Луна на лбу

- То есть, как.. Был рождён, чтобы любить, хах? - Тихо-тихо спрашивает Мацуказе, пытаясь не свалиться в перекрикивание своего же сердца у себя в ушах.       И Гинро нежно берёт его за руку, мягко подгребая пальцы в мазолях в свою ладонь.       Зрительный контакт.       Ответ на вопрос уже кажется бессмысленным, но Гинро всё равно озвучивает его вслух: - Был рождён, чтобы быть любимым.       И сердце Мацуказе забилось ещё быстрее, хотя ему казалось, что оно не может.       Они смотрят друг на друга. Мацуказе молчит. Мацуказе так привык любить молча. Мацуказе только сейчас понял, как ему на самом деле страшно. Страшно шагнуть в эту неизвестность в каком-то смысле.       До чего смешно для стойкого и смелого самурая, пережившего всякое.       Как Мацуказе и сказал, Гинро гораздо смелее его. - ... Ты правда будто создан для этого. - Продолжил Гинро после паузы - Мне... Мне херово до чёртиков, когда ты рассказываешь, что ты не привык веселиться и я вообще все это для тебя впервые открываю... Это норма, это база! Это немыслимо, что ты..       Гинро даже как-то горько посмотрел на Мацуказе. - Ты заслужил веселиться каждый божий день и каждый час. Правда. Мне так по-мерзкому обидно, что с тобой так... Обращались...       И Гинро понимал - он сам ведь обращался с ним также. Он использовал его. И продолжает использовать. Он заставлял его исполнять всё, Мацуказе шёл у него на поводу и Гинро и сам не понял, как случайно очаровал его. Гинро раньше верил, что любовь это пыль в глаза. Но Мацу был последним, кому ему хотелось её пустить.       Гинро смотрел на эти краснеющие щёки и влюбленные смотрящие на него глаза и чувствовал себя поддонком и обманщиком. Где-то в глубине души Гинро оказывается всегда верил - его невозможно искренне полюбить.       Как Гинро и сказал однажды, он гораздо хуевее Мацуказе. - .. Я хотел бы, чтобы ты дальше был счастлив. Только счастлив. - Гинро смотрел снизу вверх. - Мацуказе.       На это прекрасное родимое пятно в форме луны. -... Я уже счастлив, Гинро-сан. - Вдруг подал голос Мацуказе. - ... Тебе нет смысла переживать из-за меня и из-за того, что было раньше... Или тем более из-за себя. Если бы не ты - я бы никогда и не узнал бы этого всего. - Мацуказе улыбнулся. - Но я переживаю! Я..       Гинро сжал его руку в своей. А Мацуказе так нежно улыбается. -.. Мне согревает это сердце, честно говоря. - Вдруг признается Мацуказе. - Я знаю, что много людей переживают обо мне, но... Знаешь, не принято говорить вслух. Ты говоришь вслух всё и всегда. Это то, за что я тебя невероятно ценю... Мне... Мне так хорошо всё это слышать.       Но Гинро не может сказать вслух кое-чего до сих пор.       Гинро было хочет что-то ответить, но Мацуказе продолжает. - Мне в целом хорошо, когда ты говоришь. Мне.. Ты столько всего рассказываешь, часто так смешно, может показаться, что я мало смеюсь, но с тобой я смеюсь больше, чем с кем либо когда либо! Ты же постоянно говоришь, ты постоянно приносишь мне какие-то новости, темы, спрашиваешь меня о чем-то между делом просто так... Ты так много вещей делаешь "просто так"! Это... Это так...       Мацуказе понесло. Потому что подумав о страхе Мацуказе забыл - это Гинро.       Рядом с Гинро он смелеет больше, чем с кем либо.       Рядом с Гинро ему плевать.       Гинро не в силах был перебить. Он застыл на месте, сжимая его руку. - Это так круто! Правда! То есть, ты.. Ты простой в самом лучшем смысле этого слова! У тебя нет фигни в голове, ты просто делаешь то, что хочешь, то просто говоришь то, что хочешь сказать, ЭТО ПОТРЯСАЮЩЕ! Мне с тобой так легко, мне ни с кем не было так легко! Я обожаю, сколько в тебе страсти на самом деле! Как ты говоришь о вещах, что тебе нравятся... И как ты будто... Понимаешь ценность этого! Ты начал водить меня по музеями, подарил мне менуки, начал спрашивать про боевые искусства... Чтобы я начал говорить! Я просто начал говорить о том, что мне нравится и мне стало так хорошо...       Спортивную футболку Мацуказе обдувал ветер. Его глаза засияли ярче, чем когда он говорил о боевых искусствах.       Гинро чувствовал, как сейчас влюбляется в него ещё раз. Гинро был так эгоистичен в своем желании - он не хотел, чтобы Мацуказе полюбил его за попытки Гинро ему понравится. Гинро на самом деле хотел, чтобы его полюбили таким, какой он есть, просто так. И Мацуказе сейчас расплывал ему по груди что-то горячее.       Гинро был влюблён в этого тихого парня любящего рыбу, спорт и катаны до дрожи. До бабочек в животе и онемевших кончиков ног. Был влюблен в то, как он говорит. Был влюблен в него когда он прилежный. Был влюблен ещё больше, когда он позволял себе выйти за рамки. Был влюблен в то, как сияли его глаза, был влюблен в его мягкие руки, был влюблен в его луну на лбу.       Гинро был влюблен в Мацуказе. И отчаянно желал, чтобы тот любил его в ответ.       