the sweetest sin

***

      Вечерние лучики, предвещающие окончание очередного учебного дня, проникают через тонкие стёкла окон, наполняя тихие коридоры своим тёплым и расслабляющим светом. Карие глаза цепляются за солнышко, что медленно, но верно спускается к горизонту. С пухлых губ выходит тихий вздох. Девушка поправляет свои длинные каштановые волосы, что вьются лёгкими волнами до самой поясницы. Ей ещё предстоит задержаться в своём кабинете, чтобы заполнить глупую заявку покупки инвентаря для читательского клуба её университета.       И Чжуо не спеша направляется в небольшой кабинет, который любезно ей выделил деканат. Чёткий стук её каблучков распространяется по третьему этажу, наполняя его хоть какими-то признаками жизни. Только вот девушка останавливается, когда вспоминает, что её кое-кто там, скорее всего, ждёт. От этого становится на душе волнительно, ведь их встречи в кабинете президента студсовета уж слишком стали частыми.       Но И Чжуо не может сказать, что это ей не нравится. Как раз-таки наоборот, поэтому её темп слегка ускоряется, чтобы дойти до желанного помещения.       На секунду девушка останавливается, чтобы поправить свой внешний вид. Пальцы оттягивают края белоснежной юбочки, чтобы подкорректировать длину, затем они убирают пряди у лица за ушки, чтобы придать более опрятный и собранный образ, что и требовалось от президента студенческого совета, которым являлась Нин. Она переводит дыхание, медленно цепляясь за ручку двери.       Одно прикосновение к холодному металлу заставляет прикусить губу, поселяя внутрь раздражающее предвкушение, которое приходится спрятать под маской собранности и серьёзности. Всё же И Чжуо личность влиятельная в этом университете, показывать свои слабости ей нельзя. Однако девушка всё же плавно дёргает ручку на себя, после аккуратно переступает порог. За закрытой дверью становится легче дышать, словно та сняла с себя ежедневную маску. Пальцы сразу же тянутся к задвижке, отчего по кабинету раздаётся характерный щелчок. Её янтарные глаза поднимаются, встречаясь с тёмными очами, что смотрят на юную особу с интересом и привычной ухмылкой. И Чжуо понимает по ним одно — сегодня девушки снова предадутся сладостному греху.       — Опаздываешь, — проговаривает брюнетка, что расположилась за рабочим столом Нин. Её длинные ноги, облачённые в чёрные чулки и такого же оттенка сапоги на грубой массивной подошве, оказываются на поверхности дерева, отчего теннисная юбка слегка задралась, открывая вид на белоснежную кожу ляжек. От такого вида глазки И Чжуо загораются искорками, что могут осветить весь этот чёртов кабинет, но она лишь вздыхает и подходит ближе, усаживаясь за своё место и укладывая на нужное место документы в папке, что находились в её руках. Ей нужно было держать себя в руках.       — Имею полное право, — говорит Нин серьёзным голосом, но с нотками нежности. — Тем более я была в деканате…. А что тебя снова привело сюда, Эри?       Девушка смотрит на студентку взглядом, требующим чётких объяснений. Учинага на это лишь улыбается, из-за чего пирсинг на нижней губе слегка дёргается, что не остаётся не замеченным И Чжуо. Та старается не концентрироваться на пышных девичьих устах, однако всё же своими глазками обводит их контур, контролируя собственные, чтобы не прикусить их.       Эри видит этот красноречивый взгляд, поэтому её улыбка становится ещё шире. Без лишних слов она протягивает лист А4, на котором написаны жалобы преподавателя, что был недоволен внешним видом студентки и её поведением на занятиях, которые иногда даже приостанавливались, чтобы успокоить брюнетку. Нин хватается за очередную жалобу и вздыхает, пробегая очами по буквам, что выведены размашистым почерком, в котором узнаёт что-то знакомое — кажется, это написал профессор Пак по экономике.       — Обязательно было в этот раз такой концерт устраивать? — спрашивает И Чжуо, когда всё же заканчивает читать, поднимая свои глаза на студентку. Та лишь пожимает плечами, убирая наконец свои красивые ноги со стола.       — Главное, что при этих жалобах я могу увидеть тебя лишний раз, принцесса.       Тихий шёпот запускает волну мурашек, что ласково пробегается по всему позвоночнику Нин, вынуждая ту даже выпрямиться на стуле. Она всё же прикусывает свою губу, чтобы не улыбнуться с глупого, но такого тёплого и родного прозвища. Фасад серьёзности и собранности трескается, а настоящая и искренняя версия вырывается наружу, но пока шатенка старательно сдерживается.       — И почему же я полюбила такую бандитку? — усмехается тихо И Чжуо, вызывая напротив довольную ухмылку.       — Наверное, потому, что я очаровательная, — проговаривает Учинага, поднимаясь со стула и направляясь к своей девушке, — сильная, заботливая… и самое главное — по уши влюблена в тебя, моя хорошая девочка.       Она наклоняется и нежно касается родных губ, вкус которых ей никогда не надоест. Чувствует приятный аромат вишнёвой гигиенической помады и такой же вкус, отчего тихонько мурлычет в поцелуй от наслаждения. Эри поглаживает щёку своими пальцами невесомо, словно боясь сломать или оставить царапины на гладкой коже Нин. Та же вздыхает от такого трепетного прикосновения, потянувшись ближе. Приятный холодок от пирсинга сопровождает их интимное прикосновение, отчего И Чжуо старается не застонать от контраста, создаваемого горячими губами и охлаждающим металлом. Руки оказываются на задней части тонкой шеи, окольцовывая её, ласково проводя подушечками пальцев по контурам татуировки, что прячется за угольными длинными волосами.       Поцелуй плавный и медленный, словно девушки исследуют губы друг друга впервые. Эри не торопится вовсе, ладонями обхватывает нежные щёки, лаская их, трепетно сплетаясь устами с Нин, которая от такой невероятной теплоты тает. Тихие звуки прикосновений наполняют кабинет, атмосфера плавно перетекает в уютную и располагающую на продолжение. Закатные лучики солнца играются на коже девушек, которые не спеша утопают вместе в любви, которая для многих покажется странной по многим причинам.       Встретить свою любовь в университете И Чжуо вовсе не планировала. Для неё на первом месте была учёба, оценки, активность, за которую она получала дополнительные баллы и повышение стипендии, что было очень важно для девушки, что приехала с другого города. Нин не часто бывала на вечеринках или каких-либо сборах, целью которых был просто отдых с алкоголем и веселье с незнакомыми людьми. Поэтому старательно нагружала себя, чтобы в подобных компаниях не оказаться. Сомнительных личностей обходила стороной.       Но всё изменилось, когда девушку назначили президентом студенческого совета всего лишь на втором году обучения в университете. Тогда она и встретила её — слегка эгоистичную, грубоватую Учинагу Эри, которая не любила дисциплину и всегда нарушала правила учебного заведения, из-за чего оставалась после пар, отрабатывая своё поведение, или же оказывалась в кабинете Нин.       В первую их встречу у И Чжуо чуть глаза на лоб не полезли от внешнего вида Эри. Та пришла к ней с ярко-розовыми волосами, пирсингом на губах и бровях, с синяком на щеке. И, конечно же, Учинага была в короткой кожаной прямой юбке, что еле доходила до колена, сочетая её с сетчатыми колготками и сапожками на высоком каблуке. Она выглядела… достаточно вульгарно для того, чтобы с первого же взгляда не понравится И Чжуо. Что, в принципе, и свершилось. К бунтарке президент студсовета относилась со всей строгостью, наказывая девушку более влиятельными способами. Но вместо того чтобы получить в ответ ненависть, почему-то увидела со стороны Эри полное послушание и чёткое выполнение всех заданий. Учинага даже научный проект по механике защитила, за что получила наивысший балл, шокируя многих, в том числе и саму Нин.       