Морем.

Солнечные лучи пробивались сквозь занавески, мягко освещая комнату и падая на подушки. Птицы за окном терпеливо воспевали новый день, купаясь в лучах. Ничего не могло нарушить эту идиллию... Ну или почти... Резкий толчок в бок заставил распахнуть глаза. Переход из бессознательного в осознанное дался тяжело; прошло несколько мгновений, прежде чем я понял, где нахожусь и что происходит. «Оказалось, это новый Максов способ разбудить меня на завтрак», — утро началось явно не с кофе... Дальше пошла рутина: уход за собой, кухня, неспешное кофе и поцелуи. Не буду спорить: по утрам мне больше всего нравится последний пункт списка, в котором я как раз и находился. — Ты всю ночь крутился, не дал поспать, — сказал Макс, усмехаясь. Но мне на секунду послышалось другое. «Ты мне мешаешь». Я замер с кружкой в руке. Сердце кольнуло. Он отвернулся к ящику и, ковыряясь в нём, что-то напевал. Показалось. Просто не выспался. Он же не мог сказать такое, правда? Да. Конечно. Я отпил глоток кофе. Горьковатый, в самый раз. Он всегда помнит, сколько сахара мне класть. Мелочь, а приятно. Снова посмотрел на Макса — он уже стоял у окна, подсвеченный солнцем, и жестикулировал, рассказывая что-то про вчерашний сериал. Губы двигались, но я не слушал. Я откровенно любовался им. Всё в нём было на своём месте, даже морщинки во время улыбки не портили, а дополняли. Всё хорошо. Всё хорошо. Всю дорогу до пляжа я повторял это как мантру. Тёплый песок под ногами и рука, сжимающая мою собственную, успокаивали мысли, встревоженные утром. — Чарли? Чааарли.. Земля вызывает Чарли! Эй! — А? Ох... Прости, не знаю, что на меня нашло... Вместо ответа он поцеловал меня, словно показывая, что не злится. Капли падают прямо в море, расходясь рябью по кромке воды. Дневной зной уступил место прохладе, но кожа, липкая от пота, ещё хранила его отголосок. Спокойствие этого места притягивает. Мы нашли его вместе, и с тех пор оно наше. Наш тихий рай вдали от тесного и шумного города. Мне нравится чувствовать тепло его рук, когда он заключает меня в объятия, ловить его робкие взгляды, полные любви. Не знаю, что будет дальше, но одно точно: мой дом здесь — в этом месте и с этим человеком. Шум волн действует как колыбельная после долгого дня. Любимые руки гладят меня по голове так нежно, будто если приложить чуть больше усилий, я сломаюсь, словно хрустальная статуя. Кажется, ещё мгновение — и сон заберёт меня целиком. — Ты не слушаешь.. — еле слышно доносится звук словно сквозь толщу воды. От звука резко распахнул глаза. Он сидит рядом, улыбается. Внутри под рёбрами кольнуло, и где-то глубоко появилось чувство тревоги, но я не придал этому значения. — Прости, ты что-то сказал? Я, кажется, задремал. Он покачал головой, всё так же улыбаясь. Но внутри, под рёбрами, тревога не уходила. Она свернулась там, как змея, и только сильнее сжалась, когда я посмотрел на его руки — те самые руки, которые только что гладили меня по голове. Теперь они просто лежали на песке. Спокойные. Чужие. Чужие? Нет... Совсем нет... Эта мысль слишком странная. Не к месту. Не к нему. Мы ещё долго сидели молча. Я смотрел на море, а потом он взял меня за руку, и мы пошли домой. Всю дорогу я пытался стряхнуть чувство, что оставил на пляже что-то важное. Но отчаянно не мог вспомнить — что.