Луна на лбу

      Мацу обычно не приходит ни на какие студенческие вечеринки, тем более вечеринки заводили-богача Рюсуя. Но именно одиннадцатого ноября оказался свободен.       Мацу обычно всегда так манит Гинро своей неприступностью и этим занудным "мне нужно учиться", что тот чисто из принципа всегда до победного уговаривает его пойти. И так, к сожалению самого Гинро, было и в этот раз.       Мацу обычно не вызывает у Гинро никакой тревоги, но в этот раз к горлу по дороге к крупному снятому помещению что-то подступало. О них с Мацуказе думали как о геях. Это даже заставляло того первое время его сторониться, как только они зашли, держать дистанцию.       Но Мацу обычно платит за него везде, включая бары. Поэтому, несмотря на бесплатные напитки, соседние барные стулья они заняли по привычке. И Гинро, точно также, как и обычно, ни в чём себе не отказывал.       Мацу обычно не отходит от него, когда тот напивается. Так было и в этот раз. И после первой кружки напряжение от недавнего открытия начинало отпускать. После второй это уже казалось больше уморительным добрым анекдотом, чем проблемой. А после четвертой Гинро начал бороться с желанием придвинуться к Мацуказе поближе на этих проклятый привинчатых к полу барных стульях. Так уж неудобно было болтать под эту громкую музыку.       Мацу обычно не пьёт. Говорит, что не умеет. И учитывая как Мацуказе плохо врёт - было то абсолютно так.       Обычно не пьёт. Но в этот раз, после второго выпитого залпом после пьяных уговоров Гинро стакана, он, пошатываясь, решил прогуляться по крупному двухэтажному залу с музыкой, залитому розовым светом.       Обычно Мацу бы не оказался напротив Хьёги Акацуки, пьяно и неловко пытаясь складывать слова. Но сегодня много вещей были не как обычно. - Вы же Акацуки-сан, да?.. Я.. Я просто... Я слышал о вас и..       Хьёга молча поднял на того бровь.       Хьёга Акацуки, можно сказать, знаменитость. Тот самый, закончивший спортивный институт экстерном, Красавчик-Хьёга с белыми волосами и самым поганым характером, также известный от Кохаку как "Хмырь в маске". - Я.. Обознался?.. И-извините, я.. Я просто обычно не.. - Что тебе нужно от Хьёги-сама? - Высунулась из-за него кошмарно низкая девушка с розовым хвостиком, одарив Мацуказе уставшим недовольным взглядом.       Мацуказе аж нервно вздрогнул. Естественно. Хомура Момидзи, строгая гимнастка, соседка и едва не "приспешница" Хьёги.       Было очень людно. Вон там и Хром что-то оживлённо обсуждает с Сенку, и Ген танцует с Кохаку, и Рури с Никки и Минами болтает о своём, куча знакомых лиц, как это на вечеринках Рюсуя всегда и бывает. Но Мацуказе подошёл именно к этим двоим, которые вдвоем стояли у самой стенки где-то в углу. - Ой-ой, здравствуйте... Я.. Я хотел обратится к Акацуки-сан потому что.. Он же.. - Замялся Мацуказе. - Сколько ты вообще выпил? - Едва не с отвращением уточнила Хомура. - Прекрати приставать к людям. Хьёга-сама ненавидит возиться с пьяными.       Гинро, покинув пост у барной стойки, наблюдал за этим издали, из-за какой-то стены. В целом, от того чтобы вмазать Хомуре его отделяло только...       Погодите, а что его отделяло-то? Да он сейчас пойдёт ей и вточит! Будет она ещё с его Мацуказе так разговаривать!..       ... Погодите, когда Мацуказе вообще успел стать "его"? Кохаку говорила, все подряд думают, что они пара, но ведь это же вовсе не так. Гинро думал о её словах много. Гинро не гей, никогда не был, никогда ничего о парнях не думал. И о Мацуказе тем более. Тот раз пялиться на торс Моза ж не считалось? Или тот сон?.. В любом случае! Это подмена понятий.       Не геи они. Это смешно. Смешно так думать. Любой бы хотел вмазать Хомуре. В смысле, в такой ситуации. Она оскорбляет его лучшего друга! Ну пристаёт пьяный, и что? Он итак почти не пьёт!       Гинро бы никогда не влюбился в парня, это немыслимо. Гинро не мог влюбиться в парня вообще. - Я п-почти не выпил, - Что было правдой. - Я просто.. Акацуки-сан же.. Мастер спорта по копью кудаяри, верно? Это так потрясающе, в таком юном возрасте... - Хому-у, я принёс тебе твоё томатное пиво! - Подошёл к ним очень пьяненький Моз, почти положившись на Хьёгу и с, как на зло, совершенно открытым прессом. Отвлекает. - О, а чё эт к вам парень из моего вуза пристаёт? Мацу, неужели ты наконец пить начал? Во-о-от событие... Когда трахаться с женщинами начнёшь - напиши. Мне однокурсникам рассказывать нечего.       Хомура, хмыкнув, забирает из чужих рук холодную банку. - Я.. Я восхищён вами, Акацуки-сан! - Мацуказе, кажется, даже не заметил появление Моза. - Вы правда поразительный мастер. Это искусство удивительно своей техникой... Я и сам занимаюсь некоторыми традиционными видами спорта и- - Дисциплины? - Наконец подал голос Хьёга. - Ой, у меня несколько, на самом деле! - Мацу выглядел так, будто получил внимание от кого-то великого.       У Гинро что-то закололо. Нет. Это, должно быть, просто зависть. Не мог же Гинро...? Гинро не мог.       Помимо него и Моза, казалось, за беседой спортсменов кто-то ещё наблюдал. - Я занимался в основном кендо, ещё дзюдо в начальной школе, - Начал перечислять Мацуказе. - Но в старшей школе и до того как уехал в Токио начался заниматься нагинатой! Ещё- - Нагината? Женское искусство. - Усмехнулся Моз, влезая в разговор. - Оно н-не только женское! Это же искусство владение мечом на вытянутой рукояти, его использовали воины ещё в годы войны Гэмпэй, оно только позже закрепилось за женщинами и... Мой преподаватель был мужчиной, оно достаточно нейтральное! Б-более того, я, осмелюсь сказать, достиг некоторых высот в- - Как любитель? - Поднял брови Хьёга. - Понятно. В целом, от богатого мальчика с дипломатии, прогибающегося под всех подряд, иного и не ожидалось. - Тихо проговорил тот. В Гинро закипело желание подойти. Но он держался. - Такие как ты не достигают... "Высот", знаешь ли. Твоя болтовня об искусствах и истории пуста без настоящего упорства. - Н-но.. Я..       Послышался звонкий щелчок. Рюсуй свешивался над ними с перил открытого второго этажа. - Ха-ха, вот и проверим! - Завопил он, смотря на Мацуказе. - Каких высот ты достиг, а? Коль они высоки, я желаю увидеть их в свой день рождения!       Хьёга, переглядевшись с Рюсуем, закатил глаза с лицом мол "Ладно, урок усвоен, твоя взяла" и ведя лёгшего на него Моза, на пару с Хомурой спешил удалиться. - Что? Я?.. Увидеть? Но я же- - Ну-ка! - Мацуказе перебил и Рюсуй, и бамбуковая палка, пролетевшая на него со второго этажа, которую тот в силу своей даже пьяной реакции слава богу поймал. - Ха-ха, хорошо словил! - РЮСУЙ! НЕ КИДАЙСЯ В ЛЮДЕЙ ПАЛКАМИ! - Завопил черноволосый брат именника в перчатках, свешиваясь рядом. - Простите его, он не в себе! - Я более чем в себе, братец Сай! Но я при любом состоянии всегда знаю - желание это закон! - Поправил рыжую шевелюру Рюсуй и снова наклонился к Мацу. - А ты, смотрю, так восторженно вещал! Я вижу, желаешь показаться с этим, или я не прав?       