Счастье вне устава

Весь следующий день Йеджи провела в борьбе с реальностью. Оказалось, что распаковка коробок в доме без нормального водоснабжения — это квест на выживание. Она отмывала полы, расставляла свои коллекционные альбомы по фотографии на пыльные полки и пыталась придать интерьеру хотя бы капельку того сеульского шика, к которому привыкла. К вечеру, когда солнце начало лениво тонуть в море, окрашивая небо в персиковые тона, Йеджи вспомнила о приличиях. В Корее переезд означал «тток» — рисовые лепешки для соседей. Она достала заранее купленные наборы в красивых упаковках, поправила растрепавшийся хвост и вышла на улицу. Соседский дозор Первым в её списке был небольшой домик, утопающий в цветах. Там её встретила аджумма Ким — женщина с добрыми глазами и руками, которые, казалось, пахли свежим хлебом и морем. — Ой, красавица приехала! — всплеснула руками женщина, принимая угощение. — Из Сеула, да? Кожа такая белая, как фарфор. Ты в нашем доме №12 поселилась? Ох, деточка, там же работы непочатый край. Йеджи вежливо улыбнулась, хотя спина уже ныла от усталости. — Да, дом требует внимания. Я вот как раз хотела спросить... — Йеджи замялась, вспоминая масштаб катастрофы с трубами и покосившимся крыльцом. — Может, вы знаете кого-то в деревне, кто мог бы помочь с ремонтом? Мне нужно кран починить, розетку в спальне и, кажется, крыша в одном месте подозрительная. Я, конечно, заплачу. Аджумма Ким рассмеялась так искренне, будто Йеджи спросила, есть ли в море вода. — О чем ты говоришь, милая! Зачем тебе кто-то чужой? У нас тут один ответ на все беды. Тебе нужен наш капитан взвода — Шин Рюджин. Йеджи замерла. Это имя эхом отозвалось в мыслях, вызывая перед глазами образ альфы с мазутом на щеке. — Она... она правда всё умеет? — осторожно уточнила омега. — Всё? — в разговор вмешался старик, сидевший на лавке неподалеку. — Дочка, Рюджин-а — это наше сокровище. Она в армии взводом командовала, а тут у неё каждый гвоздь по струнке ходит. Она и лодку починит, и дом заново перестроит, если надо. Вчера, говорят, она тебе воду перекрыла? Вот и жди её. Если Шин сказала «приду», значит, придет. Она слов на ветер не бросает. Правда, болтать не любит, характер — как кремень, но руки золотые. Тишина перед бурей Вернувшись домой, Йеджи села на одну из неразобранных коробок. В доме было тихо, только сверчки за окном завели свою вечернюю симфонию. «Капитан взвода, значит», — подумала Йеджи, рассматривая свои ладони. — «Мастер на все руки». Она вспомнила, как Рюджин вчера смотрела на её туфли. Коротко, почти сурово, но в этом не было злобы — только констатация факта. В Сеуле её окружали мужчины, которые рассыпались в комплиментах, но в нужный момент исчезали или, что хуже, предавали. Рюджин же за пять минут сделала больше, чем её бывший за последний год. Йеджи достала из сумки камеру. Ей вдруг нестерпимо захотелось поймать этот контраст: суровую эстетику этой деревни и её главного «мастера». Омега еще не знала, что завтрашний визит капитана Шина начнется не с вежливого стука, а с того, что Рюджин обнаружит Йеджи, застрявшую на чердаке в попытке найти источник странного шума.