посмеивались, но прижались друг к другу чуть плотнее. Гарри покачал головой.       «Всё как обычно, бедные девочки», — посетовал про себя Эванс.       Он уже успел за это время немного изучить Долохова и понял, что слушать его стоит только в пяти-десяти процентах случаев. Но парнишка был забавным; таких редко можно встретить в риддловском кружке по интересам, где все невероятно напыщенные и серьёзные. Так Гарри думал поначалу.       В другой части зала он увидел кружащихся в танце Лукрецию и Игнатиуса. Его коричневая парадная мантия хорошо сочеталась с платьем Ции. Гарри выдохнул: хоть кто-то выглядит абсолютно счастливым на этом откровенно скучном мероприятии.       Он скользнул взглядом по стоящей неподалёку Вальбурги, которая в компании Нико недовольно смотрела на Долохова. Видимо, он пытался рассказать им про очередную теорию про своего туалетного монстра. Гарри посочувствовал однокурсникам и прошёл дальше. Сейчас он не имел никакого желания попасться на глаза шебутному Антонину.       Внезапно рядом с ним послышалось что-то, отдалённо напоминающее шелест чешуи. Гарри тут же напрягся. Вряд ли василиск мог почтить их своим присутствием на балу, полном студентов и преподавателей — Том бы такой ошибки не допустил, но Эванс всё равно решил удостовериться.       Звук вёл в ничем непримечательную нишу. Слизеринец осторожно огляделся и ловко скользнул туда: звук приближался и всё больше напоминал шелест чешуи, прямо как у большой змеи.       В укромном уголке он заметил две фигуры. Любой другой человек бы и не обратил внимания, но Гарри бы никогда не спутал затылок его капитана команды в обнимку со старостой школы. Услышав чужое присутствие, Ламент постарался прикрыть плащом Астрикс.       Оказалось звук чешуи исходил от трения костюмов Алексман и Нейла. Гарри на секунду подвис от увиденного, но вовремя опомнился и смущённо вылетел из закутка быстрее освободившихся из клетки пикси.       Он отошёл на максимальное количество метров и прикинулся стеной, желая навсегда это забыть. Через минуту к нему подошёл Нейл. Капитан неловко прокашлялся и сделал шаг вперёд.       — Эм, как много ты успел увидеть? — осторожно спросил Ламент.       Очень редко можно было заметить такое волнение на лице капитана.       Гарри очень правдоподобно изобразил изумление.       — А что я должен был увидеть?       Ламент расплывается в широкой улыбке и хлопает Эванса по плечу.       — Спасибо, — он облегчённо выдыхает и уходит обратно, получив кивок в ответ.       Гарри начал истерично посмеиваться. После всей этой шумихи вокруг василиска он совсем утонул в собственной паранойе.       Накатывающая истерика прошла, и он огляделся; многие разошлись. Он заприметил стакан с пуншем и подтянул к себе, сделав глоток.       Преподаватели стали расходиться вместе с остальными, даже неутомимый Слизнорт уже ушёл к себе, наверняка напившись вдребезги. На этих мыслях Гарри подавился пуншем – тот едва не пошёл через нос. Паника накатила вдвое сильнее, когда он осмотрелся.             Тома нигде не было.

