Часть 16
5 июня 2026 г., 14:34
Вай просыпалась и снова проваливалась в сон несколько раз подряд, постоянно ощущая рядом чье-то присутствие. Но чье именно, понять не могла. Она слышала голоса, вроде знакомые, а вроде нет. То какой-то шум, то абсолютную тишину.
Когда все же попыталась окончательно открыть глаза, сразу поняла, что телу откровенно хреново. Сил не было даже на это. Но рядом ощущалось тепло. Чье-то тело прижималось к ней, обнимало. И почему-то казалось, что это Кейтлин. По запаху, по прикосновениям — будто действительно она.
Свет резал глаза, и Вай даже не смогла проверить, правда ли это, или у нее уже едет крыша. Или она вообще умирает и просто видит то, что хочет видеть.
Но рядом с этим ощущением стало спокойно. Она смогла расслабиться, смогла позволить себе снова уснуть, будто это тепло обволакивало ее целиком и впервые за долгое время давало чувство полной безопасности.
А потом, казалось, уже через мгновение Вай почувствовала себя чуть лучше. Не нормально, просто бодрее. Она снова попыталась открыть глаза. Свет снова ударил по ним, но теперь ей удалось сфокусироваться.
Ощущение тепла никуда не исчезло.
Проморгавшись, Вай увидела Кейтлин. Та лежала рядом и обнимала ее, но сама спала.
Тогда Вай осторожно повернула голову и огляделась.
Да. Больница. Холодная палата… и Кейтлин рядом, такая контрастно теплая на фоне всего этого.
Вай чуть дернула рукой, потянулась к ее лицу, и Кейтлин тут же резко открыла глаза.
— Вай… ты проснулась? — она почти сразу приподнялась.
— А ты… — Вай прочистила горло. — Почему ты тут?
Она попыталась сесть, но Кейтлин сразу прижала ее обратно к кровати.
— Лежи. Я позову врача.
Она тут же поднялась, но Вай слабо ухватила ее за руку.
— Почему ты тут? — тихо повторила она.
— Я просто… — Кейтлин ненадолго замолчала, оставаясь у края кровати. — Должна была увидеть тебя.
— Сколько я тут торчу? — Вай снова попыталась привстать.
Но Кейтлин опять мягко, но настойчиво опустила ладони ей на плечи.
— Просто лежи и не суетись. Тебе все расскажут. Сначала нужно проверить, что ты в порядке, ладно?
Внутри Вай все еще сопротивлялась, но, увидев ее обеспокоенный взгляд, она все-таки сдалась.
— Мгм…
Высокий седой доктор пришел почти сразу. Быстро осмотрел ее, проверил реакцию зрачков, после чего спокойно заговорил:
— У вас тяжелая черепно-мозговая травма. Без сознания вы пробыли примерно полтора дня. В ближайшие три-четыре дня будут сохраняться боль, головокружение и тошнота, но я назначил обезболивающие препараты — они должны помочь пережить этот этап. Результаты анализов хорошие, и если вы будете соблюдать покой, избегать стресса и любых нагрузок, прогнозы весьма благоприятные. Мы рекомендуем вам остаться здесь минимум на сутки для стабилизации состояния. Если все будет в порядке, тогда уже можно будет говорить о выписке.
— Окей, — холодно ответила Вай, осторожно бросив взгляд на Кейтлин.
— Вы помните, что произошло? — осторожно спросил доктор.
— На меня напали. Я хочу сделать заявление, — так же холодно сказала Вай.
— Хорошо. Тогда я свяжусь с полицией. Скорее всего, они прибудут уже сегодня, чтобы взять у вас показания. А пока рекомендую отдыхать.
Он еще раз внимательно посмотрел в планшет, коротко кивнул и вышел из палаты.
Кейтлин снова села рядом и осторожно взяла Вай за руку.
— Почему ты не сказала, что идешь на встречу с конкурентом?
— Ты с Паудер говорила? — сразу спросила Вай.
— Да… Ты не брала трубку, и сначала я решила, что ты на меня в обиде. Но потом позвонила она. Сказала, что тебя нашли без сознания рядом с яхтой, и я… прилетела сразу.
— И давно ты здесь?
— Около трех часов. — Кейтлин сжала ее ладонь крепче. — Я уже позвонила твоей сестре и сказала, что ты пришла в себя.
— Пусть… зайдет ко мне на яхту. Нужно забрать телефон. Там запись всего, что произошло. Передашь ей?
Кейтлин позвонила сразу же. Под диктовку Вай спокойно объяснила Паудер, что и где искать.
А сама Вай все это время смотрела на нее и до конца не могла поверить, что Кейтлин действительно рядом. Что она настоящая.
— Я переживала за тебя, — тихо сказала Кейтлин, возвращаясь обратно на кровать.
— Все нормально, Кейт, — ответила Вай холоднее, чем собиралась.
— Ладно… — Кейтлин внимательно всмотрелась в ее лицо. — Может, мне оставить тебя одну? Ты хочешь отдохнуть?
— Нет. — Вай снова потянулась к ее руке и слегка дернула на себя. — Просто ложись обратно рядом.
Между ними повисла тишина. И Вай с удовольствием просто уснула бы снова. Но ни события последних дней, ни собственные мысли не давали провалиться в сон. Только тревога и чувство вины продолжали медленно душить изнутри.
— Я налажала, — тихо сказала Вай.
— Главное, что ты жива, — так же тихо ответила Кейтлин и осторожно провела ладонью по ее животу, будто успокаивая. — Они не уйдут от ответственности. Мы этого не позволим.
— Я… вообще не про это сейчас, если честно, — тяжело выдохнула Вай.
— Тогда про что? — Кейтлин чуть подняла взгляд, но Вай не смогла выдержать его.
— Про Пау, Вандера и тебя… Я решила, что лучше всех знаю, что делаю. А в итоге чуть не поплатилась жизнью. И все закончилось на такой херовой ноте… — Вай прикрыла глаза. — Кажется, я идиотка.
— Ты и твои поступки… — Кейтлин тихо вздохнула. — Не знаю, Вай. Это просто ты. Никто не винит тебя. Твоя сестра и Вандер сильно переживают, правда, но они точно не злятся на тебя.
Смесь глубокой вины и отчаяния стянулась в груди так сильно, что к горлу подступили жгучие слезы. Вай больше не хотела вести себя так. Не хотела снова создавать проблемы. Но стоило ей разозлиться, и все летело к черту.
Она молча прокручивала в голове произошедшее и собственную реакцию. Ну зачем она вообще провоцировала этого олуха? Ведь можно было сразу догадаться, чем все закончится.
В прошлый раз, когда Вай очнулась в больничной палате после той самой пьяной аварии, она была одна. Тогда ей казалось, что именно этот момент поделил жизнь на до и после. Чувство вины перед самой собой жрало изнутри не меньше, чем сейчас, и тогда она поклялась больше никогда не доводить себя до такого состояния. Никогда больше не создавать ситуаций, после которых приходилось лежать и задыхаться от собственных мыслей.
Но сейчас было в разы хуже, потому что теперь рядом были люди.
Не как тогда, когда она молча выписалась и ушла домой, даже никому не позвонив. Сейчас рядом была Кейтлин — напуганная, обеспокоенная. Сейчас были Паудер и Вандер, которые знали обо всем. Которые буквально стали свидетелями того, как Вай снова проебалась.
— А ты? Не злишься? — тихо спросила Вай, стараясь не выдать ком в горле.
— Я бы злилась, если бы ты не очнулась, — хмуро ответила Кейтлин. — А сейчас… может, и хочу злиться, но не могу.
— Я поняла… — почти шепотом сказала Вай и обняла ее крепче, прижимая к себе.
Дышать стало тяжело. Она понимала, что если сейчас попытается сказать что-то еще, наружу вылезет слишком многое. То, к чему Вай пока не была готова.
Но Кейтлин ничего не требовала. Только спокойно устроилась у нее на груди, позволяя молчать.
