Луна на лбу

      Вечерело.       Гинро в какой-то среднего вида паршивости футболке, спортивках и свисающей с его плеч толстовке. Мацуказе в синем хаори, накинутом поверх спортивной одежды.       У Гинро смешной хвостик на затылке. И заколота чёлка. Мешалась на танцах.       У Мацуказе спорт инвентарь в чехле на спине, напульсники на руках, горящие счастливые глаза и луна на лбу.       Луна, на которую Гинро все смотрел, пока они шли от спорт-центра до метро.       И сейчас, когда они вышли на своей станции...       Гинро сжал руку Мацуказе.       Решено. Сегодня.       Гинро двадцать один исполнилось три дня назад или десять??? Что он мнется как тряпка!       Пора.       Пора признаваться Мацуказе. - Мацу-кун. - Да? - Пойдем в парк, не хочу в общагу. - Хорошо, конечно, как пожелаешь. - Кивнул Мацуказе. - Давай в парк.       Мацуказе сам хотел предложить сходить куда-то в другое место. Потому что как будто в общежитии многовато людей, шумов через стенку и вероятностей выбитой Никки двери. Ну ладно, так даже удобнее. Удобнее, что Гинро сам предложил.       Потому что Мацуказе решил.       Пора.       Пора признаваться Гинро.       Как именно он правда был без понятия.       Вечернее ясное небо казалось нежно синим, погружая весь город в такую же яркую синюю дымку, облаков почти не было, жёлтый редкие фонари зажигались, они шли к парку где оба были раза полтора.       Почти сразу путь вокруг бетонной дорожки окутали стоявшие рядочком цветущие деревья. Цветки постепенно начинали закрываться на ночь.       Вечерело. - Круто сходили. - Гинро держал его за руку и у него колотилось сердце. Он сказал первое, что пришло в голову, чтобы не идти в этой сжирающей тишине. - Да. Рад, что тебе понравилось. - У Мацуказе потела ладонь. Он отвечал слегка дрожащим голосов в надежде прозвучать непринужденно.       Так нет, теперь они оба слишком нервничают. Они так никогда не признаются, вот чёрт, Гинро же должен быть не лохом... Он мужчина, или кто? Он должен сам сделать атмосферу приятнее. Он должен постараться разрядить обстановку. Он должен сделать шаг. Он должен быть крутым. Он должен...       Бля, чё он там кому должен, он уже забыл...       Он поднял глаза, раздумывая.       О, айва.       О. - Мацу-кун. - Да? - Достань цветочек. - Гинро указал пальцем на дерево айвы. - Я не дотягиваюсь.       Мацу даже не моргнул. Только огляделся на наличие посторонних людей. - Да, конечно, минутку...       И уже через момент небольшой красный цветочек был у Гинро в руках.       Вот они вандалы. - Пасиб, - Сказал Гинро, осматривая лепестки. - Не за что. - Улыбнулся Мацу. - А зачем тебе, могу спросить?       Гинро молча повернулся к Мацуказе. И потянул руку с цветком.       Заправил ему его за ухо. - Так хотел сделать.       Мацуказе удивлённо уставился на Гинро и начал становится сходного с цветком цвета. -.. Мне идёт? - Будто отшучиваясь спросил он. - Очень. - Коварно залыбился Гинро, будто видя, как смутил Мацуказе.       О да, он мачо. Он мастер подкатов. Рюсуй и Ген пососали.       Да Мацуказе свалится прям в ему в руки. Бояться нечего. У Гинро расслабились плечи. Он потянул себя за лямки рюкзака и якобы непринужденно отводя глаза от Мацуказе сменил тему, продолжая идти вглубь парка.       Но опять словил руку Мацуказе в свою. - Так вот, круто сходили, да, - Он перевёл глаза на другие цветущие деревья. - Весело они так танцуют. Прикольно. Мне понравилось.       