И тот, кажется, любил. - Я столько никогда и ни с кем не говорил, ты говоришь со мной с утра до ночи, дома я мог даже иногда молчать несколько дней подряд! Я никогда не думал, что мне так понравится столько говорить ОБО ВСЁМ! Мне так нравится! Мне нравится, что ты водишь меня куда-то постоянно, куда я сам бы не пошёл бы по тысяче причин, а ты такой просто "одевайся" и в итоге у меня СТОЛЬКО крутых впечатлений, воспоминаний, фотографий! Ты познакомил меня с потрясающими людьми, благодаря тебе у меня появились друзья здесь, благодаря тебе я решил остаться...       Их пальцы начали переплетаться.       Мацуказе которого несёт до смешного напоминает пьяного Мацуказе. Гинро слабо помнил пьяного Мацуказе, помнил только, что он был также очарователен как и любой другой Мацуказе.       У Гинро колотилось сердце. Гинро развезло. Потому что подумав о том, как он плох, Гинро забыл - это Мацуказе.       Рядом с Мацуказе он любим и принят больше, чем с кем либо.       Рядом с Мацуказе Гинро теряет башню. Совсем.       И совесть. Или обретает, он не знал.       Рядом с Мацуказе он может быть собой и это то, почему он влюбился в Мацуказе так сильно.       Мацуказе был особенный. Мацуказе итак давал Гинро всё, о чём он так отчаянно желал. И Гинро стал желать Мацуказе. - Благодаря тебе я начал изучать себя, пытаться понять, кто я.. Благодаря тебе я начал общаться с Геном, который отправил меня на терапию, благодаря тебе я начал идти против семьи, думая о себе... Благодаря тебе я научился летать на крыльях, которые я не знал, что имею. - Мацуказе посмотрел Гинро в глаза. - Благодаря тебе я... Почувствовал себя нужным. Почувствовал, что я снова не один... Ты спас меня..       Гинро всю жизнь был разгильдяем, лентяем, делающим всё по своему, думающим только о себе и при этом несоразмерно жаждущий всего на свете. Был алчным, похотливым, злопамятным, издевающимся, раздражительным... Был несносным, портил жизнь всем подряд.       И вместо кармы звёзды подарили ему Мацуказе.       И он не собирался отказываться.       Он собирался схватить его и не отпускать. Ухватится так крепко, как только может, цепко и держать так сильно, как Мацуказе позволит ему. И не отпускать никогда. - Ты... Ты потрясающий, Гинро... - Мацуказе уже начинал запыхаться. Самое счастливое запыхание, что Гинро видел. - Ты удивительный человек! Я не видел таких и вряд ли увижу... Ты такой яркий, что светишься... Ты интересный, ты красивый, ты остроумный и весёлый, ты такой... Ты делаешь меня счастливым! Я буду счастлив, пока я с тобой, неважно, что было раньше, ты сделал меня счастливым... Ты... Волосы у тебя... Пушистые.. И... Хах..       Их глаза встретились.       Светящиеся от любви глаза Мацуказе.       Светящиеся от любви глаза Гинро.       Мацуказе шумно усмехнулся. - И глаза у тебя... Очень красивые. Большие.       Это было последней каплей. Мацуказе широко улыбнулся, набирая воздуха грудью и начал таки пытаться отдышаться. Самый счастливый, каким Гинро его когда либо видел.       Даже почти смеялся, жмурил глаза, был жутко покрасневшим, отводил глаза на звёзды.       Был красивей чем когда-либо.       И Гинро не собирался упускать шанс.       Он не собирался думать о том, что было бы правильно. Правильно то, что Мацуказе счастлив.       А дальше будь что будет...       Нет.       Пусть дальше будут они вдвоём.       Пусть всё будет так, как Гинро хочется.       Пусть всё будет так, как хочется им обоим.       Гинро медленно поднял их сплетённые руки. Холодные воздух обдул их лица. Мацуказе перевел на него взгляд, на секунду замерев. Гинро набрал воздуха ртом, посмотрев ему в глаза. - Я влюблён в тебя, Мацуказе.       Нахуй все признания про красивые луны. - Что?       Единственная красивая луна сегодня - у Мацуказе на лбу. - Я влюблён в тебя, Мацуказе Мидзуки. - Гинро выпрямился, садясь. - ... Влюблён охренеть сильно и почти полгода. Ты... Ты удивительный.       Единственное, на что Гинро готов сейчас смотреть, так это на то, как Мацуказе краснеет только сильнее, в шоке пялясь ему в глаза, пока ветер едва колышит его волосы и лепестки на цветке айвы. - .. Полгода?... - Может и больше, я не знаю! Понял только полгода назад.. - Гинро почувствовал как земля из под ног пропадает. Он и правда это сказал? - Я.. Ты потрясающий. Ты может и заслужил парня получше, но ты сказал, что ценишь меня за прямоту, так что, вот, собственно... Я влюблён в тебя. Всё вот так. Я серьёзен и прям как никогда.       Гинро поджал губы. Мацуказе выглядел так, будто всё ещё осознавал услышанное. - Вот. Делай с моими чувствами что сочтешь нужным и отвечай мне честно. Или не отвечай или.. Вообще, всё что хочешь делай! - Гинро начал тяжелее дышать, смотря пристально и не отпуская рук Мацуказе. - Я весь твой. Весь.. В твоих руках. Всё приму.       Мацуказе моргнул пару раз.       