Змеиный Инь — Ян

Обед в Большом зале проходил под знаком нервного тика Златопуста Локонса. Профессор сидел за преподавательским столом, тщетно пытаясь попасть вилкой в кусок курицы. Его глаза метались по залу, задерживаясь на слизеринском столе, где Гарри и Драко с невозмутимым видом резали стейки. Локонс знал: его сейф пуст. И он почти не сомневался, чьих это рук дело, но подойти к двум двенадцатилетним лордам и обвинить их в краже компромата означало подписать себе смертный приговор. Драко, не глядя на профессора, аккуратно передал своей сове, приземлившейся на плечо, запечатанный серебряным воском конверт. — В Мэнор, дорогая. Прямо в руки отцу, — шепнул он. В письме не было угроз, лишь одна фраза: «Папа, я нашёл твою переписку с мистером Локонсом. Кажется, его литературный талант сильно переоценён. Что нам с ним делать?» В этот момент за слизеринским столом произошло движение. Маркус Флинт, капитан сборной, буквально ворвался в пространство между скамьями, нависнув над мальчиками. Он выглядел так, будто не спал всё лето, обдумывая тактику. — Поттер! Малфой! — Флинт грохнул кулаком по столу, заставив кубки вздрогнуть. — Хватит ломаться! Вы — второй курс. Запрет снят. Я всё лето выбивал из Снейпа и Дамблдора согласие. Вы мне нужны в команде. Сейчас же. Гарри медленно поднял взгляд от тарелки. В его глазах не было того восторга, который он испытывал год назад. — Маркус, ты портишь нам аппетит, — спокойно заметил Гарри. — Квиддич — это прекрасно, но мы за прошлый год немного... остыли. У нас теперь много других дел. — Других дел?! — Флинт едва не задохнулся. — Весь факультет ждёт, когда «Близнецы-Загонщики» очистят небо от гриффиндорцев! Поттер, не беси меня! Уизли уже хвастается, что их команда — лучшая, потому что вы «зазвездились» и ушли в науку! Драко лениво откинулся на спинку скамьи, поправляя манжету своей шелковой рубашки. — Насчёт «зазвездились» он прав, Маркус. Мы теперь стоим дорого. Если мы вернёмся в команду, мы будем тренироваться по нашему графику. Никаких криков, никаких ночных пробежек по полю. И... — Драко посмотрел на Гарри, и тот едва заметно кивнул. — И Синдикат получает эксклюзивное право на использование стадиона по субботам. Для наших личных нужд. Флинт на мгновение замер. Он понимал, что эти двое — уже не просто талантливые игроки. Они — центр силы. — Стадион по субботам? Для чего? — подозрительно спросил он. — Для демонстрации того, что мы можем делать в воздухе без твоих свистков, — улыбнулся Гарри. — Так что? Ты согласен на наши условия, или нам продолжать «кошмарить» школу своими интеллектуальными проектами? Флинт посмотрел на них, потом на бледного Локонса, потом на Рона, который с гриффиндорского стола вовсю сигналил им большими пальцами. — Чёрт с вами! — рявкнул Флинт. — Субботы ваши. Но если в первом матче против Гриффиндора вы не выбьете из их охотников всю дурь — я сам вас прокляну. Тренировка сегодня в шесть. И не опаздывать! Когда Флинт ушёл, Драко хитро посмотрел на Гарри. — Видишь, Поттер? Стоило немного «поостыть», и нам принесли стадион на блюдечке. — Синдикат расширяет влияние на воздух, — подытожил Гарри. — Рон будет в восторге. Теперь у нас есть место для «испытаний» без лишних глаз. В этот момент за столом учителей Сириус радостно хлопнул Снейпа по плечу: — Сев, смотри! Флинт их дожал! Наши загонщики возвращаются! Снейп лишь пригубил свой кубок, глядя на Драко и Гарри с подозрением. Он слишком хорошо знал этих двоих: если они на что-то согласились, значит, цена этого согласия будет стоить ему ещё десятка седых волос. Вечер в личных покоях Северуса Снейпа обещал быть спокойным. Дверь