Гинро старался дальше звучать как безразличный мачо. Но танцевать ему понравилось настолько, что он был готов начать (а.к.а продолжить) танцевать здесь прямо сейчас, весело прыгая.       И Мацуказе со стороны это было очень хорошо видно. Гинро плохо хранил секреты. - Я очень рад. - Буду дальше ходить к ним. - Это замечательно. - Мацуказе с цветком за ухом выглядел почти как принцесса. По крайней мере глазами Гинро. Принцесса с деревянной катаной за спиной. - И правда вместе ходить будем... Ты же не возражаешь?       Принцесса с деревянной катаной, такими красивыми длинными черными волосами и синими глазами, в которых можно было утонуть. Шёл, пока за его спиной цветущие деревья сменялись кедром, а дорожка будто становилась только теснее.       Хотелось целовать его не делая перерывов между поцелуями. Как принцессу. Или, как минимум, что-то очень сказочное. Что доступно сейчас для наблюдения только одной паре жадных зелёных глаз.       Гинро сжал его руку. - А как ты сегодня? - Чёрт Гинро опять не звучит как мужик. Звучит как плавящийся влюбленный придурок, любовь из которого выливается через рот. - То есть, вы как обычно там, с этими всеми мечами?.. Техники, всё такое.. - Да, - Ласково кивнул Мацуказе. - Мы сегодня оттачивали вадза. Да, это базовое, но никогда нельзя останавливаться, пока нет совершенства. Да и как простая силовая тренировка.. - А вадза эт?.. - Удары. Мэн, котэ, до и цки. - Заулыбался Мацуказе. - Пробовали с мечом и без. А в остальном просто тренировка. Как и обычно.       Гинро старательно кивал. - Звучит здорово. Ты хорошо провёл время, Мацу-кун? - Просто замечательно. - Искренне сказал он. - Я.. Я скучал по этому.       Гинро раньше побаивался задавать вопросы про прошлое Мацуказе. Боялся, что его опять начнет сжирать совесть или горечь. Боялся ответить что-то не то сам.       Но сейчас Гинро собирался перестать боятся всего. Так что неплохо было потренироваться. - Ты раньше реально много этим занимался, да? - Да. Мы с моим другом занимались при одной школе. - Мацуказе улыбаясь предался воспоминаниям. - Когда я тренировался, я чувствовал это... Знаешь, как... Как когда тебя ничего больше не тревожит. Когда всё что есть - это ты и движение. Ты пропадаешь из этого мира. Будто летишь.       Гинро начал гладить его большим пальцем по тыльной стороне ладони. - Думаю, могу понять, какую фигню ты имеешь ввиду. Не так часто себя так чувствую, но.. Это круто, что ты так можешь когда тренируешься. - Гинро хмыкнул, переводя глаза на Мацуказе. - Твой друг тоже занимался боевыми искусствами? - Да, он был на голову выше меня в этом! Он даже учил меня чему-то сам, так как был немного старше.. Мы вместе тренировались несколько лет, нас часто ставили драться друг с другом... Это он мне про ноги объяснил.       Мацуказе выглядел как сияющая звезда, говорящая о чем-то тёплом и сокровенном. - Он мега крутой. - Констатировал Гинро. - Да. Я всегда ему проигрывал. - Мацуказе усмехнулся. - Когда ему пришлось бросить это, я думал, что больше не смогу этим заниматься без него... Но на деле оказалось, что тренировки были единственым местом, где я наоборот, немного отпускал все тревоги и это помогало мне справляться с его уходом оттуда. Я скучал по нему там, но я делал это и отчасти ради него. Волосы Мацуказе немного развивались на ветру. - Он был счастлив, что я не бросил. Мы могли всё ещё часами разговаривать о моих тренировках, когда я навещал его. Я правда... Нигде так не чувствовал себя собой, как там, просто повторяя движения под счёт. Мне кажется, он это знал, поэтому был так рад, ха-ха... - Мацуказе выдержал лёгкую паузу, будто формулируя мысль. - ...