Мацуказе поправил прилипшую от пота прядь волос к лицу. И опьянение заставило его кивнуть раньше, чем он решил, что отвечать. - Ха-ха, блестяще! - Он поднялся над перилами и его голос, по обыкновению, смог перекричать музыку едва не на весь зал. Магия больно громкого Рюсуя. - ЭЙ ВСЕ! А НУ РАЗОЙДИСЬ, СЕЙЧАС САМУРАЙ ПОКАЖЕТ ШОУ! СМОТРИТЕ!       И Мацуказе не заметил как все начали собираться вокруг него в кружок, кто-то даже свесился сверху рядом с Рюсуем. Он не привык к такому вниманию. Вообще. Глазами ищет Гинро.       (Которого, как на зло, зажало между парой заинтересованых качков и он безуспешно пытался пролезть через толпу, жалея что так и не подошёл.)       Рюсуй вновь свесился, глядя на тревожного Мацу. - Самурай, - Чуть тише с каким-то ласковым тоном сказал он. - Я вижу искру. Делай то, чем горишь. Что желаешь. Покажи класс!       И лучезарно улыбнулся, показав пальцы-пистолеты.       И у Мацуказе как-то застучало сердце от осознания, что сейчас на него все смотрят. Все ждут от него именно то, что он, как думал, всегда делал только для себя. Во время чего он забывается. Он гордо поднимает палку в начальную позицию, взяв её как глеф. Рюсуй начинает хлопать. И некоторые в толпе тоже.       Мацу закрывает глаза. Гинро наконец просачивается через толпу, так, что с его ростом становится видно хоть что-то.       Музыка сменяет такт. И Мацуказе в ритм прокручивает палку за спиной в одно движение, схватив её двумя руками, чуть присев.       Зал разразился подбадриванием. Хром, казалось, даже что-то просвистел. И началось.       Под музыку, словно даже танцуя, Мацуказе начал боевые движения. Прокручивает палку под рукой, бодро шагает, она перескакивает у него под ногой, он тут же разворачивается, опираясь на неё... Гинро замер. Каждое движение, даже от напившегося Мацу, сквозило точностью. Он делал их раньше, чем Гинро успевал понять, какое движение было предыдущим. Он был похож на волну. Даже нет.       На отражение в воде. Светящееся отражение луны в океане. Или какие-то такие ассоциации приходили Гинро с пьяну.       Он толкает палку ногой, темп ускоряется. Толпа начинается приходить в восторг. Рюсуй продолжал хлопать в такт. А Гинро не в силах был двинутся.       Стоял здесь зажатый в этой неловкой синей бейсболке, смотрел на него и думал о том, что никогда не видел, чтобы Мацуказе так широко улыбался.       И сердце у Гинро заколотилось от этой мысли ужасно.       Он начинает быстро перехватывать палку из руки в руку, крутя и будто нанося удары, шагая в полуприсяде. Ритмично и раскатисто, будто и правда, для шоу.       Гинро думает о том, какой Мацуказе сейчас красивый.       Он отбивает ногой палку ещё раз, она едва не подлетает.       Гинро думает о том, что недавно ему о них рассказала Кохаку.       Он хватает палку в правую руку и прокручивает через затылок, прогнувшись в спине.       Гинро думает о том, что сейчас жалеет, что это неправда.       Мацуказе взмахивает хвостиком и выводят палку из-за спины в одно движение ставит её на пол, пытаясь отдышаться.       Стоп, Гинро жалеет о чём?       Помещение взрывается аплодисментами. Восторженее всех кричит Рюсуй. Мацуказе, покрасневший то ли от алкоголя, то ли от нервов, то ли от жары оглядывается, будто он только проснулся.       