была заперта на три охранных заклинания, в камине уютно потрескивали дрова, а на низком столике стояли два бокала и вскрытая бутылка старого вина. Сириус расслабленно откинулся на спинку дивана, вытянув ноги, а Северус сидел рядом, впервые за день позволив себе расстегнуть воротник и снять мантию. — Знаешь, — негромко произнёс Сириус, лениво перебирая пальцами край рукава Снейпа, — тишина в этом замке — самый дорогой товар. Особенно когда наши сорванцы заняты своими «делами». — Не сглазь, Блэк, — проворчал Северус, но его взгляд был непривычно мягким. Он только потянулся, чтобы сократить расстояние между ними, как вдруг... Щёлк. Вжик. Хлоп. Дверь плавно и бесшумно отъехала в сторону. На пороге стояли Гарри и Драко. Они выглядели донельзя довольными собой, а в руках у Драко всё ещё слабо светилась серебряная игла — та самая, которой они вскрыли сейф Локонса. Северус мгновенно отпрянул от Сириуса, его лицо в секунду превратилось в ледяную маску, а мантия, висевшая на спинке кресла, магически прыгнула ему в руки. — БЛЭК! — прошипел Снейп, яростно застёгивая пуговицы. — ТЫ. ЗАПИРАЛ. ДВЕРЬ?! — Я запирал! — Сириус вскочил, лихорадочно поправляя волосы и пытаясь придать лицу вид «я просто проверял температуру воздуха в комнате». — Клянусь хвостом, Сев, там была «Петля Мародёра» и засов! Мальчики вошли внутрь, даже не думая извиняться. Они синхронно уселись на ковёр перед камином, прямо у ног своих ошеломлённых опекунов. Гарри лучезарно улыбнулся, поправляя очки. — Мы соскучились, — просто сказал Гарри, подмигнув Сириусу. — Наш картель сегодня отдыхает, уроки сделаны, а Флинт слишком много орал на тренировке. Нам нужно было... семейное тепло. — Да, — добавил Драко, невинно разглядывая бокалы на столе. — И мы решили проверить, как вы тут выживаете без нашего контроля. Оказалось — неплохо. Очень... тесно общаетесь. Северус тяжело вздохнул и опустился обратно в кресло, потирая переносицу. Он знал этот тон. Он знал эти взгляды. — Что вам нужно? — в лоб спросил Снейп. — Я знаю вас слишком хорошо. Вы не вскрываете двери моего дома просто ради «скучания». Говорите сразу: ингредиенты для Оборотного зелья? Подпись на разрешении в Запретную секцию? Или вы снова что-то взорвали? — Обижаешь, Северус, — Драко достал из кармана то самое письмо от Люциуса, которое прилетело час назад. — Нам нужен ваш совет. Папа в письме звучит так, будто он одновременно хочет меня обнять и лишить наследства. Он явно боится Локонса, но не хочет в этом признаваться. Сириус сел рядом с мальчиками прямо на ковёр, чувствуя, как напряжение уходит, сменяясь привычным азартом. — Так, — Бродяга притянул Гарри к себе за плечо. — Показывайте письмо. Если Люциус напуган, значит, наш «павлин» зарылся глубже, чем мы думали. Северус посмотрел на них троих — лохматых, азартных, связанных невидимыми нитями доверия, — и потянулся за своим бокалом. — Разливай, Блэк. Кажется, вечер уединения официально превращается в штабное совещание. Но если вы ещё раз вскроете мою дверь и войдёте без стука... — ...мы просто придём через окно, — закончил за него Гарри, прижимаясь к боку Сириуса. В комнате снова воцарилось то самое «резонансное» тепло, которое было важнее любых кубков и правил. Семья была в сборе, и Локонсу стоило начать паковать чемоданы прямо сейчас. Северус взял письмо из рук Драко, и его брови медленно поползли вверх. Сириус навис над его плечом, вчитываясь в зашифрованные строки. — «Мой дорогой сын», — читал Снейп тихим, ровным голосом. — «Твоя находка... крайне несвоевременна. Мистер Локонс обладает определёнными сведениями о финансовых вложениях нашей семьи в