Я хочу быть с тобой

«Я сам и не понял, как так произошло, что я уснул у него в объятиях... А вдруг он меня тоже... Любит?..» Ян замер с ручкой в руке, мгновенно поняв, что вообще написал. Тут же перечеркнул последнее слово и продолжил писать. «Жаль, что у него есть семья... А не я. Жаль, что это всё было спонтанным дружеским действием. Я бы хотел, чтобы он не видел во мне простого друга.... Я бы очень хотел... Он смотрит на меня так же, как и на всех остальных... Даже на меня чуть более отстранённо. На что я вообще надеюсь?..» Клавишник прикрыл глаза, забегая куда-то внутрь своих мыслей. Почему нельзя сделать всё так просто? Почему Андрей не может просто подойти к нему, сказать эти три слова... И всё будет хорошо. «Сегодня вновь нужно будет сидеть в гримёрке... вместе с ним. А на моём флейтистском соло в "я никому не верю" подойдёт ко мне. И будет играть вместе со мной. А я буду изнемогать от распирающих меня чувств.» Ян уткнулся лбом в стол, тяжело вздыхая. Что с ним не так? Почему так случилось? Он посмотрел на немного помятый вид тетради, зацепился взглядом за самую большую мятую полоску, которую сделал нечаянно он сам, когда Звонок подошёл к ней с интересом. Ян замахнулся ею и закинул на кровать. Потом подошёл к ней и сел рядом, закрыв глаза. «Надо бы спать...» — пронеслось у него в голове. Завтра концерт, значит, нужно будет как следует выспаться, чтобы не свалиться замертво прямо на сцене, ибо с переживаниями по поводу обьекта своего обожания, Ян начал больше уставать и меньше спать, отдаваясь тревоге и мечтательным мыслям. Не разбирая кровать, он так и заснул на ней сном замученного человека.

***

Ян, на своё удивление, на концерте играл довольно уверенно, полностью отдаваясь музыке. Точнее, пытаясь. Как бы сильно он не вдавливал пальцы в клавиши, его мысли всё равно возвращались к восхитительному человеку впереди него. На своём бэк-вокалке он старался брать ноты как можно выше, пытаясь чувствовать внутреннюю свободу, пытаясь слиться в один голос с Лёвой, Шурой и Звонком... Он хотел думать о нём. Но в то же время боялся, мешая такую навязчивость с манией по Андрею. И вроде бы на данный момент всё было хорошо. Вроде бы всё просто прекрасно и ординарно. Но до того момента, пока они не начали играть "я никому не верю". Николенко начал играть свою партию, закрыв глаза, потому что уже изначально догадывался о том, что Андрей непосредственно подойдёт к нему, сливая их оба инструмента в одно звучание. От преждевременного волнения руки Яна предательски намокли, движения по клавишам флейты стали мокрыми, скользкими. Ян, не выдержав, открыл глаза, упорно бегая пальцами по клавишам инструмента. В момент партии, где к нему должен начать присоединяться Андрей, тот конечно же, быстро переместился к Яну. Последний страдальчески взглянул на Звонка, пытаясь спокойно играть. Но в это мгновение он понял. Сфальшивил. Не туда нажал. Ян вновь прикрыл глаза, пытаясь успокоиться. Он играл дальше, не смотря на то, что его палец слетел с клавиши. Он лишь молился, чтобы этого не заметили в зале. Остальная часть выступления, на счастье болванчика, прошла спокойно.