Этот болезненный всплеск вины и внутренней боли постепенно растворялся рядом с ней. И Вай вдруг отчетливо поняла, насколько благодарна за то, что рядом сейчас именно Кейтлин. Потому что только рядом с ней у Вай получалось будто заново собирать себя по кускам. Подзаряжаться терпением, силами и хоть каким-то спокойствием.
С ней с самого начала было лучше, чем одной. Лучше, чем с кем-либо вообще. И только сейчас Вай осознала, насколько сильно скучала по ней. До безумия.
В ее тихом дыхании Вай наконец нашла покой и сама не заметила, как снова провалилась в сон.
Кейтлин видела, как Вандер и Паудер переживали за Вай. Видела и то, как сама Вай на них смотрела урывками, чаще вообще отводя взгляд, будто переполненный виной. Говорила она при этом уверенно. Даже слишком уверенно для человека в таком состоянии. Но взгляд все равно выдавал ее. Редко, но выдавал.
И это чувство Кейтлин разделяла вместе с ней.
Она все думала о том разговоре с Вандером. О том, что именно она тогда сказала позволить Вай самой решать свои проблемы. Сказала, что ошибаться — нормально. И теперь мысль не отпускала: а что, если бы Вандер все-таки надавил? Если бы попытался остановить ее? Может… все закончилось бы иначе?
С того момента, как Кейтлин узнала, что произошло, эти мысли не прекращались ни на секунду. Они преследовали ее всю дорогу.
И вместе с этим она думала о самой Вай. О том, что единственный человек, которому Кейтлин позволила узнать себя по-настоящему, оказался именно таким.
Вспыльчивым. агрессивным, не доверяющим никому — и страдающим из-за этого сильнее всех вокруг.
Но одновременно с этим Кейтлин понимала и другое: будь на месте Вай кто угодно другой, она бы не сорвалась с места и не прилетела первым же рейсом. Не сидела бы всю дорогу, нервно перебирая пальцы и мысленно умоляя лишь о том, чтобы Вай очнулась.
В какой-то момент это стало центром всего.
Даже больше. Если бы случился любой, даже самый мелкий повод, Кейтлин все равно бы уехала к ней. Последние дни она все отчаяннее искала причину вернуться — и дело было уже не только в новой жизни или работе. Все чаще она ловила себя на мысли, что ищет повод просто быть рядом с человеком, который умудрялся вызывать в ней столько чувств одним звонком.
После дачи показаний Вандер и Паудер оставались в палате еще около получаса. Но стоило Вай хмуро сообщить, что хочет спать, они коротко переглянулись и направились к выходу. Паудер кивнула Кейтлин, молча зовя за собой.
— Знаешь, ей уже даже голову проломили, да простит меня мама за то, что я так говорю о родной сестре, а она все равно ведет себя как сволочь, — сказала Паудер, качнув головой и проводив Вандера взглядом. — То, что она не извиняется передо мной — ладно, переживу. Мне от нее никуда не деться, она моя сестра. Но ты… она хотя бы с тобой могла бы быть помягче.
— Я так не думаю, — грустно усмехнулась Кейтлин.
Паудер многозначительно подняла брови.
— Вы же вроде как встречаетесь… а она на тебя даже не смотрит. — Паудер закатила глаза. — Я вообще не в курсе, что у вас происходит. Но, может… ей просто нужно время, чтобы оттаять?
— Паудер, — мягко начала Кейтлин, — мы всегда так общаемся. Иногда тепло, иногда нет. Я ничего от нее не жду. И она сама прекрасно понимает, что налажала.
— И откуда? — скептически фыркнула Паудер. — Выглядит так, будто победила вообще всех, только башка в бинтах.
— Она сама мне это сказала, — прямо ответила Кейтлин.
Кажется, это удивило Паудер даже сильнее. Она сразу стала серьезнее.
— Но тебе не нужно переживать за меня, — продолжила Кейтлин спокойно. — Я с самого начала знала, какой она человек. И осознанно остаюсь рядом. К тому же… мне кажется, у нее сейчас просто нет сил изображать вежливость.
— Не обижаешься? — недоверчиво спросила Паудер.
— Я бы скорее обиделась, если бы она делала вид, что все нормально. Потому что это не так. Мы изначально были честны друг с другом.
— Тогда вам точно надо поговорить. Она будто постоянно на измене, — Паудер махнула рукой. — Но это потом. Когда у нее хотя бы голова начнет нормально работать.
— Поговорить о чем? — насторожилась Кейтлин.
— О доверии… — Паудер чуть облокотилась на стену и засунула руки в карманы. Взгляд у нее стал немного виноватым. — Я знаю, что лезу не в свое дело. Но мы с тобой вроде как уже подруги, а Вай… это Вай. Ее однажды уже кинула одна моя подруга. И теперь она уверена, что всем вокруг нужны только ее деньги… так что…
Кейтлин невольно усмехнулась.
— Да, я знаю, — кивнула она с легкой улыбкой. — И не думаю, что смогу доказать ей обратное чем-то кроме времени.
— Вот именно. Ты здесь, ты прилетела. И даже несмотря на то, что она сидит хмурая и ведет себя как… обычно, ты все равно не отворачиваешься и не дуешься на нее. Чем не доказательство, что у тебя нормальные намерения? — Паудер цокнула языком. — Я ее иногда вообще не понимаю.
— И не нужно, — спокойно ответила Кейтлин. — Думаю, когда-нибудь она сама с этим разберется. Паудер, правда. Мы решим это. Не переживай так.
— Я просто очень хочу, чтобы у нее кто-то был, понимаешь? — уже почти отчаянно сказала Паудер. — У меня после смерти мамы всегда кто-то был рядом. А у нее — только какие-то мимолетные… девки. А с тобой она совсем другая.
— Я это запомню, — кивнула Кейтлин, вежливо улыбнувшись.
— Эх… ладно, пойду тогда. — Паудер чуть смутилась и кивнула в сторону выхода. — Ты идешь?
— Сначала кое-что уточню у Вай. Наедине. Если она еще не уснула, конечно.
— А… ну тогда увидимся.
Кейтлин вернулась в палату и сразу встретилась с уставшим, но внимательным взглядом Вай.
— Я думала, ты ушла, — тихо сказала Вай.
— Говорила с Паудер.
Кейтлин присела на край кровати и внимательно оглядела ее. Выглядела Вай уже лучше. Только усталость все еще читалась на лице, а бинты и тени под глазами окончательно портили картину.
— Она сказала тебе, из-за чего мы поругались? — с недоверием спросила Вай.
— Отчасти. — Кейтлин мягко коснулась ее руки. — Но сейчас это неважно.
— Нет. Важно. — Вай чуть приподнялась.
— Просто отдохни. Ты сама сказала, что устала, — спокойно настояла Кейтлин.
— Мысль о том, что ты уйдешь и будешь думать об этом дерьме, для меня, блять, невыносима, — серьезно сказала Вай.
— Я не думаю об этом, — так же серьезно ответила Кейтлин. — Я уже говорила тебе однажды и повторю еще раз. Но это последний раз, когда я вообще поднимаю эту тему. Я не собираюсь уезжать от родителей, чтобы снова прятаться за чужой спиной. Я понимаю, почему ты никому не доверяешь. Но доказывать тебе обратное я тоже не собираюсь.
— И ты все равно здесь, — уже спокойнее сказала Вай, отводя взгляд. — Значит, я идиотка.
— Давать мне деньги под предлогом, что я честнее всех, кого ты встречала, а потом самой делать из меня злодейку? Да. В этом случае — идиотка, — сказала Кейтлин с легкой улыбкой.
— Мда… спасибо, — фыркнула Вай.
Кейтлин только крепче сжала ее ладонь.
— Я скучала по тебе, — тихо призналась она.
И в этот момент Вай впервые за все это время улыбнулась по-настоящему открыто.
— И я по тебе, — ответила она, продолжая улыбаться.
— Я хотела спросить… можно мне остаться у тебя в бунгало и подготовить все к твоему возвращению? Или лучше пожить пока в отеле?
