бильярд.

Пугод был непререкаемым авторитетом в высших кругах. Его имя было синонимом влияния, и на него ровнялись; он был тем, кому стремились. Санчез также не был последним в обществе, но не настолько популярен. Однако у Санчеза была очень притягательная и запоминающаяся внешность. Белоснежные волосы, словно идеально растрёпанные, яркие янтарные глаза, глядящие с вызовом, и его фирменная диадема с ромбовидными узорами. Пугод подметил примечательного парнишку на какой-то встрече, но вскоре совсем позабыл о нем в суете насущных проблем. Однако недавно, закрыв очередной крупный проект, он вдруг обнаружил, что в его жизни образовалась опасная пустота. Для Пугода, привыкшего держать в руках нити всего города, скука была неприемлемой роскошью. И когда Пакету, всегда занятому по горло, стало чересчур скучно в своем офисе, он наконец вновь вспомнил о Санчезе. Правда, имени он не знал, да и вообще не особо с тем разговаривал — пару деловых фраз, и не более. Но было бы интересно получше узнать о нём... Через полчаса Пугод знал уже и имя, и род деятельности, и примерное местонахождение. Его люди были везде и всё знали; на то он и один из самых влиятельнейших людей в городе! Он отправил Санчезу приглашение на небольшую деловую встречу в бильярдном клубе, который, разумеется, принадлежал Пакету. Место было выбрано не случайно: клуб был известен своей приватностью и тем, что посторонние туда не попадали. В пятницу, в восемь часов вечера, ни минутой позже и ни минутой раньше, к клубу подъехал белый Cadillac Ciel. Санчез вышел из элегантного авто, и полузатемнённые очки сверкнули. Встреча с таким важным человеком! Это была не просто удача, это был шанс, предоставленный самим Пугодом. Он огляделся и предположил, что роскошный чёрный Rolls-Royce "Silver Seraph" – машина, на которой уже приехал сам Пугод. Летящей походкой Саша направился к клубу и, зайдя, удивился тому, что внутри почти не было людей, кроме пары охранников-телохранителей. Тишина в клубе была оглушительной, что говорило о полной конфиденциальности встречи. Поведя бровью, Санчез вопросительно глянул на одного из стоящих мужчин, тот окинул его взглядом и молча пошел к проходу далее. Саше ничего не оставалось, кроме как идти за ним. За проходом оказался богато украшенный коридор с несколькими дверьми. Остановившись у последней, мужчина рукой показал на неё и, убедившись, что сопровождаемый понял намек, ушел. *** Санчез медленно повернул ручку двери, бесшумно отворил и вошел в стильную комнату, воздух в которой казался густым, почти осязаемым. Здесь пахло дорогим табаком, выдержанным виски и тяжелым, незнакомым парфюмом. Голова слегка закружилась, но Саша быстро пришел в норму, стараясь унять подступившее недомогание. Он закрыл за собой дверь, и щелчок замка прозвучал неожиданно громко в этой тишине. Санчез повернулся и вновь оглядел комнату, посередине стоял бильярдный стол: изящный, с винтажными вырезами на ножках, подготовленный к игре. По стенам располагались книжные полки, кое-где на них были прелестные статуэтки, будто из самой древней Греции. В помещении было душно и стоял полумрак, в котором тень казалась острее, а взгляд — тяжелее. Рядом со столом стоял роскошный кожаный угловой диван, на нём и восседал хозяин этой комнаты, словно король на троне: он медленно поднялся и с лёгкой улыбкой поприветствовал Санчеза, не отрывая от него пристального взгляда. — Здравствуйте, Санчез. Я рад, что вы приняли моё приглашение. Признаюсь, мне захотелось узнать вас поближе. — Пугод потушил сигару об пепельницу на кофейном столике и, медленно выдохнув дым, оставил её там же. — Не желаете ли сыграть? — Он вновь ехидно улыбнулся, и в его глазах мелькнул огонёк. — Мне кажется, это отличный способ расслабиться и... узнать друг друга. Санчез чуть помялся, но