Связан с тобой

Часть первая Связанные вне тропы 1 Ноа — Когда он приедет, мне нужно, чтобы ты без лишних слов запрыгнул в этот гребаный грузовик, — бормочет мать сквозь стиснутые зубы. Она тянет меня за руку, стараясь делать это как можно незаметнее, но я упираюсь подошвами в землю. Ей повезло, что мои глаза скрыты за солнцезащитными очками, иначе она бы сейчас получила чертовски свирепый взгляд. Я могу придумать миллион вещей, которыми предпочел бы прямо сейчас заняться. Меньшее, что она может сделать, — позволить мне не торопиться. — Я до сих пор не понимаю, зачем меня в это впутывают. Выходи замуж за этого придурка или не выходи, мне глубоко плевать, — бубню я. Брэд будет здесь с минуты на минуту, чтобы забрать меня, и если есть хоть малейший шанс сорваться с крючка, я им воспользуюсь. Мать стонет, запрокидывает голову и закатывает глаза. — Проклятье, Ноа. Не всё в этом мире крутится вокруг тебя. — Учитывая, что он не хочет жениться, пока не познакомится со мной, похоже, что всё-таки крутится, — огрызаюсь я в ответ. Если бы я не знал лучше, сказал бы, что это чертовски удобный способ потянуть время. Готов поспорить, он сам не хочет доводить дело до конца и использует мою задницу в качестве козла отпущения. — Брэд… он консервативен, понимаешь? Он порядочный человек. В моей жизни таких давно не было, — тяжело выдыхает она. После этих слов я прикусываю язык. Пожалуй, в чем-то она всё же права. Её тон смягчается, она снимает мои очки с переносицы и заправляет ими мои волосы назад, открывая лицо. — Всего одни выходные. И всё. Сделай это ради меня, и это будет моя последняя просьба тебе, — тихо умоляет она. Ее глаза ищут мои, и на мгновение кажется, что она говорит правду. Может, после этого она на самом деле исчезнет из моей жизни навсегда. У меня в планах прыгнуть в самолет и свалить на Гавайи до конца года, было бы очень кстати не получать от нее ни единого звонка, пока я там. — Ладно. — Я перебрасываю ремень дорожной сумки повыше на плечо. — То есть, плевать. Я всё равно уже собрался. Она взвизгивает, обвивая руками мою шею. Все тело напрягается от её объятий. — Вот это мой мальчик, — воркует она. Терпеть не могу, когда она меня так называет. Внезапно низкий гул автомобиля наполняет подъездную дорожку. Вырвавшись из её хватки, я наблюдаю, как огромный черный GMC медленно вкатывается во двор, хрустя гравием. Я тяжело выдыхаю, уже чувствуя себя выжатым как лимон. Мне стоит огромных усилий довести это дело до конца. В конце концов, я никогда его не видел, этот парень для меня абсолютный незнакомец. Поскольку я снимаю квартиру в городе, я почти ничего о нем не знаю. Если не считать внезапного объявления об их помолвке через мучительно пронзительное сообщение на автоответчике, мне известны только важные вещи: он обеспечен, он «очень милый парень» и очень хочет познакомиться со мной. Хм. Похоже, мать реально подстроила всё так, чтобы меня прикончили в лесу. Так что, нет. Я совсем не в предвкушении этого «сближающего» похода. Честно говоря, будь я на месте Брэда, я бы решил, что сорвал джекпот: сделал предложение разведенке с двадцатидвухлетним сыном, который знать не хочет ни ее, ни его. Но по какой-то, мать её, неведомой причине знакомство со мной для него — условие, не подлежащее обсуждению. Какая чушь собачья. Я лезу в карман джинсов и достаю свои «Мальборо». Прикурив одну, издалека наблюдаю, как Брэд выбирается с водительского сиденья. Мать слетает с крыльца, сияя от счастья, и буквально галопом бросается в его объятия. Первое впечатление? У нас нет ничего общего, и это просто зашибись как круто. Он выглядит как типичный мужик: клетчатая рубашка, короткие темно-коричневые волосы и ухоженная борода. Он стреляет в меня взглядом своих глубоких синих глаз через её плечо, и я чувствую, как челюсть сводит от напряжения, прежде чем делаю затяжку. Ладно, окей. В плане внешности мать не прогадала, но что-то подсказывает мне, что на этом интересные черты заканчиваются. Готов поспорить, он скучный до смерти. — Как дела у моей девочки? — слышу я его вопрос, пока он ласкает ее щеки. К моему разочарованию, он высокий и мускулистый. Клянусь, если он попытается строить из себя мачо, мне придется сбить с него спесь. Показать, кто здесь на самом деле главный. А это может быть весело. — Он сегодня немного не в духе, так что… не обращай внимания… — мать бормочет вполголоса. Она думает, я не слышу. Она вообще не умеет хранить секреты, даже когда очень старается. Это не в ее