Часть 3 Ошибка вводных данных
6 июня 2026 г., 13:59
«Никогда не начинайте бой с теми, кому нечего терять,
и никогда не обижайте тех, кто умеет ждать.
Ибо когда они придут по вашу душу, правила устанавливать будут
не боги, а их ярость»
- Издание Кодекса с пометками Первого Командования
Ливень, который и не думал заканчиваться благодаря генералу Сорренгейл, насквозь промочил мою одежду и ручьями стекал с подарка Миры, увеличивая и без того приличный вес снаряжения и вещей, которые я несла с собой. Передо мной, скребя босыми пальцами, шагала Рианнон, что упорно не хотела становиться серьёзной и давила меня своим жгучим интересом. — О боги! Вайолет Сорренгейл, это что сейчас было? — восхищённо пропела Ри, напрочь забывая об окружении и ситуации в целом. — Ты видела? Видела, как Риорсон на тебя смотрел? — заговорщицки шепчет она, несмотря на шум ветра. — Там такие искры летели, что можно было весь Басгиат сжечь и без помощи дракона! — Не говори ерунды! — говорю я, не отворачивая взгляда от Парапета передо мной. Только что девушка со светлыми волосами, шедшая впереди, успешно соскочила на твёрдую землю Квадранта, не получив ни одной занозы, точно вам говорю! — Это всего лишь статическое электричество в воздухе из-за грозы и специфическая реакция его теней на руны моего костюма. Тут нет ничего романтичного, только физика, — говорю я, смотря на Ри с немым осуждением. Парапет не прощает отсутствия концентрации на задании и пренебрежительного отношения. — Называй это как хочешь, Ви, но это была самая горячая «физика», — девушка рисует пальцами кавычки, говоря это слово, — какую я только могла видеть за всю свою жизнь! Рианнон при этом посмотрела на меня так, будто с железобетонной уверенностью знала, о чём говорит. Я не стала отвечать — незачем, — и вновь перевела взгляд на то, что происходило перед нами. Всегда знала, что первый шаг на Парапет — это не вопрос смелости. Это чистая математика. Чуть более тысячи шестисот футов тёсаного гранита шириной всего в один фут. На Парапете, пройдя едва ли треть пути, застыл парень. Кажется, его зовут Дилан… заводной такой, всё шутки шутил, про будущее говорил. Весь путь по ступеням вещал о будущей женитьбе и о том, какая жизнь его ждёт через три года после завершения обучения в колледже. Это было слишком мило и одновременно неправильно в условиях Парапета! Как я уже когда-то говорила тем, кто меня слушал: гравитация не читает семейные древа — ни существующие, ни даже те, что на полпути к созданию. Адаптируйся и живи или умри, мечтая о далёком будущем, которого у нас может даже и не быть… Не успела я додумать мысль, как мы все ощутили сильный порыв ветра. Такой, что никто не остался бы равнодушным. И Дилан не исключение. Порыв пошатнул его и заставил пригнуться, сместив центр тяжести. Но удержать равновесие парню не удалось, и он с диким криком сначала упал на колено, пытаясь задержаться, а потом, под тяжестью следующего порыва, его всё-таки снесло с Парапета, и как бы он ни старался удержаться и подтянуться, тяжёлый рюкзак завершил начатое и потянул вниз. Никто не успел и слова сказать, но перед моими глазами ещё долго будет стоять картина: этот солнечный парень изо всех сил тянулся рукой к Парапету, пытаясь подтянуться, а ближайшие, видевшие это люди кричали слова поддержки, но так ничем и не смогли помочь. Плюс одна нелепая смерть, — подумала я, поднимая взгляд в небо. Как и говорил Терон. Я бросаю косой взгляд в сторону сильного, скрытого внимания. Риорсон — это, неизменно, фактор, который мы с отцом в своих расчётах учитывали мало, ведь моей задачей всегда было выжить в Квадранте любой ценой. Его же пристальное внимание может этому сильно помешать и изменить существующие планы. «…- Первые из детей сепаратистов будут на третьем году обучения, - как-то невпопад сказал отец, когда мы оттачивали способы анализа скудного объёма данных. - Они будут следить за тобой особо пристально, Вайолет. Тебе нужно как можно дольше не выдавать себя и свои истинные знания об интересующей их теме, если я правильно читаю их действия. В такие моменты лучше всего работала