виду не подал. Он был уверен в себе, и не стоило рушить впечатление о себе в первую минуту знакомства. Мало ли какие дела он ещё сможет вести с этим человеком, да и не хотелось показывать свою слабость. — Конечно! Правда, я не особо силен в бильярде... Но думаю, смогу быстро освоиться! — Его голос прозвучал чуть более резко, чем он планировал, выдавая нервозность. — Вот и прекрасно! — Пугод подошел к столу, взял кий и проверил его на весу. — Вы не сильны? Тем лучше. Я люблю учить. Прошу. Я покажу вам основы, а дальше игра пойдёт сама. *** Пакет взял в руки кий и отступил к столу, ожидая, пока Санчез последует за ним. — Первое, что вам нужно усвоить: это контроль над ситуацией, Санчез, — проговорил Пугод, его голос был низким, как будто специально, чтобы не нарушать тишины. — Для начала правильная стойка. Не бойтесь подойти ближе к столу. Санчез послушно подошел к столу, взяв кий. Он почувствовал, как напряжение медленно нарастает, и попытался сосредоточиться на шарах, но острый взгляд собеседника не давал ему покоя. — Не так, — Пугод подошел сзади, и Санчез мгновенно почувствовал, как его личное пространство исчезает. Он встал так близко, что Саша ощутил обволакивающий аромат его тяжелого парфюма и тепло тела, проникающее через ткань элегантной рубашки. — Вы держите кий слишком жестко. Расслабьтесь. Вы должны чувствовать инструмент, но не позволять ему управлять вами. Пугод положил свои руки поверх рук Санчеза. Санчез вздрогнул, но не осмелился пошевелиться. Его руки, которыми он сжимал кий, показались внезапно маленькими под широкими ладонями Пугода. — Сначала, — Пугод наклонился, и Санчез почувствовал его горячее дыхание на затылке, почти у самого уха. — Правильная стойка. Слегка согните колени. Наклонитесь. Вот так. Вам нужно быть увереннее. Он поправил Санчеза, надавив на его бедра. Это было нежное, но очень настойчивое прикосновение, от которого Саша почувствовал, как по его коже пробежали мурашки. Он попытался отодвинуться, но Пугод не дал ему этого сделать, лишь усиливая хватку на его талии. — Вы должны быть устойчивы, Санчез. Иначе вы потеряете равновесие в самый неподходящий момент. — Голос Пугода был почти шепотом, но его смысл был громким и ясным. Санчез попытался сглотнуть, но в горле пересохло. Всё его внимание было приковано к точке контакта, а не к бильярдному столу. В комнате было жарко и духота давила на его разум. — Теперь, — Пугод передвинул кий в руках Санчеза, заставляя его прицелиться. — Прицельтесь. Точный удар — это главное. Вы должны знать, куда хотите ударить, и насколько сильно. Почувствуйте вес. Удар должен быть точным, но мягким. Он слегка надавил на талию Санчеза, заставляя его наклониться еще ниже. Санчез чувствовал, как его щеки заливаются краской. Казалось, в комнате стало еще жарче. — А теперь… — Пугод отстранился, но не до конца, лишь на расстояние, достаточное, чтобы Санчез почувствовал его отсутствие. — Сделайте удар. Санчез, с трудом восстанавливая дыхание, ударил по шару. Шар еле-еле докатился до лузы. — Неплохо для начала, — Пугод улыбнулся, и в его глазах появился хищный блеск. — Но не идеально. Вы слишком спешите. Нужно больше терпения. *** Санчез, чувствуя, как его лицо горит под пристальным взглядом Пугода, попытался восстановить самообладание. — Вы... правы. Пожалуй, я немного нервничаю, — неуверенно пробормотал Санчез. — Может, сделаем небольшой перерыв? Я бы не отказался от напитка. Пугод лишь кивнул, не сводя с него взгляда. — Пожалуйста. Я думал, вы более выдержанный игрок, — в его голосе прозвучала легкая насмешка. — Не стесняйтесь, угощайтесь. Санчез поспешил к столику. Движения его рук были непривычно резкими и дрожащими, когда он потянулся за бутылкой виски. Он налил себе порцию, но руки его так сильно тряслись, что он не рассчитал