— А ты сама чего хочешь?
— Учитывая, что сейчас ты вызываешь исключительно жалость и желание о тебе заботиться, я бы предпочла бунгало, — улыбнулась Кейтлин.
— Ну спасибо огромное, — снова фыркнула Вай, но все же усмехнулась. — Там, правда, скорее всего бардак. Но если тебя не испугают носки возле кровати — добро пожаловать. Ключи у тебя есть.
— Вот и посмотрю на тот хаос, в котором ты живешь, когда тебе не нужно выпендриваться передо мной, — Кейтлин прищурилась.
— Там только носки и нет еды. Все.
— Что, никаких дилдаков и страпонов по углам? — с наигранным удивлением усмехнулась Кейтлин.
Вай цокнула, но улыбка все равно осталась.
— Раз уж я вызываю жалость, зачем закапываешь дальше?
Кейтлин чуть привстала и мягко поцеловала ее в щеку, прежде чем отстраниться.
— Чтобы не расслаблялась. Я пойду.
Вай осторожно перехватила ее ладонь.
— Ты ведь не собираешься уезжать пока? — спросила она почти с надеждой.
И от этого тона Кейтлин невольно улыбнулась еще теплее.
— Самые необходимые вещи я уже взяла на ближайшее время. И почти закончила все дела дома, так что побуду здесь.
— Я так долго тебя не видела… не хочу, чтобы ты уходила, — неожиданно мягко призналась Вай.
Кейтлин посмотрела на нее несколько секунд, будто запоминая этот редкий момент открытости.
— Ты глаза еле держишь открытыми. Просто ложись спать. А когда проснешься — я уже буду рядом, — так же мягко сказала она.
Вай медленно кивнула.
— Я тебе верю.
В бунгало было непривычно находиться одной. Пространство казалось чужим и одновременно слишком знакомым. Кейтлин знала здесь почти каждый угол: цвет мебели, тяжелые занавески, то, как по вечерам ложился свет на пол и стены. Даже запах этого места уже въелся в память.
Все здесь слишком остро ассоциировалось с тем, что между ними происходило. С чувствами, которые зарождались именно здесь, такими… странными, новыми и маняще опасными.
Если бы только Кейтлин раньше могла представить, что однажды будет спокойно хозяйничать в месте вроде этого.
Бардака, вопреки ожиданиям, почти не было. Несколько разбросанных вещей, пустой холодильник — и все. Ну и обещанные носки возле кровати. Тут Вай действительно не соврала.
И, наверное, когда-то такая деталь заставила бы Кейтлин раздраженно закатить глаза.
Но по странному совпадению другой близкий ей человек имел ровно такую же привычку.
Джейс. Особенно раньше.
Сейчас он выглядел почти идеально — будто сошел с рекламы дорогих костюмов. Но раньше был слегка неряшливым. И мысль о нем неожиданно вызвала тоску.
Кейтлин невольно вспомнила их последний разговор.
— Ну, то есть ты уже все окончательно решила? — с сомнением спросил он, отпивая вино из бокала.
Они сидели у него дома. Джейс просто позвал ее поболтать, как обычно.
— Да. Меня ничего не держит, — кивнула Кейтлин.
— Я же говорил, что родители просто хотят, чтобы ты наконец кого-нибудь нашла, — фыркнул он.
— Может, стоило сказать мне это раньше? — с такой же интонацией ответила Кейтлин.
— Ага. Тогда бы ты не нашла свою странную извращенку, — усмехнулся Джейс.
— Я уже говорила, что в этом мы с ней одинаковые. Разве нет?
— Так я и говорю — это отлично. Нашла человека, с которым можно делить и работу, и свои… интересы. — Он лениво махнул бокалом. — А теперь мне еще и ежегодный курорт обеспечен. И люксовый номер бесплатно. Я вообще вместе с тобой в сказку попал.
— В следующий раз сам будешь свой номер отрабатывать, — фыркнула Кейтлин.
— С твоей девушкой? Ты совсем? — нахмурился он.
— Уверена, с твоей хитрожопостью ты и без моей девушки найдешь способ выбить себе номер.
— А может, мне реально стоит задуматься… — делано задумался Джейс. — Там наверняка нужны такие искусные мастера, как я.
— Вот и задумайся, — улыбнулась Кейтлин. — К тому же я буду по тебе скучать.
— Фу… давай еще поцелуй меня в щеку. Или опять набросишься. Ты наверняка уже месяц сидишь неудовлетворенная, — скривился он с усмешкой.
— Мда. Скучать я буду точно. Но не по твоему юмору, — сухо ответила Кейтлин.
— Даже если так, ты же все равно будешь возвращаться? К родителям. Ну… родную землю вспомнить?
— Конечно. Я не бросаю все и не прощаюсь навсегда, — уже серьезнее сказала Кейтлин.
И взгляд Джейса тоже сразу изменился. Стал спокойнее.
— Ладно… если серьезно, я тоже буду скучать. Ты и без меня это знаешь.
И только сейчас Кейтлин поняла, насколько сильно привыкла к этой энергии между ними. Пока все было рядом — она почти не ценила этого. Осознание пришло только теперь, когда пришлось улететь раньше, чем планировалось, не попрощавшись нормально ни с кем.
Да, она все равно собиралась вернуться когда-нибудь. Но будто не хватило самого ритуала прощания.
И все же родители были правы. Джейсу давно пора было строить собственную жизнь, а не бесконечно таскаться за ней.
А у самой Кейтлин теперь будто действительно перевернулась страница.
И началась новая жизнь.
***
Вай возвращалась домой почти с энтузиазмом. Даже с чем-то похожим на радость. Больница давила — особенно к вечеру, когда ожидание заключения начало уже откровенно раздражать. Раздражало буквально все.
Только Кейтлин, все это время остававшаяся рядом, вытягивала ее обратно в нормальное состояние, даже молча. И Вай была почти ненормально рада видеть ее рядом. Особенно сейчас, когда мысли наконец начали проясняться.
Это чувство… оно почти вытесняло все остальное на задний план.
Радость от того, что Кейтлин рядом, что разговаривает с ней и не злится. Более того — заботится.
Это было важнее всего. И с каждой минутой Вай все больше думала о том, какую хуйню наговорила ей еще тогда, на яхте.
Вернувшись в бунгало, Вай почти сразу ушла в душ. Нормальный, горячий и неприлично долгий. Впервые за последние дни она смогла привести себя в порядок и выйти оттуда хотя бы относительно похожей на человека.
Разве что с раной на голове пришлось повозиться, да и боль никуда не исчезла — все еще накатывала резкими толчками. Но уже слабее, лекарства седовласого доктора помогали.
И все же почти сразу после душа Вай прошла в спальню и сразу легла.
Кейтлин появилась следом буквально через пару минут.
— Тебе что-нибудь нужно? Может, хочешь поесть?
— Меня все еще немного мутит, так что аппетита нет. — Вай провела ладонью по простыне рядом с собой. — Просто ложись уже и расслабься. Ты и так возишься со мной весь день.
— Да, — усмехнулась Кейтлин и осторожно легла рядом. — А в душ помочь тебе не позвала. Хотя именно там я нужнее всего.
— Еще чего, — фыркнула Вай. — Я сейчас в слишком дерьмовой форме, чтобы задом перед тобой сверкать.
— А я думала, для тебя это никогда не помеха, — с улыбкой сказала Кейтлин, поворачиваясь к ней лицом.
— Может и не помеха. Но ты бы все равно не выдержала и набросилась на меня, так что…
Вай довольно ухмыльнулась.
— Поэтому ты до сих пор ни разу меня даже не поцеловала? — прищурилась Кейтлин.
Вай поймала ее взгляд и чуть виновато отвернулась.
— Ну… у меня даже возможности нормально зубы почистить не было. Так что… допустим, это одна из причин.
— Правдоподобнее ничего не придумала? — тихо рассмеялась Кейтлин. — Может, ты просто не так рада меня видеть, как я думала?
