Эмпирей: Та, что знала раньше

                                                                        «Самая опасная слепая зона — это не та, которую

ты не видишь на карте.

Это та, которую твой собственный разум

отказывается замечать, потому что она

ломает привычную картину мира»

- Из лекций по военной стратегии и

анализу данных Квадранта Писцов

      Я сидела на лавке в тени и смотрела на свои руки, которые тряслись от пережитого стресса.       Я сделала это! Я сделала это! Я сделала это!       В моей голове на повторе крутились эти слова, всё больше успокаивая моё колотящееся сердце. Больше нет причин оставаться в глубокой тени себя самой — меня не тронут.       Я дышала глубоко и размеренно, пытаясь провести анализ состояния организма после таких потрясений. Спина отчётливо ощущала стабильность и холод камня.       Я намеренно удерживаю плечи в самом низком положении, на которое способна в этот момент, глубоко и ровно дыша. В ушах кровь бурлит от Парапета, а перед глазами дикий вид оскаленного и дикого Джека-мать-его-Барлоу, но мне некогда на это хоть как-то реагировать.       У меня еще куча дел на этот день, и везде мне необходим трезвый ум и ясность мыслей. Терон всегда говорил, что с моим складом ума лучший способ победить панику — это считать.       Ну, Ви, давай посчитаем, что мы имеем.       Я медленно сжала и разжала пальцы, запуская глубокий внутренний анализ. Отец всегда говорил: прежде чем оценивать внешние риски, проверь прочность своей цитадели. Мозг работал в режиме экстренной перезагрузки, методично раскладывая по полочкам события последних часов.       Повреждения оказались минимальными. Колено, едва не вывернувшееся наружу на Парапете, больше не отзывалось тупой болью — под лавкой жёсткие нити рун надёжно фиксировали сустав, работая как внешний разгрузочный каркас. Защитный костюм принял на себя около семидесяти процентов нагрузки, когда туша Барлоу рухнула прямо на мой кинжал. Руны на ткани всё ещё испуганно подрагивали, а правое плечо потягивало от отдачи, но кости были целы, а дыхание — ровным. Вопреки мрачным прогнозам матери, из первого столкновения с Квадрантом я вышла победителем. Моя личная система функционировала в штатном режиме.       Главный тактический итог — я жива и я на этой стороне пропасти. Но Джек... Джек Барлоу стал постоянной переменной угрозы. Басгиат пропустил этого садиста внутрь, и теперь он будет искать меня на каждом углу. Даже из госпиталя.       Я обвела взглядом суетящийся плац. Мимо бледными тенями проплывали испуганные первокурсники, офицеры срывали голоса, выкрикивая приказы, а на трибуне с командованием монументальным изваянием застыл Ксейден Риорсон.       Нужно срочно брать себя в руки. Впереди — официальное распределение по крыльям, неизбежная стычка с Дейном, который спит и видит, как бы запереть меня в свои удушающие рамки, и первая ночь в академии, где мне пригодятся все мои навыки.       Костюм среагировал на Сирэн-Тай на сто процентов, а значит, игра только начинается.       Достав из голенища свой кинжал, я принялась методично отчищать все, что осталось на нем от Джека куском ветоши, которую заимела еще с этапа регистрации. Сталь нехотя отдавала свою добычу под каплями просачивающейся через навес влаги.       — Вот это номер, Сорренгейл – тихий, чуть подрагивающий голос Рианнон Маттиас заставил меня оторваться от медитативного действия.       Она подошла почти бесшумно, придерживая ушибленную руку, но в её глазах вместо священного ужаса перед убийцей горел яростный, почти исследовательский интерес. Ри присела на лавку рядом со мной, пытаясь не переводить взгляд на окровавленную ветошь.       — Я искренне думала, что тот верзила переломает тебя надвое, когда ты оступилась, — шепнула она, глядя на плац, где другие кадеты так же жались к стенам, стараясь не смотреть в мою сторону слишком явно. — А ты… ты его выпотрошила, как индейку на День Солнцестояния! Где ты этому научилась? Такие обороты — это точно не материал уроков истории Наварры!       — Центр тяжести, Ри, — я перевернула в руках лезвие, проверяя качество своей работы.       — Вес Джека слишком большой для Парапета. Я лишь заставила его тело работать против него. Чистая физика и немного анатомии человека.       — Как же, «физика», — хмыкает Матиас, но тут же её лицо становится серьёзным. — Я слышала, сейчас будет распределение по отрядам. Нас, тех, кто преодолел Парапет, раскидают кто куда… Хотелось бы попасть хотя бы в одно Крыло, не говоря уже об отряде, иначе…       — Вайолет. Боги, Вайолет!       Тяжёлые, рваные шаги нарушили шум ливня. Из водяной взвеси к нашей лавке вышел Дейн Аетос, человек, которого я не ожидала увидеть, но знала, что он будет здесь. Его форменная куртка была распахнута, мокрые волосы прилипли к его высокому лбу, а его внешний вид твердил, будто это именно его выпотрошили тирришским клинком несколько минут назад. Он замер перед нами, сканируя меня своими карими глазами, словно ища ранения на такой хрупкой мне, и всё больше хмурясь, не находя таковых. Он искал ту хрупкую Ви, которую оставил в крыле персонала год назад, ту маленькую и уязвимую, как он думал, Ви, которую всегда защищал. А натыкался лишь на мою ровную спину, стальной взгляд и холодное лезвие в руках.       — Дейн, — сухо киваю я, не прекращая методичный осмотр и полировку лезвия. — Ты нарушаешь протокол сбора первогодок.       — Какой, нахрен, протокол, Ви?! — он сделал ещё один шаг вперёд, практически падая передо мной на колено и пытаясь при этом поймать мои запястья. Костюм, словно прочитав мои намерения, едва натянулся на предплечьях, готовясь к блоку возможного захвата. Я плавно увела руки в стороны, убирая кинжал от возможного контакта с его пальцами. — Что ты устроила? Нолон собирает того ублюдка по частям! Мне доложили… доложили, что ты сделала это почти у самой кромки Парапета! Тебя же он мог просто вытянуть и сбросить, Вайолет!       — Он нарушал геометрию движения, — мой голос ровный, словно я на докладе военного рапорта. — Я лишь ликвидировала переменную, несущую угрозу.       Дейн на мгновение онемел, пытаясь переварить услышанное; его челюсть слегка отвисла.       Мой тон явно не укладывался в картину «Вайолет — подруги детства, которую нужно спасать от последствий Парапета». Он пару раз моргнул и перевёл взгляд на Рианнон.       — А ты кто такая?       — Рианнон Маттиас, к вашим услугам. – полушутливо ответила Ри. – Подруга этого «врага для членов», если ты понимаешь, о чем я.       Он снова перевёл свой взгляд на меня, и его внешний вид стал сильно напоминать полковника Аетоса: жёсткое, чиновничье выражение лица, ровная спина и холод, почти надменность в голосе.       — Не важно. Сейчас это не важно. – быстро заговорил он, вставая во весь рост. – У меня есть еще несколько дел прежде, чем начнется распределение, но… Вы обе будете в моем отряде.       — А в твоем, это в каком? – подала голос Ри.       — Я Командир второго отряда, секции Огня, Второго крыла. – проговорил Дейн, уже отворачиваясь от нас и идя в направлении помоста. Рианнон только и подняла бровь на его слова, переводя взгляд с него на меня и обратно. Кумовство чистой воды. Аетос использовал своё звание, чтобы замолвить за нас слово и упрятать к себе под крылышко. Как будто система Квадранта это ему хоть когда-то могла позволить!       — Это нарушение регламента, Дейн. – говорю я, пряча кинжал в голенище сапога. – Списки отрядов утверждает Командование, и ты это знаешь.       — Да мне плевать! — останавливаясь на полушаге, рычит он. — Во Втором Крыле я смогу обезопасить тебя от контактов с Риорсоном и его шайкой. Он не сможет добраться до тебя в моём Крыле, особенно учитывая, какую мишень ты себе нацепила на спину в дополнение к существующей.       Я не сказала ни слова на его триаду, только и могла смотреть на его ровную удаляющуюся спину, вспомнив о тактике «молчи и слушай».       — Ну, отряд так отряд, зато не разделили. — с усмешкой проговорила Рианнон, и я улыбнулась на эти слова. Почему-то меня не раздражало её присутствие в моём окружении.       Я не стала говорить ни ему, ни ей, что наивно настолько верить в мобильность системы Басгиата и в то, что она пропустит подобные выверты. Мои расчёты говорили в тот момент, что идея Дейна спрятать меня там, где Риорсон не дотянется до меня, не получит должной реализации. Ведь Ксейден — не та переменная, которую можно вычеркнуть из уравнения, просто поместив меня во Второе Крыло.       Я видела, как Дейн Аетос почти светился, как ясное солнце в полдень, от того, что ему удалось спрятать меня, как вещь, в коробку из правил поведения, устава и своей личной опеки.       Тишину построения разбило гулкое стаккато каменного крошева от того, что восемь огромных крылатых туш уселись на стену за помостом, на котором находилось все руководство колледжа и наши Винглидеры и Командиры.       Уже пронеслась над нашими головами речь Команданты Панчека, что сводилась к мысли: «Вы не хотите, чтобы я ввязывался в разборки из-за вашей тупости», и пришёл черёд распределить новоприбывшее мясо по отрядам, секциям и крыльям.       Брюнетка с широкими плечами и ухмылкой, располосованной шрамами, шагнула вперед. Серебряные шипы на плечах ее униформы сверкнули в блеклом свете грозового неба.       — Я Нира, старший командир квадранта и глава Первого крыла. Командиры секций и отрядов, займите свои места. Меня толкнули в плечо, когда кто-то прошел мимо, протискиваясь между мной и Рианнон. Они выходили и выходили к помосту, пока перед нами не выстроились около пятидесяти человек. Дейн, как и говорил ранее, стоял в секции Огня Второго крыла и старательно отводил взгляд.       — Кадеты, когда назовут ваше имя, встаньте в строй позади командира своего отряда, – проинструктировала Нира.       Прошло ещё несколько десятков минут, прежде чем нас всех распределили по отрядам. Пока предсказание Дейна сбылось, и нас с Рианнон и ещё несколькими ребятами определили во Второй отряд. На Аетоса-младшего нельзя было смотреть без затемнённого стекла.       Но, как и всё в этом мире, радость была слишком быстротечной. Риорсон, паливший меня всё время распределения нечитаемым взглядом, пошептался с другими винглидерами, и Нира, та, что проводила распределение, сказала слова, которые заставили солнце Дейна погаснуть.       — Дейн Аетос, вы и ваш отряд переходите из Второго крыла в Четвертое вместо отряда Ауры Бейнхейвен.       — Следуйте за мной. — сказал отряду Дейн и пошёл в сторону места назначения с такой скоростью, что нам пришлось бежать за ним. Он не подавал вида, но я, как человек, знающий его, видела, насколько он был поражён этой переменой. Бедный, бедный Дейн!       — Эй, — Рианнон осторожно ткнула меня локтем в бок, как только мы заняли положенные нам места. Её лицо было бледным, но взгляд оставался собранным. — Кажется, наш доблестный командир сейчас свалится в обморок. Что делать будем, Сорренгейл?       Я перевела взгляд на Дейна Аетоса. Он застыл во главе нашего отряда, словно оглушённый ударом обуха. Лицо превратилось в белую безжизненную маску, а пальцы сжались на планшете-информаторе с такой силой, что материал жалобно скрипнул. Чуть дальше, на стенах цитадели, устроились восемь огнедышащих тварей. Тёмно-синяя драконица медленно водила головой по нашим рядам, будто оценивала, кто из этого пушечного мяса дотянет до Презентации.       