и налил гораздо больше, чем собирался. Пусть будет так. Санчез выпил одним глотком, почувствовав, как обжигающая жидкость стекает по горлу, а затем сделал глубокий вдох, пытаясь успокоиться. — Чувствую себя лучше, — соврал Саша, протирая рот рукавом. — Вижу, — Пугод подошел к нему. — Я надеюсь, вы не потеряете контроль над собой раньше времени. Было бы некрасиво..) — Давайте продолжим. Но теперь, — Пугод отодвинул кий Санчеза. — Вы должны быть еще сосредоточеннее. Я заметил, что вы отвлекаетесь. Санчез, чувствуя себя загнанным в угол, взял ещё один бокал протянутый Пугодом и, отпив, поставил. Его разум был затуманен алкоголем и смутным ощущением опасности. — Хорошо. Я готов. Пугод вновь повел его к бильярдному столу. — В прошлый раз мы говорили о стойке и силе. Теперь поговорим о направлении. — Пугод вновь встал сзади, и на этот раз его прикосновение было более уверенным. Он положил одну руку на поясницу Санчеза, а другой, двигаясь с пугающей медлительностью, провел по его плечу к шее. — Вот здесь, Санчез. Ваш взгляд должен быть прикован к цели. Вы слишком много думаете о том, что происходит вокруг, и недостаточно о том, что нужно сделать. Санчез замер. Дрожь вернулась, но на этот раз она была не от холода, а от жара, исходящего от тела Пугода. Он чувствовал, как сильная рука Пугода скользит по его спине, едва касаясь, но при этом давя, призывая его к повиновению. — Вы не сможете играть, если не чувствуете упругость кия в руке, Санчез. — Голос Пугода стал еще более низким, почти интимным. — Вы должны доверять своим рукам. Почувствуйте это. Пугод прижался к нему теснее, и Санчез почувствовал твердость его тела. Это уже не было похоже на обучение. Это было откровенное вторжение. — Вы... вы слишком близко, — едва слышно прошептал Санчез, пытаясь отодвинуться, но его бедро уперлось в бильярдный стол. Пугод усмехнулся. — Вам не нравится близость, Санчез? Или вы просто боитесь? Он убрал руку с плеча Санчеза и прикоснулся к его шее, опустив ее чуть ниже, где бился пульс. — Вы так сильно напряжены. Это мешает вашему удару. Расслабьтесь. — Пугод погладил его кожу пальцами, и Санчез невольно выгнул спину. — Мне кажется, вы не о бильярде говорите, — сказал Санчез, пытаясь сохранить остатки гордости. Пугод наклонился еще ближе, его губы почти коснулись уха Санчеза. — Неужели? — Он сделал паузу, и Санчез почувствовал, как его дыхание участилось. — Я говорю о том, как научить вас чувствовать... Пугод развернул Санчеза, заставив его повернуться лицом к себе, и уперся руками по обе стороны от него, прижимая его к краю стола. — Я думаю, мы закончили с теорией, Санчез. *** В следующее мгновение Санчез ощутил, как сильные руки Пугода схватили его за талию, и, не давая ему опомниться, одним рывком подняли его на бильярдный стол. Санчез, сбитый с толку, зацепился ногами за край стола, пытаясь сохранить равновесие. Он судорожно выдохнул, глядя в янтарные глаза Пугода, которые теперь горели совершенно иным, хищным огнем. — Что вы... — начал Санчез, но Пугод не дал ему договорить. Его рот был накрыт властным поцелуем. Пугод впился в губы Санчеза, нежно, но настойчиво, проникая языком. Санчез почувствовал терпкий вкус виски, смешанный с ароматом дорогого табака, который совершенно сбил его с толку. Попытки отстраниться были пресечены: Пугод прижал его тело к своему, заставляя почувствовать каждое напряженное движение мышц. — Ты слишком много думаешь, — прошептал Пугод, отрываясь лишь для того, чтобы запечатлеть влажный поцелуй на его скуле, а затем на шее. — Мне это не нравится. Руки Пугода, двигаясь с пугающей скоростью, расстегнули брюки Санчеза. Санчез почувствовал, как его тело инстинктивно выгнулось, когда Пугод прикоснулся к нему. Но вместо того, чтобы продолжить, Пугод остановился* Он наклонился к