Луна на лбу

      Гинро был выжат как лимон. Не то чтобы он собирался так сильно напрягаться на экзаменах, но и не то чтобы его тревожили только они.       Недавно прошедший день святого Валентина (На который непутевому Кинро, женатому на конспектах, внезапно прилетело признание от той самой Кирисаме) давил кажется самим своим существованием.       Любовь. Любовь витала везде. Тайджу снова ныл о неудавшемся предложении прекрасной Юдзурихе, Хром и Рури забили все истории тем, как хорошо они сходили в ресторан, Гену Асагири досталось пару сотен любовных писем от фанатов, Моз сходил на восемь свиданий, даже красотка Минами, как успел заметить Гинро, несла кому-то шоколад после пар.       А что до самого Гинро? Гинро провёл этот день с Мацуказе. Со своим Мацуказе, с отдыхом от очередного экзамена, на которые Гинро потратил всю свою волю к учебе, смотря на все эти сердечки вокруг, гуляя и держась за руку без видимой на то причины.       Но этот день закончился. Как и кончались все последующие.       Февраль пролетал быстрее, чем хотелось. Оставался всего один экзамен. И всё, семестр закрыт.       И всё, Мацуказе уедет через неделю.       За февраль Гинро понял - он вообще не готов отпускать Мацуказе. Вообще. Никуда. В смысле больше никакой ежедневной болтовни про боевые искусства? В смысле больше никаких разговоров между пар? В смысле больше никакого бубнежа про домашку по утрам?       Да Гинро никогда так сильно не влюблялся! И вы собираетесь отбирать у него Мацуказе? Гинро даже не начал его "отпускать", наоборот, отлепить его от Мацу стало гораздо сложнее.       Мацуказе нравились парни. Мацуказе заботился о Гинро. У него не было отношений.       У них с Гинро могло бы что-то получиться, если бы не это.       Гинро даже не волновал его собственный день рождения через месяц. Какой смысл в его дне рождения, если Мацуказе больше не будет рядом?       Хотя... День рождения Мацуказе же Гинро устроил не дома? Да и как будто такое уж редкое дело - дружба на расстоянии...       Они два взрослых лба! Неужели пятьсот километров это такое уж расстояние? Да пустяки! Они и дальше смогут видеться иногда, может гулять, созваниваться, как тогда, на январских или сентябрьских каникулах...       И никаких больше толстовок Мацуказе. И разговоров перед сном на соседних футонах. И ежедневных тусовок...       Всё это походило на тему для разговора.       Гинро мало говорит о чувствах. Особенно с Мацуказе.       Но уже кажется три человека подряд советовали ему проговорить вслух хоть что-то.       Мацуказе недавно вернулся из душа в комнату, переодевался и Гинро очень старался не смотреть на его голую спину (получалось плохо).       Он подсушил длинные распущенные волосы и натянул футболку, собираясь лезть в шкаф за чем-нибудь сверху. - Мацуказе.       Мацу поднял плечи и повернулся на Гинро, оперевшись спиной на шкаф. Какой же он с распущенными волосами красивый. Они даже не до конца прямые, чуть-чуть вьются, особенно мокрые. - Да, что такое?       Гинро сел на футон. За окном догорал ясный закат с розовыми облаками. - А... Мы же будем тоже каждый день созваниваться? Ну, когда ты уедешь.       Говорить вслух о том периоде когда Мацуказе уедет оказалось тяжелее, чем Гинро ожидал. Будто не хотелось мириться с этим в полной мере. - ... Уеду куда? - Искренне поднял бровь Мацуказе.       Гинро непонимающе нахмурился. - Домой. В твой институт. В Осаку.       Мацуказе проморгался, будто переваривая сказанное. Он нахмурил брови, сделав неловкую улыбку и наклонился. - Я что, тебе ещё не сказал?.. - Не сказал что? - Удивлённо повернулся Гинро.       Мацуказе нервно хихикнул. - Я полноценно перевёлся в ваш кампус ещё в конце Ноября... Я доучиваюсь здесь. - Он наклонил голову. - Я был уверен, что сказал тебе...       