Он шумно быстро задышал.       И сжал руку Гинро.       У Гинро онемело всё.       Он притаился.       Не в силах был отвести от Мацуказе глаза.       Мацу увлажнил обветренные губы и приоткрыл рот.       Решил отвечать.       Гинро не слышал ничего кроме стука своего сердца. - Ты опередил меня.       Его голос звучал так, будто он сейчас взорвётся. - Что?       Мацуказе поднимает вторую руку и вместе с порывом ветра берёт Гинро за щёку. - Я влюблён в тебя, Гинро Оками!       Сердце пропустило пару ударов. - Влюблён охренеть сильно и уже полгода! - Мацуказе звучал таким громким. Как на грани смеха или истерики. Он никогда никому не признавался. Голос дрожал. - Ты удивительный! И я сегодня собирался сказать, но-       Мацуказе подумалось, что тот самый реванш забега до супермаркета состоялся. Хоть где-то Гинро первый. - ЧТО?       Весь мир сузился до этого мгновения между ними на этом хаори в этом парке под ночным небом. - Я ВЛЮБЛЁН В ТЕБЯ! - Повторил Мацуказе, глядя Гинро в глаза. Гинро почти трясло. - Влюбился в середине осени, когда мы пытались заселить тебя ко мне, я- - ТАК ДАВНО?!       Мацуказе был влюблён.       Мацуказе был влюблён ДОЛЬШЕ?..       Гинро почувствовал, что сейчас сойдёт с ума. - ДА! - Мацуказе почти плакал. Гинро решил, что должен хватать. - Да, давно и до сих пор! И собирался любить тебя вечность! И..       Гинро положил свою руку поверх руки Мацуказе на своей щеке.       Они смотрели друг на друга.       Вот они придурки.       Гинро поднимает руку Мацуказе со своей щеки и слабо касаясь целует во внутреннюю сторону ладони.       Всё взаимно. Охуеть.       Этот трясущийся парень, руку которого Гинро сейчас целовал, был его. - Хах.. Вау... - Гинро звучит хриплым, едва держащимся и трясущимся шёпотом. - Так чё... Ну...? - Тихо спрашивает он в руку Мацуказе. - Что?.. - Лицо Мацуказе уже было бордовым. Но он все равно улыбался. Всё и правда взаимно. Всё и правда будет правдой. - Ну, типа.. Как оно.. То есть..?..       Гинро подсел ближе, держа Мацуказе за руки. - Ты.. Мы типа... - Что "типа"? - Поднимает брови Мацуказе.       Блять как там Кохаку это называла... -.. Ты теперь мой бойфренд?       Мацуказе икнул. -... А ты хочешь, чтобы я был?       Гинро кивнул, отводя глаза. - Очень. Очень хочу. - Он понуро опустил нос. - Но только если ты не против.       Мацуказе наклонился к его лицу. Опасно близко. - Гинро, я об этом грежу.       Какой же он красивый Господи. С самым красивым родимым пятном. -.. Так, будешь моим парнем, Мацу-кун? - Буду. - Тихо ответил он и они коснулись лбами.       Гинро без понятия, кто там кого первый должен целовать по этикету. Типа Гинро потому что первый признался, Мацуказе потому что второй, или тот кто старше или...? Как это определяется то вообще.. - .. Гинро, можно тебя поцеловать?       А, ну, какое счастье, что в отношениях с Гинро, Мацуказе, похоже, будет точно также плевать на правила как и ему.       Просто потому что хочется.       ...Мацуказе хочется его целовать?       Гинро влюбился в него третий раз на дню. - Нужно.       Между их губами итак было сантиметра три горячего воздуха.       Мацуказе даже наклоняться не пришлось.       Гинро почувствовал, что его сорвали с цепи.       Мир сузился до них двоих ещё раз.       Даже не до них, до этого прикосновения.       ...У Гинро губы мягче, чем Мацуказе представлял. Насколько он вообще осмеливался их представлять, конечно. Ещё они были очень тёплыми, ещё он чувствовал дыхание Гинро и его сердбиение так близко, как мог. А ещё в целом целоваться оказалось гораздо более координационно сложным процессом, потому что Мацу сначала не понял, что делать с носами. Но Гинро поддался вперёд, Мацу чуть наклонил голову влево и всё, мир точно начал растворяться... Он закрывает глаза. Они оба почти не шевелились.       Губы Мацуказе показались Гинро обветренными, но он сам говорил, что не привык к сухой токийской погоде. Ещё его длинные пряди у висков щекотали Гинро щёки. А ещё пахло от Мацуказе приятно, стиркой и чаем. И самим Мацуказе. И было так тихо, только они и ветер...       Гинро снова захотелось схватить Мацуказе и не отпускать. И пьянило, что Мацуказе мог не возражать.       Гинро отпустил переплетенные руки, опуская одну Мацуказе под талию, а вторую зарывая в его волосы на затылке, под хвостом. У Мацуказе дрогнули губы, держа вздох, он поддался вперёд, опуская обе руки Гинро на плечи и притягивая того к себе, невольно углубляя поцелуй. Мацуказе не возражал. Держите Гинро сорок семеро.       Гинро почти опрокинул Мацуказе на себя, держал и гладил по спине. Мацуказе запустил руки в пушистые мягкие волосы Гинро, мир расширился с губ до рук. Мацуказе почудился вкус конфет с ресепшена спорт-центра.       Гинро сходил с ума от того, как его поглаживали по голове, а потому притащил к себе тело Мацуказе почти вплотную, вжимая.       