шее Санчеза, вдыхая аромат его кожи. Затем он опустил голову, прижавшись губами к чувствительной точке на шее, прямо под ухом. Санчез вздрогнул, когда Пугод прикусил кожу, оставляя влажный, обжигающий след. Он почувствовал, как кровь приливает к этому месту. Пугод отодвинулся достаточно, чтобы достать небольшой тюбик смазки из внутреннего кармана пиджака. Движения его рук были быстрыми и отработанными. Он наклонился к Санчезу, и Санчез почувствовал, как холодная жидкость соприкоснулась с его кожей. Это было нежное, но очень настойчивое прикосновение, когда Пугод начал прорабатывать пальцами, готовя его. Санчез застонал, чувствуя, как его мышцы напрягаются и расслабляются под опытными пальцами. Пугод, уже подготовленный, начал медленно, но неумолимо проникать. Санчез вскрикнул, его ногти впились в плечи Пугода, пытаясь удержаться на скользкой поверхности бильярдного стола. Боль была острой, но быстро сменилась обжигающим жаром, от которого перехватило дыхание. — Слишком тихо, — Пугод заглушил его крик поцелуем, наклонившись, чтобы прижаться к его уху. — Ты должен быть громким. Я хочу, чтобы ты был громким. Пугод начал двигаться, сначала медленно, чтобы Санчез мог приспособиться, а затем резко ускоряя темп. Санчез чувствовал, как его тело дрожит от каждого толчка, а его крики разрывали тишину комнаты. Он не мог контролировать себя; его голос срывался на стоны и возгласы. Пугод, наслаждаясь его реакцией, держал Санчеза крепко, убеждаясь, что каждый толчок достигает нужной точки. Санчез запрокинул голову назад, его глаза были закрыты, и он чувствовал, как его тело достигает пика, сгорая в огне, который Пугод так легко разжег. Кульминация наступила быстро и резко. Санчез почувствовал оглушительную волну наслаждения, а Пугод, выдержав последний мощный толчок, излился в него. Все закончилось так же быстро, как и началось. Пугод, тяжело дыша, оперся руками о стол, прижимая Санчеза к нему, а Санчез лежал, задыхаясь и чувствуя, как его тело гудит от напряжения. *** Санчез был почти без сознания, его тело горело от жара, а кожа покрылась мурашками. Голова кружилась, и он не мог понять, как так быстро потерял контроль. Пугод отодвинулся. Он быстро оделся, поправил свою рубашку и пиджак, его движения были точными и деловитыми, словно он только что закончил важные переговоры, а не спонтанный акт на бильярдном столе. Он не позволил себе задержаться, чтобы насладиться моментом, быстро восстанавливая контроль над ситуацией и собой. Санчез, тяжело дыша, попытался подняться, но мышцы не слушались. — Ты оказался громче, чем я рассчитывал, — проговорил Пугод, с легкой усмешкой глядя на Санчеза. — И... интереснее, чем я думал. Пугод поправил воротник, небрежно оглядывая комнату. Его взгляд задержался на Санчезе, лежащем в беспорядке. В его глазах промелькнула мимолетная оценка. — Я не привык оставлять беспорядок. Он подошел к кофейному столику, взял сигару и медленно закурил. Дым медленно поплыл по комнате, смешиваясь с запахом пота и виски. — Я рад, что мы познакомились поближе. Возможно, нам стоит повторить, когда у тебя будет больше терпения, а у меня — больше времени. Пугод не дождался ответа. Он повернулся к выходу, не глядя больше на Санчеза. Прежде чем выйти, он остановился и негромко произнес в сторону двери: — Найдите Санчеза. Помогите ему привести себя в порядок. Убедитесь, что он безопасно доберется до дома. Он открыл дверь и вышел из комнаты, оставляя за собой лишь тишину и дым. Санчез, оставшись один, медленно пришел в себя. Он почувствовал резкую боль в шее, дотронулся пальцами до места, где Пугод оставил свой "знак". Он попытался встать, но ноги подкосились. В этот момент дверь снова открылась. В комнату вошел один из охранников, с нейтральным выражением лица. — Господин Санчез? Мы поможем вам.