Wild

      Было уже заполночь. Вся деревня погрузилась в глубокий сон. Лишь в одном доме до сих пор горел свет.       Марк расхаживал по небольшой кухне, погруженный в раздумия. Они нашли место, где, скорее всего, подстрелили Оскара. Никаких улик, кроме небольшого пятна крови и клочка шерсти. Дальше след путался и кружил, Кими не смог вывести их из леса тем путем, которым прошли охотники, так как последние явно были профессионалами, которые умели путать следы так, что ни одна ищейка не справится. Ходить и расспрашивать жителей было рискованно, пойдут вопросы. Говорить, что Оскар пропал нельзя: если это услышат люди, поймавшие волка этой ночью, смогут сложить два плюс два, таков уж был их суеверный народ, и тогда угроза нависнет и над Кими. Обзвонив всех проверенных знакомых, Марк запросил список улетающих из близлежащих городов самолетов, которые могли перевозить на своем борту груз с животным. Конечно, было сомнительно, что волка увезли легальным путем, а не на каком-нибудь кукурузнике, но все-таки надежда была. Теперь оставалось лишь ждать, когда ему поступит обратный звонок. Но, учитывая здешнюю связь, можно было сказать, что все это займет достаточно много времени. Марк понимал, что с каждой минутой Оскар был все дальше и дальше от дома, но ничего поделать не мог. От полного отчаяния его спасали лишь слова Кими, который был уверен в том, что его брат жив.       Сам молодой волк сейчас сидел за столом, держа гудящую голову в руках. Он пытался сконцентрироваться на тонкой ниточке, связывающей его с братом. Это становилось делать все труднее и труднее, Кими понимал, что Оскар уже очень далеко, но не представлял насколько. Вина разрывала его на части. Если бы он не был таким придурком, то сейчас бы они, как обычно, сидели, смотря заранее записанный фильм. Оскар бы пинал его каждые две минуты и говорил что-нибудь смешное про особенно глупых персонажей. Марк бы как обычно шикал на него, но отвернувшись к экрану, все равно не мог сдержать теплой улыбки. Эта картинка, наполненная уютом, смазывалась мыслями о том, что жизнь его брата могла оборваться в любую секунду. Кими дал себе еще немного времени прежде чем отпустить гнетущее чувство вины и страха. Надо было думать.       - Марк, - Кими опустил руки и посмотрел на своего опекуна, который, казалось, постарел еще лет на десять. - Нельзя вот так сидеть и ждать у моря погоды. Давай поедем в город к твоим знакомым. Там мы всяко раньше узнаем нужную нам информацию, нежели будем сидеть здесь.       - Я бы с радостью отправился в город, но, боюсь, нам просто не на чем доехать. - Марк отодвинул стул, оставляя на полу еще больше царапин. - Следующая машина будет только завтра в шесть утра. И к тому же мы все еще ждем звонок от моего друга. Вдруг, пока мы будем добираться до города, а связи по пути вообще нет, он будет пытаться нам дозвониться?       - Я не могу просто сидеть и ждать пока мой брат где-то там! - Кими вскочил на ноги, стул с грохотом упал за спиной. Вспышка раздражения зажглась и тут же померкла от понимания, что сейчас перед ним не враг, а один из самых близких людей на свете, который так же, как и он, боится. - Марк, я хочу попросить Оливера отвезти нас в город прямо сейчас. Ты либо едешь со мной, либо остаешься здесь ждать непонятно чего.       Губы мужчины сжались в тонкую бледную линию. Он кинул взгляд на молчавший уже некоторое время телефон, потом посмотрел на крепкую уверенность в глазах младшего и кивнул. Кими улыбнулся одними кончиками губ и, не теряя времени, поспешил к двери.       - Я поговорю с Оливером и дам тебе знать. - Кими на ходу натянул на себя теплое худи, с глупым рисунком динозавра, подаренное еще когда-то давно на день рождения младшим Берманом. - Если он согласится, то мы заедем за тобой.       - Я соберу наши вещи, Кими. Если тебе не удастся договориться с Оливером, то мы можем взять лошадей. Рискованно, но другого выхода нет. - Марк тяжело вздохнул и быстрым шагом отравился в комнату братьев.       Кими вышел на морозный воздух и сразу же перешел на бег. Путь до дома Берманов обычно занимал минут десять, если идти пешком. Бегом до него можно было добраться за пять. И вот он уже стоит напротив роскошной калитки, за которой виднеются темные окна двухэтажного дома, сейчас напоминающие оскалившуюся гримасу. Кими поежился от этой картины и постарался как можно тише войти на участок. В углу послышалось тихое рычание Рози. Кими поспешил к ней, протягивая руку для распознавания, чтобы собака не разбудила спящих хозяев. Когда мохнатая узнала его, то лишь лениво зевнула и перевернулась на другой бок, явно заинтересованная в сне больше, чем в защите участка. Рядом с будкой лежала небольшая горка щебенки - остатки от того, чем были засыпаны тропинки, ведущие к дому. Парень выбрал самые маленькие из них и подошел к крыльцу. Комната Оливера находилась на втором этаже. Главное - не промахнуться и попасть в нужное окно. В худшем случае - он разбудит старших Берманов. Сделав глубокий вдох, Кими метнул первый камешек. Тот попал точно в нужное окно и с тихим стуком упал обратно на крыльцо.       Понадобилось еще парочка камешков, прежде чем белый тюль отъехал в сторону. В темноте окна было сложно разглядеть хоть что-то, но Кими точно уловил очертания младшего Бермана. Молодой волк махнул ему рукой, приглашая спуститься, но Оливер почему-то не спешил этого делать. Он стоял около окна и просто глядел на своего ночного гостя. Кими нахмурился. Почему он не спускается? Но прежде, чем он успел тихо позвать Оливера по имени, тюль отдернули. Еще через пару минут за дверью послышались еле слышные шорохи и она распахнулась. На пороге стоял Олли. Кими уже собирался накинуться на него с крепкими объятиями, в которых он смог бы хоть немного успокоиться, но тот странно посмотрел на него и сделал шаг назад. Тогда Кими остановился и с вопросом посмотрел на парня.       - Олли, мне нужна твоя помощь... Почему ты так смотришь на меня? - Кими заметил, что поза его друга была достаточно неестественной. Он как-будто был очень напряжен, что вызывало еще больше вопросов.       -Кими... Я не думаю, что тебе стоит здесь находиться так поздно. - голос Оливера подрагивал, он старался не смотреть Кими в глаза, но взгляда не отводил, следя за каждым его движением. - Мои родители могут проснуться от шума... Лучше будет если ты сейчас уйдешь...       - Да что с тобой, Оливер? - прошипел Кими. Он сделал два быстрых шага к другу, но остановился, когда почувствовал, что ему в грудь что-то упирается. Медленно опустив взгляд вниз, Кими с удивлением замечает приставленный прямо к его сердцу кухонный нож. Только сейчас он замечает припухшие глаза и дрожащие губы своего друга из-за чего сердце делает болезненный кульбит, вызывая приглушенный скулеж где-то глубоко внутри. Он не чувствует колющую боль, от упирающегося в грудь предмета, в нем есть только непонимание и жгучее желание стереть следы от высохших слез с милых округлых щечек. - Что ты?...       - Я все видел, Кими... Я пошел за тобой вчера ночью... Думал тебе стало плохо, а потом... - голос Бермана окончательно срывается. - Видел, как ты превратился в... В это... Ты одна из этих тварей, да? Теперь понятно почему ты пропадаешь каждый месяц... Каким же я был дураком, раз все это время рядом со мной находилось чудовище.       Кими будто ледяной водой окатили, а потом сразу же кинули в топку. Живот стянуло болезненным спазмом, к горлу подступил ком, не позволяющий сделать полноценный вдох. Он стоял глупо открывая и закрывая рот, пытаясь найти, что сказать.       - Олли, позволь мне все... - только и успел пропищать Кими, но Оливер резко поднял руку, не позволяя ему продолжить.       - Уходи, Кими... И я больше не хочу иметь ничего общего с тобой. - сердце рухнуло куда-то вниз. Оно больше не делало сумасшедших кульбитов, не участвовало в скачках, намереваясь занять первое место. Мир вокруг будто потемнел на несколько тонов. Из груди Кими все-таки вырвался тихий всхлип. Жизнь ломала его удар за ударом все больше, и хуже всего было осознавать, что виновником всего этого был он сам. Его милый Оливер, его любимый человек, которому он так боялся признаться в чувствах, сейчас не улыбался ему, его глаза не искрили игривостью, а лицо, обычно пылающее милым румянцем, теперь было бледным как мел. Оливер боялся его. Глаза защипало, но Кими всеми силами постарался сдержать слезы. Ядовитый голос в голове не умолкал: "Кто разрешал тебе скулить? Боль, которую чувствуют близкие тебе люди - это только твоя заслуга." Кими опустил голову не в силах смотреть в глаза, наполненные слезами, причиной, которых был он сам.       " Не смотришь? Правильно. Ты такой жалкий, Кими. - не унимался внутренний голос. - Как ты вообще мог подумать, что достоин его? "       Трясущийся, как осиновый лист, Оливер попытался сделать еще один шаг назад, но Кими не позволил ему это сделать. Младший вскинул голову и крепко ухватил его за запястье руки, сжимавшей нож, и переместил его себе на шею, глядя прямо в глаза младшему Берману, который испугался от этого еще больше. Он попытался выдернуть руку из жесткой хватки и нечаянно прошелся лезвием по тонкой коже шеи. Неглубоко, но достаточно для того, чтобы появилась кровь.       - О боже! Я... Я не хотел!... - вскрикнул Оливер, замирая на месте. По его щекам покатились слезы.       " Да, я виноват во всем, что сейчас происходит. - Кими крепче сжал холодные пальцы Оливера. - Но клянусь своей жизнью, я больше никогда не буду убегать. Я все исправлю и больше никогда не причиню боли людям, которых люблю. "       - Олли, я знаю, что тебе очень страшно. Но послушай меня сейчас очень внимательно, прошу тебя. - голос Кими был тверд, а взгляд источал холодную уверенность в своих словах и действиях. - Я бы никогда не причинил тебе вреда, Олли, потому что... Понимаю, что это не самый лучший момент, но я хочу сказать тебе, что если ты собираешься избегать меня и делать вид, что не знаешь, то лучше убей прямо здесь и сейчас... Потому что кем бы я ни был... Человек или одна из тварей... - Кими горько усмехнулся, глядя прямо в испуганные, но такие милые сердцу, глаза. - Я всегда буду любить тебя, Оливер. Любить так сильно, что не смогу жить без твоего смеха, хотя он совершенно дурацкий и больше похож на придушенную чайку. - Олли опустил голову и тихо засмеялся сквозь слезы. - Не смогу жить без твоей улыбки, без твоих чудесных глаз. Я был полным идиотом, Олли, и я знаю, что тебе не просто принять меня таким, какой я есть, но я прошу тебя, дай мне шанс. - Нож выпал из руки Бермана, звеня лезвием. Кими, наконец, приблизился к парню и накрыл его влажные щеки теплыми ладонями, заглядывая в глаза. - Каждый раз, когда я проваливаюсь в сон, то вижу лишь тебя, Олли, каждое мгновение жизни наполнено тобой... Молю, не отталкивай меня...       - Почему же мне нужно было вынести все эти страдания, чтобы, наконец, услышать эти слова? - Оливер накрыл своей рукой чужую и прижался к ней щекой. - Ты ужасный человек, Кими, но я настолько люблю тебя, что готов быть с тобой даже если ты будешь самим дьяволом.       В следующее мгновение Олли подается вперед и накрывает губы Кими нежным, совсем невинным поцелуем. Молодой волк с облегчением выдыхает и прижимает парня ближе к себе, обнимая за талию. В груди волнами разливается жар, чувства бьют в голову сильнее чем крепкий алкоголь. Они вжимаются друг в друга, будто собираются слиться в одно целое. Кими чувствует как сердце в чужой груди отбивает свой бешенный ритм, вторя его собственному. Счастье готово было утопить его в своем омуте, но в голове возник образ брата, охлаждающий весь его пыл. Чувства требовали выхода, требовали больше поцелуев, больше объятий, а лихорадочно соображающий мозг говорил, что ему нужно скорее ехать в город, чтобы искать новую информацию, которая поможет найти его родную кровь. Чуть отстранившись, он начал сцеловывать, текущие по лицу Оливера, слезы.       - Олли, мне сейчас очень нужна твоя помощь. - Кими виновато посмотрел ему в глаза, все еще держа за талию чуть успокоившегося парня. - Оскара похитили, нам с Марком срочно нужно в город... Ты сможешь нас отвезти?       - Ты когда нибудь доведешь меня до ручки... - Оливер прикрывает лицо руками и роняет голову на плечо парня. - Я помогу тебе, но, надеюсь, твое признание - не попытка меня задобрить.       - Олли, я глубоко оскорблен твоим мнением обо мне, - молодой волк успокаивающе гладит его по спине. - но еще больше я благодарен. Обещаю, я повторю свои слова еще тысячу раз, но когда мы будем в более спокойной обстановке, а сейчас... Мне очень страшно, Олли. Помоги мне, пожалуйста.       - Обещай, что объяснишь все, о чем я тебя спрошу. - кулачок легонько ударил в спину молодого волка. - А еще... Нам обязательно спасать твоего брата?       Кими усмехнулся и отстранился от Оливера, еще раз чмокая его в губы.       - Обязательно. Кто еще будет заставлять тебя хотеть под землю провалиться? Давай не будем терять время, милый.       Глаза Оливера округлились, а щеки покрылись привычным, но от этого не менее любимым, румянцем, который было видно даже в глубокой темноте. Он быстро кивнул и ушел в дом, чтобы взять ключи. Кими выдохнул и посмотрел на темное небо, туда, где убывающая луна продолжала свой вечный путь. Интересно, видит ли на нее сейчас Оскар? Захотелось завыть, как он иногда делал в детстве, но он лишь сжал зубы и отвернулся. Еще один шаг.       - Я обязательно найду тебя.