Так хорошо.       Им обоим никогда так хорошо так не было.       Пошла четвертая минута попыток целоваться полулежа на хаори.       За то каких счастливых попыток. Гинро был готов пытаться ещё всю ночь. А Мацуказе всю ночь и ещё три дня после этого, с опциональными перерывами на тренировки и рамен.       Но можно и без, зачем, перерывы на сон Мацуказе все равно не закладывал.       Всё стоило всего. Всё стоило того, чтобы оказаться здесь в эту секунду. Целуясь с Гинро в ночном парке.       Всё стоило того, чтобы его полюбить. Взаимно полюбить.       Пошла пятая минута. У Гинро кончился воздух. Он продержался, сжимая Мацуказе, ещё пару секунд, но отпрянул, шумно вдыхая.       Они оба открыли глаза, смотря друг на друга и пытаясь отдышаться.       До Мацуказе только что дошло, что реально происходило последние пять минут.       О боже.       Это реально.       Он едва прикрыл рот кончиками пальцев.       Почти что шокировано промямлил: - Бля-ять...       Гинро вдруг стал выглядеть более ошалевшим, чем Мацуказе. -.. ТЫ МАТЕРИШЬСЯ? - Пропищал он.       Мацуказе вдруг испуганно закрыл рот руками. - Я-я нет, я- - ТЫ ДА! - Почти с восторгом повторил Гинро, прижимая к себе Мацуказе.       Мацуказе не смог сдержать смех от того, насколько Гинро был этим радостный. - Только чуть если- - ТЫ МАТЕРИ-И-ИШЬСЯ! - Захихикал Гинро       Мацуказе всё-таки рассмеялся.       Боже, ну и стыд.       Боже, как хорошо. - Т-только никому не рассказывай! - Мацуказе смеясь почти уткнулся ему в плечо, обнимая. - Я теперь ВСЕМ расскажу! - Гинро лыбился, запуская руки в волосы Мацуказе. - Не рассказывай! - Мне всё равно никто не поверит, ха-ха!       Они начали дурачиться, случайно свалившись на хаори целиком. Мягкая трава вокруг.       Гинро слез с Мацуказе, выпустив его из объятий. И лег рядом с ним, на спину.       Звёзды. - Хах... Но всё равно.. Я... Я больше не буду, обещаю, извини, просто вырвалось! - Какая жалость. - Вздохнул Гинро и снова захихикал.       Они снова держаться за руки. Так тихо. Они просто молчат ещё пару минут, сжимая руки друг друга... Облака плывут над ними, людей вокруг нет, а они так близко...       Вау.       Удивительное чувство. - Я.. - Начал было Мацуказе. - Что? - Гинро на него повернулся. - Передумал??       От его искренности Мацуказе опять захихикал. - Я тебя люблю, я хотел сказать. - Мацуказе приподнял его руку и поцеловал в тыльную сторону, держа в своей. - Пожалуйста, хватит переживать... Ты так говоришь, будто боишься, что я убегу... Я не убегу. Я буду здесь, пока ты меня не прогонишь. - Но ведь.. Я ж не шутил, Мацу-кун. - Гинро вдруг печально отвёл глаза куда-то в небо. - Я правда ну... Если задуматься, то незавидный. Ваще. Правда. Ты уверен, что хочешь?.. - Ха-ха, и это мне говорит величайший Гинро? - Мацу усмешливо поднял брови. - Сам виноват что столько себя нахваливал, надо было раньше думать? - Но я серьёзно! - А я шучу, - Продолжил Мацуказе. - Почему все подряд, включая тебя, пытаются меня отговорить? - Да потому что... - Гинро зажмурился. - Правы все. Я не лучший парень- - Мне понравилось целоваться с тобой. - Вдруг перебил Мацуказе.       Мацуказе никогда его не перебивал.       Гинро завис, снова смотря на него. - .. Могу я сам для себя выбрать, какой парень для меня лучший? Если уж ты сам предложил. - Мацуказе посмотрел ему в глаза. - Если ты сам хочешь сбежать и всё закончить, то я не против. Но если ты спросишь, чего хочу я...       Гинро внимательнее на него уставился, приподнимаясь в сидячее положение. - Я бы за тобой на край света пошёл.. И в огонь, и в воду... И всегда бы любил и был на твоей стороне, что бы не произошло. Ненавидел бы себя причинив тебе боль или- - А вот это не надо уже! Ты.. Не надо себя не из-за чего ненавидеть. - ... Вот и ответ, почему я так тебя люблю.       Гинро проморгался. -.. Но- - .. Гинро, я похож на дурака? - Вдруг усмехнулся Мацуказе. - Я знаю. Я знаю, что ты постоянно сплетничаешь, постоянно говоришь всем гадости, подглядываешь, подслушиваешь, ленишься, злоупотребляешь, пьешь, перекладываешь ответственность, сбегаешь, оскорбляешь людей, пренебрегаешь всем подряд и просто ведёшь себя антисоциально и невыносимо для окружающих. - Он посмотрел на Гинро пристальнее. - Я в курсе. Я жил с тобой полгода в двух метрах. Я знаю, какой ты. - ... И почему ты тогда влюбился в меня?.. - Потому что мне всё равно на всё вышеперечисленное? Потому что ты замечательный человек с огромным сердцем, который не боится правил и выше всего ставит комфорт. И начал ставить мой комфорт выше всех правил. Ты постоянно пытаешься показаться, ты постоянно светишься, так хотел просто сделать меня счастливым и быть счастлив сам, что я утонул в этом. Утонул в любви к тебе. Все пытаются меня отговорить от общения с тобой, но... Они не понимают. Они не понимают, предав тебя - я предам себя в первую очередь.       