Букет из Акаций, Бегоний и Гераней

      Лили так и не смогла уснуть к утру, всё думая о том, что её ждёт после такой странной встречи, будь то наказание или хуже, а ноющие ноги и храпящая соседка уже начинали раздражать. Но, благо, с первым лучиком света девушки стали понемногу пробуждаться, одна за другой, и принялись будить своих подруг. Одна, даже, чуть не упала с верхней кровати, когда её потянули за лодыжку. Лили тоже поднялась, и села на краю, скорее для вида, показывая, что не спит, чем заработала на себе взгляды, – равнодушные, пару сочувствующих и один со злобой. Почему Андринна так посмотрела на неё, прежде чем задрать нос и направится к умывальнику, Лили не понимала. Неужели её крики разбудили кухарку? Та ведь даже после ссоры никогда так себя не вела, так откуда появилась неприязнь за одну ночь? Взгляд Лили случайно зацепился за макушку с короткими волосами, обладательница которых уже спешила в уборную, а в охапке униформа, как и каждое утро до этого.       — Эй! Можно тебя на минуту? — Лили негромко окликнула, обращая внимание служанки на себя, а пока та подходила, достала из ящика под кроватью корсет, — У тебя есть ткань одолжить?       На лице Эй было сомнение, взгляд то и дело беспокойно бродил то по корсету, то по Лили, прежде чем она решилась ответить, голос охрипший и тихий, как будто Эй выдавливала его из себя, — У меня есть похожая по цвету ткань, но…       — Я принесу тебе что-то с кухни в обмен, — Лили добавила, зная, что этот риск она может взять на себя.       Глаза Эй тут же загорелись, ведь каждый день, – на завтрак, обед и ужин, – здесь только каша для служанок, а вынести что-то приличное с кухни было той ещё задачей. Девушка сразу вернулась обратно к своей кровати и начала рыться в пожитках, в поисках нужного кусочка ткани. Лили обратила внимание на то, что окружающие почти не говорили между собой, ведя себя необычно тихо. Только приводили себя в порядок и одевались перед работой, иногда переглядывались. Эй положила около Лили тёмную ткань и убежала в спешке в уборную, даже не оглянувшись. Кажется, всё-таки, её крики повлияли куда больше, чем она думала изначально.       Пока другие служанки собирались, Лили достала нитку с иголкой и приступила к шитью. Цвет предоставленной ткани не очень совпадал с цветом корсета, был светлее, но, за неимением лучшего, сойдёт и такое. Пока она кропотливо занималась своим делом, в комнату вошла экономка и раздала некоторым девушкам указания, отправив двоих на первый этаж для уборки.       Когда большинство девушек уже вышли за дверь, Констанция бросила на Лили недовольный взгляд смешанный с жалостью и цокнула языком, — Как закончишь, пойдёшь на кухню посуду мыть.       — Да, мэм.       На тихий ответ девушки не обратили внимания и ушли, оставив совсем одну. Опять. Но её это не очень волновало, так как ей дали возможность свободно пойти на кухню вместо, как обычно, прачечной. Лили не была уверена, что сможет долго простоять на повреждённых ногах, а в этом, казалось, и была суть её перенаправления на кухню, – чтобы больше не ходила по ночам.       Когда Лили закончила с корсетом, то направилась к умывальнику, чтобы умыться и почистить зубы, но в осколках зеркал заметила, что нити на её подвеске запутаны, а когда присмотрелась ближе, то увидела, что они не запутались, а были переплетены в маленькую косу. Это то чем тот мужчина занимался? С тихим вздохом, Лили распутала нити и начала готовиться к выходу, игнорируя урчащий от голода живот.       В моечной неизменно кипела работа, – звон мытых чашек, посуда приходила и уходила, женщины разных возрастов отмывали утварь игнорируя крики на кухне. Одна из кухарок то и дело подгоняла людей в кондитерской комнате, потому что кто-то съел всё печенье приготовленное на сегодня. К счастью Лили, её никто даже не спрашивал. Как оказалось, если все думают, что её наказали, то подозрения в её сторону не возникают.       — Заберите, кто-нибудь, подносы! Тут места не хватает! — Голос раздался недалеко.       — Я схожу. — Лили заверила светловолосую женщину, что стояла рядом.       