тактика «молчи и слушай», и я вовсю ею пользовалась. Пусть отец скажет всё, о чём думает. В такие моменты мне удавалось без проблем выудить из него что-то интересное, например объяснение к басне о венинах. - Юный Риорсон и его компания не должны узнать о том, что ты знаешь и что делаешь в стенах Квадранта. Не забывай, что твоя первостепенная цель не просто получить дракона как желает твоя мать, но и максимально собрать информацию о вардах и седьмом виде драконов. И лишь когда ты будешь уверена, что самостоятельно ты ничего уже не выудишь в болоте Архивов при дежурствах, пока твоя печать не проявится, лишь тогда вступай в контакт. — Отец, ты мне предлагаешь шарахаться примерно от двадцати человек разных курсов, лишь бы избегать Риорсона. Это нелогично, тебе не кажется? — спрашиваю я, уже догадываясь о следующих словах. — Пусть будет так. Пусть будет «убегать и шарахаться», как ты выразилась. Но ты забываешь важный нюанс: их семейная черта, как я помню по Фену Риорсону, — дикая проницательность и необходимость контролировать информацию и окружение. И если сын Фена… — Сын Фена — один в один со своим покойным отцом, Ашер, — заговорил Терон, который всё это время сидел на диване и точил кинжал. — Они один в один и лицом, и мозгами. И именно потому, Серебряная, ты должна как можно дольше избегать контакта с любым из меченых. В стенах Басгиата этих детей не жалуют, и с момента поступления в Квадрант они научились быть начеку и держать своих и чужих на виду. Особенно — держать на виду таких, как ты: полуписарей-полувсадников с рунами по всему телу. Мы, тирры, имеем на них чутьё, сама знаешь. — Я поняла. Приложу все усилия, но ничего не гарантирую, — проговорила я, поднимаясь из-за стола. Через двадцать минут майор Гилстед снова будет убивать моё тело жёсткими ударами, блоками и зажимами. Я поклялась себе терпеть достаточно долго эти мучения, но где гарантия, что в один прекрасный момент я не сорвусь? - Иди, дитя. И пусть Данн хранит тебя!» Я смотрю, как спина Рианнон удаляется к Парапету, и подхожу ближе к ней. - Помни мои слова. Парапет не прощает небрежность. Будешь идти, раскинь руки в стороны и улови ритм ветра. Подстраивайся. - Что? Что ты говоришь? - Не строй из себя того, кем ты не являешься, Матиас. Если не хочешь повторить путь того парня, делай как я велю. - Ты сошла с ума, я уже говорила об этом? – бормочет она, поправляя ботинки на плечах и раскидывая свои руки в стороны. Я же только и могла мысленно возносить мольбы и анализировать, чтобы не удариться в сплошную панику. Некстати было это воспоминание, конечно, ведь регистратор уже дважды называл моё имя. Я поднимаю взгляд от ботинок — и вправду, Рианнон уже прошла треть пути. Вперёд! Я делаю глубокий вдох и выхожу из закрытой стенами башни части Парапета. Мой мозг начинает активно работать. Что мы имеем? Ветер резкий, юго-западный, хлёсткий, порывы примерно каждые тридцать-сорок секунд. Значит, ловим ритм. Дождь идёт по косой, умеренно сильный. Камень под ногами устойчивый… я топнула ногой и растёрла несуществующую букашку… его влажность примерно семьдесят пять процентов, несмотря на ливень. Ветер выдувает всё на этой высоте и не даёт воде как следует пропитать дорожку. Местами скользкий мох. На месте, где упал тот парень, нужно быть максимально осторожной… Я подстраиваюсь под ритм ветра и дождя, иду, раскинув руки в стороны, пока ветер треплет мою косу достаточно сильно, чтобы я пожалела, что не заплела её по-другому. Система работает идеально, но ровно до двух третей пути, когда я слышу приближающиеся шаги. Уйдя в себя со своим анализом, я не услышала, как блондинистый мужлан вышел на Парапет вслед за парнем, что шёл за мной, и просто сбросил его вниз. Э, нет, так он и до меня добежит… Тот мужлан давно уже косился на меня со злыми намерениями! Ещё на ступенях я слышала, как он неожиданно стал причиной падения одного из тех кандидатов, которых мы потеряли там. Он опасен, и нельзя, чтобы он добрался до меня! — Ты и в самом деле думаешь, что у тебя получится? Что ты сможешь пройти весь путь и всё-таки получить своего дракона? — кричал