Так и проходило время, за которым брюнетка старалась меньше выводить из себя преподавателей, получая похвалу И Чжуо, которая её с первой встречи заинтересовала, не на шутку заинтересовала. И только из-за этой милой девушки, что улыбалась ярко и смеялась так искренне с её шуток, чаще билось сердце Учинаги, наполняясь чем-то тёплым и приятным, чем-то, что она успела забыть.       День за днём, неделя за неделей, месяц за месяцем они становились ближе. И Нин перестала видеть в Эри бунтарку, которая пугала не только своим откровенным видом, но и стилем общения. Она разглядела в ней интересную личность, которая любит вечерние прогулки под дождём, смотреть на звёзды поздними летними ночами, слушать блюз и хип-хоп, плакать от мелодрам, которые пересматривала тысячи раз. А Учинага заметила, что И Чжуо не просто дисциплинированная и серьёзная девушка, но и ещё, что Нин является фанаткой волейбола, поэтому часто ходит на матчи университетской волейбольной команды; что любит зиму больше всего, потому что дурачиться в огромных сугробах и строить снеговика для неё как традиция; что та поёт песни, когда готовит, ведь думает, что так еда будет вкуснее.       Незаметно друг для друга они стали безопасным и уютным местом, в котором можно было быть собой и не получить осуждения, а лишь поддержку и искреннюю заботу. Эри первой поняла, когда их дружба начала медленно перетекать во что-то большее, но она не торопилась, поэтому терпеливо ждала, когда сама Нин поймёт это. Хоть и держаться было довольно тяжело, ведь брюнетка безумно хотелось более долгих объятий, более интимных разговоров, где можно было не скрывать свою привязанность и влюблённость.       И когда этот момент настал, Учинага окружила И Чжуо своей заботой и нежностью. Её любовь Нин всегда сравнивала с мягким одеялом после тяжёлого дня, которым можно укрыться, быстро заснуть под ним и забыться в уюте и теплоте.       Поначалу шатенка, если честно, привыкала, ведь любить девушку для неё было… странно? Нет, необычно? Она не знала, как описать эти ощущения, что рядом с ней не парень, который источает свои тестостероны, а высокая девушка с нежной улыбкой и проколотой губой. Это казалось даже неправильным, ведь разве они не должны следовать нормам общества? Только вот долго думать над этим вовсе не пришлось. Чувства, которые И Чжуо испытывала к Эри, были настолько сильными и искренними, что она просто не могла игнорировать их и вернуться к «правильному» руслу.       Для себя Нин решила, что её любовь и есть тот самый верный путь.       Эти воспоминания греют душу, отчего И Чжуо улыбается в поцелуй. Эри слегка отстраняется, чтобы посмотреть на свою возлюбленную.       — Почему улыбаешься? — её пальцы всё так же касаются щёк девушки, медленно скользя к тонкой белоснежной шее, чтобы плавно притянуть поближе. Горячее дыхание оседает на губах Нин, поэтому та привстаёт, чтобы оставить ещё один краткий поцелуй, а после отвечая на вопрос:       — Вспомнила, как мы начали встречаться, — нежный голос пробуждает внутри столько ярких и сильных эмоций, которые Эри не может выразить каким-либо словом. Такого просто не существует. — Я очень рада, что мы счастливы с тобой сейчас вдвоём…       — И я этому безумно рада, моё солнышко, — Учинага обхватывает ласково тонкую талию и без особых усилий перемещает свою девушку со стула на край стола, усаживая её поудобнее.       