Вытерев пот со лба и руки от воды, девушка пошла в соседнюю комнату, минуя ходячих туда-сюда работников и принялась собирать пустые подносы. Она остановилась на секунду около одного из них, когда увидела тарелку с небольшими булочками, и, вспомнив обещание для Эй, Лили взяла одну из них и спрятала в рубашку, на груди. Благо, там было достаточно свободного места чтобы спрятать что-то ещё, но она решила, что этого достаточно и пошла обратно в моечную. Дойдя до раковин, Лили чуть не упала, – дышать было трудно, а телу жарко, ноги еле держали. Гвенит, светловолосая женщина, заметила красное лицо девушки и потрогала её лоб, чувствуя жар.       — Вот ведь, заразу привели. — Она забрала у Лили подносы и толкнула девушку к выходу с шиком, — Иди отсюда, костяшка, обеды скоро принесут. И не возвращайся, не хватает ещё подцепить невесть что от тебя.       Недолгое время Лили смотрела на женщину в недоумении, прежде чем кивнуть и выйти в общий коридор. Её просто взяли и выгнали. Наверное, ей стоит радоваться такому исходу, но Лили даже стало намного обидно, что из-за такой ерунды, как простуда, сказали не возвращаться. Уже в коридоре, она увидела других служанок, что шли в сторону столовой, и пошла за ними. В последние дни Лили пропустила слишком много приёмов пищи и это негативно сказывалось на её состоянии, а вчерашнее печенье хоть и дало немного насытиться, но полноценным ужином это не назовёшь.       В столовой, Лили села за самый ближайший стол и выпрямила ноги, расслабляя их и, чувствуя покалывание и лёгкое онемение, она положила голову на длинный, прохладный, стол, пока корсет впивался в рёбра. Ей не нравилось, что от неё ожидали поведение как у леди, даже не смотря на низкий статус и работу прислуги. Один взгляд на остальных служанок давал ясно понять, что они тут пытаются не просто выжить, но и заполучить больше привилегий с помощью красоты, пока Лили просто пыталась не сойти с ума.       Лёгкое прикосновение к плечу заставило Лили вздрогнуть и резко глянуть на того кто её побеспокоил, но это оказалась Эй, что стояла с тарелкой в руках, и девушка расслабилась.       — Прости, я задумалась. — Лили положила перед соседкой булочку, а сама медленно встала на ноги, — Приятного аппетита.       Она подошла к подносу с кашей, что не заметила когда принесли, взяла одну из тарелок и села подальше от остальных, чтобы поесть в тишине. Она не собиралась заводить в этом поместье подруг, уж тем более после того, что нашла на нижнем этаже. Возможно её ждёт такая же судьба забытой девушки, но так она хотя бы избавится от этой клетки. Лили хотелось, по крайней мере, один раз вернуться в поле, снова собирать травы, почувствовать теплоту солнца и прохладу ветра, плести венки с соседскими детишками, пока их родители не позовут домой, снова попробовать еду матери… Её взгляд обратно сфокусировался, пробегая по голым стенам подвальной столовой, по бледным от нехватки солнца девушкам, и даже жить не хочется. Их сюда продали, отдали близкие люди, и им теперь с этим… существовать в стенах этого подвала.       Доев, Лили вернула пустую тарелку на поднос и медленно направилась обратно в комнату прислуги. Если работы больше не дают, значит она может дать ногам отдохнуть и лечь поспать. Комната же встретила привычной тишиной, и Лили, не задумываясь, подошла к своей кровати, но остановилась, заметив, что подушка смещена влево, а одеяло лежит неестественно. Кто-то трогал её постель. Она приподняла пальяс и записка отсутствовала. Её небыло ни под кроватью, ни около тумбочки, нигде. Лили медленно села на край кровати, в ужасе осознавая, что теперь ей точно не жить. Даже если попытается сбежать, исход один, – смерть. Так зачем ей стараться?       