***

      Гарри бежит по коридору, огибая повороты и внутренне молится:       «Только бы успеть».       Он пролетел по лестнице и услышал за одним из поворотов копошение.       — Санэ! — раздался спотыкающийся голос. Следом послышалось шипение от неудавшегося заклинания.       К сожалению, Гарри уже знал, кого он там увидит.       На полу, привалившись к стене, сидел растрёпанный Том; ворот рубашки под парадной мантией был расстёгнут, а рука блеснула кровью. Судя по всему, рану не получалось залечить из-за подрагивающих пальцев.       Том почувствовал чужое присутствие и бросил усталый взгляд на вышедшего из-за угла Эванса. Чужое лицо скривилось от негодования.       — Снова ты! Оставь меня уже в покое! — прошипел Риддл, схватившись за руку.       Гарри хотел возразить, ведь это именно Том со своими подручными не дают ему прохода с самого первого дня пребывания в школе. Но он лишь присел на корточки рядом с парнем. Ключевое событие предотвратить не удалось, как бы ни хотелось, но всё ещё можно позаботиться о последствиях.       Том попытался отползти подальше от Гарри, но ноги уже не держали, а дрожь перенеслась на всё тело. Сзади была только стена, так что чужие попытки сбежать не увенчались успехом.       Гарри старался не проявлять никаких эмоций и с подчёркнутым спокойствием разглядывал разбитые костяшки на левой руке. Палочка скользнула из крепления, и он методично залечивал раны, остановив перед этим сочащуюся кровь.       Со стороны его действия наверняка выглядели странно. Ещё недавно Риддл со своей свитой гоняли его как дранного Гиппогрифа на протяжении нескольких месяцев, но несмотря на это Гарри безумно хотел успокоить Тома и прижать к груди. Как бы слизеринцы он не кичился своей силой и властью, он всё ещё был ребёнком, который не должен был проходить через всё это.       Эванс сжал зубы. Сильнее хотелось сейчас только дойти до кабинета Слизнорта и заавадить его на месте, даже наплевав на охранные чары.       — Перемирие окончено, какого Мордреда ты творишь?! — сквозь зубы рявкнул Том.       Гарри устало посмотрел на него и продолжил залечивать мелкие ссадины.       — Перемирие заканчивается в полночь, а до неё ещё минимум минут пятнадцать, так что уймись и не мешай.       У Тома от такой наглости вырвался удивлённый вздох. Он открывал и закрывал рот, словно жадно хватающая воздух рыба на суше.       Его невероятно бесило всё происходящее; непрошенный помощник и маска Эванса. Он захотел, чтобы этот придурок снял это позорище и протянул руку, попытавшись дёрнуть маску вниз. Не вышло. Гарри не ожидал, что Риддл попытается сдёрнуть маску прямо с лица и в итоге они столкнулись лбами. Послышалось зеркальное шипение.       — Что ты творишь?!       — Какого чёрта она не снялась?       — Потому что я не смог бы ничего увидеть! Или ты думаешь, что я её на очки надел?!       — Да кто тебя знает, идиот! — гневно прошипел Риддл.       — Хватит на меня шипеть, успокойся!       Они обиженно друг от друга отвернулись.       «Невозможный», — пронеслось в мыслях у обоих.       Гарри подавил в себе раздражение и повернулся к Тому:       — Время позднее, пошли в гостиную. — Гарри приподнялся и отряхнул колени, выставив одну руку.       В глазах Тома полыхнуло что-то странное. Он выждал несколько секунд и смиренно выдохнул. Рука сама потянулась к Гарри.

***

      До гостиной они дошли молча, Гарри лишь иногда поглядывал в сторону старосты, чтобы тот ненароком не споткнулся. Сейчас Том прошёл чуть дальше.       — Как много ты видел? — прошипел он на парселтанге, не оборачиваясь.       Гарри незаметно усмехнулся. Многовато чужих тайн он узнал за один только час. Он скрестил руки на груди и обогнул Риддла. Острый взгляд пронзал его насквозь.       — Не беспокойся. Я никому не расскажу, что старосты тоже могут спотыкаться и неудачно падать после пунша.       Том заторможенно кивает и тихо уходит в свою комнату.       Гарри остаётся один в тишине гостиной и бросает взгляд на двигающиеся под водой водоросли. Лунные лучи играют с морскими жителями и отбрасывают свой свет в полумрак помещения. Эванс медленно прикрывает глаза и наслаждается одиночеством.       Где-то в глубине замка часы пробивают ровно полночь.       В глубине души он загадывает одно единственное желание и открывает глаза, с тоской глядя на место, где ранее стоял Том.