Джек. Я вспомнила, как он орал это во всё горло на ступенях, только увидев меня, и о том, что займёт сначала место действующего командира крыла в Квадранте, а потом и место самого генерала Сорренгейла и наведёт свои порядки в Басгиате. — Ты, жалкая пародия на генерала! Тебе не место в Квадранте! Сделай уже одолжение нам всем и свались с этого пути! — кричал он, всё ближе подходя ко мне. — Или мне помочь тебе? Думаю, и драконы, и Риорсон в том числе мне скажут спасибо и даже руку пожмут, — всё не унимался этот ублюдок. И я искренне не обращала на него внимания ровно до его слов о падении. Именно этого момента хватило, чтобы не суметь просчитать ритм ветра и опасно оступиться. В одно мгновение перед глазами пронеслась моя жизнь, и я начала просчитывать, с какой вероятностью разобью в этой ситуации каждую из коленных чашечек. Хвала всем тем людям, которые трудились над тканью и рунами моего костюма! В момент, когда мое левое колено было на полпути к камню, ткань вокруг него резко с эластичной стала жесткой и фиксирующей. Костюм работал исправно. Нога все-таки повисла сбоку дорожки, но равновесие я смогла удержать! — Ну же, Сорренгейл, — он с усмешкой протянул мою фамилию, — сделай нам всем одолжение… и исчезни из этого мироздания! Не порть собой воздух — дышать уже тошно! Я быстро и плавно, как в моих первых упражнениях на баланс из любимого стиля боя, делаю глубокий вдох и плавно восстанавливаю вертикальное положение на Парапете. Нельзя, чтобы тот мудила дошёл до меня, пока я в уязвимом положении. Такие, как он, слов не понимают, и, если я хочу, чтобы меня не трогали, я должна доказать, что здесь не зря. Я прибавила шагу, слыша, как его громкие шаги прорываются сквозь скрип моих подошв по мокрому камню. Быстрее, Ви, ты должна быть быстрее! До конца пути остаются считанные метры, и я решаю рискнуть — слитным прыжком преодолеваю оставшийся путь так, что торможу уже на земле Квадранта, в то время как дыхание того верзилы всё ближе раздаётся у меня за спиной. Я разворачиваюсь достаточно вовремя, чтобы увидеть тушу того парня, опасно кренящуюся в попытке достать меня и вытянуть назад. Он ждал, что я совершу любое движение, и оно поможет именно ему. Оценка позиции цели: центр тяжести смещен вперед, паховое сплетение открыто, мышцы живота расслаблены, ибо он слишком самоуверен. Время. Нет никаких лишних движений, которые бы помогли меня прочитать. Я просто резко крутанула бёдра влево. Руны на куртке среагировали молниеносно, заклинили фиксаторы и превратили моё тело в чёртов рычаг! Именно этот поворот позволил энергии вырваться, и моя рука с коротким кинжалом в моменте сорвалась с места, описывая плавную и прекрасную в своём ужасе дугу. Тирришская сталь вошла в плоть в паху так легко, словно резала растопленное масло. Джек даже не смог закричать. Из его рта вырвался только глухой свистящий выдох, когда его тело осознало масштаб трагедии, но мозг всё ещё отказывался принять эту информацию. Его большое тело потеряло равновесие и начало заваливаться с Парапета прямо на меня, сложившись пополам и увлекая всю свою громадную массу вниз. Да, именно на это и был мой расчет. Я не стала делать лишних телодвижений, кроме как выставила вертикально свой кинжал, держа его рукоять обеими руками на уровне груди и направляя точно в его ребра. Парень сам, падая сверху, насадился на кинжал. Гравитация сделала всё за меня. Его тело падало на моё лезвие, которое твёрдо держало свою позицию, с жутким треском разрывая кожу и мышцы. В конце концов я просто сделала шаг в сторону, позволяя этой окровавленной груде упасть мимо меня на плац. — Как тебя зовут, кадет?.. — спросили меня сорвавшимся, неверящим голосом. Взгляд говорившего метался то на меня, то на окровавленное тело у моих ног, будто разум отказывался принять увиденное. — И кто… кто этот убогий? Но ответить я не успела: ближайшие курсанты уже звали лекарей. — Лекарей, срочно! Кто-нибудь, позовите мендера… — в какофонии звуков я тихо назвала своё имя и отошла в сторону затенённой лавки. Система очищена, препятствие убрано. Больше никто вызов не бросит.