— Ты — единственное, что сейчас держит меня на плаву, — уже серьезнее сказала Вай, тоже осторожно поворачиваясь к ней.
Она скользнула ладонью по щеке Кейтлин и опустила взгляд на ее губы. И внутри тут же вспыхнула теплая смесь желания, радости и немного болезненного восхищения.
— Просто я думала, что, может… в каком-то смысле даже не заслуживаю тебя целовать.
— Я не злюсь на тебя, Вай. На себя сейчас злишься только ты сама, — тихо сказала Кейтлин.
— Все равно я хочу сначала попросить у тебя прощения. За все. За то, что наговорила тогда на яхте. За эти разговоры про то, что ты меня используешь. И за то, что втянула в это еще и сестру. — Вай честно смотрела ей в глаза. — Ты сейчас торчишь в моем микро-бунгало вместо нормального просторного номера с удобствами… сидела со мной в больнице. А я настолько зациклилась на плохом, что просто не замечала очевидного.
— Я это знаю, Вай…
— Нет, дай договорить, — перебила ее Вай. — С самого начала ты мирилась с моим ебанутым характером. И единственная не отвернулась. И, кажется, я это чувствовала, даже когда сама не понимала до конца. Поэтому пыталась заткнуть это романтикой, красивыми жестами… будто отплатить тебе за все этим. Но ты все равно показала, что тебе нужно совсем не это. Не картинка или выгода. Ты просто хочешь быть рядом. Ты говорила мне это, а я упорно не слышала. И я обязана перед тобой извиниться. И пообещать, что постараюсь наконец начать слышать тебя тоже. Потому что ты слышишь меня. А для меня этого никто никогда не делал.
Кейтлин несколько секунд молча смотрела ей в глаза, а потом медленно кивнула.
И почти сразу потянулась к ее губам.
Поцелуй получился медленным и мягким. Именно таким, о каком Вай думала все время после их разлуки. Таким, которого отчаянно хотела.
Оторваться оказалось почти невозможно.
Вай будто впитывала этот поцелуй целиком — ее тепло, принятие, нежность, которую Кейтлин вкладывала даже в осторожные касания губ.
— С этого момента мы закрываем эту тему, — тихо прошептала Кейтлин, слегка отстранившись.
— Хорошо, — так же тихо ответила Вай, обнимая ее за талию и прижимая ближе к себе.
— Только с твоей сестрой вам все равно придется что-то решать, — уже серьезнее сказала Кейтлин, продолжая прижиматься к ней.
— Она незрелая… — устало пробормотала Вай.
— Местами. Но она просто переживает за тебя. И тебе все равно придется с ней поговорить, — осторожно сказала Кейтлин.
— Я наорала на нее и послала нахуй, — Вай цокнула и прикрыла глаза. — Мне стоит извиниться и перед ней.
— Сегодня ты была с ней очень холодна, — задумчиво заметила Кейтлин. — Это потому что тебе неловко? Или дело в чем-то еще?
— Да… я не знаю, как отключить этот режим суки. Просто… — Вай тяжело выдохнула. — Я вообще не умею нормально извиняться.
— Сейчас же смогла.
— Перед тобой — могу. — Вай коротко посмотрела на нее. — Ты… изначально знала меня именно такой. Может, поэтому проще. А с ними я раньше старалась быть добрее, но теперь уже не получается. Я будто вообще разучилась нормально общаться с близкими людьми. Если сейчас пойду к ней с извинениями, то получится криво и неискренне. А я хочу попробовать все исправить нормально.
— Просто дай себе немного времени, — мягко сказала Кейтлин, медленно проводя ладонью по ее спине. — Тебя сейчас никто не будет мучить. Так уж вышло, что у тебя есть уважительная причина быть хмурой.
— Ты про дыру у меня в голове? — грустно усмехнулась Вай.
— И про нее тоже. И… ситуация с этим “магнатом”, скорее всего, еще надолго затянется.
— Мда… придется еще помучиться. Но пусть я и поплатилась, теперь они точно не отвертятся. Он хоть и урод, но не убийца, а обычное трусливое ссыкло. Ты бы слышала, как он там орал на своего сыночка… Ума хватает только крыс подбрасывать. Так что я его не боюсь. Хоть все деньги спущу на адвокатов, но он ответит за все.
— Если смотреть на это как на то, что ты в одиночку влезла в драку с нечестным человеком, то даже звучит почти героически, — усмехнулась Кейтлин. — Заголовки уже начали работать на тебя. Еще дела толком нет, а люди уже сами все поняли после выходки его сына в прошлый раз. Так что… каким бы необдуманным ни был твой план, кажется, он все-таки сработал.
— Спасибо за поддержку, — усмехнулась Вай.
А потом снова поцеловала ее. Теперь уже глубже и с настоящей благодарностью.
Вай понадобилось целых четыре молчаливых дня, прежде чем она смогла нормально поговорить с сестрой. Не о делах, не о своем состоянии и не ограничиваться дежурными кивками и сухими фразами.
Паудер, как обычно, влетела к ним на завтрак без предупреждения. А после еды Вай неожиданно мягко попросила Кейтлин оставить их наедине.
Кейтлин только понимающе улыбнулась и вышла на террасу.
И улыбка эта была вполне понятной. Пару раз за последние дни она уже успела осторожно заметить, что ей тяжело смотреть на то, как Вай упорно делает вид, будто все нормально.
— Пау, я была груба с тобой, — начала Вай.
Паудер тут же ехидно подняла взгляд от телефона.
— Созрела? — усмехнулась она.
— Да.
Вай почти закатила глаза, но вовремя сдержалась. Медленно втянула воздух и продолжила:
— Я долго борюсь с тем, что у меня внутри постоянно что-то бушует. Я правда не умею держать себя в руках. И ты права — я часто смотрю на людей свысока. Но не потому что хочу этого. Просто… я уже будто иначе не умею. Но я не хочу, чтобы это касалось тебя, Вандера или Кейтлин. И когда я снова проебалась, именно вы были рядом. И я это ценю.
— А Вандеру ты это сказала? — с улыбкой спросила сестра.
— С ним я говорила нормально…
— Ты избегала его, — с легким укором перебила Паудер.
— Может быть… Но я поговорю и с ним тоже.
Паудер поджала губы, все еще улыбаясь.
— Ладно. Я тебя прощаю. Но хватит уже быть такой, серьезно. Верни мою сестру. — Она неловко ткнула Вай локтем. — Я знаю, тебе пришлось херово, но собери уже себя обратно.
— Я в процессе, — виновато улыбнулась Вай.
— В процеееессе… — протянула Паудер с усмешкой, а потом почти заговорщически добавила: — Ты решила свою бурду с Кейт?
— Да. Мы поговорили. Все нормально, — кивнула Вай.
— Тогда я могу расслабиться. — Паудер с довольной улыбкой откинулась на спинку стула и ловко закинула виноградину в рот. — Когда свадьба?
— Что?.. — Вай уставилась на нее.
— Я говорю — свадьба, — как ни в чем не бывало повторила Паудер.
— Какая еще, блять, свадьба?.. — почти шепотом выдохнула Вай.
— Ну не знаю. — Сестра пожала плечами. — Обычная или роскошная. Хотя ты наверняка устроишь что-то максимально выебистое, ты же любишь пускать людям пыль в глаза. Кейтлин вроде нет… но ты-то точно.
Но договорить спокойно она уже не смогла и сама рассмеялась.
— Давай ты со своими шутками уже пойдешь туда, куда собиралась, — отмахнулась Вай.
— В исследовательский центр.
— Вот и иди в свой центр.
Вай поднялась из-за стола, и Паудер почти сразу встала следом.
— Ладно, — кивнула она. — Ты когда вообще на работу возвращаешься?
— Думаю, уже на следующей неделе смогу, — чуть спокойнее ответила Вай.
— А мне вообще-то Кейтлин надо забрать для одного дела. Но пока она тут твою задницу обхаживает, ее отсюда не вытащить, — усмехнулась Паудер.
— Она может делать все, что хочет, — нахмурилась Вай.