***

      - ...Как...Попал...       - ...Нужно...Выдать...       - ...Он...Из нас...       Глаза резко распахнулись. Слепящий свет из окна напротив вызывал тупую боль в висках, заставляя щуриться. Паника, отпустившая его на момент забвения, вернулась с удвоенной силой. Оскар подорвался на месте, где лежал, его грудь быстро вздымалась, а в голове всплывали картинки побега от контрабандистов. Зрение предательски не хотело фокусироваться, но он уже мог различить некоторые детали. Кроме него в комнате никого не было, но из-за открытой двери доносились чужие голоса. Разговор шел отрывисто и Оскар, еще не отошедший от сна, не мог разобрать сути. Он быстро оглядел себя, посмотрел на свои трясущиеся ладони, осознавая, что он больше не в обличии волка. На его плече была наложена тугая повязка, а на бедрах были чужие шорты сиреневого цвета с бирюзовыми полосами. Задней мыслью Оскар подумал, что он бы такие никогда не носил. Он полулежал на узком коричневом диване в просторной комнате. За окном виднелись высокие ели и небольшая полянка перед домом, усеянная маленькими цветочками, похожими на клевер. Оскар аккуратно опустился обратно на подушку. Его глаза уперлись в потолок, а в мозгу начали быстро крутиться шестеренки. Он не был связан и кинут в какую-нибудь клетку, что уже радовало. Ему заботливо обработали рану и одолжили одежду. Это могло значить, что он попал не к злым ученым с их опытами и не к своему заказчику, который ожидал получить краснокнижное животное и точно не был бы рад измотанному пареньку с огнестрельным ранением. Оскар потянул носом, улавливая незнакомые запахи, пахло свежим воздухом, цветами и свободой. Он сделал глубокий вдох, наполняя легкие этой чудесной смесью так похожей на его родной дом. Его напряженные плечи расслабились и на секунду ему показалось, что он лежит сейчас в своей комнате без забот и тревог. Но забвение быстро покинуло его, когда до ушей долетел звук приближающихся шагов. Оскар честно устал притворяться, но сейчас от этого зависела его жизнь, ведь пока он "спит" незнакомцы будут менее осторожны в словах и действиях, а значит, он сможет прикинуть куда его занесла нелегкая.       Оскар закрыл глаза и замер, прислушиваясь ко всему, что происходит. В комнату зашел человек и сразу направился к дивану, где лежал парень. Нос сразу же уловил легкий запах цветов, который, скорее всего был точь в точь как те, что растут на поляне перед домом. Рядом скрипнул стул, незнакомец расположился на нем и тяжело вздохнул. В комнату вошел еще один человек.       - Спит?       - Спит. - ответил сидящий рядом.       - Как только он немного отойдет, нужно будет выдать его. - стальной мужской голос с истеричными нотками принадлежал второму вошедшему. Оскар внутренне похолодел от этих слов. Он не знал, что было хуже: быть чьим-то дополнением в коллекции или быть кому-то выданным. - Просто так диковинных зверюшек посреди океана не находят. Он точно принадлежит кому-то, кто доставит нам очень много проблем.       - Джордж, не будь так категоричен, прошу тебя. - второй человек, сидящий рядом с Оскаром, глубоко вздохнул. Его голос звучал очень уставшим и более мягким, чем первый. - Наше дело - вылечить. Что с ним будет дальше - решит вожак.       Челюсть Оскара напряглась, а в глубине души зажегся бушующий огонь ярости, сметающий на своем пути весь страх. Всю его жизнь никто не мог решить что-то за него. Вечный негодяй, ввязывающийся в драки и не терпящий, когда ему указывают, был не готов мириться с событиями, происходящими в его жизни. Его нрав с детства был воспитан свободным горным ветром и палящим солнцем, поэтому он не привык кланяться и ждать милости - все, что нужно, он предпочитал брать сам. А теперь эти люди вдруг решили, что кто-то из них сможет влиять на его судьбу?       "Один раз сбежал, второй и подавно." - Оскар злобно ухмыльнулся в мыслях, но эта улыбка быстро померкла, когда он ощутил отвратительный запах, источником которого было что-то находящееся в комнате.       - Приподними ему голову, Себ. - второй человек подошел к нему и принес с собой это. Запах был настолько ужасным, что его волк внутри всеми силами пытался подавить рвотные позывы. Пахло чем-то умершим и полежавшим на жаре несколько денечков. Глаза заслезились от этого чудесного аромата.       - Джордж, от миски буквально пар поднимается. Скажи честно: ты хочешь убить его, чтобы облегчить жизнь мужу брата? - осуждающий тон, так называемого Себа, не остановил Джорджа, Оскар услышал, как он подошел практически вплотную, ядовито цыкая на язвительный комментарий. А тем временем ужасающий запах стал обволакивать его носовые рецепторы с еще большей силой. Эти люди собирались напоить его чем-то, что точно будет преследовать его в кошмарах всю оставшуюся жизнь.       "Господи, я этого не выдержу!"       Оскар резко открыл глаза. Перед собой он увидел высокого шатена с выразительными голубыми глазами, держащего в руках железную миску с черными подтеками, видимо, содержимое немного вылилось. Незнакомец вздрогнул, его глаза округлились от резкого пробуждения "спящего" парня. Оскар не дал ему времени опомниться, быстро согнув ноги в коленях, он брыкает Джорджа прямо в живот. Тот давится воздухом и падает на пол, выворачивая на себя все содержимое миски, которая укатывается куда-то назад с громким металлическим звоном. Рядом слышится удивленный возглас. Оскар вскакивает на ноги и смотрит на своего следующего оппонента. Перед ним стоит худощавый мужчина, вызывающий смутное чувство дежавю. Он быстро подскакивает со стула и перекрывает своим телом проход к двери. Взгляд Оскара лихорадочно находит закрытое окно - последний его выход. Он срывается к нему ровно в тот момент, когда дверь в дом распахивается и громко ударяет в стену. Кто-то прибыл на подкрепление, надо действовать быстро. За его больное плечо цепляется чужая рука. Оскар шипит и оборачивается на Себа, который пытается что-то ему сказать. Времени на переговоры не было, за спиной послышалась возня и тихие проклятья, означавшие, что Джордж отошел от нападения, поэтому Оскар перехватывает руку Себа, тянет на себя и перекидывает его через бедро прямо в ноги поднявшемуся Джорджу. Путь к окну был открыт, но тут в комнату вваливаются еще парочка человек, которые ошалело смотрят сначала на валяющихся в непонятном месиве мужчин, а потом на пышущего злостью парня в смешных шортах. Оскар не стал медлить: он быстро рванул к закрытому окну. Остановиться, значит опять отдать свою жизнь в руки незнакомцам, которые, судя по разговорам, не хотели для него ничего хорошего. Сгруппировавшись, он прыгает прямо в стекло. Слышится громкий треск и чей-то испуганный вскрик, кожу режут острые осколки. Секунда, и он уже лежит на траве в окружении битого стекла. Твердая земля выбила из груди болезненный стон, но времени на передышку не было. Надо срочно убегать.       