Взгляд с неба.
Высоко над окровавленным плацем Квадранта, на уступе цитадели, скрытые грозовыми тучами генерала Сорренгейл, замерли две огромные тени. Их тяжелые хвосты лениво рассекали дождевые потоки, а вертикальные зрачки были прикованы к суете внизу. Для людей там царил хаос, для тех, кто правил этим небом — предсказуемая человеческая слабость. — Какая отвратительная трата человеческого мяса, — рокочущий, глубокий голос Тейрна отозвался тяжелой вибрацией в сознании его пары. — Этот огромный двухногий не умел даже держать баланс. Поделом. — Дело не в его весе, Тейрн, — отозвалась Сгейл, и в ее ментальном голосе проскользнули опасные, леденящие искры. Синяя дракониха лениво повела крылом, стряхивая капли воды. — Девчонка. Ты видел, как она развернула бедра? Она использовала силу его же падения? Чистая геометрия удара. И на ней руны. Мой всадник сейчас захлебнется от злости, когда полностью осознает, чья это дочь. На уступе чуть ниже Ксанден Риорсон медленно сжал кулаки, вглядываясь вглубь плаца. Сгейл шумно выдохнула струйку дыма, транслируя своему человеку волны ледяного спокойствия, но в ее мыслях, обращенных к Тейрну, сквозило хищное удовлетворение. — Твой всадник взбешен, — заметил Черный дракон, наблюдая за реакцией Риорсона. — От него пахнет жаждой контроля и... растерянностью. Ошибка в его вводных данных? — Он думал, что она сломается еще на Парапете, — Сгейл сузила глаза, отражавшие вспышки молний. — Он ждал, что младшая Сорренгейл — это просто изнеженная книжная моль, легкая мишень. А она перерезала кадету пах и заставила гравитацию сделать за нее всю грязную работу. Ксанден ненавидит, когда его расчеты рушатся. Если он узнает, что девчонка копает под варды, ей не поможет ни её рунический костюм, ни память её покойного отца. Он уничтожит её до Молотьбы. — Не уничтожит, — твердо отрезал Тейрн, расправляя огромные крылья и на мгновение заслоняя небо над цитаделью. — Твой всадник умен, но он не видит того, что вижу я. Эта девочка только что выиграла бой без магии. Без дракона. Хрупкая кость, горсть упрямства и клинок из тирришской стали. Человеческие дети обычно визжат, когда падают. Эта — считала секунды. Из-за широкой спины Тейрна неожиданно высунулась маленькая, золотистая голова. Растопырив неокрепшие крылья, малышка едва удерживалась на скользком камне, воинственно перебирая лапами. — Она пахнет старыми книгами, мятой и... грозой! — пискнул тонкий, но удивительно чистый голосок Андарны. — Я видела ее! Она защитила себя и не испугалась большого злого человека. Она знает, Тейрн! Ее отец оставил ей хлебные крошки в Архивах. Она ищет седьмой вид. Я ждала именно её. Сто лет сна стоили того, чтобы увидеть этот удар! Я хочу подлететь ближе! — Не двигайся, Золотистая, — строго сказал Тейрн, мягко, но надёжно удерживая её золотой хвост лапой у самого уступа. — Твой срок ещё не настал. Хватит храбриться, дитя. Квадрант — гиблое место. Чтобы пережить его до Дня Презентации, ей придётся научиться большей жестокости. Сейчас она — всего лишь мишень, которая ещё дышит. Черный дракон снова перевел взгляд вниз, туда, где Вайолет Сорренгейл скрылась под навесом затененной лавки, пытаясь выровнять дыхание. В его золотых глазах вспыхнул редкий, одобрительный огонек. — Но признаю… её разум острее, чем тирришский кинжал в её руках. Мой интерес эта девчонка определённо заслужила. Теневой будет следить за ней. А значит, и мы тоже. Посмотрим, переживёт ли она ночные нападения курсантов.
