VIP-клиент

      Время в комнате отдыха текло невыносимо медленно. Денис сидел на роскошном кожаном диване, подтянув колени к груди, и пытался сосредоточиться на конспектах по зарубежной литературе. Строки Данте Алигьери расплывались перед глазами, а Дантовы круги ада сейчас казались ему детской сказкой по сравнению с тем корпоративным пеклом, которое, вероятно, бушевало за тяжелыми дубовыми дверьми.       Сквозь толстую звукоизоляцию не проникало ни звука. Ни криков, ни ударов кулаками по столу, и эта абсолютная, стерильная тишина пугала больше всего. Денис знал, что такие люди, как Виктор и его конкуренты, не кричат. Они уничтожают друг друга ровными, ледяными голосами, оперируя цифрами, акциями и компроматом.       Парень отложил планшет и откинул голову на спинку дивана, прикрыв глаза. Сердце всё ещё отбивало тревожный ритм. Он верил Виктору. Верил безоговорочно, что было для него самого в новинку — Денис привык полагаться только на себя. Но страх за семью, за мамино здоровье, если вдруг эта грязь выльется наружу, липкой паутиной оплетал сознание.       Спустя, казалось, вечность — а на деле около полутора часов — в замке щёлкнул механизм. Денис мгновенно подобрался, садясь ровно и напряженно глядя на открывающуюся дверь.       На пороге появился Виктор. Мужчина выглядел так, словно только что сошёл со страниц журнала для миллиардеров, но в его позе сквозила тяжёлая, звериная усталость. Он стянул галстук, бросив его куда-то на кресло, и расстегнул верхние пуговицы белоснежной рубашки. Его тёмные глаза, встретившись со взглядом Дениса, мгновенно потеплели, хотя челюсти все еще были плотно сжаты от напряжения.       Денис поднялся ему навстречу. Он не бросился ему на шею, хоть и сильно того хотел, а вместо этого парень засунул руки в карманы джинсов и, чуть склонив голову, поинтересовался своим самым низким, бархатным баритоном:       — Ковры менять придётся? Надеюсь, ты не залил кровью этот прекрасный дубовый паркет, господин председатель?       Виктор на мгновение замер, а затем неожиданно, искренне хохотнул. Напряжение, сковывавшее его плечи, начало отступать. Он подошёл к Денису и, не говоря ни слова, притянул его к себе, зарываясь лицом в светлые, пахнущие шампунем волосы парня.       — Ковры целы, студент, — выдохнул мужчина, крепко прижимая к себе худощавое тело. — Пришлось пустить кровь их банковским счетам, а не яремным венам. Хотя, признаюсь, второй вариант казался мне более привлекательным.       Денис обнял его в ответ, чувствуя, как колотится чужое сердце. Он положил подбородок на плечо Виктора, мягко поглаживая его по широкой спине.       — Рассказывай. Я хочу знать, из-за чего мне пришлось пропустить семинар по эпохе Возрождения.       Виктор нехотя отстранился, взял из мини-бара бутылку минеральной воды, сделал несколько жадных глотков и тяжело опустился на диван, потянув Дениса за собой. Студент оказался прижатым к его боку, уютно устроившись под тяжёлой рукой мужчины.       — Если вкратце и без юридического дерьма, — начал Виктор, глядя перед собой, — эти два идиота из совета решили, что слив информации о моих переводах в «Элизию» — это джокер. Они не учли одного: моя служба безопасности тоже не зря ест свой хлеб. Пока они копались в моих личных транзакциях, мои люди вскрыли их офшорные схемы по отмыванию денег через подставные фирмы-однодневки, которые выигрывали тендеры на ремонт университетских корпусов.       — Оу, — Денис присвистнул. — Классика жанра. Вор кричит «держите вора».       — Именно, — Виктор усмехнулся, его пальцы медленно перебирали светлые пряди на затылке студента, успокаиваясь от этого простого действия. — Я положил им на стол папки с доказательствами их хищений на сумму, от которой у них глаза на лоб полезли. И предложил выбор: либо они прямо сейчас подписывают документы о добровольном выходе из попечительского совета и продают свои доли в холдинге за смешные копейки, либо завтра эти папки ложатся на стол прокурору.       — И они, конечно же, выбрали первый вариант, — констатировал Денис, чувствуя, как последняя тяжесть спадает с его плеч.       — У них не было выбора, малыш, — голос Виктора стал жестким, в нём снова промелькнула сталь. — Я уничтожил их. Они больше никогда не подойдут ни к университету, ни к тебе. Все цифровые следы той информации, что у них была, зачищены. Можешь выдохнуть. Твоя тайна останется только между нами.       Денис закрыл глаза, шумно втягивая воздух. Облегчение было настолько сильным, что у него слегка закружилась голова. Он повернулся к Виктору, внимательно вглядываясь в его уставшее лицо. Этот взрослый, обременённый властью мужчина только что развязал корпоративную войну и вытер ноги о своих врагов просто для того, чтобы защитить покой бедного студента.       — Спасибо, — тихо, но с невероятной глубиной в голосе произнес Денис. — Я… я не привык, что кто-то решает мои проблемы. Обычно я тот парень, который закрывает амбразуру.       — Привыкай, — Виктор мягко провел костяшками пальцев по щеке парня. — Теперь амбразуры буду закрывать я. А ты будешь учиться, спать и радовать меня своим сарказмом.       Мужчина тяжело вздохнул, потирая переносицу. Адреналин схлынул, оставив после себя выматывающую усталость. Денис видел это и его эмпатия, и скрытая за маской иронии нежность требовали немедленных действий.       Парень плавно поднялся с дивана. В его глазах зажегся обещающий огонёк. Он подошёл к Виктору, положил руки ему на плечи и мягко, но настойчиво надавил, заставляя мужчину откинуться на спинку кожаного дивана.       — Моя очередь, господин генеральный директор, — бархатным, вибрирующим шёпотом произнес Денис, склоняясь к самому уху Виктора. — Ты хорошо поработал, теперь позволь мне поработать над тобой.       Виктор судорожно выдохнул, когда пальцы Дениса начали разминать зажатые мышцы его шеи и плеч. От звука этого глубокого голоса, от смены интонации с мальчишеской на ту самую, откровенно порочную, у мужчины мгновенно потяжелело в паху.       — Ты играешь с огнем, студент, — хрипло предупредил Виктор, закрывая глаза от удовольствия. Руки Дениса были сильными, они безошибочно находили болевые точки, разминая их до приятной истомы. — Я не играю. Я его разжигаю, — парировал Денис.       Он обошёл диван и, не дав Виктору опомниться, одним плавным, уверенным движением оседлал его бёдра, садясь сверху. Мужчина инстинктивно обхватил его за талию, его глаза распахнулись, встретившись с потемневшим взглядом парня.       Денис сидел на нем, прямой, гордый, его светлые волосы растрепались, а губы были чуть приоткрыты. Он медленно потянулся к рубашке Виктора и начал расстегивать пуговицу за пуговицей.       — Знаешь, о чём я думал, пока ты там воевал с этими ублюдками? — рокочущим басом спросил Денис, оголяя широкую, волосатую грудь мужчины.       — О чём? — голос Виктора стал хриплым, он почти не мог дышать от ощущения того, как бёдра студента плотно прижимались к его собственной, уже болезненной эрекции.       — О том, что ты сказал мне перед уходом, — Денис наклонился, его губы обжигающе проскользнули по линии челюсти Виктора, спускаясь к шее. — Ты сказал, что хочешь бросить меня на этот стол, стянуть с меня джинсы и слушать мой голос.       Студент слегка прикусил кожу на ключице мужчины, заставив того глухо застонать.       — Я сказал это, чтобы ты не скучал, — попытался сохранить остатки контроля Виктор, его большие руки скользнули под черную водолазку Дениса, оглаживая горячую, гладкую кожу спины.       — А я не скучал, — Денис резко выпрямился, глядя на Виктора сверху вниз. В его взгляде читалась абсолютная, безоговорочная капитуляция, смешанная с дикой, голодной страстью. Он одним движением стянул с себя водолазку, отбрасывая ее на пол. — Я ждал. Докажи мне, что это были не пустые слова корпоративного босса.       Терпение Виктора лопнуло с оглушительным треском. Всю усталость как рукой сняло. Он перехватил Дениса за талию, резко встал с дивана, поднимая парня вместе с собой. Денис рефлекторно обхватил его торс ногами, вцепляясь пальцами в широкие плечи.       Виктор в два шага преодолел расстояние до массивного письменного стола, сбросил с него одним небрежным движением стопку каких-то документов и усадил Дениса на прохладную полированную поверхность.       — Ты сам напросился, маленький провокатор, — прорычал Виктор прямо в губы Денису, прежде чем впиться в них грубым поцелуем.       Его руки нетерпеливо расстегнули ремень на джинсах парня, дернули молнию. Денис застонал в поцелуй, его руки зарылись в волосы мужчины, притягивая его ещё ближе. Он сам помог стянуть с себя одежду, оставаясь на столе абсолютно голым.       Виктор отстранился на секунду, тяжело дыша. Его взгляд был тёмным, поглощающим. Он рассматривал напряжённое, бледное тело студента, его вздымающуюся грудь, острые ключицы и стоящий колом член.       — Какой же ты охуенный, блять, — грязно, без малейшего стеснения выдохнул мужчина. — Мой. Весь мой. От светлой макушки до этого голоса, от которого у меня сносит крышу.       — Тогда возьми своё, — ответил Денис, и его баритон завибрировал в тишине комнаты так глубоко, что по коже Виктора пробежали мурашки.       Виктор рывком избавился от своих брюк и белья. Денис невольно сглотнул, увидев степень его возбуждения. Вчерашняя ночная болезненность в теле ещё напоминала о себе, но желание было настолько сильным, что перекрывало любой страх.       Мужчина открыл ящик стола — Денис краем сознания удивился, откуда там взялся флакон со смазкой, но тут же забыл обо всём, когда прохладный гель коснулся его ягодиц.       — Я буду нежным, малыш, — прошептал Виктор, целуя его в шею, пока его пальцы начали медленно, умело готовить и растягивать парня. — Но я хочу слышать тебя. Говори со мной. Расскажи мне, как сильно ты меня хочешь.       Денис выгнулся дугой. Пальцы Виктора входили глубоко, нащупывая простату, заставляя перед глазами вспыхивать разноцветные круги.       — Я… ах… я хочу, чтобы ты взял меня, — сорвавшимся, но невероятно низким голосом простонал Денис. — Хочу чувствовать, как ты заполняешь меня полностью. Блять, Виктор… не тяни. Пожалуйста.       Это «пожалуйста», сказанное властным, густым баритоном, подействовало на Виктора как удар тока. Он вытащил пальцы, притянул бедра Дениса к самому краю стола, закинул его длинные ноги себе на предплечья и, глядя прямо в затуманенные глаза парня, плавно, но неумолимо вошёл в него на всю длину.       Денис громко, отрывисто вскрикнул, его кадык дернулся. Ощущение было колоссальным, заполняющим каждую клеточку тела. Боль была мгновенной и тут же растворилась в ослепительном, животном удовольствии.       — Да… блять, да! — застонал Виктор, начиная двигаться. Сначала размеренно, глубоко, а затем все быстрее и жестче.       Звук шлепков тел друг о друга эхом разносился по комнате отдыха. Денис не мог сдерживаться. Его голос, его главное оружие, сейчас принадлежал только этому мужчине. Он стонал громко, басисто, грязно ругаясь в перерывах между рваными вдохами.       — Сильнее… давай, господин босс… трахай меня! — хрипел Денис, выгибаясь навстречу каждому мощному толчку.       — Чей ты, Денис? — ревел Виктор, ускоряя темп. Его руки жестко сжимали бёдра парня. — Скажи мне!       — Твой! Только твой! — кричал студент, его пальцы отчаянно сжимали край стола.       Виктор нагнулся, впиваясь зубами в плечо Дениса, заставляя того застонать от сладкой боли. Мужчина сделал несколько глубоких толчков, попав точно по простате, и для Дениса мир взорвался сверхновой. Он кончил с оглушительным, гортанным криком, изливаясь на свой собственный живот и полированное дерево стола. Сквозь звон в ушах он услышал, как Виктор громко застонал, вбился в него в последний раз и излился внутрь, содрогаясь всем своим мощным телом.       Мужчина навалился на Дениса, тяжело дыша, утыкаясь горячим, влажным от пота лбом в его ключицу. Руки Дениса безвольно обняли Виктора за шею. В комнате повисла тишина, нарушаемая лишь их прерывистым, сиплым дыханием.       — Офигеть… — наконец, выдохнул Денис, его баритон звучал сейчас как слабое урчание довольного кота. — Напомни мне… никогда больше… не провоцировать тебя на рабочем месте.       Виктор тихо, хрипло рассмеялся, целуя его в мокрую от пота шею. Он осторожно вышел из него, помог Денису сесть и, взяв бумажные полотенца, бережно и заботливо вытер его живот и бёдра. Этот контраст между животной, грязной страстью несколько минут назад и этой невероятной нежностью сейчас окончательно добил Дениса.       — Я предупреждал, что я не железный, — усмехнулся Виктор, одеваясь. Он накинул на озябшие плечи Дениса свой пиджак. Запах дорогого парфюма и мужчины окутал парня, заставляя зажмуриться от удовольствия.              Денис кутался в огромный пиджак, наблюдая, как Виктор наливает им по бокалу воды.       — Что мы будем делать дальше, Виктор? — тихо спросил парень, принимая стакан из его рук. Вопрос не был вызван паникой, скорее — потребностью в чётком плане, к которому Денис привык за годы выживания.       — Дальше? — Мужчина сел рядом с ним на край стола, его лицо стало серьезным и задумчивым. — Дальше мы поедем в твою квартиру, — спокойно ответил Виктор.       — Зачем?! — Денис поперхнулся водой. — Ты хочешь познакомиться с моей мамой вот так, с ходу? Виктор, она же в обморок упадет!       — Я хочу забрать твои вещи, Денис. И вещи, которые понадобятся тебе для учёбы, — Виктор мягко забрал у него стакан и взял его ладони в свои. — Я обещал твоей маме… точнее, я пообещаю ей, что ты будешь жить в прекрасных условиях, на полном пансионе, в качестве поощрения за твою выдающуюся учёбу. Мои ребята уже подготовили фиктивный, но очень красивый договор о предоставлении «академического жилья».       — Ты… — Денис смотрел на него широко раскрытыми глазами. — Ты все продумал? Чтобы она не чувствовала себя должной?       — Я продумал всё, чтобы она была спокойна за своего сына, а я был спокоен, что этот самый сын засыпает и просыпается в моей постели, — твердо ответил Виктор. Он улыбнулся, и в этой улыбке было столько тепла, что у Дениса замерло сердце. — Я старше тебя, Денис, и у меня свои тараканы в голове, я привык контролировать всё и вся. Но я обещаю, что не буду душить тебя контролем. Я буду учиться давать тебе свободу, а ты будешь учиться принимать мою помощь. Согласен?       Денис посмотрел в его уверенные глаза, вспомнил, как этот человек защищал его сегодня утром, как нежно целовал, и как заставлял сходить с ума от одного только звука своего голоса.       — Согласен, — басисто, с мягкой усмешкой ответил Денис, поправляя на плечах пиджак Виктора. — Но учти, господин генеральный директор, если ты будешь храпеть по ночам, я подам жалобу в попечительский совет.       Виктор громко, раскатисто рассмеялся, обнимая своего мальчика.