Отсутствие несчастья

— В этом не было никакой необходимости, Северус. Этот голос Снейп знал — он вызывал в нём одновременно раздражение и странное, почти забытое чувство покоя. — Трудно представить иную реакцию при подобных обстоятельствах, директор. И этот голос он тоже знал. Неужели он и впрямь звучит так брюзгливо? — Насколько я мог судить, этот самозванец явился, чтобы убить меня и занять моё место с помощью оборотного зелья. — Для испуганного человека — вполне естественная реакция. Великодушно, ничего не скажешь, мысленно скривился Снейп. — Любезно с вашей стороны так это формулировать. Есть предположения, что это за… явление? И — неужели именно так звучит моя усмешка? — Пожалуй, лучше спросить у него самого. Он уже несколько минут как в сознании. Проклятый Дамблдор. Снейп заставил себя открыть глаза и уставился в очередной потолок. Этот был заметно чище предыдущего, хотя и ему не помешала бы уборка. — Я провёл первичную оценку обстановки, — сказал он, садясь и мрачно оглядывая комнату. По спине пробежала дрожь. Вид собственного двойника не становился легче. — И успели? — с живостью спросил Дамблдор, устраиваясь в кресле напротив. — В достаточной степени, — отрезал Снейп. — По крайней мере, услышанного хватило, чтобы уверить вас: я не самозванец. — Вы хотите сказать, что самозванец — я? — шелковисто осведомился второй Снейп. Снейп смерил его холодным взглядом. Одно дело — зеркало или омут памяти. Совсем другое — стоять лицом к лицу с живой, дышащей копией себя. И, надо признать, зрелище было удручающим. — Сравнительный анализ нашей внешности не представляет сложности, — сухо произнёс он, окинув второго оценивающим взглядом. — Я — младше. Вы же… — короткая пауза, — безусловно, старше. — И, разумеется, мудрее, — огрызнулся тот. — Полно, — спокойно вмешался Дамблдор. — Нет нужды ссориться… между собой. Он усмехнулся собственной шутке, переводя взгляд с одного на другого. Снейп нахмурился — и тут же заметил, что его двойник делает то же самое, — и с усилием разгладил брови. — Вот и хорошо, — удовлетворённо сказал Дамблдор. — Итак, Северус… вернее, мой Северус… полагаю, наш гость видит ситуацию точнее. Он действительно моложе вас. — Старый волшебник посмотрел на него тем самым взглядом, от которого невольно хочется поёрзать, как провинившемуся ученику. — И, к слову, несколько менее бледный. Любопытно. * * * — Нам предлагается просто принять на веру, — холодно произнёс Снейп, — что это существо — некая версия меня? Притом что, в какое бы время я ни жил, я, смею полагать, не имею привычки втирать виноград в волосы. Он потянулся к голове — и верно, пальцы наткнулись на липкую мякоть. Поднеся их к глазам, он уставился на остатки упитанных мускатных ягод. Его старший двойник ухмылялся, но Снейпу не хотелось отвечать колкостью. Он растёр пальцы, размазывая сок по испачканной коже, — почти с удивлением. Виноград был настоящим. А значит, и всё остальное — тоже. И он сам — настоящий: не самозванец, не призрак, не безумец, отравленный неизвестным зельем. Где-то его ждало подземелье, полное волшебных фруктов. Где-то его ждал Гарри — и в его зелёных глазах была только любовь. — Я был у себя в лаборатории, — сказал он, не отрывая взгляда от липких пальцев. — Произошёл взрыв. — Продолжайте, — мягко подбодрил Дамблдор, подаваясь вперёд. — Взрыв? — Позвольте, — вмешался другой Снейп. — Прошу вас, Северус, — сказал Дамблдор. — Боюсь, это начинает путаться. Придётся называть вас Северусом-Настоящим, а вас… — он улыбнулся, — Северусом-Прошлым. Продолжайте. — Рассказ, надо же, — протянул Северус-Настоящий. — Позвольте уточнить, прежде чем мы дойдём до кульминации: из какого, с позволения сказать, далёка вы к нам явились, о Двойник Мой? Снейп-Прошлый посмотрел на него с откровенной неприязнью. Мерлин, каким самодовольным болваном он стал. К счастью, он уже не такой. — Тысяча девятьсот восемьдесят шестой, — коротко ответил он. — Могу продолжить? — Прошу, — великодушно бросил Северус-Настоящий, устраиваясь в кресле. — Я работал над экспериментом, который с поразительным упорством взрывался и производил фрукты, — Снейп указал на руку. — Один из