— А захочет ли? — Паудер качнула головой. — Ладно, милуйтесь пока. Потом сама с ней поговорю.
И, махнув рукой, направилась к выходу.
— Ну… ладно, — слегка растерянно пробормотала Вай ей вслед.
Какие у них вообще могут быть общие дела?
***
Кейтлин выбралась на пляж к Мэл и остальным друзьям только под вечер. Вай уснула рано, а сама Кейтлин, немного побродив по бунгало без дела, все-таки решила выйти из дома. Тем более Вай уже почти насильно ее выгоняла под предлогом, что нянька ей не нужна и Кейтлин пора хоть немного проветриться.
И это действительно помогло.
Ребята уже сидели на пляже с пивом, которое Кейтлин, как и обещала в прошлый раз, сегодня привезла. Она не любила оставлять за собой долги, даже такие — чисто символические.
Встретили ее неожиданно тепло. Даже те, кого она видела впервые, полезли обниматься, вероятно, только потому что она принесла пиво, но это и почему-то совсем не смутило.
А чуть позже появилась и Паудер.
Она почти сразу плюхнулась рядом прямо на песок и с ухмылкой звякнула своей бутылкой о бутылку Кейтлин.
— Ну наконец-то тебя выпустили из грозных лап моей сестры.
— Она меня и не держит, — рассмеялась Кейтлин. — Просто… если честно, подозреваю, что она однажды грохнется. У нее до сих пор кружится голова, и она думает, будто я не замечаю, как ее шатает.
— А что вообще известно по делу? — вдруг осторожно спросила Мэл.
— Пока ничего конкретного. — Кейтлин чуть расслабленно покрутила бутылку в руках. — Такие дела могут тянуться годами. Но пока этих двоих арестовали. Правда, думаю, их быстро выпустят под залог. Может, подержат пару дней для приличия. Деньги и связи у них явно есть.
— Я вообще хотела кое-что с тобой обсудить, — уже серьезнее сказала Паудер. — Раз уж ты начала разбираться со всей этой травяной херней, думаю, у меня есть идея, как можно красиво все вывернуть.
— И как же? — заинтересованно спросила Кейтлин.
— У меня есть знакомый ботаник. Виделась с ним недавно, разговорились… Короче, он рассказывал, что если поместить растения в какие-то особые условия, то они могут выделять вредные вещества. И тут я вспомнила: у мамы в кабинете лежали какие-то распечатки про вред этой вашей травы. Но дальше кабинета это почему-то не ушло. Ни в интернете, ни где-либо еще про это вообще ничего нет. И я подумала… может, стоит это использовать? Пустить пару статей и поднасрать им по новой.
— Я уже думала о кампании против них. И про вред тоже думала. — Кейтлин чуть помедлила. — Но сама трава безвредна. Я изучала это. Это просто плацебо. Вред скорее в том, что люди из-за нее отказываются от нормального лечения и экономят на медицине.
— Ну так подделаем исследования. Что такого? — фыркнула Паудер.
Кейтлин не выдержала и тихо рассмеялась.
— Вы с Вай реально одинаковые. И методы у вас одинаковые. — Она качнула головой. — Не знаю, Пау… Теоретически, наверное, можно. Но точно не от нашего лица. Нужен кто-то независимый. Человек, которого вообще никак нельзя связать с клиникой вашей мамы.
— Найдется, — отмахнулась Паудер. — Главное — снова качнуть репутацию. Смотри: пока это просто плацебо, людям похуй. Кто-то вообще верит, что помогает. А вот если это станет “опасной херней”, народ же сразу начнет паниковать, нет?
— Вам тут всем вообще спокойно не живется, да? — с улыбкой вставила Мэл.
— Ну… — Кейтлин виновато пожала плечами, а потом снова посмотрела на Паудер. — А Вандеру ты про это говорила?
— Пока нет. Сначала хотела с тобой обсудить. Он после истории с Вай вообще ходит злой как черт. — Паудер виновато поморщилась.
Кейтлин ненадолго задумалась, а потом медленно кивнула.
— Ладно. Обещаю, что подумаю над этим.
— Подумай. Очень хорошо подумай, — с улыбкой сказала Паудер, а потом перевела взгляд на Мэл. — А у вас что по… ну, планам на выставку? Придумали уже что-нибудь?
— Я заканчиваю еще пару картин, и можно будет запускаться. — Мэл чуть неуверенно улыбнулась. — Еще пригласила одного скульптора. Он уже в возрасте, с именем и большим опытом. Думаю, это тоже привлечет людей.
— Получается, у Кейтлин по всем фронтам завал, а она еще и успевает нянчиться с Вай, — с усмешкой заметила Паудер. В голосе звучала ирония, но без злости.
— Она помогла мне, — просто пожала плечами Кейтлин. — Да и… я правда переживаю за нее.
Сказала она это спокойно и честно.
И собственные слова неожиданно отозвались внутри теплом. Пусть звучали они сухо и сдержанно, но были искренними. И впервые Кейтлин произнесла это вслух не только для самой себя.
— Так как вы вообще познакомились? Не на работе же? — Паудер лениво откинулась на песок.
— Это… — Кейтлин уклончиво улыбнулась и отвела взгляд, тут же заметив понимающую усмешку Мэл.
— А-а… понятно, — рассмеялась Паудер. — Вай такая шлюха, ужас. Хорошо что наконец осела.
— Себя она такой не считает, — заметила Кейтлин.
— Ну еще бы. — Паудер фыркнула. — Но все равно — совет вам да любовь. И, кстати, на свадьбе место рядом с вами займу я. Без обид.
Последнее она уже бросила Мэл.
— Ты сейчас договоришься до того, что Кейтлин просто в ужасе улетит обратно, — рассмеялась Мэл.
— Может, раньше и улетела бы… — Кейтлин усмехнулась и отпила пива. — Но сейчас такие разговоры меня уже не пугают.
В бунгало Вай она вернулась уже глубокой ночью.
Голова после вечера наконец стала ясной, а после общения с ребятами внутри неожиданно стало легко. Будто что-то окончательно встало на свои места.
И только сейчас Кейтлин поняла, насколько ей была нужна эта вылазка.
Первая мысль, что пришла ей в голову, оказалась неожиданно простой: Вай тоже нужно выгулять. Не заставлять наматывать круги по террасе как в последние дни, а действительно вывести куда-нибудь. Хотя бы к пляжу.
Кейтлин осторожно легла рядом с ней и почти сразу обняла. Мягко, уже так привычно впитывая тепло ее тела.
И впервые за последние дни страх внутри начал отпускать. Страх за физическое состояние Вай и за эмоциональное тоже.
Даже несмотря на то, что Вай снова улыбалась и выглядела так, будто вообще ни о чем не думает, Кейтлин все равно беспокоилась. Честно и постоянно.
Но сейчас ее ровное дыхание почему-то успокаивало и саму Кейтлин. И вместе с этим внутри вдруг появилось странное, почти глупое ощущение счастья.
Поэтому Кейтлин неосознанно прижалась к ней крепче.
— От тебя даже не пахнет алкоголем, — шепотом сказала Вай, чуть повернувшись к Кейтлин. — А я уж думала, ты там оторвешься со своими новыми подружками.
— Просто прогулялась. И тебе бы не помешало, — так же тихо ответила Кейтлин, встречая ее взгляд.
— Пока не очень хочу, — уже спокойнее сказала Вай и сжала ладонь Кейтлин у себя на талии. — Но, может, завтра захочу.
— Тогда завтра и спрошу.
— Ладно… — тихо протянула Вай и, окончательно повернувшись, медленно провела ладонью по плечу Кейтлин. — Можем даже на свидание сходить.
— Ты все никак не отстанешь от своей романтики? — тихо рассмеялась Кейтлин.
— Я тебя нормально не проводила и не встретила тем более, — фыркнула Вай. — Это не романтика. Но хоть какие-то человеческие отношения же надо строить? Так уж вышло, что я невольно выдернула тебя раньше, чем ты планировала. Хочу это компенсировать.