Гинро сжимал руку Мацуказе, смотря ему в глаза.       Влюбился в четвертый раз.       Это было реально признание в любви. Признание в том, во что Мацуказе влюбился.       И Гинро был готов растечься прям здесь. - Может ты и не сможешь стоять за меня всегда, но ты стоишь за меня больше, чем кто либо и когда либо... И это мотивирует меня стоять за себя самому- - Я постараюсь стоять всегда. - Гинро наклонился к лежащему Мацуказе. - Может из меня и ужасный защитник, если говорить откровенно, но я буду стоять, чтобы не случилось. Положись на величайшего Гинро, ха-ха... Я буду тебя защищать. Я люблю тебя, Мацуказе-кун. Я до тебя никого так не любил. Я трус, если говорить честно, и я хочу стать смелее, чтобы тебя защищать. Таким смелым, каким меня считаешь ты. - Думаю, мы оба мотивируем друг друга меньше боятся, Гинро-сан? - Похоже на то. - Гинро секундно поцеловал Мацуказе в губы и обратно повалился лежать рядом. Мацуказе прикрыл рот руками опять. - И возможно... Я и правда классный и все кроме тебя просто слепые, так тоже может быть. - Может быть. - ... Или они правы, но тебе просто нравятся плохие парни. - Может и так. - Хихикнул Мацуказе. - Что ж, я плох во всём, я тебе подхожу? - Может это мне в тебе и нравится? Идеальный-не-идеальный Гинро... - ... Для идеального-идеального Мацуказе.       У Мацуказе на секунду затихло дыхание. Гинро оказывается на него смотрел лёжа, он только сейчас заметил. -.. И как ты только такой на меня повелся, а... Хах.. Тебя ж.. Правда будто ангелы лепили. Всегда всё делаешь, всем помогаешь, никогда не злишься, вежливый, уступчивый, когда радуешься, то.. Мерцаешь как звёздочка, ещё и выглядишь как будто со страниц сказки вылез. Луна у тебя на лбу потрясающая. Ты весь потрясающий. Говори и никогда не затыкайся про твои эти боевые стойки, мечи и самураев, умоляю... Ты самый красивый, самый сильный, самый крутой из тех кого я знал. Если ты захочешь ты горы свернёшь.. Если ты захочешь то получишь всё, победишь любого.. - Даже величайшего непобедимого Гинро? - Я уже давно повержен. - Хихикнул Гинро. - Ещё тогда, в ноябре, когда тебе Рюсуй палку кинул и ты ей там вокрутасы делал... Тогда понял, во что я вляпался. -.. Так давно, да? - Ага. С тех самых пор хочу тебя целовать. - Вздохнул Гинро. - И мне до сих пор стыдно за некоторые вещи, что я с пьяну тебе тогда наговорил. -.. Мне радоваться или расстраиваться, что я их не помню? - Как глянуть. Но скорее радоваться. - Гинро пожал плечами. - Ты же у нас весь такой нежный, светлый, любовь у тебя... Такая же. Ты едва тут не серенады обо мне поёшь. Это круто, но... Мне даже стыдно как-то, что моя любовь к тебе в основном какая-то... Грязная и жадная на фоне, что ли..       Гинро отвёл глаза. - Ну, то есть, не настолько, чтоб я прям молчал, но- - Гинро, то что я не приучен о таком говорить, не значит, что я этого не чувствую. - Мацуказе сказал это ему куда-то на ухо и у Гинро побежали мурашки по спине. - Может быть, я гораздо более грязный и жадный, чем ты думаешь.       Гинро почувствовал, как сейчас начнёт кипеть. - Ты?.. - Может быть я не умею такое выражать, и прости, если я сейчас звучу по собственнически, - Мацуказе накинул на Гинро руку, обнимая его. - У меня вообще-то были на тебя планы, на случай, если ты согласишься.       У Гинро вся его душа с коварным хохотом вылезла наружу. - Хах, у НАС были планы! - Он ухватил Мацуказе, обнимая под лопатками. - ГРАНДИОЗНЫЕ! - Возможно грандиозные, ладно. - Смущаясь отвёл глаза Мацуказе. - Но как ты говорил? Если хочется - можно. - НУЖНО!       Вместо ответа Мацуказе вновь поцеловал Гинро. Как-то более тягуче, обнимая руками того за шею, поднимая в сидячее положение. Гинро поддерживал Мацуказе за спину.       Вау. Целоваться с Гинро. Говорить с Гинро о ТАКОМ. Обниматься тут с ним и признаваться в любви, пока Гинро случайно кончиками пальцев касается его рук под свисающими рукавами футболки, обнимая. Пока Мацуказе зарывается пальцами в волосы на затылке Гинро и томно закрыв глаза откидывая голову назад продолжает его целовать.       Как круто. Как мягко.       Как тепло.       Вдохнув через нос Мацуказе отцепляется от Гинро, падая затылком ему на колени и пытаясь отдышаться, улыбаясь. Гинро гладит его по голове. - Ну как? - Слова про то что мне нравится целоваться с тобой всё ещё в силе. - Усмехнулся Мацуказе. -.. Ну как ты хотел? Ты же целуешься со МНОЙ! - Вдруг весело нахмурился он. - ... Вот это мой Гинро. - Заулыбался Мацуказе.       Гинро в ответ только очень самодовольно, даже как-то хитро залыбился, начиная издавать довольные хихикающие звуки.       Вот это его Мацуказе. - Удобно? - Нигде на земле нет места удобнее, Гинро-сан. Но я слезу, если вдруг тебе тяжело, ты скажи. - Не-а. Лежи.       