Счастье вне устава

Когда они, окончательно изможденные и счастливые, выбежали из бани на прохладный ночной воздух Пусана, Рюджин подхватила ведро с ледяной водой и окатила им сначала Йеджи, а потом и себя. Омега вскрикнула от шока, а затем заливисто рассмеялась, бросаясь в объятия своей альфы. Они стояли посреди своего нового двора, мокрые, голые под лунным светом, и чувствовали себя абсолютно живыми. — Ну что, невестка... — тяжело дыша, произнесла Рюджин, кутая Йеджи в огромное полотенце. — Баня прошла проверку? — 10 из 10, подполковник, — Йеджи прижалась к её груди, слушая, как бешено стучит сердце её муженька. — Но завтра зеркало в машине всё равно придется чинить. Рюджин лишь рассмеялась, подхватила жену на руки и понесла её в их новый, сияющий трехэтажный замок. Это была их первая ночь в Пусане, и она была именно такой, какой должна быть — горячей, безумной и принадлежащей только им. Утро в новом пусанском коттедже началось с суеты, которая была под силу только семье подполковника. Солнце заливало огромную спальню, отражаясь от панорамных окон, а Йеджи, уже полностью освоившаяся в своей новой гигантской гардеробной, готовила «выход» для своего муженька. — Рюджин-а, вставай! Твой первый день в штабе не может начаться с опоздания, — Йеджи вошла в спальню, неся в руках парадный китель, на котором поблескивали новые погоны подполковника. Рюджин, сладко потянувшись после бурной ночи в бане, с трудом оторвала голову от подушки. Видеть Йеджи — сияющую, в легком домашнем шелке, на фоне их роскошного дома — было лучшим стимулом. Подготовка к параду Йеджи подошла к вопросу со всей серьезностью топ-фотографа. Она лично застегивала каждую пуговицу на кителе Рюджин, поправляла воротничок и следила, чтобы фуражка сидела идеально ровно. — Ты выглядишь так властно, что я сама готова отдать тебе честь, — прошептала Йеджи, лукаво улыбаясь и запечатлев на губах Рюджин долгий поцелуй со вкусом утреннего кофе. — Смотри, а то я запру тебя в этой студии на весь день, и никакой штаб меня не увидит, — проворчала Рюджин, притягивая жену за талию. Сюрприз на плацу Когда блестящий пикап Рюджин затормозил у главного входа в штаб Пусана, она глубоко вздохнула. Новый город, новые люди, огромная ответственность... Она вышла из машины, поправила фуражку и зашагала к плацу, где её уже ждала группа офицеров для рапорта. Но стоило ей приблизиться, как её глаза расширились от изумления. В первой шеренге, вытянувшись во фрунт и сверкая новенькими лычками сержантов, стояли... Пак и Чхве! Те самые её «щенки», которые еще вчера ломали зеркала и перетаскивали шкафы на окраине Сеула. Они стояли с такими каменными лицами, что Рюджин на мгновение подумала, не галлюцинация ли это. — Товарищ подполковник! Сержант Пак! Вверенный личный состав для прохождения службы в штабе Пусана прибыл! — проорал Пак так, что голуби взлетели с крыши штаба. Рюджин замерла, переводя взгляд с одного на другого. — Вы... вы что здесь делаете? Какого черта вы сержанты? Пак не выдержал и расплылся в довольной ухмылке: — Сюрприз, товарищ подполковник! Мы подали рапорты на перевод вслед за вами еще месяц назад. А повышение... ну, мы решили, что негоже подполковнику Шину работать с какими-то рядовыми. Мы же ваша «личная гвардия»! Чхве добавил, чуть тише: — Мы не могли оставить невестку и детей без присмотра в таком большом городе. Кто же будет зеркала ломать, если не мы? Рюджин почувствовала, как к горлу подкатил комок. Эти оболтусы, ставшие ей почти братьями, пошли за ней на другой край страны. Она подошла к ним, крепко пожала руки обоим, а затем, вернув себе суровый вид, гаркнула: — Смирно, сержанты! Раз вы теперь в штабе, дисциплина будет в два раза жестче. Пак, если я увижу хоть одну царапину на новой плитке в гараже... — Знаем, знаем, товарищ подполковник! Шесть часов бега! — радостно выкрикнули они хором. Вечером, когда