Под одной крышей: Правила номер ноль.

Следующее утро началось для Сонхуна не с кофе, а с осознания того, что в его ванной кто-то поет. И поет, откровенно говоря, неплохо, но слишком громко для восьми утра субботы. Сонхун замер у двери ванной, сжимая в руке полотенце. Из-за двери доносился шум воды и голос Хисына, завывающий какой-то популярный рок-хит. Сонхун прислонился лбом к прохладному дереву двери и прикрыл глаза. Смириться с тем, что теперь он делит личную гигиену с этим ураганом, было выше его сил. Когда дверь наконец распахнулась, в коридор вывалилось облако густого пара, пахнущего мятой и дорогим мужским парфюмом. Хисын вышел, обмотанный полотенцем опасно низко на бедрах. Его волосы были мокрыми и беспорядочно липли ко лбу, а по широким плечам всё еще стекали капли воды, исчезая за краем ткани. Сонхун застыл. Он планировал высказать всё, что думает об утренних концертах, но слова застряли в горле. Хисын выглядел... слишком вызывающе. — О, Сноу, — Хисын остановился прямо перед ним, сокращая дистанцию до неприличия. Сонхун почувствовал жар, исходящий от его тела. — Ты что, караулил меня? Не терпится зайти в теплую воду после меня? Хисын ухмыльнулся, и его взгляд медленно, почти ощутимо, прошелся по фигуре Сонхуна — от кончиков домашних тапочек до покрасневших ушей. — Ты занял ванную на сорок минут, — холодно выдавил Сонхун, стараясь смотреть исключительно в глаза Хисыну, а не на капли воды, медленно ползущие по его прессу. — У нас есть график. — Забудь о графиках, Сноу. Мы теперь одна команда, — Хисын сделал еще полшага вперед, вынуждая Сонхуна вжаться спиной в стену. — Знаешь, пар в этой ванной делает твою кожу такой... сияющей. Хочешь, в следующий раз пойдем вместе? Сэкономим воду, время и нервы. Я даже могу потереть тебе спинку, если попросишь вежливо. Он наклонился к самому уху Сонхуна, обжигая его влажным дыханием. — Или ты боишься, что не выдержишь такой близости со своим «старшим братом»? — Сгинь, Хисын, — Сонхун с силой оттолкнул его и прошмыгнул в ванную, захлопнув дверь. Сердце колотилось где-то в горле. «Спокойно, Сонхун, это просто его дурацкие шутки», — убеждал он себя, глядя в запотевшее зеркало. Но запах Хисына, заполнивший всё помещение, мешал дышать ровно. Днем в квартиру пришел Джейк. Они с Сонхуном расположились на кухне, чтобы приготовить вместе пасту. Тихая беседа и уютная атмосфера — это было то, что Сонхун любил больше всего. — Хун-а, попробуй соус, — Джейк протянул ложку к губам Сонхуна. Тот послушно приоткрыл рот, пробуя содержимое, и улыбнулся. — Идеально, Джейки. У тебя талант. — Талант к чему? К подлизыванию? — раздался резкий голос от дверного проема. Хисын стоял там, прислонившись к косяку. Он уже успел переодеться в черную майку, которая выгодно подчеркивала его руки. Рядом стоял Джей, который явно чувствовал нарастающее напряжение. — Мы готовим обед, Хисын, — не оборачиваясь, бросил Сонхун. — Если хочешь, порция останется и для тебя. — О, нет, спасибо. Я не ем еду, приготовленную с таким количеством... нежности, — Хисын выделил последнее слово с явным ядом. Он прошел к холодильнику, специально задев плечом Джейка так, что тот едва устоял на ногах. — Эй, полегче, — спокойно, но твердо сказал Джейк. Хисын резко развернулся к нему. В его глазах полыхнул темный огонь. — «Полегче»? Слушай сюда, Джейки. Ты здесь гость. А я здесь живу. И мне очень не нравится, когда в моем доме кто-то трогает то, что ему не принадлежит. — Хисын, прекрати! — Сонхун встал между ними, упираясь ладонями в грудь Хисына. Под тонкими пальцами он почувствовал, как бешено бьется сердце Ли. — Он мой лучший друг. Веди себя прилично. Хисын опустил взгляд на ладони Сонхуна, лежащие на его груди. На мгновение его лицо смягчилось, но ухмылка стала еще более дерзкой. Он накрыл ладонь Сонхуна своей, прижимая её плотнее к своему сердцу. — Твой лучший друг? — прошептал Хисын, игнорируя присутствие остальных. — А я твой кто, Сноу? Твоя головная боль? Твой ночной кошмар? Или тот, о ком ты думаешь, когда этот парень уходит домой? Он наклонился ниже, почти касаясь носом носа Сонхуна. — Знаешь, Сноу, у тебя зрачки расширяются, когда ты злишься на меня. Или это не злость? — Хисын, пошли, — вмешался Джей, хватая друга за плечо. — Нас ребята ждут. Оставь их. Хисын нехотя отпустил руку Сонхуна, но прежде чем уйти, он слизнул невидимую каплю соуса с уголка губ Сонхуна — движение было настолько быстрым и интимным, что Джейк замер с открытым ртом. — Слишком сладко, Сноу, — подмигнул Хисын. — Тебе больше идет острое. Наслаждайтесь обедом. Но помни, вечером я буду дома. Один. И у нас будет очень длинный разговор о правилах совместного проживания. Когда входная дверь захлопнулась, Сонхун почувствовал, как его ноги стали ватными. Он опустился на стул, прижимая пальцы к губам. — Хун-а, ты в порядке? — Джейк обеспокоенно положил руку ему на плечо. — Он... он ведет себя не как брат. — Я знаю, Джейк, — выдохнул Сонхун, глядя в окно. — Я знаю.