Мацуказе на коленях. Джекпот. Гинро победил. Гинро герой. Гинро величайший мачо, соблазнивший самого Мацуказе! Да Гинро равных нет, все умрут от зависти, Гинро- - Гинро. - А? - Мне очень... Нравится, что у тебя прядочка одна всегда выбивается из челки и стоит вверх, даже если её закалывать. Особенно когда у тебя волосы влажные. Люблю её рассматривать, она мне нравится. Решил сказать.       ... Гинро влюбленный дурак, который теперь будет смотреть, точно ли эта прядочка у него встала. - Хах.. Спасибо. Мне тоже очень твои волосы нравятся. Они у тебя... Такие мягкие. Я когда их первый раз тронул офигел. - Спасибо.. Мне очень нравятся твои, у они у тебя такие... Как сказать, торчком? Это мило. - Эй, это должно быть брутально! - И брутально тоже. - Закивал Мацуказе. - Очень.       Гинро хмыкнул. - Ну-ну... - Правда! И.. И когда ты закалываешь их особенно. Очень брутально, тебе очень идёт. - Я из-за тебя начал закалывать.       У Мацуказе слабо порозовели щёки. - Правда? - Ага. Я... Ты сказал, что тебе нравятся мои глаза. Я хотел тебе понравиться.       У Мацуказе ещё и забилось сердце. - Да? - Да! Начал пытаться лучше учиться, водил тебя по этим центрам, те цветы... Я хотел тебе понравиться. Кто ж знал, что... Уже нравлюсь. - Ого... А я, хах.. Я ничего не делал, чтобы тебе понравится, честно говоря... Я.. Я, честно сказать, до того разговора в январе про отношения думал... Думал, что ты гомофоб. - Гомофоб? - Против геев и всего такого... И я.. Я тогда не то что не рассчитывал на взаимность, я.. Боялся тебе даже рассказать о моей любви к парням вообще.       Мацуказе отвёл глаза. Гинро озадаченно нахмурился. - Но... Ты ведь рассказал. - Да. Потому что я доверял тебе как себе. Я подумал... "Гинро мой друг, он не будет выгонять меня и не будет против меня. Ему можно сказать."       Вот почему Мацуказе так медлил. - ...Блин, мне жаль. - Гинро взял Мацуказе за щёку. - Ты не.. Не стоило тебе говорить, если ты думал, что я- - А кто в итоге оказал самую большую поддержку моей любви к парням, сказал, что приедет ко мне домой отстаивать меня перед родителями и только что целовался со мной три раза, Гинро-сан? - Мацуказе ещё удобнее устроился на коленях Гинро. - Всё стоило. Всё. - Да я вообще это спрашивал, чтобы понять, смогу я с тобой замутить или нет! - Ну, узнал что хотел, да?       Мацуказе кивнул на из сплетённые руки. -.. Ну, ладно, ты прав. - Большая честь слышать от величайшего Гинро. - Так, ты уже точно надо мной смеёшься! - Ни капли!       Гинро смотрел на Мацуказе. На такого счастливого, каким он его никогда не видел.       Вау. Реально получилось.       Это теперь реально его Мацуказе.       Вот круто. - Так... А... Твои родаки? - А что они? - Что с ними делать будешь, Мацу? - Ну.. Не знаю... - Мацуказе отвёл глаза в сторону. - У меня ещё два года здесь, когда я просто буду тут жить и не должен буду им ни в чём отчитываться, а дальше... Придумаем что-то. Я не собираюсь ничего рассказывать им, само собой. -.. Понятно.       Два года. Два года учёбы Мацуказе...       ... В их институте на дипломата.       Точно.       У Гинро расширились глаза, он посмотрел на Мацуказе. - Мацу-кун! - Да? - Если хочешь перевестись в спортивный вуз - переводись, пожалуйста! -.. А наша комна- - Мне всё равно, я не против! Будем видиться вне инстов! Я даже готов тебя в комнату таскать, я договорюсь с Никки!       Гинро взял Мацуказе за щёку. - Если тебе будет лучше в спортивном - поступай туда, не слушай никого! Если хочешь, то давай! Я доучусь на этого философа, не помру, а ты должен.. Должен учиться там, где хочешь...       Мацуказе в лёгком удивлённии смотрел на Гинро.       А потом улыбнулся. - Я.. Приму к сведению, хорошо. - Он взялся за руку Гинро на своём плече. - Но... А ты сам-то, хочешь на философа учиться?..       Гинро завис. -.. А.. Я- - Вот подумай. - Мацу приобнял ладонь Гинро. - И я подумаю...       Они замолчали где-то на пол минуты. Где-то в далеке запели птицы.       Гинро уже забыл, что они в парке. В этом темном, красивом парке, на траве, над ними ярко сияли звёзды... -.. А твои родители, Гинро-сан? - А? - Ты собираешься им рассказывать что-то? - А. Мама уже знает. - Гинро пожал плечами. - Я не прям ей признавался, но думаю она уже более чем в курсе, что я страдающий по тебе гей. Передавала тебе привет, и, если помнишь, ту банку маринованных слив. Она будет в восторге, если узнает, что мы официально и всё вот это. -.. Ого, ничего себе, она не против такого? - "Наконец сбагрила" скажет. - Хмыкнул Гинро. - Или что-то такое. И сожрёт меня заживо, если я не привезу тебя знакомить с ними на следующие каникулы.       