природе. Глаза Брэда снова перемещаются на меня. На этот раз, когда я делаю глубокую затяжку, выпускаю дым плотным облаком прямо перед собой, закрываясь от его взгляда. — Проклятье, Ноа. Спускайся немедленно, — мать тяжело топает ко мне. — И что я говорила насчет курения? — огрызается она, выхватывая сигарету у меня из губ и швыряя ее на землю. — Паршивая привычка. Чтобы за все выходные я этого при Брэде не видела, — заявляет она, придавливая окурок босоножкой. Как и ожидалось, ногти у нее ярко-розовые — верный признак того, что на своем «девичнике» в эти выходные она влипнет в неприятности. Всё это будет зря, как только он узнает, кто она на самом деле. Плевать. Это не моя проблема. Она оглядывается на Брэда, который наблюдает за нами, и машет ему рукой. Его проницательные глаза не отрываются от моих, пока он идет в нашу сторону. — Ноа, — говорит он спокойно. Слишком спокойно. Его взгляд опускается к моим ногам и снова поднимается вверх. Внезапно я чувствую себя беззащитным. Словно меня оценивают. Аж зубы сводит. Он протягивает руку, ожидая рукопожатия. — Привет. — Я возвращаю очки на глаза, челюсть сжимается. Он поворачивается к матери и они обмениваются взглядами. Она вскидывает брови в своем классическом стиле «я же говорила», а он глубоко вздыхает и прячет свои руки в карманы джинсов. Между нами повисает тишина, от которой кожа начинает чесаться. Не желая больше в этом вариться, я прохожу мимо них обоих к грузовику. — Плевать. Мы едем или как? — Я распахиваю дверцу и швыряю сумку на заднее сиденье. Достаю телефон и начинаю листать ленту, убивая время в ожидании отъезда. Чем быстрее мы туда доберемся, тем быстрее закончатся эти гребаные выходные. *** Брэд запрыгивает на водительское сиденье вскоре после моего эффектного ухода. К счастью, он больше ничего не говорит и трогается с места. Глянув в навигатор, я вижу, что ехать нам около четырех часов. Какая радость. Музыку он включать не спешит, так что нам приходится слушать какую-то попсу из «Топ-40» по радио. Это уже пытка. Такое чувство, будто меня похитили… по собственному желанию. Надо было делать ноги еще у дома. — Итак… — он прочищает горло. Ерзает на сиденье, будто это ему тут не по себе. С чего ему нервничать? Это я здесь в идиотском положении. Я его вообще не знаю. — Я правда благодарен, что ты присоединился ко мне в эти выходные. Когда твоя мать сказала, что ты с радостью… Я издаю саркастичный смешок. — Я такого никогда не говорил. Она буквально меня шантажировала. Брэд бросает на меня быстрый взгляд и снова смотрит на дорогу. Его брови сдвигаются к переносице. — Она сказала мне, что ты сам захотел это сделать. Я снова смеюсь. — Она тебе соврала. Она любит это делать. Лучше привыкай, — бормочу я, глядя в окно. Признаю, дорога по старым проселкам чертовски красивая. Сплошные высокие деревья, скалы, горные пики и блестящая на солнце вода. Обожаю ездить на север. — Это… не очень вежливо, Ноа, — просто говорит он. Я поворачиваюсь к нему и замечаю, как у него едва заметно сжались челюсти, а пальцы вцепились в руль. Оу, неужели я нащупал больное место? — Только не говори, что не выносишь суровую правду. Спорим, ты тоже называешь себя хорошим парнем? — Я и есть хороший парень. Я сдерживаю усмешку, откидываясь на сиденье. — Да? Что ж, ради твоего же блага надеюсь, что это просто роль. Если он готов быть с моей матерью, то он либо такой же фрукт, как она, либо она сожрет его с потрохами. В любом случае, бедолага. — Это, мать твою, что сейчас должно было значить? — раздражается он. Я вздыхаю, прислонившись головой к подголовнику. — Послушай. Я встречал уже шесть версий тебя с тех пор, как ушел отец. Прости, но сомневаюсь, что ты чем-то отличаешься от остальных. Моя мать будет сосать из тебя жилы, пока не пустит по миру. Хочешь жениться на такой? Класс. Флаг тебе в руки. Только не говори потом, что я не предупреждал. — Я качаю головой и снова отворачиваюсь к мелькающим за окном деревьям. — Я тебя не знаю. Я не хочу узнавать тебя, и, честно говоря, не обязан это делать. Давай просто переживем эти выходные, а потом разойдемся своими путями. Я чувствую, как он колеблется, собираясь что-то сказать, но обрываю его прежде, чем он успевает вставить слово. — Я могу здесь курить? — спрашиваю я, запуская руку в карман за сигаретами. — Честно говоря, я бы предпочел, чтобы ты этого не... — Спасибо, — обрываю я, уже опуская стекло и щелкая зажигалкой. Я глубоко вдыхаю сладковатый вкус и выпускаю в воздух огромное облако дыма.