Иногда мне кажется, что когда я тренируюсь - он всё ещё делает это со мной.       Гинро придвинулся ближе. Он поджал губы, не сводя с Мацуказе глаз. - ..Думаю, он бы гордился тобой, увидь, как ты тренируешься сейчас.       Мацуказе замер. Сжал руку Гинро, в затем перевел на него глаза. - Думаешь? - Такой тихий. - Думаю, ты бы даже не проиграл ему. - Гинро мягко улыбнулся. - Ты очень крутой. Я никогда не видел того, кто так тащится по этой теме и готов тратить на это годы. У тебя очень крутой скилл, ты.. Ты сам видел как крутил ту палку, или как двигаешь этими мечами? Да ты потрясный! Мне кажется, ты знаешь об этом вообще всё...       Мацуказе выглядел удивлённым и смущенным. Он спешно отвёл глаза. - Я.. Спасибо, правда. Я не думаю, что я так хорош, но.. - Ещё как. Я бы сказал, что я бы подрался за это, но я тебе поиграю. - Гинро подмигнул.       Мацуказе выдавил шумный смешок. - Ты очень мил. - Усмехнулся он и Гинро ненадолго забыл как дышать. - Так вот, я... Я много занимался этим, да, но постепенно, начал посещать занятия всё реже. Вступительные экзамены, важные встречи, репетиторы... Потом институт, я продолжал, но стресса будто валилось только больше и больше, этого хватало всё меньше, приходилось приходить всё реже... Я не бросил, я всё ещё занимался, даже ходил на соревнования, но родители начинали это... Пресекать.       Лицо Мацуказе стало печально-неловким. - "Мы отдали тебя в школу дзюдо и кендо чтобы ты выучил дисциплину, родную культуру и уважение, а не чтобы ты пропадал за тренировками часами вместо учёбы", всё такое...       Лицо Гинро стало отвращенно-злым. - И вот, меня отправили по обмену к вам. Я должен был сделать перерыв от занятий на год. Вообще от любых. И не знаю, позволили бы мне вернуться к ним полноценно, если бы я вернулся после обмена. - Мацуказе посмотрел на дорогу, а затем улыбнувшись перевел глаза на Гинро. - Так должно было быть. Но у меня появился ты.       Они остановились возле какой-то очень большой поляны парка на возвышенности, с самой густой травой, что Гинро видел. Уединённо. Под открытым, уже потемневшим небом. Несколько людей было, но они разлеглись по разным углам настолько далеко...       Гинро инстинктивно потащил Мацуказе за руку к траве. - Я? Скорей уж Цукаса... - Усмехнулся он. - Нет, именно ты. - Ещё шире улыбнулся Мацуказе. Так тихо кругом. Низкий голос Мацуказе пробивает всё тело. - Ты поселил во мне саму идею, разве нет? Никто до тебя никогда не говорил мне "Просто делай, что хочется, и всё равно на остальных, даже если они против"... А ты просто пришёл и сломал всё, что я знал... И отстроил заново. И никто другой.       Гинро слушал, и чувствовал, как багровел. Его пальцы тряслись. - Ты сказал это мне, ты показал, и я решил, что сделаю. Из-за тебя решил. И из-за тебя смог. Без тебя бы я никогда не познакомился с Цукасой, никогда бы не решился пойти в тот центр, никогда бы не решился не ехать домой на новый год, никогда бы не перевёлся в ваш институт, никогда бы... - Мацуказе набрал воздуха в грудь. - Не был так счастлив.       У Гинро задрожал нос, пока он буквально пялился, как красиво у Мацуказе блестит кожа под белым светом луны. - Ты гораздо смелее меня, Гинро-сан. Я не знаю, где бы я был сейчас, если бы не твоя смелость.       