Ветер холодел. Гинро, смотря на Мацуказе в спортивной футболке, стащил с себя толстовку и накрыл ей лежащего у себя на коленях Мацуказе. - .. Если что, я не против приехать. - Если хочешь, чтобы тебя обсуждали всей деревней - милости просим. -.. Ой, а ты не переживаешь, что тебя будут обсуждать всей деревней? - Учитывая мою маму и всё, что я ей рассказал за последние каникулы - меня УЖЕ обсуждают. - Гинро закатил глаза. - Я похож на того, кого это беспокоит? - Ох, а как же твоя репутация? - А пусть они там все только попробуют испытывать по отношению ко мне что-то кроме зависти, что я захомутал ТАКОГО парня. - Гордо ответил Гинро. - Иначе нам придётся начать вести себя также слащаво как Тайджу и Юдзуриха. - Ха-ха, у кого из нас будет не получаться сделать предложение другому?       Гинро покраснел. - Время покажет, а?       Теперь Мацуказе тоже. - Может и так.       Гинро наклонился, целуя Мацуказе в лоб. В луну.       Луна для целований, всё ясно. - Щекотно. - Шепотом признался Мацуказе. - Мне больше не целовать? - Ни в коем случае.       И Гинро поцеловал луну ещё раз.       И Мацуказе потянулся и тоже поцеловал Гинро в лоб. И ещё раз.       Гинро поцеловал Мацуказе в щёку, гладя за другу. Потом в нос.       И Мацуказе тоже поцеловал его в щеку. И где-то совсем под глазом.       Гинро поцеловал его у подбородка. А потом в шею.       Мацукаще, краснющий и лучезарно улыбающийся, щурясь, лёг обратно ему на колени.       Такой красивый. С самым красивым родимым пятном. С луной для целований. - Тебе правда очень цветочек идёт. - Правда? Спасибо. - Мацуказе улыбаясь поджал губы. - Я люблю цветы. - Я обещаю, что буду постоянно тебе их дарить. - Ты разоришься. - Мне не жалко. Найду работу, чисто чтоб было на что тебе дарить цветы, клянусь.       И это первый раз в жизни когда он говорил что найдет работу и реально собирался.       Может, одна из того миллиарда вакансий в корпорацию Нанами, которые Рюсуй раздаёт всем своим знакомым вместо салфеток на своих вечеринках, наконец пригодится... - Ты слишком стараешься. - Поздно, я уже всё решил. Я заработаю нам денег, куплю нам квартиру... Будем жить вдвоём, там, вместе тусоваться, заведем... - Кошку? - Я предпочитаю собак. - Ответил Гинро. - Но если хочешь кошку то заведем и её. - Ты похож на собаку. - Вдруг подметил Мацуказе. - На такую пушистую, громкую, светлую... -... И суровую? - Очень.       Гинро представил светлую овчарку. Мацукаще представил стриженного шпица. -.. А ты похож на кошку. - Да?! - Да. У тебя даже клычки есть. - Задумался Гинро. - И рыбу постоянно из рамена выковыриваешь. Но ты какая-то спокойная кошка... - Правда? Я, и кошка?.. Надо же..       Мацуказе представил спящего британца. Гинро представил стеснительного ориентала. - Вполне кошка.. - Хотелось болтать ни о чём. Просто наслаждаться тем, что Мацуказе лежит у него на коленях. - Мацу-кун. - Да? - А какое у тебя любимое время года?       Мацу задумался. - Осень. - А почему осень? - Потому что я влюбился в тебя в октябре. - Пф-ф... Самое слащавое, что я слышал, Мацу-Юдзуриха. - Усмехнулся Гинро. - Звучит как название песни. - Очень может быть, Гинро-Тайджу. - Улыбнулся Мацуказе. - Никки-семпай советует мне много музыки последнее время. Там есть такое. - Фу, ей же нравится одна попса! - Ты простишь меня, если мне тоже нравится одна попса? - Пф-ф... Не может быть, тебе точно должен нравится Бетховен. - Он попса своего времени? - Пожал плечами Мацуказе. - Я вообще много музыки слушаю... Даже в средней школе учился играть на кото. - Да?! - Поднял брови Гинро. - Поиграешь для меня? - Ой, я вообще ничего не помню! Но.. Думаю, оно осталось дома, я могу попросить сестру привезти его. - Задумался мацуказе. - За одно вас познакомлю. Ты ей понравишься. - Давай сразу - она зануда? - Нет, я бы даже сказал... - Мацу подбирал слова. - Как бы помягче выразится - если мои родители узнают, что я гей, желающий бросить институт, то они будут считать себя провальными как родители полностью. - Хах, то есть я сейчас убиваю их последнюю надежду? - Я сам этим занимаюсь. Не хотел бы - не сидел бы тут с тобой целуясь.       Мацуказе потянулся, зевнув. - А сестра у меня весёлая. Чем-то похожа на Суйку-сан. Они примерно одногодки и она тоже всегда в панамке ходит. - Ну, тогда жду не дождусь.       Гинро снова начал невольно гладить Мацуказе по голове. - А... Кому ты первому расскажешь? Если вообще хочешь рассказывать. - О чём? - О нас. - Гинро кивнул на спленные руки. -.. Не знаю, наверное, как раз ей? Вряд ли она кому-то расскажет... Думаю ей даже понравится, она немного фуджоши. - ФУ. - Лучше, чем если бы она была ненавистницей, думаю? - Не сильно.       Мацуказе засмеялся, смотря на скривившуюся рожу Гинро. - А ты кому расскажешь? - .. Наверное Кинро. - Он пожал плечами. - Он за меня переживал. Потом не знаю... Кохаку начнет подкладывать, Хром вряд ли знать хочет, до Рури не дозвонишься... Но в любом случае...       Гинро неловко посмотрел куда-то в небо. - Я... Не хотел бы скрываться. То есть, типа, публично... - Он сжал руку Мацуказе. - Я не знаю, как насчёт тебя... Тебе нормально? Или нам, тип, стоит повременить?...       