***

— Янчик, блять, ну всё же хорошо было! — негодовал Шура. — Ты как мог, сука, сфальшивить? Нет, спасибо, конечно, что это было незаметно. Для зала. Мы уже блять два года играем эту песню. Как так получилось вообще, ну? Ян сидел, печальным взглядом упираясь в пол. Действительно. Как так вообще получилось? Его самого мучал этот вопрос. Он поднял голову, оглядывая всех остальных. Никто явно не злился, по крайней мере, на вид. Андрей, хоть и сидел поодаль, как обычно, печально, даже несколько встревоженно смотрел на Яна. Тот, заметив его пристальный взгляд, отвернулся к Шуре. — Я... я не знаю. Это случайно. — Николенко, подняв страдальческий взгляд на Шуру, даже не знал, как решить проблему. — Ребят, ну, простите, я же нечаянно... — Да ладно, не извиняйся. — махнул на него рукой Уман, который, судя по всему, вовсе не злился. — Всё нормально. Просто будь внимательнее, пожалуйста. Не первый год в коллективе. Ян благодарно кивнул. Звонок, сидевший в другом конце гримёрки, коротко улыбнулся. Музыканты переоделись, собрались и вышли из гримерок. На улице их встретили небольшая кучка фанатов, однако милая улыбка Левы и внушительный голос Шуры спокойно дали понять, что у музыкантов сейчас нету особо времени. Машина, точнее приватный бусик, спокойно ехал по ночной дороге, звук колес, которые бились об камни, и открытое ночное небо, обволакивали проезжих с головой. Ян настолько уплыл в свои мысли о сегодняшней ошибке, что даже и не заметил как быстро они приехали в отель. Ян зашёл в свой номер, закрыл дверь и с уставшим стоном упал на кровать. Ему не нравилось, что он начинает бояться Андрея, но также ему не нравилось осознание того, что тот слишком холоден и просто дружелюбен по отношению к нему... Мечтая каждую ночь о совместном ежедневном времяпрепровождением со Звоном, флейтист только всё больше погружался в себя, уже почти отдаваясь в свои фантазии, туда, где он счастлив с Андреем. Ян повернул голову, увидел, что тетрадь он так и не убрал с кровати. Он резко схватил её и закинул в багаж с вещами. Никто ничего не должен знать. Измученный болванчик вышел из своего номера и неосознанно направился к номеру Звонка. Было уже около одиннадцати вечера, значит тот непременно должен быть у себя. Ян нерешительно подошёл к двери, также нерешительно в неё постучал, немного подождал, но ничего так за дверью и не услышал. Но вдруг обернулся на шаги, увидев Лёву. — Звон ушёл. — спокойно произнёс Бортник, увидев Яна. — Куда?.. — Не знаю. Сказал просто, что скоро придёт. Ян понимающе, но безучастно кивнул, вновь размышляя о чём-то своём. Потом молча направился обратно, мысленно вопрошая себя, куда бы Андрей мог уйти на ночь глядя? Он зашёл в свой номер, устало осев на кровати. Время казалось очень тягостным и бесконечным. Когда придёт Андрей? Ян уже начал медленно засыпать, когда его разбудил стук в дверь. Потом повернулась ручка и вошёл Андрей. Николенко редко запирался. — Лёва сказал, что ты меня ждёшь. — улыбнулся Звонок, присев на кровать рядом с Яном. — Да... я стучался к тебе в номер. — тихо ответил Ян, не зная куда себя деть. Андрей засмеялся лёгким смехом, вызывая на лице флейтиста улыбку. Тот сам и не понимал, почему он улыбается, а Андрей вообще смеётся... как дурачки. — Пошли ко мне? Я тебе кое-что подарить хочу. — Это ты ради меня пропадал всё это время? — переместился в шуточную форму Ян, забыв о недавнем напряжении и волнении. Звонок в ответ лишь хихикнул. — Так пойдёшь? — Конечно! Спрашиваешь ещё. Ян последовал за Андреем в его номер. Когда они зашли в него, Звонок произнёс: — Садись... э, ну, вообще, куда хочешь. Ян сел на кровать, ожидая Андрея, который открыл ящик стола и достал что-то оттуда. Когда Звонок повернулся к нему с сияющей улыбкой на лице и что-то держа у себя за спиной, Ян вопросительно на него посмотрел, оперевшись за спиной руками на кровать. Андрей неспешно подошёл к Николенко, все ещё не показывая, что у него за спиной и сел рядом, буквально прижимаясь своим боком к боку Яна. — Ну и что это значит? — спросил Ян. Ему уже было конкретно невтерпёж. Звонок вытащил из-за своей спины небольшой букет ромашек. Ян уставился на него с откровенным недопониманием и нескольким страхом. — Ну? Как тебе? — спросил Андрей, видя недоумевание на лице болванчика. — Э..это мне?.. — Ну а кому же ещё? — с этими словами Звонок мягко прислонил букет к лицу Яна, безмолвно предлагая вдохнуть запах цветов и мягко приобняв за плечо. А может и за талию, этого Ян уже вообще не помнил, пока вдыхал полными лёгкими цветы, и, может быть даже, едва уловимое касание мягких губ Звонка к Яновой щеке, или ему это вообще показалось? Николенко прикрыл глаза. Он уже, кажется, начал путать реальность с фантазией. — С-спасибо, Андрю... Андрей. — промямлил Ян, сжимая в руке цветы и как-то по-глупому на них смотря. Андрей на это лишь слабо улыбнулся и неловко потрепал Яна по затылку: — Пожалуйста, Янчик, ты молодец, не накручивай себя за ошибку. Такое бывает, я даже не заметил. А остальные в зале тем более. Это Шурик просто перфекционист. И как бы то не было, но настроение Николенко явно поднялось.