Глава 5: Рассвет в саду
Когда последний рычаг был повернут общими усилиями Хагги и Игрока, гул в трубах затих.
Чёрный ихор перестал прибывать, а тот, что успел разлиться, начал медленно впитываться в специальные дренажные отверстия, которые открыл Дайл.
В Лобби наконец воцарилась тишина — не пугающая, а облегчённая.
Денди стоял посреди зала, поправляя помятые лепестки.
Его маска «идеального хозяина» дала трещину, и теперь он выглядел просто… усталым.
— Что ж, — произнес он, глядя на разношерстную компанию.
— Похоже, вы справились. Я недооценил то, на что способны «бракованные» игрушки.
Вии подошла к Хагги и легонько ткнула его в плечо.
На её экране появился смайлик в виде сердца.
Хагги издал тихий, довольный звук, напоминающий мурлыканье.
Они поняли, что даже в самом безумном мире можно найти того, кто будет понимать тебя без слов.
КэтНап и Астро сидели на возвышении, наблюдая, как сквозь стеклянный купол Лобби пробиваются первые лучи искусственного солнца.
Игрок, Спраут, Кисси и Пеббл сидели кругом, обсуждая, как они будут восстанавливать этот этаж.
Но в самом тихом уголке Лобби, под раскидистым механическим деревом, сидели Лили и Шелли.
Шелли осторожно вертела в руках одну из своих ракушек, глядя на свои испачканные в ихоре ладони.
Она всё ещё не могла поверить, что они выжили.
Лили сидела рядом, её лепестки снова расправились и начали нежно светиться.
— Знаешь, — тихо начала Лили, не глядя на подругу.
— В Playtime Co. я всегда была просто декорацией. Красивым цветочком, мимо которого все проходили. Я думала, что так будет всегда.
Когда Лили произнесла эти слова, Шелли на мгновение замерла.
Она опустила взгляд на их переплетенные пальцы, и по её лицу скользнула странная, непривычная для неё дрожь.
— Лили... — голос Шелли едва заметно дрогнул, став тише шелеста листвы.
— Знаешь, я всю жизнь думала, что моя «невидимость» — это мой щит. Что если меня никто не замечает, то никто не сможет меня обидеть или разочаровать.
Она подняла глаза на Лили, и в них блеснули искры — то ли от искусственного света Лобби, то ли от подступивших слез.
— Но сегодня, когда ты искала меня в этой темноте на 29-м этаже... когда ты позвала меня по имени... я поняла, как сильно я ошибалась. Оказывается, быть «замеченной» — это не страшно. Это... как будто в тебе зажигают свет, о котором ты сама забыла.
Шелли чуть крепче сжала ладонь подруги, словно боясь, что та исчезнет, как мираж.
— Спасибо тебе. За то, что не прошла мимо. Обещаю... теперь, если кто-то не заметит тебя, он столкнется со мной. Мы больше не тени, Лили. Мы — те, кто выжил вместе.
Она улыбнулась — впервые за всё это время по-настоящему, открыто и без страха.
Лили почувствовала, как по её собственным лепесткам разливается тепло.
В этом разрушенном, пропахшем ихором зале они обе наконец-то обрели свой настоящий дом — друг в друге.