Лили неторопливо открыла глаза, тёплый пол прачечной грел спину, одежда всё ещё была мокрой и прилипала к телу, а заторможенные движения выдавали усталость. Может вылить на себя горячую воду и было ошибкой, но это помогло согреться и немного прийти в себя. Она медленно поднялась на ноги и пошла к двери, опираясь о стену, чтобы не упасть в темноте. Не важно как долго она проспала, всё равно уже ничего не изменить, ведь записку нашли, а значит у них появилась куда более весомая причина, чтобы избавиться от неё. Лили остановилась посреди коридора, ноги всё продолжали болеть, а сделать ничего не может. Да и есть ли смысл? Она заметила, что поворот коридора слабо освещён. Кто-то, видимо, не спал. Лили медленно пошла на свет, шаги тихо отражались эхом от стен подвала. Приближаясь ближе, она услышала странный звук и выглянула из-за угла. При свете одного единственного факела, вдали стояли две фигуры, – полноватая девушка с волнистыми волосами, и широкий мужчина в знакомой накидке. Он целовал её шею, прижимая к кирпичной стене, одна рука ощупывала её грудь, пока вторая поддерживала за ногу, а она обхватила его голову руками и тихо постанывала ему в ухо. Лили с запозданием осознала почему Андринна так злобно на неё смотрела, но теперь всё прояснилось. А тот господин, оказывается, со всеми такой, ей даже на душе полегчало от такого. Услышав шаги позади себя, Лили обернулась и увидела очередного мужчину, с такой же тёмной кожей как у красноглазого. Но надрезов на накидке у него было всего три, а глаза оранжевые. И клыков вдвое больше. На его лице расплылась жуткая улыбка, от которой по спине Лили пробежали мурашки и, в ужасе, она убежала. Даже не смотрела куда бежит, просто бежала, а шаги позади и смех даже не думали отдаляться. Лили не смогла удержать равновесие из-за того, что её пнули по ногам, с силой ударяясь головой о пол. Зрение перекрыли слёзы.       — Попалась!       Её подтянули за корсет, поднимая с пола и держа в воздухе за ногу. Яркие глаза мужчины впивались будто в самое нутро, а зубастая улыбка видна даже сквозь слёзы.       — Думаешь так просто сбежишь от меня, мелкая сучка? ЯАЙ! — Его ударили чем-то по голове и он отпустил Лили, роняя её с громким грохотом на пол, — Ты чего, блять, делаешь?! Я тебе, сука, не мешаю, так чего ты приебался?!       — Это не та служанка! — Красные глаза показались из-за широкой спины мужчины, — Присмотрись, она же совсем по другому выглядит. Как ты мог перепутать?       Лили отползла к стенке под пристальными взглядами мужчин. Тот, что с металлическими наручами, сначала посмотрел на неё, а затем громко рассмеялся, хохот неприятно разнёсся по коридору.       — Да это ж ёбаная крыса, блять! Серьезно, ну кто так делает? Ползает тут, да пищит под нос, аж бесит, сука. — Он хихикнул как-то дёргано, показывая руками ползающие движения, прежде чем развернуться и, чуть не споткнувшись о чёрт знает что, побежал в… общую комнату служанок, — А, да похуй, ещё увидимся, крыса ебучая!       Лили рвано выдохнула, на грани всхлипа, когда мужчина ушёл, а её тело всё трясло. Ей впервые в жизни было настолько страшно, что дрожь не прекращалась. Что они за твари такие? Как люди вообще могут с этим мириться?       Из комнаты прислуги выбежал тот мужчина, хохоча, на плече у него служанка с короткими волосами и в одной ночнушке, они скрылись за поворотом. У него на плече была Эй. Он просто вытащил её из постели и унёс куда-то. Почему никто ничего с этим не делает? Даже красноглазый, просто стоит и смотрит на Лили с жалостью, как будто всё до этого было в норме вещей.       — Давай помогу. — Он опустился на одно колено, протягивая руки к лежащей девушке, чтобы поднять, но она только вжалась сильнее в стену, — Лилия, я не причиню тебе вреда. Поверь мне.       — Но Эй-       — С ни- — он на мгновение запнулся, а затем слегка улыбнулся, — С ней всё будет хорошо.       Мужчина осторожно взял Лили на руки и медленно поднялся, прижимая хрупкое тело к себе. Даже так он мог чувствовать как бешено колотится её сердце от страха. Заметив в конце коридора служанку с волнистыми волосами, что смотрела на них скрестив руки на груди, он лишь пожал плечами и обратился к той, что держал в руках.       — Давай мы тебя подлатаем и будешь как новенькая, хорошо?       В это время, девушки в общей комнате прислуги, затаили дыхание в своих кроватях, боялись потревожить саму темноту, чтобы избежать участи девушки в коридоре.