— Компенсируешь как умеешь, когда поправишься. А пока мне хватит и прогулки по пляжу, — усмехнулась Кейтлин.
Ладонь Вай тут же скользнула ниже по ее талии, медленно опускаясь к краю трусиков.
— Я могу и сейчас, — уже серьезнее сказала Вай.
Но Кейтлин сразу перехватила ее руку.
— Нет, не можешь, — прошептала она.
Вай только придвинулась ближе, прижимаясь к ней всем телом. И сдаваться явно не собиралась.
— Ты даже не мастурбируешь, — почти на ухо тихо прошептала она, а ладонь нагло, сквозь слабое сопротивление Кейтлин, опустилась ниже.
— Откуда ты знаешь? — с вызовом усмехнулась Кейтлин.
— А когда? Ты постоянно торчишь рядом со мной.
— Да хоть сейчас в ванной. Или пока ты спишь. Что мне мешало, по-твоему?
— Да ладно? Серьезно? — тихо рассмеялась Вай.
Кейтлин только многозначительно промолчала с улыбкой. Потому что озвучила она скорее свои мысли и желания, чем реальные факты.
Тело и правда уже давно просило разрядки. Особенно в такие моменты — когда Вай мягко обнимала ее, медленно скользя ладонями по открытой коже, когда целовала слишком долго для обычного поцелуя, когда ее губы невинно опускались на шею, а голос становился ниже и тише где-то у самого уха, прямо как сейчас.
Все это отзывалось дрожью по коже. И, откровенно говоря, терпеть становилось все сложнее. Но Кейтлин упрямо заставляла себя думать о чем угодно, только не об этом.
— Все равно это не одно и то же, — прошептала Вай и настойчиво скользнула ладонью под майку, ведя пальцами по обнаженной коже, каждый сантиметр который будто сам тянулся к большему.
Кейтлин слишком скучала по этим прикосновениям, чтобы продолжать сопротивляться всерьез. Ее ладонь на запястье Вай разжалась именно в тот момент, когда пальцы добрались до груди и мягко обхватили сосок, мгновенно отзываясь напряжением во всём теле.
— Если ты сейчас специально раздразнишь меня, а потом не сможешь довести дело до конца… я закончу все сама и начну мастурбировать прямо при тебе, — с выдохом сказала Кейтлин.
— Давай… — тихо ответила Вай, будто только наслаждаясь этим положением. — Ты же уже делала это. И по телефону, и прямо у меня на столе.
— Почему ты просто не можешь лечь и поспать? — спросила Кейтлин, пытаясь собрать остатки терпения и одновременно игнорируя ладонь Вай, которая уже откровенно ласкала ее грудь.
— Потому что ты хочешь секса… — прошептала Вай и мягко прикусила мочку ее уха, тут же оставляя влажный след языком. — Ты всегда хочешь, Кейт… Ты одержима этим даже больше, чем я.
Она потянула ткань майки вверх, оголяя грудь, позволяя Кейтлин видеть, как пальцы Вай медленно выводят узоры по коже, по животу и постепенно опускается все ниже.
Кейтлин чуть повернула голову, встречая в полутьме хитрый блеск глаз Вай переполненный желанием.
Ладонь мягко легла ей на плечо, поглаживая почти успокаивающе.
— Ты сейчас ставишь меня в очень дерьмовое положение, — тихо, почти с отчаянием сказала она.
— Если так переживаешь за меня… тогда сделай все сама. Но моей рукой.
И Вай скользнула ниже, поддевая ткань трусиков и натягивая ее так, что та слишком остро впилась в чувствительную точку, вырывая из Кейтлин слышный вздох.
И именно тогда Кейтлин сдалась.
Перехватила ладонь Вай и нетерпеливо опустила ниже, заставляя проникнуть под ткань, коснуться горячей кожи, которая уже несколько дней буквально изнывала от голода.
Стоило Вай дотронуться до нее, Кейтлин сразу подалась навстречу. Ее собственная ладонь легла поверх ладони Вай, уверенно направляя движения, потому что терпение закончилось окончательно.
Вай тут же перехватила ее губы резким поцелуем, почти грубым, идеально попадающим в ритм движений пальцев. Языки столкнулись слишком жестко, поцелуй сразу стал глубже, жаднее — впервые с момента приезда Кейтлин между ними вспыхнула эта знакомая болезненная страсть, которую Кейтлин все последние дни старательно душила в себе.
И сейчас она вырвалась наружу вместе со стоном.
Пальцы Вай опустились ниже, глубже ныряя во влагу, и Кейтлин зашипела сквозь поцелуй, нетерпеливо подаваясь навстречу. Она сильнее надавила на кисть Вай, буквально заставляя войти в нее и дать наконец то, от чего сама Кейтлин уже почти успела отказаться.
Пальцы жадно проникли в тело, а давление на клитор усилилось, Кейтлин простонала громче, ловя рваное дыхание Вай — такое, словно сама она больше не могла сохранять прежнее самообладание.
Она двигалась быстро, с нетерпением, не позволяя Кейтлин толком прочувствовать ласку, будто Вай сама больше не могла терпеть и продолжать эту игру. Она прикусила губу Кейтлин и ускорилась еще, срывая с нее один прерывистый стон за другим.
— Боже… какая ты… — выдохнула Вай, будто сама уже едва держалась.
И, окончательно теряя контроль, она стянула ткань трусиков ниже и нависла сверху всем телом. Пальцы вошли еще резче, грубее. Поцелуй стал почти жестоким.
Кейтлин обвила ладонями ее спину, забираясь под мягкую ткань футболки, чтобы чувствовать кожу Вай еще ближе. Она жадно впивалась в ее губы, будто за эти дни успела оголодать не меньше.
Движения становились все жестче, местами агрессивнее. Дыхание Вай начало заметно сбиваться.
И этого Кейтлин как раз не хотела. Не хотела, чтобы Вай напрягалась так сильно в ее состоянии.
Словно почувствовав это, Вай внезапно замедлилась и чуть отстранилась, будто давая передышку и себе, и ей.
— Открой рот, — прошептала она.
И Кейтлин послушалась.
Позволила пальцам Вай, блестящим от ее влаги, проникнуть, коснуться языка. Медленно облизала собственный вкус с них с томной жадностью — ровно такой же, с какой Вай следом облизывала ее губы и язык, не вынимая пальцев изо рта.
Но уже через секунду ладонь Вай снова опустилась вниз и оставила мягкий шлепок по влажной коже.
— Раздвинь ноги шире, — приказала Вай.
Кейтлин послушно развела бедра, позволяя ладони полностью скользнуть между ними.
Но тут же раздался еще один шлепок, еще откровеннее, почти жгучий.
— Шире, — уже грубее сказала Вай. — Чтобы я видела, как сильно ты хочешь.
Кейтлин поймала ее темный взгляд, и сама поддалась ему без капли сопротивления.
Вай довольно ухмыльнулась и чуть подалась назад. В полутьме ее лицо едва различалось под светом луны из тонкой щели между плотными занавесками, но Кейтлин чувствовала, как жадно та рассматривает ее тело.
Пальцы Вай медленно раздвинули влажные складки, и несколько мучительно долгих секунд она просто смотрела.
Будто впитывала этот вид в себя.
А потом, довольно ухмыльнувшись, снова нависла сверху.
— Молодец, — тихо прошептала она.
Пальцы вновь грубо проникли в тело, без церемоний. Давление оказалось таким сильным, что Кейтлин снова сорвалась на стон, впиваясь пальцами в спину Вай.
— Скажи, чего хочешь, — шепнула Вай.
— Хочу быть твоей шлюхой. Трахай меня как хочешь, — с тихой довольной усмешкой выдохнула Кейтлин.
— Я, блять, обожаю тебя, — тут же выдохнула Вай со смешком и снова впилась в ее губы поцелуем.
Теперь движения стали размереннее. Уже не такими резкими, но все еще грубыми и собственническими. Ровно такими же, как ее поцелуи.