Гинро не поверил ушам. - Как ещё в конце ноября?... - Вот так?.. Процедура перевода оказалась не особо муторной. Я решил, что мне здесь гораздо лучше, у меня тут новые друзья, тут преподаватели лучше, тут возможностей больше. Более того... Я не хочу от тебя никуда уезжать.       У Гинро сердце застучало шумнее. Он поднялся на ноги, начав подходить. - А.. А твои родители?.. - А почему мои родители, которые гонятся за статусом, должны быть против того, чтобы перевёлся в столичный кампус? Они наоборот были рады.       Подумать только. Все мысли были ни к чему. Неужели Гинро правда пропустил это мимо ушей?...       Это получается было в то время, когда он только осознал и пытался принять влюбленность в Мацу после вечеринки Рюсуя?       Их глаза встретились. - Т-то есть ты... Никуда не уезжаешь? - Нет. Никуда не уезжаю, остаюсь здесь. И остаюсь на оставшиеся два года. - Мацуказе начинает заправлять волосы за ухо.       Гинро был готов почти что взорваться от счастья. Его Мацуказе останется здесь.       Он будет ещё долго видеть эти тёмно-синие глаза, эту футболку с рыбками, эту улыбку, эти струящиеся волосы, этот шрам в форме луны на лбу, эти рук..       ... Руки? -.. Мацуказе?..       Гинро уставился почти испуганно. - Да? - Это что?..       Гинро пялился на левое запястье.       На несколько линий шрамов на нём. - А.. Ох... - Мацуказе неловко глянул на своё запястье. - Это? - Да.. Откуда?       Гинро прежде не замечал, пусть они и выглядели старыми. Но как будто... Мацуказе и прятал их? - Это... - Мацу замялся. - "Минутная слабость"?.. В день, когда моего друга не стало, я...       Внутри Гинро что-то потрескалось. - Боже... - Я обычно стараюсь этим не светить. Всё-таки, только один раз было и.. - Мацуказе убрал руку за спину. - ..Не бери в голову, я-       Гинро крепко обнял Мацуказе, вжимаясь тому в грудь. Мацуказе застыл, опустив на того глаза. Гинро был тёплым и обнимал его так крепко как только мог. Комната в сине-розовом закатном полумраке казалась самым уютным и уеденным местом во вселенной.       Мацуказе обмяг под чужими руками и сам ухватился Гинро за плечи, обнимая в ответ и утыкаясь в копну светлых волос. - Это такой отстой... - Послышалось шёпотом. - Мне охренеть как жаль. - Всё хорошо... Не переживай, пожалуйста. - Ответил Мацуказе. - .. Ты больше не будешь так делать?       Потому что Гинро не переживёт, если будет. - Не буду, обещаю. Я уже даже.. обсуждал это всё с моим терапевтом, так что... - Терапевтом? - Гинро слабо отстранился, всё ещё приобнимая Мацуказе. - Да, я начал ходить пару месяцев назад по совету Гена-сан. На психотерапию. - Мацуказе неловко пожал плечами. - Подумал, раз я решил тут обосноваться... Хороший способ начинать "новый старт"?       Гинро поджал губы, улыбаясь. - Ты молодец. Хорошо, что начал ходить. Если тебе помогает. - Он чувствовал мягкие руки на плечах. - Ты правда очень сильный.       Мацуказе начал неловко улыбаться. В груди что-то начало растекаться нежным трепетом. Гинро был не уверен, что сумеет отпустить Мацуказе из объятий когда-либо. - ... Спасибо. - Кивнул Мацуказе.       Он потянул к нему руку и убрал светлую челку, глядя Гинро в глаза. По спине Гинро побежали мурашки. - И что не уедешь тоже круто...       Они смотрели друг на друга, сжимая в объятиях.       Мацуказе остаётся здесь. Мацуказе будет здесь ещё два года.       Мацуказе нравятся парни. Мацуказе сейчас обнимает его едва поглаживая пальцами по волосам.       У Гинро был шанс.       Послышался громкий стук и басовитый крик через стенку. Гинро и Мацуказе откскачили друг от друга. Опять Оараши. -.. Хах, я... - Начал густо краснеть Мацуказе. - Я п-пожалуй до конца оденусь и-и-и... Пойду ещё раз повторю всё перед... Экзаменом по международному праву, да.. С твоего позволения.. - Ой, да! И мне бы надо готовиться... У меня там.. История..       Они секундно перегляделись и ринулись по углам комнаты.       Эта весна обещала быть интересной.