К его счастью до леса было рукой подать, ну а там он как-нибудь справится. Оскар вскакивает на ноги и бежит что есть сил в сторону спасительной растительности. По всему телу скользят тонкие струйки крови, вытекающие из свежих ссадин. Сзади слышится странный звук, будто кто-то разрывает одежду по швам. Оскар поворачивает голову и смутно видит большое черное пятно, несущееся прямо к нему. В следующее мгновение оно сбивает его с ног, заставляя упасть обратно в траву. Оскар успевает подставить руки, чтобы не удариться головой, он злобно рычит и пытается скинуть тяжесть, навалившуюся на его спину, но ему не удается этого сделать, противник слишком велик. Парень резко поворачивает голову злобно сверкая глазами, чтобы разглядеть нападающего, и на секунду замирает. На его спине сидит крупных размеров черный волк. Его лоснящаяся шерсть блестит на солнце, крупные передние лапы упираются в лопатки Оскара, а светлые зеленые глаза с интересом наблюдают за его реакцией. Что-то было в нем, в этом волке, притягательное, отчего парень не мог отвести взгляда. Его волк внутри щетинился и грозно скалился, подсказывая, что нужно быть предельно осторожным с этим животным, которое, в свою очередь, не делало ничего, что могло быть похоже на агрессию. Напротив, волк лениво зевнул и удобнее устроился на спине Оскара. Глядя прямо ему в глаза, животное склонило длинную морду и уткнулось влажным носом в затылок, втягивая запах. Зрачки, окаймленные зеленой радужкой, увеличились в размерах, а сама морда стала растерянной. В глубине души Оскар был растерян не меньше него. Реакция собственного волка была достаточно странной. Раньше его второе обличье никогда не проявляло особой враждебности к кому бы то ни было. Даже когда за ним и Кими гнались охотники, волк не был настолько разъярен. Сейчас же, его зверь бился о прутья клетки, где-то глубоко внутри, и фыркал, задыхаясь от собственной злости. Черный волк, будто что-то чувствуя, напрягся всем телом и тихо рыкнул, но носа с загривка не убрал, продолжая впитывать запах чужой кожи. Оскар вздрогнул всем телом, когда теплый язык прошелся по затылку, а в следующее мгновение острые зубы аккуратно сжали нежную кожу. Возмущения, которые готовы были вырваться из парня улетели куда-то в небытие. Сжатые до боли мышцы в одну секунду максимально расслабились, вторая сущность внутри замолчала, полностью капитулируя, перед этим странным чувством. Животное над ним довольно заурчало, смыкая зубы крепче. Парень беспомощно пытался пошевелить хоть пальцем, но все его чувства как будто атрофировались. Остался лишь взгляд зеленых глаз и огонь, распространяющийся от шеи по всему телу.       - Милостивая мать! Что здесь происходит?! - незнакомый голос заставляет волка резко отстраниться и посмотреть в сторону приближающегося человека. Освободившись от наваждения, Оскар пытается взбрыкнуть еще раз, но тяжелый вес животного буквально пригвождает его к нагретой солнцем земле. Грудь тяжело вздымается, пот и кровь застилают глаза, а силы окончательно покидают его под напором массивного тела сверху. Мышцы шеи сводит болезненной судорогой, когда перед его глазами возникает пара ног, обутых в кожаные мокасины светлого цвета, потом человек опускается на колени и приподнимает подбородок обессиленного Оскара. Парень видит перед собой миловидного мужчину со светлыми волосами и ангельскими голубыми глазами. Он походил на модель с обложки журнала или, может быть, актера из сопливого сериала, которые так любит Кими.       - Тебя никто не тронет, прошу, не убегай. Мы хотим помочь тебе. - слова блондинистого мужчины звучали как успокаивающая мантра. Оскар не знал, учили его этому или нет, но почему-то ему очень хотелось верить. Его вторая сущность целиком и полностью была отвлечена на животное, притихшее у него за спиной, совсем не обращая внимания на говорящего. - Меня зовут Нико. А тебя?       - Нет никакого смысла знакомиться, Нико. - Оскар попытался пошевелиться, но волк, сидевший у него на спине, клацнул зубами около шеи, предупреждая, что двигаться сейчас не стоит. Белокурый мужчина нахмурился и рукой отпихнул волчью морду от чужой шеи. Оскар задрал голову насколько мог и посмотрел прямо в глаза Нико. - Просто отпустите меня и мы больше никогда не увидимся.       - Боюсь, это невозможно. - с грустью произнес тот. Оскар раздосадованно уронил голову на сложенные руки, тяжело дыша. Он не был удивлен, что все как обычно шло по одному месту. В нем начинали таять и надежды, и планы, и та ярость, которая была движущей силой для его решимости. Появлялось такое чувство, что колесо его фортуны заклинило на делении, которое не приносило ничего кроме страданий, а смазку для его механизма украла насмехающаяся над ним судьба. В глазах потемнело и Оскар вяло повернулся на черного волка, вес которого начинал его душить. Нико быстро смекнул, что происходит и поспешил согнать его. - Ландо, слезай быстрее, видишь же, что ему уже дышать нечем.       Зверь фыркнул, но просьбу послушно исполнил. Оскар сразу же поднялся на ноги, чуть пошатываясь, бежать он больше не пытался, рядом все еще сидел большой черный волк, который следил за каждым его движением и без сомнений кинулся бы, сделай он хоть одно движение в сторону леса, а горящий огнем затылок окончательно поубавил его пыл. Нико тоже поднялся с колен, отряхивая испачкавшуюся ткань его молочных брюк, и задумчиво осмотрел парня с головы до ног. Оскар стоял весь покрытый запекшейся кровью в перемешку с грязью и травой, в которых он успел вываляться. Шорты неизвестного происхождения были порваны, обнажая правое бедро, по которому стекала тонкая струйка крови из глубокого пореза.       - Я бы с радостью отправил тебя сейчас купаться и обрабатывать раны, но, боюсь, наши лекари не переживут еще одну драку. Джордж так точно. - Нико улыбнулся, глядя за плечо Оскара, где около разбитого окна стоял покрытый черной жидкостью мужчина, сейчас напоминающий злющего чертенка, даже голубые омуты его глаз не спасали ситуацию. - Так что лучше нам объяснить тебе все сейчас. Просто доверься мне, хорошо?       - У меня ведь нет выбора. - Оскар устало смахнул с голой груди ошметок земли, пытаясь придать своему потрепанному виду хоть немного адекватности. - Поэтому давай закончим разговоры о доверии и ты просто скажешь, во сколько вы собираетесь перерезать мне шею, чтобы я успел немного намарафетиться.       - Ну, не знаю расстроишься ты или нет, но убивать тебя никто не собирается. - Нико потрепал сидящего рядом волка за ушком, вызывая недовольное бурчание. - Если ты будешь паинькой и пойдешь сейчас со мной к моему мужу, обещаю, что не отдам тебя на растерзание Джорджу. - блондин хихикнул, наигранно прикрывая рот ладонью, видя перекосившееся от злости лицо в окне.       - Веди. - Оскар обернулся и кинул не менее злобный взгляд голубоглазому чертенку. - Надеюсь на скорую встречу, Джордж. Мечтаю напоить тебя таким же чудесным напитком, который ты предложил мне.              Волк издал странный хрюкающий звук, а Нико громко рассмеялся, видя какую реакцию вызвали слова чужака. Если бы не вовремя подоспевший Себастиан, давящий в себе широкую улыбку, то Джордж уже давно бы выскочил из окна, намереваясь отомстить Оскару за все обиды.       Когда они вышли за старый деревянный заборчик, то сразу же натолкнулись на небольшую толпу собравшихся поглазеть жителей. Оскар напрягся, разглядывая море новых лиц, которые показались ему очень странными. Как минимум их одежда, устаревшая на несколько десятилетий, и то, что кроме людей, которых было достаточно, стояли волки, осматривающие его таким же осознанным взглядом, что и люди. Заевшая на подкорке мысль, наконец, решила вылезти из своего укрытия, увлекая разум парня в новую интеллектуальную игру, пока Нико всеми силами пытался разогнать любопытных зевак. Оброненное Джорджем слово "вожак", странное поведение животных и непонятное чувство, которое вызывали в нем все эти люди. Его внутренняя связь, которую он часто сравнивал с радио, и с помощью которой они с Кими могли понимать друг друга без слов, сейчас тянулась к каждому из этих незнакомцев. Будто его "волна" не могла настроиться на нужную, присущую местным "станцию". И тут его настигло озарение: либо он сошел с ума от пережитых эмоций, либо количество оборотней на километр возросло с привычного числа два, до многих десятков. Неверяще глянув вниз, парень наткнулся на пару насмешливых зеленых глаз, глядящих на него с хитрым прищуром.       - Додумался все-таки? - чужой голос, тягучий и насмешливый, возник в его голове неожиданно, отчего Оскар невольно вздрогнул. Тонкий мостик его связи нашел противоположный берег. Оскар настороженно отшагнул от стоящего подле него волка. Сознание все еще не могло смириться с мыслью о том, кто эти люди и животные. - Глупый лисенок.       Внутри, где-то под ребрами, раздалось глухое рычание. На небе светило яркое дневное солнце, но Оскар чувствовал каждой своей клеточкой, каждым сантиметром кожи, что его вторая сущность готова показать себя, будто сейчас глубокая ночь полнолуния. Мир вокруг сузился до одного черного волка. Оскар мог в деталях представить как он превратится, а потом будет то же, что и всегда. Охота. Он представлял как будет сжимать чужую шею, ощущая на языке горячую кровь, слышать хруст ломающихся костей и чувствовать как бешено бьющееся сердце сначала запнется, а после умолкнет уже навсегда. Зрачки Оскара маниакально расширились, он облизнул нижнюю губу и не прекращая зрительный контакт с волком, сделал медленный шаг в его сторону. Зеленые глаза потеряли всю свою наглость хозяина положения и расширились в недоумении.       - Эй...       - Эй, парень, - прохладная ладонь Нико сжалась на его предплечье. Оскар отшатнулся от нее, как от чумы, и удивленно посмотрел на притихшую толпу, которая, кажется, на своей шкуре ощутила глубокую жажду крови незнакомца. Люди настороженно хмурились, а животные опускали головы, скалясь. Черный волк так и стоял в тридцати сантиметрах от него. Он не скалился, не рычал, просто наблюдал за каждым движением и изменением лица у чужака. Кажется, его совсем не напугали кровавые намерения Оскара, он скорее пытался найти объяснение такому странному поведению. - Ты... Пойдем ка быстрее в дом. Ландо, иди другой дорогой, я справлюсь сам.       Волк с сомнением посмотрел на мужчину, но, получив многозначительный взгляд голубых глаз, постарался побыстрее скрыться в расступающейся перед ним толпе. Оскар неосознанно проследил за каждым его шагом, что не утаилось от глаз Нико. Мужчина нахмурился, но ничего не сказал, двигаясь дальше и следя, чтобы Оскар шел за ним и ни на кого больше не кинулся. С уходом черного волка дышать сразу стало легче, зверь внутри больше не пытался открыть клетку, теперь он внимательно следил, пытался найти хоть один намек на кончик черного хвоста, мелькнувший в отдалении. Оскар попытался отогнать от себя все эти мысли, он начинал бояться себя, потому что понимал: если бы Нико вовремя не привел его в чувства, то была бы еще одна драка, из которой Оскар бы точно не вышел победителем, учитывая габариты соперника.       - Что с тобой сейчас произошло? - блондин поравнялся с ним и заглянул в глаза. - Я уж думал, что придется связывать тебя, но когда увидел, что ты и сам испугался, подумал, что такое у тебя впервые. Расскажи, почему ты так отреагировал на Ландо. Он тебе что-то сделал?       - На самом деле, я и сам не знаю. - Оскар задумчиво посмотрел вдаль, разглядывая незнакомые пейзажи. За всю свою жизнь он видел лишь родную деревню и город неподалеку, в который они ездили редко, по крайней необходимости. Здесь все было иначе. Небольшие деревянные срубы были все на одно лицо, ни у кого не было второго этажа, особенной резки или большой клумбы с цветами, что указывало бы на состоятельность живущих здесь людей. Все были равны и это откликалось в душе парня. - Никто и никогда не вызывал у меня настолько сильную агрессию. Даже люди, из-за которых я очутился здесь не вызывают у меня и капли той злости, что я необоснованно чувствую к этому волку.       Нико задумчиво потупил взгляд, а потом на его лице появилось сложное выражение, которое Оскар трактовал как возможную догадку, появившуюся в чужой голове. Но мужчина молчал и, видимо, совершенно не собирался делиться своими мыслями, по крайней мере сейчас. Они прошли еще пару метров и оказались у двери одного из домиков. Солнце начинало садиться и в окнах некоторых домов уже начинал загораться свет, придавая этому месту некоторую романтику. Оскар обязательно проникся бы здешней атмосферой, если бы не чувствовал на своей спине несколько заинтересованных, прожигающих взглядов. Местные жители крайне внимательно следили за чужаком, особенно после его фееричных выходок. Хотя они и были оборотнями, но уклад их жизни, как успел заметить Оскар, совсем не отличался от уклада жизни обычных людей из его деревни. Где-то люди пасли скот, кто-то тащил тяжелые ведра от близ стоящего колодца, кто-то вытащил ковер, чтобы хорошенько отбить его от пыли. Еще одной чертой, объединяющей их с простыми людьми было то, что они ненавидели перемены. Для деревенских что-то новое - риск и опасность. Поэтому Оскар легко мог понять, какие чувства вызывает у здешних. Взять хотя бы Джорджа, который совершенно не зная истории попавшего к ним чужака, уже собирался избавиться от него, как от возможной опасности. Оскар не мог винить его, но это не значит, что он был со всем согласен.       Когда за его спиной закрылась тяжелая дубовая дверь, он сразу же понял, что находится в доме у так называемого "вожака". Это чувство можно сравнить с камнем, который лежит на сердце, в минуты сильных волнений, но сейчас этот камень лежал на его внутреннем звере, который был подвластен влиянию главного намного больше, чем его человеческая сущность. Волк внутри не был согласен с этим давлением, которое ощущалось, даже без присутствия этого оборотня в поле зрения, поэтому он продолжал скалиться и рычать, несмотря на все попытки Оскара заткнуть его, как он это обычно делал. Неугомонное животное будто сошло с ума с момента его появления здесь, чему парень был совершенно не рад. Нико аккуратно подтолкнул его в сторону широкой арки, ведущей в гостевую комнату, и зашел следом. Внимание Оскара сразу привлекло яркое пламя камина, погружающего комнату в опасный полумрак. Весь пол был застлан пушистыми коврами, в которые хотелось зарыться пальцами. На широком диване, застеленном мехом, сидел статный мужчина. Его темная кожа была покрыта черными узорами тату, волосы, заплетенные в дреды, собраны в пучок, а глубокие черные колодцы глаз пристально следили за вошедшими людьми. Его окружала удивительно сильная аура, которая буквально давила на все возможные чувства. У Оскара по позвоночнику пробежала целая армия мурашек, было огромное желание убежать от этого пугающего человека, но парень всеми силами сдерживал себя, сохраняя холодный, даже отстраненный вид. Нико же наоборот, весь будто засиял в присутствии вожака и поспешил сесть рядом с мужчиной на диван.       - Прошу присаживайся, чувствуй себя как дома. - Нико улыбнулся во все тридцать два и указал рукой на кресло, стоящее прямо напротив дивана, отделенное от него небольшим стеклянным столиком. Оскар сдержанно кивнул и, чуть прихрамывая, дошел до местра назначения. Было немного стыдно за свой внешний вид и за то, что он испачкает чужую мебель, но сейчас его нервы и так были как оголенные провода, готовые ударить током в любую минуту, поэтому он отбросил эту мысль куда-то на задворки, пытаясь приготовиться к предстоящему разговору. Темнокожий мужчина продолжал молчать и у Оскара возникло стойкое чувство, что он его проверяет, прощупывает что-то, что известно только ему. Нико неловко поерзал на сидении, переводя взгляд с одного на другого, и все-таки не выдержал, начиная разговор. - Итак...       - Здравствуй. - хрипловатый голос мужчины напоминал треск огня в камине, такой же глубокий и сильный. - Меня зовут Льюис, я глава этой деревни. Как тебя зовут?       - Оскар. - имя вырвалось быстрее, чем он смог подумать, что немного напугало самого парня. Давление со стороны главы было настолько сильным, что у Оскара даже мысли не возникло как-то уходить от ответа, как это было в случае с Нико.       - Итак, Оскар, расскажи мне, что же с тобой случилось. - Льюис уперся локтями в колени, положил голову на сцепленные руки и вцепился взглядом в побледневшее лицо парня. Он будто одним своим видом говорил, что обмануть или увильнуть у Оскара не выйдет. - Если мне понравится твоя история, я поведаю тебе свою.       "- То есть если ему не понравится то, что я скажу, мне конец?" - Оскар усмехнулся и опустил голову, приводя мысли в порядок.       - Я родом из мест, которые находятся настолько далеко отсюда, что страшно представить. - голос дрогнул, парень поспешил прокашляться, после поднимая глаза к внимательно слушающим мужчинам. - Все случилось ночью, в полнолуние. Я и мой брат единственные оборотни, живущие в тех местах. Все остальные либо погибли от рук охотников, либо настолько одичали, что ушли в лес и больше никогда не принимали человеческое обличье. В наших краях сохранились поверья об оборотнях, особенно в них верит старшее поколение, которое, не смотря на запрет, все равно отстреливает волков. Нас с братом с детства ростил человек, который был в курсе нашей тайны, поэтому всячески оберегал нас, а когда мы выросли, то старались обращаться только в полнолуние, уходя на многие километры от деревни. В последний такой раз за моим братом погнались охотники. Они не были теми фанатиками, которые утверждали, что оборотни живы и их надо истребить. Они были самыми обычными браконьерами, стреляли дротиками с транквилизаторами, которые вырубили бы даже слона. Так вот, я смог увести погоню и меня загнали на утес. А там уже либо прыжок и от меня не останется и мокрого места, либо ожидание, дротики и глубокий сон. Как вы уже поняли, я выбрал второе. - Оскар усмехнулся, нервно проходясь ногтем по ладони. Нико поддерживающе улыбался и по нему было видно, что он глубоко сожалеет обо всем, что произошло с парнем. Льюис оставался все таким же спокойным и сосредоточенным. Оскар уже хотел продолжить, но его зверь громко зарычал, заставляя парня повернуть голову к дверному проему за спиной. В проходе стоял невысокий парень. Его кожа обласканная солнцем, отливала золотом в ярких всполохах огня. Темно-русые кудряшки спадали на глаза, но Оскар все равно узнал его. Этот взгляд, усмешка на пухлых губах, плавные уверенные движения, все это было уже знакомо. Парень спокойно кивнул главе и плюхнулся на диван рядом с Нико, который выглядел предельно недовольным.       - Ты же знаешь, что нервируешь его, так зачем пришел? - Нико сначала посмотрел на Ландо, а потом на Льюиса, в поисках поддержки.       - Папа, я будущий вожак стаи, как я могу пропустить что-то настолько увлекательное - парень делает на последнем слове особую тягучую интонацию и переводит взгляд на Оскара, который в эту секунду мечется между желанием вгрызться ему в лицо и глубоким давящим страхом перед Льюисом, который совершенно не обращал внимание на перепалку. Нико пихает его в бок, пытаясь привлечь внимание.       - Да скажи ты ему уже...       - Продолжай, Оскар. Не останавливайся.       Нико сокрушенно покачал головой и откинулся на спинку дивана, виновато глядя на притихшего парня. Ландо с видом победителя сложил руки на груди и будто нарочно придвинулся ближе к краю дивана, вызывая нервный тик у Оскара, который, видят боги, держался на последнем издыхании. В его голове не могла уложиться мысль, что у такого светлого и приятного человека, как Нико, мог быть настолько... раздражающий сын.       - Потом... Потом меня много раз кололи транквилизаторами, но я не переставал чувствовать, как меня куда то везут. Кажется, я даже летел на самолете. В сознание я пришел уже на судне. Я все еще был волком, что достаточно усложняло мне жизнь.       - Волком? А я думал лиса. - Ландо удивленно взмахнул руками, но когда словил три убийственных взгляда, сразу сделал вид "я - не я, и хата не моя". Оскар тяжело вздохнул и продолжил.       - Я подслушал их разговор, меня обещали доставить какому-то богатому коллекционеру. К их несчастью, я смог выбраться, когда до берега оставалось всего ничего. Я замешкался и словил пулю, к счастью не серебряную, и свалился за борт. - Оскар неосознанно потер плечо, которое кто-то заботливо забинтовал. - Потом судно этих идиотов разбилось и я смог спокойно, если так можно сказать, плыть дальше. Но в конце концов вода несла меня на берег, который был вдали от порта, куда мы должны были прибыть, а потом я выбился из сил и... Меня вытащил кто-то из ваших.       - Знал бы я, что ты захочешь выколоть мне глаза, триста раз бы еще подумал прежде чем вытаскивать полудохлую лису на сушу. - Ландо надул губы, и откинулся на спинку дивана, закинув ногу на ногу. - Никакой благодарности.       - Замолчи, Ландо. Если я разрешил тебе присутствовать, это не значит, что я разрешил тебе разговаривать. - Льюис, кажется, впервые за все время оторвался от Оскара и перевел строгий взгляд на младшего. - Еще одно слово и ты вылетишь отсюда.       С лица Ландо пропало все самодовольство и он лишь послушно кивнул, глядя на главу. Но когда тот отвернулся обратно к Оскару, Ландо состроил смешную гримасу и показал парню язык, что повлекло за собой уже второй дергающийся глаз на бледном лице.       - Итак, я услышал твою историю. - Льюис задумчиво потер щеку. - Не могу сказать, что она мне понравилась, потому что твое нахождение здесь - это риск. Тот богатый человек, которому ты был обещан, очень сильно расстроится, когда узнает, что его зверюшка пропала. А если твои контрабандисты смогли выжить и уже сидят на ковре твоего несостоявшегося хозяина, то они могут рассказать, что ты возможно жив, а это значит, что тебя будут искать.       - Просто отпустите меня и тогда у вас не будет никаких проблем. - Оскар протараторил это как скороговорку. Нервы сдавали и его начала одолевать паника. Весь разговор шел к тому, что он опасен для жителей, что означало для него лишь одно. Смерть. - Мне всего лишь нужно дозвониться до своего опекуна или младшего брата, и тогда я смогу вернуться домой. Просто отпустите меня, прошу вас.       - К сожалению, есть некоторые правила, которые не позволяют мне тебя отпустить. - Льюис тяжело вздыхает и устало смотрит на Нико. - Как ты уже понял, мы не обычные люди. Мы оборотни, такие же как и ты. Законы Канады полностью защищают нас, но для этого нам тоже нужно придерживаться определенных обязательств. У нас есть определенная территория, которая считается заповедной зоной, и мы не можем пересекать ее границы, когда нам это вздумается. Я и моя семья, - Льюис указал рукой на сидящих рядом мужчин. - единственные, кто может покидать поселение и то, лишь один раз в три месяца. - подлокотники жалобно скрипнули от сжавшихся на них пальцах Оскара. Сил сохранять хладнокровие больше не осталось и его все больше начали накрывать страх и бессилие. - Но в таких случаях, как твой, я мог бы обратиться за помощью к людям, но, боюсь, судьба сыграла с тобой плохую шутку, потому что этот день был вчера.       Оскар скрючился в кресле, сжимаясь в один комок. К горлу подступил ком, а глаза начали жечь предательские слезы. Все его надежды обрушились как карточный домик. Он еще никогда не чувствовал себя так бессильно и опустошенно. Ландо перестал улыбаться, его лицо приобрело печальный вид и он хотел уже было придвинуться ближе, положить руку на плечо, попытаться успокоить, но его остановил Нико, выставляя руку и качая головой. Он сам поднялся, ушел в другую комнату и вернулся уже со стаканом воды. Мужчина присел на край подлокотника кресла и протянул подрагивающему парню стакан воды. Оскар осушил его одним глотком, отчего желудок болезненно скрутился в трубочку, и парень впервые задумался, что уже давно ничего не ел и не пил.       - Что... Что будет если я попытаюсь выйти за границу? - практически шепотом спросил Оскар, убирая стакан на столик.       - Тебя пристрелят, а у меня потом будут большие проблемы. - Льюис не старался говорить мягко, он говорил так, как это было на самом деле. Оскар был благодарен за его честность, но ему от нее легче не становилось. - Я предложу тебе свои условия. У тебя будет выбор: согласиться или умереть.       - Льюис, не пугай его! - Нико по отечески прижал подрагивающего парня к себе.       - Я возьму тебя под свою защиту, Оскар, но для тебя это не значит полную свободу, какая есть у всех здешних жителей. Ты будешь трудиться так же, как трудимся мы, делать то, что я скажу тебе. За тобой будут следить, чтобы ты не натворил того, о чем потом пожалеешь, ну и, конечно же, не затевать никаких потасовок. Я надеюсь ты остановишься на одном разбитом окне и на двух наших лекарях, этого уже более чем достаточно. Ошибки я не люблю и редко их прощаю. По истечению трех месяцев, я помогу тебе связаться с родными и на этом твое прибывание здесь окончится. Ты все понял?       - Да. - Оскар быстро кивнул. Он ожидал чего то более ужасающего от этого человека, но оказалось, что все было не так уж и плохо. Единственное, что огорчало - это время. За три месяца его родные люди сотрут все ноги, пока будут его искать. А что если что-то случится с Кими? Что если охотники поймают и его? - Скажите, а у вас есть телефон, чтобы я мог хотя бы поговорить с моим опекуном?       - Его нет, а даже если бы и был, то я не позволил бы тебе связаться с кем либо. То, что ты уже знаешь о нас и о нашем примерном расположении ставит нас под удар. Больше никто знать не должен, даже если это такой же оборотень, как и мы с тобой. Понятно?       - Да.       Мужчина лишь кивнул и перевел взгляд на Нико, который сразу же вскочил и направился к большому деревянному шкафу. Ландо пару секунд посидел, раздумывая о чем-то и глядя на свои ноги, а потом поднялся и быстро пошел к выходу.       - Ты куда? Скоро ужин. - Нико высунул голову из-за открытой дверцы и посмотрел на сына.       - Меня ждет Магуи, я обещал ей свидание. - Ландо улыбнулся и вышел из комнаты. - На ужин не ждите! - донеслось уже из коридора.       Нико тяжело вздохнул и выудил откуда то стопку вещей черного цвета. Оскар предположил, что это были шорты и футболка. Мужчина сначала хотел вручить их парню, а потом посмотрел на его грязные руки и передумал.       - Пойдем, я провожу тебя в ванную. Когда искупаешься, мы пойдем ужинать, ты ведь и крошки во рту не держал с самого утра. - ответом было громкое урчание живота, заставившее Оскара покраснеть и отвести глаза. Нико громко рассмеялся, звук был похож на перелив колокольчиков, что показалось парню очень милой чертой. Льюис остался сидеть на диване, глядя на догорающие поленья.       Когда Оскар закрыл дверь ванной, он без сил сел на туалет, включил воду и глухо заплакал. От облегчения, от новых трудностей, от невозможности связаться с братом и Марком, которые сейчас так сильно переживают за него и, возможно, сами находятся не в меньшей опасности.       "Ты уже спас меня однажды. Прошу тебя, помоги моим близким." - произнес он молитву неизвестному богу и, скинув изрезанные шорты, зашел под прохладную воду душа.       С этого момента начиналась его новая жизнь.

***

      Тяжелый внедорожник разрезал ночную мглу ярким светом фар. Машина двигалась медленно, следую витиеватому ходу узких горных дорог. Оливер, сидящий за рулем, внимательно вел, лишь изредка поглядывая на спящего на заднем сидении Кими. Марк бездумно крутил в руке не подающий никаких признаков жизни телефон. Радио то и дело глохло, вместо песен предоставляя своим слушателям неприятные грохочущие звуки. Но никто не пытался выключить его, потому что собственные мысли были гораздо громче назойливых звуков. Каждый думал об одном и том же, но никто не стремился начать разговор, потому что он уперся бы в то же, что и всегда. Одни вопросы: что делать? где искать? что будет дальше? А ответа ни у кого из них не было.       Оливера посвятили в историю уже по дороге. Он все еще находился под впечатлением от раскрывшейся тайны, которую ему поведал Кими, но что-то не позволяло ему в нерешительности сделать шаг назад. Наверное, это была безграничная любовь к его верному другу, к его паре, которая сейчас тихо посапывала на заднем сидении. Дорога делала резкий поворот и Оливер сбросил скорость, чтобы аккуратно вписаться в него. Уставшие глаза уже не могли сфокусироваться на определенных деталях, но когда из-за поворота внезапно выскочила лошадь, сонливость как рукой сняло. Олли резко ударил по тормозам и машину чуть качнуло. Еще пару сантиметров и они бы вылетели с дороги, а там уже их бы не ждало ничего хорошего. Кими подскочил на сидении и схватился за руки Оливера и Марка, как будто это могло уберечь их от падения в кювет. Испуганная лошадь встала на дыбы прямо у капота, а когда опустилась, то мужчины смогли увидеть и очертания ее всадника. Марк прошептал пару проклятий и открыл окно, чтобы рассказать о своем негодовании. Всадник пихнул лошадь в бока и она медленно подошла к пассажирской двери.       - Ты хоть понимаешь, что из-за тебя мы могли сорваться?! - Марк попытался разглядеть лицо мужчины, что выходило с трудом, учитывая окружающую их тьму. - Кто катается на лошади в такой час?       - Прошу меня извинить, мистер Веббер, я всего лишь выполняю просьбу моей давней знакомой. - голос незнакомца Марк узнал сразу же. Это тот мужчина, который сидел недавно в баре с Оскаром и рассказывал ему свои бредовые соображения по поводу оборотней. Человек новый, переехавший сюда совсем недавно. Марк даже имени его не помнил, что придавало его появлению еще больше вопросов. - Оливер, твоя мама очень беспокоится о тебе. Почему бы тебе не развернуться и спокойно отправиться обратно в деревню?       - Боюсь, что нам срочно нужно в город. - Оливер перекинулся через панель передач, глядя на возвышающегося над машиной человека. - Передайте моей матери, что я вернусь к утру.       - Так не пойдет, Оливер. - мужчина протянул руку за спину и вытащил ружье, направляя его прямо на Марка. - Ты не должен путаться с кем попало, малыш. То, что мистер Веббер потерял одного из своих щенков, это уж точно не твоя проблема.       - Что ты сказал? - голос Кими глухо разнесся по салону, достигая ушей незнакомца.       - То, что ты услышал, щеночек. - мужчина тихо рассмеялся. В машине повисла гнетущая тишина. Он знал. Знал все. - Если ты не хочешь, чтобы кто-нибудь пострадал. то прямо сейчас разворачивайся и езжай обратно. А мистера Веббера и милого щеночка оставь мне. Я найду чем их занять. - дуло ружья нетерпеливо дернулось. - Вылезайте, оба! ЖИВО!       Кими вздрогнул от резкого тона их неприятеля. Оливер повернулся к нему, беспомощно глядя в глаза. Первым вышел Марк, поднимая руки в знак полной капитуляции. Следом вышел Кими. Они стояли вдвоем в ослепляющем свете фар внедорожника как герои боевиков, только было одно отличие, то были фильмы, а сейчас над ними нависла серьезная опасность.       - Сдавай назад, Оливер. Там будет место, где ты сможешь развернуться. - мужчина хлопнул ладонью по крыше автомобиля. - И не дай бог ты вернешься сюда, я перестреляю твоих друзей прямо на твоих глазах.       Оливер до побеления костяшек вцепился в руль, испуганно глядя то на Марка, то на Кими. Он понимал, что их обоих в любом случае не ждет ничего хорошего. Но злить мужчину с ружьем, означало навлекать на них еще большую опасность. Кими посмотрел прямо ему в глаза и выдавил из себя нервную улыбку, после шепча лишь одними губами:       - Уезжай.       