взрывов вскрыл нечто вроде потайной ниши в стене. — Надо же. — В нише стоял флакон, — продолжил он сквозь зубы, — с кристаллизованными остатками древнего зелья. Короче… — Поздно. — Я случайно коснулся кристаллов, — быстро закончил Снейп-Прошлый. Пальцы у него так и чесались сомкнуться на горле этого самодовольного идиота. Но он не был уверен, что произойдёт, если задушить собственное будущее «я», и, решив, что и без того влип достаточно, сдержался. — И это всё? — с показным разочарованием протянул Северус-Настоящий. — Ни светящихся воронок, ни волшебных зеркал? Даже феи-крёстной не нашлось? — Возможно, это всего лишь моя более молодая — и, очевидно, более острая — голова, — сухо ответил Снейп-Прошлый, — но ничего невозможного я здесь не вижу. — Он повернулся к Дамблдору. — Вам доводилось сталкиваться с подобным, директор? — С таким — нет, — признал Дамблдор. — Но это вовсе не означает, что я вам не верю. Нам ещё предстоит разобраться, с чем мы имеем дело. — По-моему, всё очевидно, — торжествующе заявил Северус-Настоящий. — Это, — он небрежно кивнул на двойника, — всего лишь неуклюжая попытка проникнуть в школу под моей личиной. — Вы так думаете? — Именно. Захваченный мною прежде, чем успел причинить вред, он теперь сочиняет эту абсурдную историю. Он резко шагнул вперёд, почти вплотную приблизившись к Снейпу-Прошлому; тот невольно отшатнулся. — Вам следовало хотя бы изучить того, кого вы собирались подменить, — холодно сказал Северус-Настоящий. — Даже поверхностное знакомство с моей биографией показало бы: десять лет назад меня здесь не было. Слова ударили Снейпа-Прошлого, и он вскочил. — Что?! Палочка уже была в руке его двойника. — Осторожно, директор. Его ложь раскрыта. Кто знает, что он предпримет. — Замолчите, — пробормотал Снейп. Мысли стремительно складывались. Вот оно что. Вот почему студенты его узнавали. Вот почему Гарри смотрел на него с ненавистью. Его перенесло не только во времени — но и в другую реальность. И это означало, что этот Снейп так и не… Он резко посмотрел на своего двойника. — В тысяча девятьсот восемьдесят шестом вы не жили в Хогвартсе? — Нет. — Значит, вы не отправили его… — тихо сказал Снейп. — К Гарри. — К Поттеру? — недоверчиво переспросил Северус-Настоящий. — К Гарри Поттеру? Изумление мгновенно сменилось яростью. — Мог бы догадаться! — прошипел он. — Это Поттер и его дружки устроили всё это! Вы знали, директор? — Не знал. И позволю себе заметить, Северус… то есть Северус-Настоящий, — вы тоже этого не знаете. Дадим слово Северусу-Прошлому. — Я не из вашего прошлого, — с усилием произнёс Снейп. — И вы не моё будущее. Он почувствовал облегчение. — Наконец-то, — язвительно отозвался двойник. — И причём здесь Гарри? — спокойно спросил Дамблдор. Снейп перевёл взгляд с одного на другого. — Он мой сын. Тишина рухнула, как взрыв. Двери и окна с грохотом захлопнулись, чары защёлкнулись на месте. Дамблдор вскочил, хватаясь за палочку. — Полагаю, мы полностью захвачены вашим рассказом, — сухо сказал он. — На случай дверей, о которых вы не знаете. — Он повернулся к Снейпу. — Эта тайна не должна выйти за пределы этой комнаты. До сих пор о ней знали лишь двое. Никто живой — кроме нас. Снейп посмотрел на своего двойника — и вместо презрения почувствовал странную жалость. — Но я не понимаю, — сказал он. — Как может существовать мир, в котором никто не знает, что Гарри — мой сын? — Не называйте его так, — резко бросил Северус-Настоящий. — Несколько унций семени ничего не значат. — Да, — тихо ответил Снейп. — Я тоже так думал. — Потому что это правда! — вспыхнул тот. — Достаточно взглянуть на него — ничего моего, весь в Поттера! — Северус, — мягко вмешался Дамблдор. Тот замолчал, сжав губы. — Возможно, это слишком для вас, — предложил директор. — Я могу продолжить. — Нет, — резко ответил Северус-Настоящий. — Я разберусь. — В таком случае изложим суть, — спокойно сказал Дамблдор. — Молодой Северус, по всей видимости, был перенесён сюда из своего времени и своей реальности. Там он признал Гарри Поттера своим сыном и работает в Хогвартсе. — Работаю и живу здесь, — подтвердил Снейп. — С Гарри. Северус-Настоящий едва заметно