Гинро жалеет о чём?? Эта пьяная мысль была такой мимолётной, такой глупой, но... Что?       Гинро не мог влюбиться в парня. Нет-нет, он же не... Откуда эта мысль вылезла вообще? Гинро завидовал Мацуказе? Гинро был собственником? Гинро не имел друзей кроме Мацуказе? Гинро просто восхищался им как крутым? Гинро был рад, что ему другу сейчас посвящают овации?       Какое вообще у этого может быть объяснение.       Мацуказе услужливо кланялся каждому, кто после этого подходил им восхититься. Кто-то даже просил его номер.       У Гинро начало сжимать грудь. Нет-нет-нет..       Толпа начала рассасываться. Только сейчас Гинро понял, как на самом деле далеко от него стоял. И он с такого расстояния его улыбку заметил? Боже, ну и бред...       Точно. Бред. Пьяный бред. Кохаку запудрила ему мозги. Гинро друг Мацуказе. У него такого и в мыслях не было. Надо всё-таки правда пить поменьше..       И тут Мацуказе окликает голос откуда-то сверху.       Только на этот раз не как Рюсуй, со второго этажа, а некто, кто был выше самого Мацуказе на две головы. - Самурай, да? - Уточняет голос. - Как тебя зовут?       И Мацуказе замирает с выражением, как на зло напоминающем Гинро смущение и восхищение сразу. - ШИШИО ЦУКАСА? - Больно громко уточняет Мацу. Но тут же оправляется и кланяется едва не ложась на пол. - Т-то есть Шишио-сан, вы тоже здесь?! Вы.. - Как видишь. - Непринужденно улыбается Цукаса в растегнутой рубашке. - Г-господи, вот вас не ожидал увидеть, победитель Японии на последних международных соревнованиях дзюдзюцу! Вы.. Вы..       Цукаса Гинро не нравился. Ростом метра два, длинноволосый, внешне что-то среднее между агрессивным рестлером, знойной красоткой, хиппи-дядей и Тарзаном.       Чё это он к Мацуказе прицепился вдруг? Кохаку, каким чёртом ты его привела, он же даже Рюсуя не любит... Уводи давай. Твой однокурсник. - Да, верно. Я. - Спокойно кивнул Цукаса, улыбаясь. И ПОЛОЖИЛ МАЦУКАЗЕ РУКУ НА ПЛЕЧО. АЛЁ. - Я спросил, как тебя зовут. Могу я узнать? - ОЙ, ПРОСТИТЕ МЕНЯ БОГА РАДИ, ШИШИО-САН... - Ещё гуще покраснел тот. - Я Мацуказе Мидзуки... Второй курс дипломатии. Университет имени- - Дипломатия? Надо же. - Даже как-то удивлённо уточнил Цукаса. - Приятно познакомиться, Мацуказе-кун. Я с интересом наблюдал за твоим.. "Выступлением", позволь назвать? Ты очень хорошо управляешься. Как для кого-то кто не собирается в профессиональный спорт ты... Очень способный. Я впечатлён. - П-правда?.. Что вы..       ПОЧЕМУ ЭТОТ ПРОКЛЯТЫЙ ЦУКАСА ТАК ЛЫБИТСЯ И НАХВАЛИВАЕТ ЕГО? ЧТО ОН ХОЧЕТ ОТ НЕГО? - Я серьёзно. Я давно не видел таких как ты. Такая техника многого стоит... - Поправляет длинные волосы Цукаса. - А ты... Не думал перевестись? - Что? - Поднимает брови Мацуказе. - К нам, в спортивный. Может быть. Там есть букацу на разные традиционные виды боевых искусств... Просто такую страсть жалко терять на дипломатии, не думаешь? Нашему вузу нужны такие люди.       ЧТО?       Они с Гинро же только-только вместе заселились. В общежитие.. Мацуказе переводиться в другой институт? Без Гинро?       В ИНСТИТУТ С ЭТИМ... ЦУКАСОЙ?       И Мацуказе задумался. Задумался, твою мать. - Хах, ну нет, что вы... Я же по обмену, да и моим родителям нужен достойный наследник бизнеса, а не спортсмен. Мне... Мне не стоит- - Я понял, что нужно твоим родителям. Что нужно твоему сердцу, Мацуказе-кун? Это твоя жизнь, не их. - Как-то вселенски спокойно усмехнулся Цукаса. - В любом случае решать тебе. Но я буду рад видеть тебя в следующем потоке.       