Оливер прикрыл рот рукой, по щекам покатились горькие слезы. Сердце, которое только недавно билось в нежном танце первой любви, теперь сжималось от ужаса. Марк сделал шаг к Кими, прикрывая его собой, и махнул рукой Олли, приказывая сейчас же уезжать. Парень всхлипнул и переключил передачу. Машина медленно покатилась назад, забирая с собой весь свет. Кими с грустью следил за тем, как она медленно исчезает за поворотом. Ему хотелось так много сказать, так много сделать, но преградой между ними стало холодное дуло, которое теперь было наставлено на него.       - Вот мы и остались с вами наедине. - мужчина спешился, держа лошадь за поводья и не выпуская из рук ружье. - Не хотел я, чтобы все вышло именно так, но вы сами вынудили меня. О, не нужно этих удивленных взглядов. Еще скажите, что это не вы поднимаете всю пыль в округе, пока ищете своего пропавшего волчонка.       - Откуда тебе все известно? Кто ты вообще такой?! - Марк сделал еще один маленький шаг, который резко прервало дернувшееся дуло.       - Так! Стой, где стоишь, а то все колени перестреляю к чертовой матери! - гаркнул мужчина, доставая из седалищной сумки фонарик и направляя его на свое лицо. - Бу! Испугались? - гаденький смех разнесся по округе. - Вопрос риторический, можете не отвечать, господа. Вы, наверное, меня не помните, я представлюсь еще раз. Мое имя Михаэль Шумахер и я... Барабанная дробь... Охотник на оборотней! - мужчина расхохотался еще сильней, будто сказал самую смешную шутку в мире. Марк с Кими переглянулись между собой в недоумении. - Не ожидали, правда? Так вот, к чему это я... А, точно. Я охотник на оборотней и мне посчастливилось познакомиться с одной милой дамой, которая утверждала, что знает где мне можно найти мою излюбленную дичь. Я, конечно, не сразу ей поверил, ведь дама была под градусом, а это вы и сами знаете, дело такое... Неубедительное. - Михаль расхаживал взад и вперед, пока произносил свой монолог, то и дело размахивая ружьем. - Но потом она поразила меня следующим фактом, которому, господа, я уже не мог сопротивляться. Вы и представить не можете как я удивился, когда узнал, что в пожаре, который мы устроили неподалеку отсюда, пока загоняли суку с кабелем, выжили их маленькие уродцы, их щенята, один из которых сейчас стоит прямо здесь! - мужчина резким движением руки указал ружьем прямо на Кими. Марк испуганно выставил руку, готовый в любой момент кинуться на защиту младшего. Смысл слов, сказанных этим человеком, выбивал из под ног всю почву. Тайна, которую никто так и не смог объяснить, открылась так внезапно и так ужасающе, что даже не вызвала никаких эмоций, кроме полного опустошения. - Очень жаль, что они так глупо погибли, правда. Я ведь хотел содрать с них шкуру, да продать подороже, а от них осталась лишь горстка пепла.       - Замолчи! Закрой свой рот! - Кими бросился было вперед, но его успел перехватить Марк. Мальчишка сделал еще несколько попыток вырваться, а потом содрогаясь в беззвучных рыданиях, уткнулся в плечо опекуна.       - Ой, кажется я немного переборщил. Но, возможно, вам понравится следующая история! Особенно вам, мистер Веббер. - Михаэль кинул фонарь на землю, освещая прижавшихся друг к другу пленников. - Знаете золотое правило полиции? Преступник всегда возвращается на место преступления. Так и оборотни. Я долго ждал наа пепелище, когда же появится еще один и я дождался. Моему счастью тогда не было предела! Молодой сильный волк, которого мне удалось поймать был эталонным. Ты и представить не можешь, мистер Веббер, сколько я смог получить денег за твоего любимого!       Марк покачнулся. Кими поднял голову и увидел, что лицо его опекуна было белым как листок бумаги. Он схватился за сердце, тяжело дыша.       - Марк! Марк! - Кими тряс его за плечо. - Тебе плохо?!       Михаэль громко смеялся, утирая слезы, собирающиеся в уголках его глаз.       - Какое приятное зрелище! Но подожди, не уходи от нас так быстро, ты еще не услышал последнюю из моих историй! - мужчина резко прекратил смеяться. - Про вашего Оскара. Парень был правда славным, но его гнилая сущность не позволила мне отпустить его. Как же долго он бежал, как старался защитить своего маленько братишку. Аж слезы наворачиваются от этой трагичной истории. За его шкурку я получил еще больше баксов наличкой, которые быстро помогли мне забыть о печалях и утопить свои горькие слезы в многих литрах дорогого коньяка и красивых женщинах.       Кими злобно зарычал, обнимая осевшего на землю Марка, который безэмоционально уставился в землю, все еще сжимая рубашку в районе сердца.       - ВОТ! Вот! Даже сейчас твоя мерзкая сущность пробивается через благородное человеческое обличье. - Михаэль театрально указал на него пальцем. - Я не мог оставить тебя, Кими. И тебя, Марк, я не мог не отблагодарить за то, что ты вырастил для меня двух таких замечательных псин, за которых я выручу целое состояние.       - Ты псих... - прошептал Кими, прижимая Марка еще ближе к себе.       - Может быть, щеночек, все может быть. Но поверь, я делаю благое дело, освобождая нашу планету от таких как вы... Гнусные, мерзкие, ничтожные сущест...       Громкий визг шин и слепящий свет фар заставил вздрогнуть всех. Лошадь испуганно вырвалась, чуть не унеся с собой Михаэля, который поднял ружье, целясь в водительское сиденье. Внедорожник не сбавляя скорости врезался в мужчину, успевшего нажать на курок. Михаэль сделал кульбит в воздухе и приземлился на дальней стороне дороги без движения, в неестественной позе. Автомобиль резко остановился. Его лобовое стекло треснуло, тонкие полосы радиально расходились от пулевого отверстия. Кими быстро вскочил на ноги и побежал к машине, крича одно и то же имя. Кровь била в ушах, он сильно ударился бедром о помятый капот машины, но совсем не обратил на это внимания, продолжая бежать к водительской двери. Когда та распахнулась, Кими с облегчением увидел скатившегося по сидению Оливера, глаза которого сейчас были по размеру больше чайных блюдец. Подголовник сидения был насквозь прошит пулей, которая, к счастью не задела парня.       - Я только что сбил человека. - ошалело выпалил Олли. Кими бросился к нему на шею, громко с надрывом рыдая. Он все повторял как испугался, как любит и никогда не отпустит, а Оливер нежно гладил его по спине, тихо повторяя, что с ним все хорошо, хотя на самом деле так не было. Руки тряслись, глаза бегали по салону, не в силах смотреть вперед. Он только что убил человека. Своими руками. - Кими, меня сейчас стошнит.       Марк медленно перевел взгляд на копошащихся у машины младших, потом перевел взгляд на бездвижного Михаэля. Дальше он действовал на полном автомате. Встать, подойти к телу, схватить его за ноги, подтащить к краю. Марк еще раз посмотрел на залитое кровью лицо. Лицо, которое отняло у него самых дорогих людей в его жизни. Хотелось долго и мучительно истязать его, слушать кричи и хрипы, отплатить за всю ту боль, что этот человек принес в его жизнь. Но он лишь обошел его и со всей силы пнул, слушая как тело с глухим звуком ломающихся костей собирает собой все камни и ветки, которые только были на склоне. Вдруг в его голове заиграла дурацкая песня, исполненная голосом его любимого человека. Дурацкий лягушонок из клипа заставил его улыбнуться, а тишина вокруг лишь добавляла приятного настроения. Подобрав ружье, он двинулся обратно к машине. Велел Кими и позеленевшему Оливеру валить на заднее, пока за ними не выехали приятели того мужчины.       "Не знаю где ты сейчас, Себастиан, но почему то я верю, что мы скоро встретимся."