период... нестабильности. Если эти документы попадут в Министерство, это бросит тень на Нарциссу. Я прошу тебя вернуть оригиналы. Это не игра, Драко». В комнате повисла тишина. Драко сидел, сцепив пальцы в замок, и в его взгляде больше не было иронии — только холодная решимость защитить мать. Гарри сидел рядом, его плечо плотно прижималось к плечу друга, передавая ту самую уверенность, которая была их общей силой. — Значит, этот павлин держит Люциуса за горло через Нарциссу? — Сириус выпрямился, и его лицо стало жёстким, по-блэковски хищным. — Локонс не просто вор памяти. Он шантажист. — И он выбрал не ту семью для шантажа, — отрезал Северус. Он посмотрел на мальчиков. — Вы нашли только письма в сейфе? Где те самые «документы», о которых пишет твой отец? — В дневнике их нет, — Гарри нахмурился, вспоминая детали взлома. — Там только список жертв. Значит, у него есть ещё один тайник. Либо... — Либо он держит их при себе, — закончил за него Драко. — Он параноик. Он не оставит такой козырь в кабинете, который вскрыли дети. — План меняется, — Сириус сел на ковёр прямо перед ними. — Люциус напуган, и он совершает ошибку, пытаясь договориться. Мы поможем ему, но по-нашему. Северус, у тебя есть то зелье, которое заставляет человека говорить правду, но при этом он думает, что просто хвастается? — «Болтливый хмель», — кивнул Снейп. — Но Локонс и так хвастается круглосуточно. Нам нужно нечто более... направленное. — Сделаем так, — Гарри подался вперёд, и в его глазах вспыхнул азарт Синдиката. — Мы напишем Люциусу ответ. Скажем, что Синдикат берёт это дело на себя. Пусть он не вмешивается. Мы вызовем Локонса на «эксклюзивное интервью» для школьной газеты, которую мы... э-э... только что создали. Рон обеспечит массовку, а Тео и Блейз подготовят комнату. — А мы с Северусом, — подхватил Сириус, азартно улыбаясь, — обеспечим «информационную поддержку». Я «случайно» упомяну при Локонсе, что Министерство начало проверку его счетов. Он запаникует и сам побежит проверять свои тайники. Тут-то мы его и прижмём. Драко посмотрел на опекунов. Тёплая волна признательности накрыла его. — Спасибо. За то, что помогаете отцу. Несмотря ни на что. — Мы помогаем не Люциусу, — Снейп на мгновение коснулся руки Драко. — Мы помогаем нашей семье. А Люциус... что ж, он будет должен нам очень много дорогих ингредиентов и вечное молчание по поводу твоих джинсов. Гарри рассмеялся, и напряжение в комнате окончательно лопнуло. — Пишем письмо, Драко. Текст такой: «Папа, спи спокойно. Твои загонщики вышли на охоту». Воздух над стадионом вибрировал от криков. Гриффиндор против Слизерина. Маркус Флинт в раздевалке не тратил слов на тактику — он просто указал на тяжёлые биты, лежащие перед Гарри и Драко: — Сделайте так, чтобы они боялись даже взлетать. На поле в центре круга стоял Сириус Блэк. На нём была чёрная кожаная куртка с эмблемой Хогвартса, на шее сиял золотой свисток, а в руках он привычно подбрасывал квоффл. Он выглядел не как строгий судья, а как дирижёр надвигающегося хаоса. Когда Гарри и Драко вылетели на поле, Сириус широко улыбнулся и подмигнул им, едва заметно кивнув на ложу преподавателей, где Северус сжимал пальцами перила. — Так, сорванцы! — гаркнул Сириус на весь стадион, и его голос усилило заклятие Сонорус. — Я хочу видеть чистую игру... ну, или хотя бы такую, за которую мне не придётся вас дисквалифицировать в первые пять минут! По мётлам! Он оглушительно свистнул в свисток и подбросил мяч в небо. Бладжеры рванули вверх, как два чёрных ядра. То, что последовало дальше, вошло в историю Хогвартса. Гриффиндорские охотники столкнулись с мощью, которую они не могли