Живая плёнка

Сынмин с Джисоном медленно продвигались сквозь длинный коридор, оглядываясь по сторонам. Они заглядывали в каждую комнату, где раньше находились больные. На стенах они видели старые, засохшие пятна – то ли крови, то ли рвоты пациентов этого места, а также жуткие царапины от ногтей, будто их сделали только что. На полу валялись старые тряпки, мусор и, как ни странно, ржавые хирургические инструменты. Вокруг была гробовая тишина, только звуки их дыхания и половиц под ногами обрывали эту тишину. Продвигаясь всё дальше по коридору, Сынмин стал слышать какие-то голоса, доносящиеся из комнат пациентов. Сынмин: Хан, ты ничего не слышал? Джисон: Нет, а что? Сынмин: Да просто, показалось, наверное… Но голоса не утихали, они становились всё громче и навязчивее. Он слышал, как кто-то просит о помощи, где-то голос плачет, где-то зовет маму, а где-то и вовсе доносился страшный вопль. Сынмин закрыл уши руками в попытке спрятаться от этих голосов, но это не помогало, голоса становились всё громче и громче. Не выдержав такого давления, Сынмин сел на корточки, всё так же зажимая уши руками и зажмурив глаза. Давление было настолько сильным, что казалось, его голова сейчас взорвется. Джисон, обернувшись в этот момент к другу и увидев его странное поведение, забеспокоился и поспешил помочь. Джисон: Эй, Сынмин, что с тобой?! Открой глаза! Скажи что-нибудь! Но голос Хана не доходил до Сынмина, он лишь слился с остальными и отражался эхом в его голове, но другие голоса становились всё громче, всё душераздирающе, и… звон. Сынмин открыл глаза и пытался понять, что только что произошло. Все голоса резко замолчали, оставив после себя только звон в ушах. Джисон всё так же пытался докричаться до своего друга, но это было бессмысленно – его голос эхом раздавался в ушах Сынмина. Он сидел на полу, пытаясь отдышаться и осмыслить то, что сейчас было, но вдруг его мысли перебило какое-то шевеление на его руке. Сынмин резко посмотрел на свою руку, думая, что на ней какой-нибудь паук, но когда он взглянул, там ничего не было. Он уже подумал, что снова показалось, но нет, вдруг под рукавом его кофты он снова почувствовал какое-то шевеление и поспешил снять её. Джисон: Что ты делаешь? Зачем снимаешь кофту? Сынмин: По мне кто-то ползает! Сняв кофту, там ничего не оказалось. Джисон: Ну вот, смотри, ничего нет. Давай одевайся и пошли дальше. Но Джисон не видит того, что видит Сынмин. Его глаза расширились от ужаса: это что-то находилось под его кожей, и оно продолжало шевелиться. Из-за паники и ужаса увиденного Сынмин смог выдавить из себя очень тихо только два слова: «Под кожей…» Джисон: Что? Сынмин: Под кожей… В этот момент сущность под кожей Сынмина начала размножаться, с каждой секундой наростов становилось всё больше и больше. Сынмин: Хан, помоги! Их становится всё больше! Помоги достать! Джисон в панике садится напротив друга, не понимая, что происходит, и пытаясь хоть как-то помочь. Джисон: Что происходит, Сынмин? О чём ты? Что с тобой?! Объясни мне! Но Сынмин не слушал, его окутала паника, он начал царапать себя в надежде, что это хоть как-то поможет, но вдруг его взгляд падает на рядом лежащий ржавый скальпель. Он хватает его и начинает надрезать свою кожу в надежде достать это. Джисон: Сынмин, стой! Что ты творишь! Прекрати! Но Сынмин уже давно не слышал своего друга, он всё продолжал резать себя. Следы от старого, ржавого скальпеля оставались рваными, и это приносило жуткую боль Сынмину. По его щекам текли слёзы боли и страха, но он продолжал себя резать, пытаясь достать это существо. Джисон: Сынмин, хватит! Пожалуйста! Хана тоже уже окутала паника и страх за своего друга, он попытался вырвать скальпель из рук друга, но Сынмин в панике оттолкнул его настолько сильно, что тот ударился головой о стену. Сынмин уже чуть ли не бился в агонии от боли и страха, он чувствовал, как это существо продолжает ползать по нему, и оно поднималось всё выше, к его шее. Сынмин хотел опередить это существо и приставил лезвие к горлу. Джисон: Нет, Сынмин, не делай этого! … Сынмин упал замертво. Джисон, не веря в происходящее, медленно подполз к другу. Джисон: Сынмин? Друг, ответь! Сынмин… Когда он подполз ближе, он увидел искажённое от ужаса и боли лицо друга, по которому успела скатиться последняя слеза. Джисон начал плакать над бездыханным телом своего друга, он уже хотел закрыть лицо руками, чтобы не видеть эту картину, но его остановила кровь. Кровь Сынмина была на его руках. От ужаса и накатившей паники Джисон схватил свою аппаратуру и побежал в холл, надеясь, что ребята уже ждут там. Он бежал и плакал одновременно, зовя ребят. Когда он добежал до холла, ребята в этот момент тоже прибежали на зов Хана. Феликс: Что случилось? Минхо: Почему ты плачешь? И где Сынмин? Джисон: Его больше нет… Все: Что?! Хенджин: Как это "нет"? И почему на тебе кровь? Джисон: Я… я не знаю… он сначала просто сел, а… а потом он… Минхо: Надо уходить отсюда. Феликс: А как же Сынмин? Минхо: Ему уже ничем не поможешь… Ребята молча направились в сторону выхода, но когда хотели открыть дверь, она не открылась. Хенджин: Это что ещё за дела такие? Почему она не открывается?! Ребята попробовали ещё раз, но это было бесполезно. Минхо: Кажется, мы здесь застряли. Хенджин: Придётся искать другой выход. Минхо: В этот раз идём все вместе, никому не расходиться. Все остальные кивнули и направились вглубь здания.