В прошлое по воле смерти

После завтрака. Коридор. Дамблдор подошёл к Гарри, когда тот выходил из Большого зала. — Профессор Певерелл, уделите мне минуту. — Конечно, Альбус. Они зашли в пустой класс. Дамблдор закрыл дверь палочкой и повернулся к Гарри, сложив руки на груди. — Мистер Малфой исчез. Мистер Риддл ходит сам не свой. И вы, простите, выглядите так, будто не спали неделю. Что происходит? — Личные дела, — спокойно ответил Гарри. — Я уже объяснял. — Абраксас Малфой — сын влиятельного человека. Если с ним что-то случилось, министерство начнёт расследование. И тогда ваши… неформальные отношения со студентом станут достоянием общественности. Гарри посмотрел Дамблдору в глаза. Ни тени беспокойства. — Абраксас Малфой жив и здоров. Он уехал по семейным обстоятельствам. Его отец уже уведомлён и не имеет претензий. Дамблдор прищурился. — Вы очень уверены в своих словах. — Я уверен в фактах, — Гарри достал из кармана мантии пергамент и протянул Дамблдору. — Письмо от старшего Малфоя. Он просит не беспокоиться и подтверждает, что Абраксас не вернётся в Хогвартс до конца года. Дамблдор пробежал глазами письмо. Подпись и печать были подлинными — он не мог этого не признать. Но в глазах мелькнуло сомнение. — Каким образом вы… — Это неважно, — мягко перебил Гарри. — Вопрос закрыт. Он забрал письмо и спрятал обратно. — Если это всё, Альбус, меня ждёт урок. Дамблдор молча смотрел ему вслед. Гарри вышел из класса, плотно закрыв дверь. Старый профессор остался один. Он был почти уверен, что Гарри Певерелл что-то скрывает — но доказательств не было. А письмо Малфоя выглядело безупречно. — Что ж, — пробормотал он себе под нос. — Посмотрим, как долго вы сможете сохранять эту маску. --- Библиотека. Днём. Том сидел в дальнем углу, заваленный книгами по защите от тёмных искусств. Он не читал — смотрел в одну точку на странице. Гарри подошёл бесшумно, сел рядом. — Дамблдор пытался давить, — сказал Гарри тихо. — Но я отбил атаку. Том поднял голову. В его глазах мелькнуло напряжение — плечи чуть поднялись, пальцы сжали перо. — Он что-то подозревает? — Не уверен. Но доказательств у него нет. Письмо Малфоя-старшего выглядит настоящим. Дамблдор отступил — пока. Том кивнул. Помолчал. — А если он узнает правду? — Тогда будем решать по ситуации, — Гарри посмотрел на него. — Но я не позволю ему забрать тебя. Никуда. Том опустил взгляд. Долго молчал. Потом кивнул. --- Северная башня. Ночь. Том лежал на диване, укрытый пледом. Гарри, как обычно, устроился в кресле, но через час Том позвал: — Ложись рядом. Я не буду спать, если ты будешь сидеть и смотреть на меня. Гарри перебрался на диван. Места было мало — пришлось тесниться, ноги свисали с подлокотника. Но Том, кажется, этого и хотел. Он прижался спиной к груди Гарри, накрылся его рукой, как одеялом. — Ты не против? — спросил он тихо. — Нет, — Гарри поцеловал его в макушку. Губы коснулись тёмных волос, пахнущих дымом и чем-то сладким. — Ни капли. Гарри наконец выдохнул. Впервые за несколько дней его плечи опустились, мышцы расслабились. Том чувствовал это спиной — как уходит напряжение из чужого тела. — Гарри. — Мм? — Я хочу попробовать. Не секс. Я не готов. Но… поцеловать тебя. Самостоятельно. Гарри молчал несколько секунд. Сердце стучало — Том чувствовал и это. — Ты уверен? — Да. Том развернулся на диване, лицом к Гарри. Теперь их лица разделяли сантиметры. Он смотрел в зелёные глаза, видел золотые искры, отражение своего бледного лица. Гарри пах мятой и озоном — спокойно, привычно, безопасно. — Не двигайся, — прошептал Том. Он сам потянулся к губам Гарри. Поцелуй был робким, неумелым — Том никогда не целовал добровольно. Только в ответ. Только под принуждением. Но сейчас он учился заново. Губы Гарри были мягкими, тёплыми. Том закрыл глаза и позволил себе просто чувствовать — без страха, без расчёта, без мысли «что дальше». Внутри что-то дрогнуло. Не боль. Не пустота. Тёплое, живое, давно забытое. Гарри не углублял поцелуй, не давил, не торопил. Он лежал неподвижно, отвечая ровно настолько, чтобы Том знал: его принимают. Не терпят. Не жалеют. Принимают. Когда Том отстранился, его щёки порозовели. Дыхание сбилось. — Спасибо, — сказал он. — За то, что ждёшь. — Я никуда не спешу, — ответил Гарри. Голос был чуть хриплее обычного. Том снова уткнулся лицом в его грудь. Прислушался к сердцу — оно стучало ровно, сильно. Плед пах Гарри. Всё пахло Гарри. И это было хорошо. — Спокойной ночи. — Спокойной ночи, Том. Они уснули в обнимку на узком диване. Впервые за долгое время обоим спалось спокойно.