дёрнулся, но промолчал. Дамблдор прошёлся к столу, задумчиво поглаживая бороду. Впервые Снейп видел его хоть немного выбитым из равновесия — но сейчас было не до этого. — Гарри живёт с вами? В тысяча девятьсот восемьдесят шестом ему было шесть лет. Вы хотите сказать, что взяли его после гибели Джеймса и Лили? Снейп покачал головой. — Нет. Тогда я был таким же, как он, — кивок в сторону двойника. — Не считал себя ответственным за эту жизнь. Полагал, что мальчик в безопасности под вашей защитой. Если вообще об этом думал. — И что изменилось? Северус-Настоящий чуть наклонил голову, слушая. — Вы, — прямо ответил Снейп. — В канун Рождества, когда ему было пять, вы отправили меня к нему. — Вот как… — задумался Дамблдор. — Я не упомянул причину? — Вас тревожили сведения о том, как с ним обращаются магглы, у которых он жил. Снейп поморщился, но не стал развивать. — Тревожили? — лениво переспросил двойник. — Он ведь жил у родственников? — У родственников по матери, — мягко уточнил Дамблдор. — И, признаться, я желал ему лучшей доли. — Он жив, не так ли? — холодно отозвался Северус-Настоящий. — Без богатства и положения, но цел и невредим. И не благодаря собственной рассудительности. Снейп переглянулся с Дамблдором. Тот знал. И всё же не вмешался. — Почему? — тихо спросил Снейп. — Почему вы оставили его там? — Я рассматривал иные варианты, поверьте, — ответил Дамблдор. — Это решение не доставляло мне удовольствия. — И всё же вы его приняли. — Да. Он был в безопасности. Нигде в мире он не был бы защищён лучше. Я не мог рисковать его жизнью ради… чувств. — И всё же вы рискнули, — резко сказал Снейп. — Я — доказательство. Где-то вы это сделали. И правильно сделали. — Для кого? — спокойно уточнил Дамблдор. — Для вас — несомненно. — Избавьте меня, — взорвался Северус-Настоящий, вскакивая. — Я не намерен слушать эти сентиментальности! Разбирайтесь с этим сами, директор. Он шагнул к двери, снял заклятие. — И я не желаю видеть это, — он резко указал на двойника, — в своих подземельях. Дверь захлопнулась. Снейп перевёл взгляд на Дамблдора. — Вы действительно считаете, что поступили правильно? — Да. Ответ прозвучал без колебаний. Снейп вгляделся в спокойные голубые глаза — безрезультатно. — Почему? — У магглов есть выражение: иногда жестокость — и есть подлинная доброта. — Очень по-маггловски. — И всё же разумно. — Что это дало Гарри? — Безопасность. И незаметность. — Со мной он в безопасности. — Рад это слышать. — Но вы не верите. — Я предпочитаю не спешить с выводами. Худшее впереди. — Мы справимся. — Надеюсь. Сейчас его защищает вся школа. — В моей реальности у него есть и школа, и я, — холодно сказал Снейп. — Да… вы, — задумчиво отозвался Дамблдор. — Интересно, понял ли мой двойник, от чего отказался. — Я не умер. — Я говорю о вас как об участнике игры, Северус. — Скорее, о пешке. Дамблдор приподнял бровь. — Вы держите Гарри в стороне, пока он не станет полезен. Сохраняете фигуры. Жертвуете мной. Вам нужен шпион без привязанностей. Пауза. — Да, — тихо сказал Дамблдор. Снейп откинулся в кресле. — Вот как… — Мне не в чем себя упрекнуть, — продолжил директор. — Я не выбирал ни роли, ни дара. Но война пришла ко мне. — Вы уже воевали. — И надеялся, что одного раза хватит. Снейп вдруг заметил, как он постарел. — Значит, всё это — часть расчёта? — Не столь точного, чтобы называть его планом. Но я видел возможный исход. — Прекрасно, — горько усмехнулся Снейп. — Один несчастный ребёнок — небольшая цена. — Я бы предпочёл иначе. — А я — не взрывать лабораторию этим утром, — сухо ответил Снейп. — Мне было бы спокойнее не знать, что где-то мой сын может смотреть на меня с ненавистью. И что существует Дамблдор, достаточно трезвый, чтобы понимать: шпион, которому есть ради чего жить, — плохой шпион. Он усмехнулся. — Хотя, признаться, это заставляет меня больше ценить своего Дамблдора. — Значит, хоть в этом я оказался полезен, — тихо сказал тот. — А теперь попробуем вернуть вас обратно. Снейп выпрямился. — Каким образом? — Начнём с вашего зелья. В подземельях. Он покачал головой, заметив движение Снейпа. — Нет. Оставайтесь. Мой Северус был вполне серьёзен.