просчитать. Гарри и Драко работали в связке, которую Сириус называл «каруселью смерти». Они не разлетались по полю. Они кружили парой, создавая вокруг своих ворот непробиваемый щит. — Справа, Драко! — выкрикнул Гарри, уходя в мёртвую петлю. Он на лету отбил бладжер, направив его прямо под ноги ловцу Гриффиндора. Тот дёрнулся, теряя равновесие, и в ту же секунду с другой стороны возник Драко. Вторым ударом он перехватил мяч и отправил его обратно, зажимая противника в «клещи». Сириус, летая на своей метле между игроками, едва успевал уворачиваться от снарядов, которые посылали его подопечные. — Десять очков Слизерину за артистизм! — проорал он, забыв о нейтралитете судьи, когда Гарри и Драко синхронно отбили один и тот же бладжер, отправив его в затяжной полёт через всё поле. Северус на трибуне прикрыл глаза ладонью, но сквозь пальцы было видно, как он довольно ухмыляется. Его мальчики доминировали в воздухе. В середине матча оба бладжера одновременно неслись на Гарри. Стадион ахнул. Но Драко, наплевав на все инструкции, рванул наперерез. В метре от Гарри он затормозил так резко, что прутья его метлы жалобно заскрипели, и мощным ударом вынес один мяч, пока Гарри, практически соскользнув с седла, отбивал второй. Они столкнулись плечами в воздухе, обменялись дикими, азартными улыбками, и Сириус, пролетая мимо, одобрительно хлопнул Драко по спине: — Малфой, твой отец подаст на меня в суд за этот манёвр, но это было чертовски круто! Матч близился к финалу, когда Локонс, окончательно обезумевший от того, что всё внимание достаётся «этим мальчишкам», решил вмешаться. Он выскочил прямо на поле, сияя золотой мантией. — Не бойтесь! — возопил он, перекрывая гул трибун. — Один из бладжеров взбесился! Я спасу вас! На самом деле бладжер шёл по своей обычной траектории, но Локонс, желая сотворить «героическое заклинание», выхватил палочку и выкрикнул что-то нечленораздельное. Вместо того чтобы остановить мяч, его заклятие придало железному снаряду безумное ускорение и превратило его в пылающий ком магического огня. Бладжер, сменив вектор, на чудовищной скорости понёсся прямо в спину Драко, который в этот момент прикрывал Гарри. — ДРАКО, БЕРЕГИСЬ! — крик Гарри захлебнулся ветром. Драко успел обернуться, но было поздно. Пылающий снаряд врезался в его левое плечо, выбивая из седла. Послышался отчётливый хруст, и Малфой, потеряв сознание от болевого шока, начал падать с двадцатиметровой высоты. Сириус спикировал вниз быстрее молнии, подхватывая Драко в метре от земли. Его лицо было белым как полотно, а в глазах застыла такая ярость, что даже дементоры бы отступили. В ту же секунду на поле приземлился Северус. Он не бежал — он летел, и его мантия казалась чёрным шлейфом самой смерти. Он выхватил Драко из рук Сириуса, мгновенно накладывая диагностические заклятия. — Плечо раздроблено. Ожоги, — голос Снейпа был неестественно тихим, и это было самым пугающим. Гарри приземлился рядом, его трясло. Он посмотрел на бессознательного Драко, на его перепачканное в крови лицо, и в его душе что-то сломалось. «Резонанс» внутри него взвыл от боли за друга. Гарри медленно повернулся к Локонсу, который стоял неподалёку, нелепо поправляя причёску. — Я... я просто хотел помочь... — пролепетал Златопуст, видя, как к нему приближается капитан Слизерина Маркус Флинт в сопровождении всей команды. — Помочь? — Гарри шагнул вперёд, и вокруг него начал вибрировать воздух. — Ты... ты тронул моего брата! — Блэк, — Снейп не оборачивался, прижимая Драко к себе, — держи меня. Иначе я убью его прямо здесь. — Поздно, Северус, — прорычал Сириус, медленно поднимаясь и вытаскивая