Кейтлин снова накрыла ладонь Вай своей, чувствуя влажные пальцы. Будто это движение принадлежало им обеим. Будто они делили его между собой.
Вай посмотрела прямо ей в глаза — пронзительно и слишком внимательно, словно пыталась найти там что-то большее, чем возбуждение или желание. И Кейтлин утонула в этом взгляде вместе с ней.
В нем вдруг появилось что-то близкое, знакомо нежное.
Она чуть замедлилась, давая Кейтлин прочувствовать каждый толчок пальцев внутри, а потом снова опустила ладонь на клитор. И Кейтлин, перехватив инициативу, тут же вошла в себя сама, словно заполняя пустоту, которая появилась в ту секунду, когда прикосновения ослабли.
Теперь они двигались вместе — сбиваясь в дыхании, в стонах, во влажных всхлипах, которые становились все громче. Напряжение, копившееся внутри Кейтлин все эти дни, натягивалось до предела, пока наконец не лопнуло.
Оргазм накрыл резко.
Заставил ее выгнуться и сжаться в дрожи почти болезненного удовольствия.
Кейтлин вцепилась в Вай, крепко прижимая ее к себе и пытаясь выровнять дыхание.
— Все нормально? Может… принести тебе воды? — спросила она, когда наконец смогла выговорить хоть что-то.
— Нет, я в порядке, — улыбнулась Вай и осторожно устроилась рядом.
— Тебе нельзя так напрягаться, — уже с настоящей заботой сказала Кейтлин. — А я вообще потеряла здравый смысл, раз позволила тебе это…
— Пф… — Вай тихо усмехнулась. — В этом и был смысл. Забей.
Кейтлин тяжело вздохнула и мягко провела ладонью по ее талии.
— Тебе теперь самой наверняка дико некомфортно.
— Если я сейчас хотя бы попытаюсь кончить, то, скорее всего, просто охуею от боли, — рассмеялась Вай. — Но ты кончила так громко, так что будем считать — сделала это за нас двоих.
— Не думаю, что это так работает, — фыркнула Кейтлин.
— Потом… — самодовольно протянула Вай, не скрывая ухмылки, — скажем, заглянешь ко мне как-нибудь в кабинет в обед и поработаешь на коленях, как умеешь. Заодно и совесть свою отпустишь.
— Смотри, чтобы самой потом не пришлось, — усмехнулась Кейтлин. — Это сейчас мне тебя жалко. Но так будет не всегда.
— Ну это мы еще посмотрим, — довольно усмехнулась Вай.
***
Работать Вай было… ну, не то чтобы легко. Но в целом все оказалось именно так, как она и предполагала: спустя неделю она наконец пришла в относительную норму. Передвигалась уже без этого постоянного инстинктивного страха, что голова вот-вот закружится и ее снова поведет в сторону. Хотя преследовало ее не только головокружение. Где-то глубоко, на подкорке, все еще сидела мысль, что Маркус может ответить. Это беспокойство периодически всплывало само собой. Но стоило Вай вернуться к работе, как она словно протрезвела и отмахнулась от этих мыслей. Да, его выпустили под залог. Но шуму они навели знатно. И потому Вай, как ни странно, чувствовала себя почти победителем. Да, может, победителем с жертвами. Может, с грязными ходами. Но когда у Вай вообще бывало иначе? Вероятно, мама бы ее осудила, нет, точно осудила бы. Но потом все равно приняла. Всегда было именно так. Сначала ругала, а потом просто обнимала и говорила, что какое бы дерьмо ни свалилось на голову — с этим можно либо справиться, либо хотя бы научиться жить. Главное время. С этой мыслью Вай поднялась из кресла и, привычно улыбнувшись Джен по пути, направилась в кабинет матери. Она заходила туда и раньше. Но сегодня… Сегодня вошла с какой-то почти виноватой улыбкой, словно Фелиция все еще сидела там, а Вай пришла каяться в своих очередных грешках. Пройдя вглубь кабинета, она села в кресло, опустила ладони на подлокотники и буквально зависла. Не двигалась, просто впитывала в себя все эти ощущения. Старый знакомый страх смешанный с болью. Память. «Научиться с этим жить». Эта мысль особенно четко всплыла в голове. И вдруг… Вай расслабилась. Даже чуть вальяжно растянулась в кресле, медленно поглаживая пальцами край подлокотника. Плакать не хотелось, а скорее улыбаться воспоминаниям. И плохим, и хорошим одновременно. И, возможно, Вай просидела бы там до самого вечера, окончательно забив на работу, потому что впервые почувствовала комфорт именно в том месте, которого боялась сильнее всего. Но мимо кабинета прошел Вандер. Он вдруг остановился, осторожно заглянул внутрь, и его брови удивленно поползли вверх. — А я вообще-то к тебе шел, — сказал он с улыбкой, заходя внутрь, а затем осторожно присел напротив. — Может… этому кабинету не стоит пустовать? — задумчиво произнесла Вай. — Хочешь переехать сюда? — усмехнулся он. — Может, иногда работать здесь, — кивнула Вай. — Но я ничего не буду трогать… Тут все такое деловое. Не то что у меня. — Ну да… домик из лего, — добродушно рассмеялся Вандер. — Эй. — Вай возмущенно нахмурилась. — Я свой кабинет вообще-то вот этими руками выстраивала. Она демонстративно подняла ладони. — Когда тебе было тринадцать, да, — невозмутимо добавил он. — Пятнадцать вообще-то, — с тем же серьезным видом поправила Вай. — Как скажешь, — улыбнулся он и, качнув головой, протянул ей папку через стол. — Вот, почитай, когда время будет. Тут краткий план того, что мы собираемся делать с клиникой в первую очередь. Я подумал, сначала лучше открыть доступ для посетителей отеля, а потом уже… — Ладно, — кивнула Вай, почти неприлично перебивая его. — Вандер, тебе вообще не нужно передо мной отчитываться. Это твоя клиника, забыл? Он нахмурился. — Мне важно твое мнение. — У меня было только одно условие — чтобы Кейтлин тебе помогала. Лучше спрашивай ее. У нее таких клиник было четырнадцать, она явно понимает в этом больше меня. — Вай чуть отмахнулась. — И не обижайся, если звучит грубо… Просто я так лажаю в последнее время, что меня вообще удивляет, почему ты до сих пор что-то у меня спрашиваешь. — Не стоит сейчас это обсуждать, — чуть холоднее сказал Вандер. — Нет, стоит, — мягче, но настойчиво ответила Вай, подавшись вперед. — Я вообще-то хотела перед тобой извиниться. Просто не знала, как подобрать слова. И даже хорошо, что мы именно здесь. Пусть мама видит меня такой, какая я есть. Вандер тихо цокнул и качнул головой — почти с осуждением, но с тем самым привычным принятием во взгляде. — И за что ты собиралась извиняться? — За то, что не слушала тебя? — Вай усмехнулась так, будто ответ был очевиден. — Знаешь… даже если бы я раздавал тебе приказы или вовсе посадил тебя на цепь, ты все равно сделала бы по-своему, — криво улыбнулся он. — Я просто рад, что ты жива и в порядке. — Ты прав. Но я правда так лажаю… И теперь начинаю понимать, что, возможно, вообще не готова ко всему этому. Может, я была слишком самоуверенной, когда полезла в дела отеля. — Ты многого не помнишь… — Он неожиданно улыбнулся, будто не должен этого говорить. — Твоя мама этого Маркуса унижала как дворовую шавку. А взлетел он только после смерти Фелиции. Особенно в последний год он вообще сидел тихо. У твоей матери было куда больше рычагов давления, чем у тебя сейчас. Он чуть откинулся в кресле, и взгляд его на секунду потемнел от усталой печали. — Только вот ничего не сохранилось. Где бы я ни искал — компромат или, может документы, хоть что-нибудь, чем она его держала… ничего. Пусто. И я не хотел тебе говорить, потому что понимал: без этого ты начнешь войну с голыми руками. Так что моя вина тут тоже есть, Вай. Не только ты ошибаешься. — Блять… как же это все упростило бы жизнь, — тяжело вздохнула Вай. — Да. Но вышло как вышло. И я не виню