Её губы начинают исследовать шею, прокладывая дорожку ласковых поцелуев к острым ключицам, спрятанным за тканью кофточки, пуговицы которой медленно высвобождаются из петелек, открывая вид на молочную кожу. Эри выражает всю свою любовь через прикосновения, от которых И Чжуо ведёт. Она раскрывает свои ножки чуть шире, притягивая брюнетку ближе к себе. Соприкосновение тел проводит электрический ток по всем внутренностям, из-за чего с губ Нин вырывается тихий выдох. Напряжение между ними усиливается, и даже воздух в кабинете становится тяжелее. Пальцы Нин нежно цепляются за открытые плечи, ощущая неимоверное тепло возлюбленной.       Жаркие, слегка влажноватые уста останавливаются у края кружевного бра. Ловко заводя пальцы за спину, Учинага расстегивает его, освобождая от лишнего элемента. И Чжуо слегка покрывается румянцем, когда предстаёт перед любимой без лифа и кофточки. Она чувствует ласковые подушечки пальцев на своих ключицах, что нежно скользят ниже. Ладони слегка сжимают грудь, чувствуя мягкость, от которой на лице расцветает довольная улыбка. Тихий стон вырывается с губ шатенки, которая откидывает голову назад. В этом действии Эри видит лишь одно — призыв целовать тонкую белоснежную шею. Её губы снова оказываются на чувствительной коже, но прикосновения уже более страстные, наполненные желанием, отчего Нин как будто начинает задыхаться, ведь к такой ласке прибавляются длинные пальцы старшей, что начинают играться с сосками, что от таких манипуляций начинают твердеть.       Быть тихой практически невозможно, особенно когда знают все твои слабые места. Тихие постанывания срываются с губ И Чжуо, которая полностью оказывается во власти своей любимой, которая упивается такой покорностью. Эри устами подхватывает один из сосков, начиная ласкать его аккуратно, следя за реакцией девушки, глаза которой закатываются в удовольствии. С другим же она играет пальцами, не лишая его внимания. Влажный язык приятно раздражает чувствительное место, отчего шатенка сжимает сильнее плечи возлюбленной, ощущая всем своим телом необходимость в более смелых прикосновениях, поэтому выдаёт:       — Эри… больше… пожалуйста, — тихо шепчет И Чжуо, всё ещё пытаясь контролировать своё тело и не реагировать так остро на всю ласку, которая практически сводит с ума, ведь узел внизу живота легонько тянет вниз, отчего думать более здраво вовсе не получается.       — М-м-м, я хочу ещё поласкать тебя, — горячее дыхание Учинаги обжигает кожу, как и её непрекращающиеся поцелуи в области шеи, — ты выглядишь слишком мило, когда просишь большего.       Эри не даёт и возможности что-то сказать. Её ладони скользят от небольшой груди к тонкой талии, которую та сжимает ласково, чувствуя теплоту тела. Пальцы оказываются на краях юбочки, которую сразу же задирают, а ножки разводят в стороны чуть шире прежнего. Брюнетка начинает оставлять еле заметные засосы на белоснежной шее снова, плавно спускаясь к ключицам, которые после оказываются в плену острых зубов Учинаги. Она кусает их, слыша громкие стоны своей девушки, что мотивирует её ещё больше метить. Руки же ласкают внутренние части бёдер, медленно приближаясь к ткани лёгкого белья, край которого через пару мгновений отодвигается, и большой палец оказывается на чувствительном месте, отчего Нин выгибается в спине до характерного хруста, постанывая имя своей возлюбленной.       Эри же упивается мелодиями, которые издаёт И Чжуо. Её движения с ласковых плавно перетекают в более интенсивные, чувствуя приятную влажность пальцами.       — Ты такая красивая, — говорит Учинага, посасывая мочку уха, не переставая ласкать клитор шатенки, пока та хватается своими ладонями за плечи любимой сильнее, тяжело дыша, стараясь быть не такой громкой, чтобы в случае чего не привлечь лишнего внимания. Такое поведение забавляет брюнетку, которая увеличивает темп своих пальцев, слушая всё новые вздохи, смешанные со стонами.       Обе поддаются своим сладостным грехам, которые они разделяют в компании друг друга. Тонут в тягучей неге наслаждения и возбуждения, которая оседает где-то глубоко внутри, обжигая. Они чувствуют неподдельную любовь и желание, переплетённые вместе, вынуждающие касаться сильнее, откровеннее, чаще, чтобы доводить до звёздочек в глазах, чтобы видеть закатывающиеся красивые глазки в экстазе.       