палочку. — Я сам его убью. Вся команда Слизерина окружила Локонса плотным кольцом. Флинт навис над ним, и его лицо не предвещало ничего, кроме физической расправы. Трибуны Гриффиндора молчали — даже они понимали, что Локонс совершил святотатство. — Мистер Локонс, — Гарри подошёл вплотную, и его голос звучал в голове каждого присутствующего. — Синдикат выносит вердикт. Вы больше не профессор. Вы — цель. В этот момент в небе над стадионом вспыхнула огромная изумрудная змея, которая соткалась из чистой ярости Гарри. Она оскалилась прямо над головой Локонса. — В больничное крыло! — скомандовал Сириус, указывая Снейпу на выход, а затем повернулся к Локонсу. — А ты... молись, чтобы Люциус Малфой узнал об этом позже, чем я успею до тебя добраться. Локонс упал на колени, осознавая, что против него теперь не просто школа, а разъярённая мощь трёх самых опасных магов Британии и целого факультета, который не прощает обид своим. В больничном крыле стоял невообразимый гул. Драко лежал на белоснежных простынях, бледный, с левым плечом, зафиксированным сложной магической шиной. Вокруг кровати плотным кольцом сгрудилась вся команда Слизерина во главе с хмурым Флинтом. Тут же суетились девчонки: Пэнси Паркинсон и ещё полдюжины слизеринок наперебой выкладывали на тумбочку горы засахаренных ананасов и открытки. Рон, Тео и Блейз стояли чуть поодаль, в тени колонны. Их лица были непроницаемыми, как гранит. Обменявшись короткими, тяжёлыми взглядами, они без лишних слов слаженно развернулись и вышли из палаты. Им не нужно было говорить — Синдикату пора было готовить «тёплый приём» для Локонса. — РАЗОЙДИТЕСЬ! — голос мадам Помфри прорезал шум. — Живо! Живо все вон! Больному нужен покой! За спиной целительницы с подносом флаконов шла Гермиона Грейнджер. Она, как прилежная ученица, вызвалась помогать в лазарете, но сейчас смотрела на всё происходящее со своей обычной когтевранской строгостью. — Нам нужно место, разойдитесь быстро! — скомандовала она, расчищая путь для подноса. Толпа начала вытекать в коридор. Вскоре палата опустела, но Гарри даже не шелохнулся. Он сидел на краю стула, намертво вцепившись в здоровую руку Драко. Его взгляд был направлен в одну точку — на бледное лицо друга, а магия вокруг него буквально заставляла воздух вибрировать. Мадам Помфри серьёзно посмотрела на него: — И вы, мистер Поттер, тоже. Больному нужен покой. Потом навестите своего... брата. Вон! Гарри не ответил. Он сидел неподвижно, словно каменное изваяние, игнорируя реальность. Помфри возмущённо всплеснула руками и обернулась к помощнице: — Мисс Грейнджер, выведите мистера Поттера, прошу вас! Он же сейчас здесь всё током ударит от напряжения! Гермиона, которая до этого момента едва ли перемолвилась с Поттером парой слов за весь год, нерешительно подошла. Она знала о его репутации, знала о «Монолите», но приказ есть приказ. — Поттер, идём, — она твёрдо обхватила его за плечи. — Тебе нужно выйти. Сейчас. Гарри попытался сопротивляться, его пальцы неохотно разжимались, но Гермиона, проявив неожиданную для такой книжной девочки силу, буквально вытянула его со стула и потащила к дверям. Гарри шёл как в тумане, всё ещё оглядываясь на кровать, пока двери лазарета не захлопнулись перед его носом. В коридоре его уже ждали Сириус и Северус. Снейп выглядел так, будто готов был отравить всё живое в радиусе мили, а Сириус нервно сжимал кулаки. Но не успели они сказать и слова, как в конце коридора раздался резкий, властный стук каблуков и стук дорогой трости. Люциус Малфой прибыл. — Где мой сын? — его голос, обычно вкрадчивый, сейчас звучал как раскат грома перед бурей. Коридор перед