тебя, даже не думай. Я злюсь. Но не на тебя. На этого кретина — в первую очередь. На себя — за то, что не уберег тебя. И, может… совсем чуть-чуть на Фелицию за то, что она не оставила нам хотя бы намек, как с этим разбираться. Но точно не на тебя. — Это немного утешает, — грустно усмехнулась Вай. — Но не до конца. Просто… она всегда все контролировала. Всегда знала, когда нужно действовать. Всегда понимала, как правильно. А я… вообще в себе не уверена на самом деле, только делаю вид. И вдруг Вандер улыбнулся. Так тепло и искренне, что Вай даже растерялась. — Твоя мама однажды сидела в этом самом кресле и говорила мне про себя ровно то же самое. Вай тут же недоверчиво сузила глаза. — Ой, да не пизди, я понимаю что ты хочешь поддержать меня, но… — Серьезно. Только материлась она поменьше, — рассмеялся Вандер. И после этих слов Вай неожиданно для самой себя улыбнулась слишком тепло. С надеждой, что, может быть… все действительно не так безнадежно. Может, и тут, как говорила мама, все встанет на свои места. Просто нужно время? И время действительно многое исправило. Почти ровно через год после тех событий Вай ворвалась в свой кабинет, где Кейтлин, устроившись в ее кресле, увлеченно печатала сообщение Джейсу. — Ты… чего так рано? — сразу спросила Кейтлин, бросив взгляд на часы. — Как прошло? Вай стянула с себя пиджак и буквально рухнула на диван с тяжелым выдохом. Но уже через секунду не выдержала и рассмеялась. — Ты бы видела этот пиздец, Кейт… Кейтлин тут же поднялась с места и, не скрывая любопытства, пересела к ней. Но Вай сразу потянула ее на себя и крепко обняла, даже не оставляя пространства для возражений. — Мои золотые адвокаты вытащили меня из дерьма… и за это мы сегодня, нахрен, откроем три бутылки шампанского. Нет, десять. Можем даже их не пить, но откроем, — почти счастливо выдала Вай. — А что с… — начала Кейтлин. — Они прямо в зале суда начали орать и закапывать друг друга! — Вай снова рассмеялась. — Просто прикинь? Походу, про инцест и правда были не слухи, потому что так топить собственного отца… я охренела. Год поодиночке явно пошел им на пользу. Их дело еще будут пересматривать, но как будто сыночку светит только клиника. Он реально не в себе. Последняя фраза прозвучала уже хмуро, и Кейтлин уловила в ее взгляде что-то похожее на сочувствие. — Но это же хорошо! — тут же подхватила Кейтлин, наконец искренне улыбнувшись. Потому что, если честно, этот затянувшийся суд и угроза для самой Вай из-за истории с шантажом в последнее время давили на них обеих слишком сильно. — Да… — тихо выдохнула Вай, снова улыбаясь уже самой себе. А потом повернулась к Кейтлин и внимательно посмотрела на нее. И, не сдержав эмоций, резко поцеловала, даже воодушевленно, с той радостью, которую больше не пыталась скрывать. — Мне Вандер сказал, что ты здесь… — Вай чуть нахмурилась. — Я думала, у тебя скоро встреча. — Отменилась. — Кейтлин слабо улыбнулась. — Решила дождаться тебя тут. Да и… сейчас, наверное, не лучшее время браться за еще одну клинику. Даже хорошо, что все сорвалось. Поищу что-нибудь другое. — И правда хорошо, — ободряюще улыбнулась Вай. — Клиника Вандера работает, у Мэл все складывается… Может, ты вообще заслужила небольшой перерыв? — И что мне тогда делать? — недоверчиво спросила Кейтлин. — Ну… — Вай задумалась с улыбкой. — Поедем в отпуск к твоим родителям? — Ну конечно, — фыркнула Кейтлин. — Тебе тут мало поклонников? Чего тебя туда так тянет? — Мне льстит, что я им настолько понравилась, не буду врать, — рассмеялась Вай. — Но мне кажется, я уже заслужила право посмотреть, как ты жила раньше. А не только слушать истории от тебя и твоих родителей. И от этих воспоминаний Кейтлин не смогла не закатить глаза. Родители действительно однажды приехали сюда и жили в отеле несколько дней. И, по правде, это было утомительно. Потому что они увидели в Вай какой-то идеальный алмаз, которым та на самом деле никогда не была. Особенно раздражало то, что Кейтлин попросила Вай вести себя чуть сдержаннее — а та восприняла это слишком буквально и в итоге очаровала ее родителей уж очень сильно. Ненормально сильно. Хотя это раздражение было скорее напускным. На самом деле Кейтлин тогда была рада, в глубине. И сейчас тоже была рада. Потому что ее выбор приняли. Приняли Вай. Приняли их обеих. И несмотря на то, как начались их отношения, тепла в них оказалось куда больше, чем Кейтлин вообще могла представить в самом начале. Тогда ее зацепило совсем другое. Острота Вай и ее уверенность. Опасная энергия человека, рядом с которым хотелось спорить и бороться. Кейтлин казалось, что ей хочется ощутить вкус соперничества с ней, а потом — вкус победы. Но за этим скрывалось гораздо больше. В Вай была энергия — похожая на ее собственную, но при этом совершенно противоположная. Та, что заставляла расти рядом с ней, перестраивать себя и ломать привычные рамки. И то, что начиналось как желание победить Вай, со временем превратилось в желание бороться рядом с ней. Будь это конкуренты или проблемы. Против всего подряд. Даже против неотесанного застройщика бассейнов, с которым они буквально вдвоем устраивали войны, спорили и доказывали свою правоту — хотя в итоге обе оказались неправы, а их план вообще был нереализуем. Но тогда им было плевать. Да и сейчас тоже было бы плевать. Кейтлин просто знала: какой бы путь Вай ни выбрала, она не станет ее судить, а встанет рядом. И Вай не станет судить ее. Даже тогда, когда Кейтлин согласилась на предложение Паудер. Вай это не понравилось. Особенно после истории с Маркусом — тогда Вай на какое-то время стала подозрительно осторожной, словно боялась снова нарушить хоть одно правило. В какой-то момент это вообще дошло до абсурда: она чуть не вылизала весь отель до блеска, воспринимая каждый скол плитки как угрозу мирового масштаба. Потом ее, конечно, отпустило и она снова стала Вай. Но даже тогда она ни разу не сказала Кейтлин ни слова о том, что кампания против “трав” ведется не совсем честно. И так уж вышло, по удаче или по уму, но эта акция действительно сработала. Дала им серьезное преимущество. Особенно клинике. Последствия, конечно, были. Но копать глубже никто не стал. Все выглядело слишком очевидным, и в итоге именно Кейтлин оказалась в этой истории “белой” стороной. Всю систему перевернуть не получилось бы, но значительный урон нанести удалось. Иногда Кейтлин ловила себя на мысли, что после переезда стала куда жестче, чем раньше. Особенно после того, как начала работать самостоятельно. Особенно когда использовала связи Мэл и ее людей, чтобы пробиться выше. Но дружбу это не разрушило. Наоборот, партнерство крепло. А вместе с ним — и их близость. Да и с Вай они тоже стали ближе. Рядом с ней Кейтлин стояла куда увереннее. Потому что знала и верила: Вай поддержит ее, в любом вопросе. И Вай однажды сама призналась, что именно Кейтлин помогла ей вернуться к нормальной жизни. Это, конечно, было всего один раз, в минуту редкой откровенности. Но Кейтлин запомнила. Поэтому сейчас, глядя на весь их путь, она понимала: не смогла бы отказать Вай ни в чем. Даже если бы та однажды предложила просто всё бросить и переехать куда угодно, — потому что теперь Кейтлин слишком ясно понимала одну вещь. Дом и комфорт — это не точка на карте, а человек. Человек, которого она нашла и в котором поселилась, и человек, который поселился в ней.