Смелость, конечно, а ведь Гинро сейчас даже признаться Мацуказе не может. Этому прекрасному Мацуказе, под светом... Луны? - Я.. Я-.. - Гинро спотыкается о траву и валится на неё. Мацуказе ловит его у самого низа, встав на колени. Они теперь оба сидят на прогретой земле. - Ха-ха, извини! - Ничего, Гинро-сан.. - Мацуказе вдруг засмеялся, садясь на траву.       Луны. Точно. - Я... Ты правда.. Т-то есть... Я не думал, что так сильно повлиял на тебя. - Гинро начал смущённо смеяться. Он попытается. Попытается быть таким смелым, каким его считает Мацуказе. - Я рад, что ты счастлив.. - Это благодаря тебе. - Мацуказе сложил инвентарь и сумку на траву. И стянул с хаори, кладя на неё же и заталкивая Гинро на него сесть. - Правда. Спасибо. - Хах, да не за что. Ты тоже изменил мою жизнь. - Гинро полулёг на хаори Мацуказе, смотря снизу вверх и пождав губы.       Луна... - Мацу-кун? - Да?       Гинро смотрит большими глазищами. Самый спонтанный смелый вопрос в его жизни. - А... Откуда у тебя этот шрам? - Гинро звучал тише. Даже неловко. - Как ты.. Его получил?       Мацуказе замер. И озадаченно сложил брови. - Шрам? - Он наклонил голову. - Какой?       Гинро чуть неловко приподнялся. На локтях. - Ну... Луна на лбу.       Мацуказе будто бы задумчиво прищурился, осмысляя ответ. А потом, судя по лицу, понял, раскрыв свои потрясающие синющие глаза. Затем сжал губы...       И зашёлся весёлым хохотом.       Гинро растерянно поднял брови. - Мацуказе?       Мацуказе выглядел так прекрасно. Жмурился, прикрывал рот рукой, даже откидывал голову со смеху. Такой нежный, искренний и даже умилённый смех.       Такой нежный и искренний Мацуказе. - Мацу-кун?? Что.. Я-.. - Гинро то ли был встревожен, то ли озадачен, то ли даже рад и восхищён. - Ч-что смешного?..       Мацуказе шумно выдохнул, тихо хихикая, заводя прядь за ухо. Выпрямился, продолжая лучезарно улыбаться, смотря на Гинро. Даже иронично, как хорошо настоящая луна освещала ту, что на нём.       Мацуказе снова зажмурился и улыбаясь весело наклонил голову, указывая пальцем себе на лоб. - Это – родимое пятно.       Гинро проморгался. - Родимое пятно?       Мацуказе кивнул. - Да. - Такой формы?? - Гинро сразу захотелось рассмотреть ближе.       Мацуказе продолжал улыбаться, пока Гинро инстинктивно чуть протянул к луне руку.       Такой прекрасный Мацуказе просто сам по себе родился с такой прекрасной луной.       Волшебный. Сказочный. - Да, ха-ха... - Мацуказе улыбался самым нежным способом из возможных. - Когда я родился, родственники даже говорил, мол, что я был рождён, чтобы кого-то сопровождать.       Гинро смотрел как Мацуказе сам хихикнул над этим каламбуром. Но Гинро лежал здесь, смотрел на загорающиеся звёзды, смотрел на Мацуказе и внутри него всё полыхало.       Это не Мацуказе ходил за ним. Это Гинро следовал за Мацуказе.       Вот чем Мацуказе его так поменял. - Ну, не знаю, - Тихо, искренне и куда-то в себя начал Гинро. - Я бы скорее сказал, что ты.. Родился под знаменем любви?       Мацуказе завис, переводя глаза на него. Будто только услышал что-то, от чего его сердце замерло.       Это так и было. - Любви? - Он поднял бровь. - Ну да, в твоей фамилии же она так и читается. - Гинро смотрит на луну на лбу. На цветок айвы. На эти глаза.       Мацуказе мнётся, сидя и глядя на Гинро. - То есть, как.. Был рождён, чтобы любить, хах? - Он улыбнулся.       Гинро взял его за руку, лёжа на его хаори на траве под бескрайним звездным небом. - Был рождён, чтобы быть любимым. - Ответил он, глядя ему в глаза.