Мацуказе приподнялся и накрыл его руку своей. - С тобой я наконец-то могу быть тем, кем являюсь, Гинро-кун. Я хочу этим пользоваться пока могу. - А если будут говорить? А если до родителей твоих дойдёт? - Тревожно поднял брови Гинро. - Точно норм всё? - Я разберусь. Просто хочу делать что хочу. - Мацуказе мягко поцеловал его в щеку. - Я наконец-то счастлив и планирую становится счастливее..       Гинро томно на него глянул.       В животе заурчало. Чёрт.       Гинро открыл телефон.       Чёрт! -.. Общага закрылась. - Уже? - Поджал губы Мацуказе. - Ох... И что делать? - Искать ночлег? Мы на третий этаж снаружи не залезем. - Хах, ну мы и засиделись... Ни о чем не жалею. Давай поищем где переночевать...       Мацуказе тоже достал телефон. С луной из таро под чехлом. -.. Гинро-сан. - А? - Отель?       Гинро потупил. - Давай отель.       Мацуказе потянулся и начал подниматься.       Гинро встал за ним, поднимая с травы чужое хаори.       Мацуказе закутался в толстовку Гинро, уткнувшись в телефон. Та самая, оранжевая.       Гинро натянул на себя хаори. На нём великовато. Но висит почти также, как толстовка. - Мацу-кун! Мне идёт? - А? - Мацуказе повернулся и почти засмеялся. - .. Очень.       Гинро кривлялся и очень забавно позировал. - Сразу видно, что у тебя есть вкус. - Гинро подмигнул. - Кстати, о вкусах... Я хотел зайти куда-нибудь похавать. Мы ничего после тренировки не ели ж. - Да. Я тоже думал. - Мацу кивнул, влюбленно пялясь на Гинро в своём хаори. -... Звучит как свиданка, а? - Гинро хитро улыбнулся.       Мацуказе поднял брови. - Ты приглашаешь? - Да. - Гордо кивнул Гинро. - Мой парень, прекраснейший Мацуказе с луной на лбу, пойдет со мной, величайшим Гинро, на ночное свидание похавать? - Пойду. - Кивнул Мацуказе, поднимая с травы свою сумку со спорт инвентарём. - Пойду с величайшим Гинро, я согласен.       Гинро держался, чтобы не начать прыгать от восторга.       Мацуказе немного потупив в телефон добавил: -.. Никогда не думал, что буду говорить что-то такое, если честно. - Хихикнул он. - Удивительное дело. Я не думал, что учёба в Токио закончится.. Этим. Так хорошо, что я согласился ехать, хах. - А то. У тебя теперь есть я! Да и... - Гинро притёрся поближе. - Тоже не думал, что когда-нибудь буду так говорить парню... Да и кому-то если честно, рядом с тобой я ужасно слащавый, клянусь, обычно я более суровый... Ха-ха... Люблю тебя, Мацу-кун.       Мацуказе отвёл глаза от телефона и улыбаясь посмотрел на Гинро. - И я люблю тебя, Гинро.       Гинро слабо приподнял руку и поманил Мацуказе к себе пальцем. Мацу начал наклоняться и Гинро, закинув руки тому на плечи, заключил его в поцелуй. Сначала ему пришлось вставать на носочки, чтобы дотянуться, но Мацуказе быстро наклонился ниже.       Так хорошо. Тепло. Будто всё на своих местах.       Мацуказе берет его свободной рукой за щеку, начиная гладить.       Хотелось, чтобы это продолжалось вечно.       Они расцепились только когда ноги начали затекать.       Мацуказе ещё раз погладил Гинро по щеке, поправляя ему волосы, перед тем убрать её. Такой счастливый. С этим родимым пятном. С луной на лбу.       И Гинро тоже счастливый, счастлив как не был никогда. - Мацу-кун, ты говоришь, что это я спас тебя от одиночества и потакания всем... - Гинро поднял свою сумку. - Да, спас. Так и есть. - Томно прошептал Мацуказе. - Нет, это ты меня спас.       За год общения с Мацуказе Гинро научился слушать людей, научился выражать любовь, заботиться, начал учиться брать ответственность, съехал, начал понимать чужое горе, чужие чувства, начал становиться смелее, наладил общение со многими людьми и начал копаться сам в себе.       Без Мацуказе его бы просто отчислили год назад. - Ты приувеличиваешь, хах... - Нихера не приувеличиваю.       Мацуказе неловко чуть-чуть приполнял руку, растопывив ладонь. Гинро почти сразу взялся за неё, переплетаясь пальцами. - Пойдем спасать твой живот, я нашел тут ресторан недалеко...       Они двинулись с поляны к дорожке. - О, там есть рамен?       По небу плыли почти фиолетовые ночные облака. - Должен быть. Но я ещё не проверял наличие... - Давай глянем! Надо будет взять тебе суши, повод всё-таки.       Они двигались куда-то из парка, в сторону между многоэтажек и какого-то небольшого городского пруда. - Повод? - То что я тебя люблю - не повод? -.. Вполне, ладно. Но то что я тебя тоже люблю повод взять несколько тарелок лапши? - И ещё чая с ягодами возьмём! - И матчу...       Этот Мацуказе, парень с луной на лбу, появился внезапно. Студентом по обмену из Осаки на дипломатической кафедре политологического факультета. Сразу привлёк внимание, поговаривали он как-то слишком много крутится вокруг местного раздолбая, Гинро Оками.       Но многие даже не подозревали, какая история разворачивалась за этой оболочкой.