Эри тихо шипит, когда Нин вместо громкого стона кусает плечо своей девушки, оставляя бордовый след на коже, подрагивая всем своим телом. Её пальцы впиваются в талию, сжимая её до боли, пока она находится в невероятнейшем состоянии оргазма, до которого может довести только её возлюбленная. И Чжуо пытается восстановить дыхание, отрываясь от покалеченного плечо и утыкаясь в шею, вдыхая аромат Учинаги.       А брюнетка хитро улыбается, что остаётся незамеченным. Вместо того чтобы обнять Нин и успокоить своим привычным поцелуем в висок, Эри вводит один палец во внутрь, чувствуя жар любимой. Она прикусывает губу, медленно проталкиваясь дальше, растягивая влажные стенки, отчего у И Чжуо в глазах темнеет, ведь она всё ещё не отошла от первой волны удовольствия, которое медленно укрывало её в свои объятия, чувствуя в себе приятное движение. Откидывая голову назад, руки оказываются на столе, сжимая края. Нин тяжело дышит, облизывает губы, практически задыхается в собственных стонах, которые возбуждают Эри сильнее.       Та наблюдает за девушкой с неимоверным наслаждением, замечая каждую мурашку от резко добавленного второго пальца, каждый вздрог, который записывается на плёнку в сознании старшей, потому что Нин И Чжуо — чёртов наркотик, без которого невозможно провести и час в одиночестве. Эри хочет находиться рядом с возлюбленной 24/7, чтобы видеть эту красоту перед собой, упиваться даже наимельчайшей деталью, утопать в прекрасных янтарных глазах снова и снова, даже не задумываясь о спасении. Оно её ни к чему, лишь бы быть рядом с И Чжуо, чувствовать её любовь и отдавать ей в разы больше, потому Эри сама по себе такой человек: получает столько-то, отдаёт в двойном размере.       Учинага не сдерживается, поэтому ловит каждый громкий стон своими губами, вкушая Нин без остановки, не забывая двигать своими пальцами внутри, задевая чувствительные места, от которых тело возлюбленной дрожит сильнее. Она отрывается от неё, чтобы снова посмотреть, и задыхается сама от вида. И Чжуо с разведёнными широко ножками, давится стонами, иногда облизывая собственные распухшие уста, дрожит от стимуляции, которой её одаривает Эри, её глаза блестят искрами наслаждения, а грудь вздымается от переполняющих ощущений.       — Богиня, — шепчет ей в губы брюнетка, ощущая жар от Нин. И ей это чувство до безумия нравится.       — Издеваешься… — смущается И Чжуо, её руки окольцовывают снова шею, пальцами забираясь в угольные шёлковые волосы любимой. — Мхм… Эри…       И девушке ничего больше не надо — лишь Нин И Чжуо, что стонет её имя.       Когда огромная волна оргазма настигает Нин, она вскрикивает и сжимает внутри себя пальцы Учинаги, которая с удовольствием наблюдает за тем, как девушка дрожит, обнимая её и прижимая ближе, словно пытаясь хоть немного найти успокоения после таких ярких ощущений, которые проникают под самую кожу, заставляя чувствовать неимоверный жар и расслабление. Эри аккуратно вытаскивает свои пальцы, облизав их, после обнимая полноценно свою любимую, не забывая похвалить:       — Умница, — шепчет на ухо, целуя в висок. Её одна ладонь утопает в шелковистых каштановых волосах, поглаживая их, пропуская пряди сквозь собственные пальцы.       Нин же улыбается, оставляя удовлетворённый поцелуй на шее девушки, ластясь ближе к родному теплу, которое окутывает её.       Было ли ошибкой влюбляться в Учинагу Эри, которая может вытворять подобное в любом месте просто потому, что ей хочется? О нет. Однозначно это самый правильный выбор за всю жизнь Нин. Она безумно рада, что может утопать в сладостных грехах, держась за руку той, кого любит всем своим сердцем.