больничным крылом превратился в эпицентр бури. Люциус Малфой, чья мантия казалась чернее самой глубокой ночи, навис над Сириусом и Северусом, сжимая набалдашник трости до побеления костяшек. — Десять лет, — прошипел Люциус, и в его голосе слышался звон стали. — Десять лет я доверял вам безопасность своего наследника. И что я вижу? Мой сын лежит за этими дверями с раздроблённым плечом из-за никчёмного павлина, которого вы допустили к преподаванию! Северус, я ждал от тебя бдительности. Блэк, я ждал от тебя... хоть чего-то, кроме шуток! Сириус только открыл рот, чтобы огрызнуться, но Гарри, стоявший рядом, вдруг сделал шаг вперёд. Его взгляд был направлен в пустоту, а аура вокруг него буквально искрила. — Вы все виноваты, — голос Гарри прозвучал неестественно ровно. Он посмотрел на Сириуса, потом на Снейпа, и в этом взгляде не было привычного тепла. — Вы спорили, вы делили наше воспитание, вы играли в свои игры с Дамблдором... и просмотрели Локонса. Ну, я ему устрою... Прежде чем кто-то успел его перехватить, Гарри резко развернулся и, не оборачиваясь, почти бегом умчался в сторону башни ЗОТИ. Его походка была стремительной и опасной — это был не ребёнок, это было стихийное бедствие. — Гарри! — Сириус дёрнулся следом, но замер. — Нам нужно его остановить, — Снейп нахмурился, чувствуя, как его собственные защитные чары в подземельях начали резонировать с яростью Поттера. — Если он найдёт Локонса в таком состоянии, от башни не останется даже фундамента. Люциус лишь мрачно покачал головой, глядя вслед «сыну»: — Это безумие. Он не слушает никого, когда впадает в ярость Блэков, подкреплённую магией Поттеров. Удачи нам всем. — Давайте я попробую его перенаправить, — раздался спокойный, почти сухой голос. Все трое обернулись. Гермиона Грейнджер всё ещё стояла у дверей лазарета. Она смотрела на взрослых магов без страха — только с чисто когтевранским аналитическим интересом. Люциус медленно перевёл на неё взгляд, и его лицо исказила гримаса ледяного презрения. — И кто это? Ещё одна «выдающаяся» подружка Уизли? Девочка, ты хоть понимаешь, о ком говоришь? — Люциус даже не пытался скрыть своего отвращения к её происхождению. Северус скептически прищурился: — Мисс Грейнджер, Поттер сейчас не в том настроении, чтобы обсуждать библиотечные штрафы. Сириус вопросительно посмотрел на неё, и в его глазах читалось сомнение. Он знал, что Гарри дружелюбен к Рону, но Гарри рос бок о бок с Драко. Он впитал в себя аристократизм Мэнора так же глубоко, как и вольность Гриммо. Для Гарри Поттера, который считал и Люциуса своим отцом, мнение маглорождённой ведьмы могло не значить ровным счётом ничего. — Я не собираюсь его уговаривать, лорд Малфой, — Гермиона даже не моргнула под взглядом Люциуса. — Я просто укажу ему на то, что «разнести школу» — это неэффективно. Есть способы уничтожить человека гораздо более изящно. И я знаю, где сейчас Локонс прячет свои записи, о которых Гарри так яростно спрашивал Блейза. Она не дождалась разрешения, а уверенно зашагала в ту сторону, куда ушёл Гарри. — Она... она серьёзно думает, что он её не проклянёт? — пробормотал Сириус, глядя ей в спину. — Если она предложит ему план более изощрённый, чем просто взрыв, — он её выслушает, — прошептал Снейп. — У Поттера сейчас работает только та часть мозга, которая жаждет мести. А Грейнджер, кажется, умеет упаковывать месть в красивые обёртки. Люциус лишь крепче сжал трость, провожая девчонку взглядом. — Если эта... мисс... добьётся успеха, я, возможно, пересмотрю свои взгляды на пользу Когтеврана. Но я всё ещё уверен, что нам стоит готовить восстановительные заклятия для замка.