В это время перед нами вышел тот, кого я должна была избегать максимально долго — Командир Четвёртого крыла Ксейден-чтоб-его-Риорсон.       — Второму и третьему курсу Второго отряда завершить передислокацию в сектор Четвёртого крыла к утреннему построению, — сухо отчеканил Ксейден. Его тени в последний раз скользнули по плацу, мазнули по носкам моих сапог и растаяли, словно их и не было. — Добро пожаловать в Квадрант Всадников, кадеты. Постарайтесь не сдохнуть к утру!       Приказ Риорсона означал, что старшекурсникам придётся экстренно перебраться в сектор Четвёртого крыла, несмотря на кучу других дел. Нас, первогодок, эта логистика не касалась — наши казармы изначально были там. Но для Дейна это был крах.       Идиот. Какой же ты идиот, Аетос.       Мысленный голос прозвучал ядовито и чётко. Дейн так отчаянно пытался разыграть карту кумовства! Он искренне считал, что у него это получится...       Вот только он забыл: для Ксейдена Риорсона границ не существует. Дейн думал, что играет в шахматы, а Ксейден просто владел этой доской. Хотел контролировать меня? Поздравляю. Теперь твой отряд переброшен в стан врага, прямо под прицел человека, от которого ты так пытался меня укрыть. План по тихому уклонению от меченых официально провалился — я в прямом подчинении у Риорсона.       Я смотрела сквозь плотную стену дождя, пока мой мозг в режиме реального времени пересчитывал переменные в уравнении выживания. Карта рисков, которую я так скрупулёзно выстраивала, была сожжена дотла одним коротким приказом.       — Делаем то же, что и собирались, Ри, — тихо ответила я, не поворачивая головы. — Изучаем новые переменные. Сейчас получим обеспечение и найдём свои койки. Нужно выспаться, потому что под командованием Риорсона лёгкого утра нам точно не видать. А пока — просто слушай.       Я перевела взгляд на помост. Там, все с той же самоуверенностью продолжал вещать Ксейден.       — Теперь вы все кадеты, — голос Ксейдена раскатился над плацем, перекрывая гул толпы и шум дождя. — Посмотрите на свой отряд. Это единственные люди, которые по Кодексу гарантированно не убьют вас. Но не обольщайтесь: все остальные вполне могут попытаться. Хотите дракона? Значит, заслужите его.       Большинство кадетов взорвалось одобрительным гулом и аплодисментами, но я даже не шелохнулась.       Сегодня шестьдесят семь человек сорвались вниз или погибли как-то иначе. Шестьдесят семь таких же, как Дилан. Шестьдесят семь семей, которые сейчас либо забирают тела, либо смотрят, как их хоронят у подножия горы под безликими камнями. Мне было не до восторга. И уж точно не до чужого ликования.       Взгляд Ксейдена снова поймал мой. В груди болезненно, глухо потянуло что-то живое и абсолютно лишнее в этой цитадели. А затем он просто отвёл глаза, за секунду вернув лицу маску ледяного равнодушия, будто этой вспышки между нами никогда не было.       — И, полагаю, сейчас вы чувствуете себя чертовски крутыми, да, первогодки? Плац снова ответил ему одобрительным шумом.       — После Парапета вам кажется, что вы неуязвимы? — выкрикнул Ксейден. — Думаете, теперь вас не достать? Что вы уже почти элита? Почти избранные? После каждой его фразы плац взрывался криками и аплодисментами, и этот гул нарастал, становясь всё плотнее.       Нет. В какой-то момент это перестало быть просто шумом. Звук изменился — стал тяжелее, глубже. Так бьют воздух огромные крылья, когда небо само идет на тебя. Да, драконы были там все это время, но после этих слов они словно отмерли и из равнодушных изваяний резко превратились в жадно смотрящих ревизоров нашего строя.       