Гинро закусил себе губу. - Что вы, такое мне говорить... Такой как вы... - Глаза Мацуказе нервно метались на чужую руку на своём плече. И в другие места. - Не стоит лести..       Мацуказе, глаза Цукасы ВЫШЕ. - Я абсолютно честен. Если ты правда надумаешь - я буду рад иногда тренироваться с тобой. Хотя я точно не так хорош в оружии. - Знаете, звучит как очень-очень смелый сон, ха-ха... Тренироваться, с вами... Я должно быть перепил... - Ласково засмеялся Мацуказе. - Я был бы счастлив... И не принижайте себя! Вы очень, очень сильны... О вас же даже писали в газетах...       КУДА ОНИ ТАМ "ТРЕНИРОВАТЬСЯ" СОБРАЛИСЬ?? У Гинро всё начинало кипеть. Слова Кохаку бежали перед глазами суфлёром.             ЭТОТ ЦУКАСА ПУСТЬ ИДЁТ К СВОЕЙ СИСЯСТОЙ ДЕВКЕ МИНАМИ, А НЕ ПРЕДЛАГАЕТ МАЦУКАЗЕ НЕВЕСТЬ ЧТО, ЧТО ОН ВООБЩЕ О СЕБЕ ВОЗОМНИЛ ТУТ!? И РУКУ С ЕГО ПЛЕЧА ПУСТЬ УБЕРЁТ НАКОНЕЦ!!! - Да, подумаешь, "великий воин"... Я никогда не горел спортом. Это просто что-то, в чём я талантлив и упорен. Приношу деньги в семью. И я считаю, восхищения заслужили именно такие как ты, Мацуказе-кун, горящие этим. И надеюсь, для меня когда-нибудь будет честь назвать тебя своим другом или соперником в поединке.       КАКИЕ ЕЩЁ ПОЕДИНКИ?? ЧТО У НИХ ТАМ НАЧАЛОСЬ? - Другом? Шишио-сан, вы серьёзно?.. Я, для вас?... Другом?       И руки Мацуказе начинают идти не туда. - Конечно.       ЧТО ЭТО ЕЩЕ ЗА "КОНЕЧНО"? - Ах, Шишио-сан, я..       Багровеющий Мацуказе трогает Цукасу на голый пресс. ЧТО.       И Цукаса как-то абсолютно спокойно смотрит на Мацу, пока он едва не съезжает по нему. ЧТО ЗА ХРЕНЬ ВООБЩЕ ПРОИСХОДИТ.       У Гинро внутри всё завыло. Его сжирала ревность. Самая ревностная ревность на свете.       Хотелось крикнуть Цукасе убрать от Мацуказе руки. Хотелось оттащить Мацуказе и тут же повести его домой. ХОТЕЛОСЬ БЫТЬ ВМЕСТО ЦУКАСЫ.       Но Гинро ничего не сделал. Осознание этого чувство ударило в пьяную голову сильнее, чем обычно били вертолёты. - Цука, эй, Цукаса! - Вдруг окликнула того Минами в раскошном платье. Легка на помине. - Там твоя сестрёнка с барменом ругается! Попросили тебя- - МИРАЙ?! - Ошалел Цукаса и Мацуказе сразу отпрянул. - Ч-что она здесь делает?! - Не ты привёл её?.. - Нет, боже мой! - Цукаса на пару с Минами испуганно поспешил удалится к стойке.       Спасибо, сисястая девка Минами Хокутозай с декольте до пояса, влюблённая в Цукасу, всегда знающая, где кто находится, и всегда появляющаяся в нужное время в нужном месте.       Спасибо, Мирай "русалочка" Шишио, неформалка-инвалидка старшеклассница с черными прядками, любящая сбегать от Цукасы на вечеринки и крыть его матом, отбиваясь собственной тростью, полученной в результате каких-то там проблем с мозгом.       Спасибо, что закончили этот беспредел.       Беспредел, последействия которого всё ещё гудели в голове Гинро страшным осознанием. - МИРАЙ, ЧТО ТЫ ЗДЕСЬ- - Цукаса, опять ты?! Только не начинай! Отстань, боже мой!.. Когда ты дашь мне уже жить нормально?! Сенку вот отпустил Суйку! А я- - А ТЫ НЕ СМОТРИ НА СЕНКУ, ТЕБЕ ОПАСНО ХОДИТЬ ПО ТАКИМ МЕСТАМ!       Мацуказе, казалось, начал приходить в себя и оглядываться.       Их глаза с Гинро встретились.       И Гинро быстро убежал прочь, скрывшись в толпе.       Гинро не мог влюбиться в парня. Но это похоже случилось.