Рюджин вернулась домой и рассказала Йеджи о «сюрпризе», та лишь загадочно улыбнулась. — А ты думала, я отпустила Пака одного за рулем моей машины просто так? Мы всё спланировали, муженек. Твоя армия всегда будет с тобой. Рюджин подхватила жену на руки и закружила по огромной гостиной под восторженные визги близнецов. В Пусане начиналась новая жизнь, но со старой, верной командой. Вечер в новом пусанском коттедже напоминал масштабную войсковую операцию. Йеджи, вооружившись планшетом с чертежами интерьера, заняла стратегический пост в центре гостиной. Рюджин, как и подобает подполковнику, руководила процессом, но её «гвардия» в этот раз была внушительнее: к верным сержантам Паку и Чхве добавились четверо новых солдат из пусанского гарнизона. Новобранцы сначала обрадовались возможности «помочь легендарному подполковнику Шину на дому», надеясь на легкий вечер и вкусный ужин. Они еще никогда так не ошибались. Пятый круг ада — Так, мальчики, — Йеджи прикусила губу, глядя на массивный диван в центре зала. — Мне кажется, если мы передвинем его к окну, вид на океан будет лучше. Но тогда телевизор придется перевешивать... Солдаты-новички, обливаясь потом, в шестой раз за час подняли диван. Пак и Чхве, уже привыкшие к «стилю Хван Йеджи», молча пыхтели, распределяя вес. Но новички начали обмениваться испуганными взглядами. — Товарищ сержант, — шепнул один из новобранцев Паку на ухо, когда они несли шкаф по лестнице. — А долго это будет продолжаться? Мы этот гардероб уже на все три этажа заносили. Пак лишь сочувственно хмыкнул, вытирая пот со лба. — Привыкай, сынок. Это «Особый режим Невестки». Сейчас мы его поставим, она посмотрит пять минут и скажет, что «энергия не течет». И точно. Стоило шкафу встать у окна, как Йеджи сложила ладони домиком у лица. — Ой, муженек... Рюджин-а, посмотри. Теперь он перекрывает свет для моих цветов. Давайте всё-таки вернем его на первый этаж, в зону комфорта? Новые солдаты едва не выронили шкаф. В их глазах читалось искреннее раскаяние за то, что они вообще пошли в армию. Один из них тихо прошептал: «Лучше бы я на марш-бросок в полной выкладке пошел...» Авторитет Подполковника Рюджин, заметив назревающий бунт среди личного состава, подошла к ним, скрестив руки на груди. — Бойцы! Что за стоны в строю? — гаркнула она, хотя в глазах плясали смешинки. — Невестка строит наш замок. Каждое движение этого шкафа — это вклад в боеспособность вашего командира! Взяли дружно! Солдаты, услышав голос Рюджин, мгновенно вытянулись и снова вцепились в мебель. Против авторитета подполковника и очарования Йеджи не было приема. Заслуженная награда К десяти вечера дом наконец засиял. Мебель стояла так, как хотела Йеджи, коробки были вскрыты, а техника подключена. Солдаты, едва живые, сидели прямо на пушистом ковре в гостиной. — Ну всё, герои, — Йеджи улыбнулась своей самой ослепительной улыбкой, от которой у новобранцев мгновенно прошла усталость. — Время ужина! Она накрыла огромный стол: домашнее мясо, пусанские морепродукты, горы риса и холодные напитки. Пак и Чхве набросились на еду так, будто не ели неделю. Новички, попробовав первый кусок, поняли — ради такой кухни они готовы таскать этот шкаф хоть до Сеула и обратно. — Спасибо, невестка! Самый лучший ужин в жизни! — хором крикнули они. Когда солдаты наконец ушли (уползли) в часть, Рюджин закрыла дверь и прислонилась к ней спиной, глядя на Йеджи. — Ну что, дизайнер мой... Надеюсь, это была последняя перестановка на ближайшие пять лет? Йеджи подошла к ней, обвила руками её шею и прошептала на ухо: — Посмотрим, муженек. Но за твой командный голос и послушных солдат... я приготовила тебе десерт, который не входит в общее меню. Рюджин подхватила её на руки, направляясь к той самой лестнице, по которой сегодня десять раз носили шкаф. В Пусане наступала первая спокойная ночь в их новом блестящем доме.