Они начали медленно опускать головы, разглядывая шеренги первокурсников. Жёлтые, вертикальные зрачки размером с человеческий рост сканировали нас, выискивая малейший изъян. Давление чистой магии стало почти физическим, удушающим. И у кого-то в задних рядах не выдержали нервы. Двое парней из Третьего отряда с диким, паническим криком вылетели из ровного строя, бросившись наутёк в сторону жилых казарм. Дезертиры секундного страха. Они успели сделать всего по пять шагов.       Красная драконица на углу стены даже не сдвинулась с места. Хлёсткий, ленивый поворот массивной шеи — и короткая вспышка ослепительно-белого пламени накрыла беглецов прямо на ходу. Воздух мгновенно прошил один общий, захлебнувшийся крик, который тут же оборвался. Запах палёной плоти и раскалённого железа перебил свежесть дождя, ударив в ноздри строю. Ещё секунда — и на мокрые камни плаца осыпался лишь серый пепел, который тут же принялись смывать грязные потоки воды.       Система вычеркнула неэффективные переменные со стопроцентной точностью. За нарушение строя в Басгиате не наказывали — здесь просто ликвидировали источник хаоса. Плац парализовало мёртвым, звенящим ужасом. Аплодисменты смолкли в один миг. А я пыталась просчитать свои шансы остаться на месте и не привлечь к себе еще больше их внимания чем уже имела.       — О боги… они прекрасны, — выдохнула рядом со мной Рианнон, и в её голосе священный трепет пополам с первобытным страхом боролся с подступающей тошнотой. Я перевела взгляд на массивную фигуру Сгейл, всё ещё возвышавшуюся на стене. Гранит под моими сапогами едва заметно дрожал от её тяжёлого дыхания, и эта вибрация поднималась по ногам вверх. Руны, вышитые вдоль позвоночника и на груди костюма, не просто грели — они отзывались глухим, плотным жаром, как предупреждение. Моя личная «цитадель» уже вошла в автономный боевой режим, распознав присутствие высшей магии слишком близко.       Этот костюм и эти руны... они реагировали на Риорсона и его драконицу как на прямой источник силы. И теперь моя главная задача — сделать так, чтобы ни один из них не понял, что моя броня живая и прошита древними тирришскими нитями.       Системный аудит позиции: дисперсия рисков критически нарушена.       Отец ведь предупреждал меня: «Держись подальше от меченых, Вайолет. У них слишком длинная память и слишком много причин ненавидеть наше имя». Четвёртое крыло было буквально выжжено реликвиями Тиррендора. Мой изначальный план — раствориться в безликой массе Второго крыла, собирать сведения и не отсвечивать — официально перестал существовать. Теперь я стою в одном строю с детьми сепаратистов. Мой костюм выдержал удар Джека Барлоу, но спасёт ли он, если дети сепаратистов решат отомстить мне за грехи моей матери? Вопрос оставался открытым. Слепых зон на моей карте становилось слишком много.       Сам Ксейден действовал пугающе чисто. Обмен целыми отрядами через Винглидера Второго крыла без единого объяснения — это уже не прихоть старшекурсника. Это демонстрация абсолютной, почти неприличной политической власти внутри Басгиата. Риорсон прочитал манёвр Дейна за секунды и срезал его ещё на взлёте.       Зачем? Либо это была прямая угроза мне — я достану тебя где угодно, Сорренгейл, — либо подтверждение моей теории. Если между ним и моей матерью действительно существует тайное соглашение о защите, про которое мне как-то говорил Терон, то Четвёртое крыло — идеальная клетка для наблюдения. Ему нужно держать меня в зоне прямой видимости.       Я сделала медленный вдох, заставляя мышцы расслабиться под жёстким корсетом костюма. Военный рапорт в моей голове закрылся сухой, окончательной точкой.       Вводные данные изменены.       Дислокация — Четвёртое крыло. Время на адаптацию — ноль.       Стратегия пассивной защиты аннулирована. Перехожу к тактике активного маневрирования и скрытого сбора данных. И главное — держаться как можно дальше от Дейна, потому что его неизбежное нытьё о том, «как это произошло», будет заглушать звуки реальной опасности.