Золотая клетка

      Для встречи с Церой его недоумок ожидаемо выбрал крайне людное местечко — шумный душный ночной клуб в еще более захудалом квартале, чем тот, в котором снимал квартиру Лукас. И пусть эта мера предосторожности работала в обе стороны, я все равно посчитал правильным идти одному, не позволив Цере стать приманкой и лишив его шантажиста единственного преимущества: возможности заметить яркую внешность архивиста раньше, чем мы отыщем его самого в толпе.       Впрочем шантажист был убежден, что преимуществ у него гораздо больше. И в этом заключалась его первая ошибка. Недооценив способности своей жертвы, решив, что голос — это не информация, он верил, что Цера не знает, с кем имеет дело. Но тот узнал по звонкам давнего коллегу, когда-то работавшего на Молоха и получавшего у архивиста, как и я, информацию для заданий. Поэтому в клуб я пришел более или менее осведомленным о том, что мне могло понадобиться.       Второй ошибкой шантажиста лично я посчитал то, что он требовал в обмен на молчание и компрометирующие фотографии деньги и при этом слишком рьяно настаивал на личной встрече, что вызывало кучу вопросов.       Зачем линчевателю Молоха, пусть и бывшему, добывать деньги подобным образом? Не нашлось нормальной работы? Что-то как-то совсем не клеилось. Неприкасаемый-наемник со способностью контролировать агрегатное состояние своего тела вплоть до газообразного мог заполучить куда большие суммы и куда менее рискованным способом, не запугивая и не затравливая информатора прежнего босса. Шантажист очевидно нуждался в чем-то другом. Но в чем?       Цера не знал, что могло вынудить бывшего коллегу следить за ним. И это была еще одна причина, по которой я решил оставить его дожидаться результатов в архиве.       Оговоренный ими клуб представлял собой концентрат всего, от чего со времен Схождения я старался держаться подальше: ярко, людно и невыносимо тесно. Больше всего, конечно, раздражало, что мне не удавалось полностью избегать контактов с местными прожигателями жизни, пусть те и не разбирали, кто их распихивал плечами на танцполе, но главная сложность оказалась все же в том, чтобы среди мельтешащих лиц найти нужное. Я терпеливо навернул несколько кругов по залу, заглянул в каждый угол, за барную стойку и немногочисленные столики. Однако искомой рожи не находил. И это начинало напрягать.       Либо шантажист не рискнул приходить, либо, что наиболее вероятно, затаился, ожидая появления именно Церы. Плохо. «Чем быстрее, тем лучше» не удавалось, и на фоне общей усталости начинало казаться, что такая потеря драгоценного времени может привести к чему-то опасному.       Что ж, попробуем по-другому.       Для верности совершив еще один круг по клубу, я вышел на улицу, если так можно было назвать узкую подворотню между низкими кирпичными нежилыми домами, и набрал Цере сообщение:       «Не нахожу его. Или не пришел, или прячется. Ты сможешь добыть его адрес?»       «Смогу, но мне нужно время», — быстро прилетело мне в ответ.       «Сколько?» — напечатал я, но отправить не успел, поскольку увидел в тени за углом какое-то движение.       Там явно кто-то был, следил за входом в клуб. Ну конечно!       Убрав телефон с так и не отправленным сообщением в карман, я, по-прежнему спрятанный от чужих взглядов, расстегнул ремни на одной перчатке и направился в сторону затаившейся темной фигуры. Благодаря свету неоновой вывески клуба, подойдя ближе, я различил прижавшегося плечом к кирпичной стене мужика в балахоне, под капюшоном которого и была та самая заветная рожа, которую показал Цера у себя на мониторе перед моим отъездом из архива.       Недолго думая, я стянул перчатку и потянулся к открытому участку кожи под его подбородком.       Но промахнулся.       Вернее прошел насквозь. Моя ладонь проникла через шею и уткнулась в ткань капюшона. А в следующий миг я получил размашистый удар в висок.       Не твой сегодня день, Мор. Ну вот совершенно не твой.       С трудом удержавшись на ногах, я отскочил в сторону и замотал головой, силясь собрать разбившийся с громким звоном мир обратно в кучу.       — Если я тебя не вижу, это не значит, что я тебя не чувствую, — услышал я за гулом в ушах. — Тебя шавка Молоха прислала? Где он?       Подняв взгляд на нависшего надо мной неприкасаемого, я понял, что тот смотрит прямо на меня. А ведь я, едва сохранивший сознание, не лишился укрытия из ихора, а значит, он действительно чувствовал меня иначе.       Дыхание, да? Углерод, который оно вырабатывало? Этот аморфный тип не только своим телом управлял, но и газообразные вещества вокруг различал?       — Что ты от него хочешь? — спросил я, понимая, что мне нужно хоть немного времени, чтобы отдышаться после удара. — Не деньги же, да?       — Где он? — вместо ответа с сердитым рыком повторил мужик, выуживая из кармана балахона ствол и направляя его точно на меня.       Ладно, Мор, или ты не дышишь сейчас, или не дышишь уже никогда.       Задержав дыхание, я снова спружинил в сторону и, больше не рискуя с бестелесной формой недоумка, быстро выхватил из-за ремня собственный пистолет и с гулким грохотом выстрелил. В первую долю секунды подумал, что снова промахнулся, что пуля, не причинив вреда, прошла насквозь, но нет, неестественно дернув головой в капюшоне, шантажист грузно повалился на пыльный асфальт.       — Сука, — процедил я сквозь зубы.       Вышло, конечно, грязнее некуда. Но тут уже и не до филигранностей было. Либо он, либо я. И на ударенную голову мне даже увиделось что-то ироничное в том, что мы оба — неприкасаемые, обладающие довольно опасными способностями, — не брезговали пользоваться простыми человеческими пятнадцатизарядными благами.       Выдохнув, я быстро натянул обратно перчатку, пошарил по карманам шантажиста, но не обнаружил ни намека на фотографии, убедившись в своем предположении, что он пришел сюда не торговаться с Церой. И это знание в первую очередь вызвало еще большую неприязнь к его боссу. Это ведь из-за абсолютно нелепых ограничений и правил Молоха молодой парень — его же крайне ценный сотрудник — чуть не угодил под пулю.       С новой порцией ругани через стиснутые зубы я бросил бесполезные попытки найти хоть что-то и поспешил из подворотни, пока на звук выстрела не среагировала охрана клуба или правоохранители.       Я мог бы отзвониться или отписаться Цере, сказать, что все уладил, а подробности обсудить уже при следующей личной встрече. Но, чувствуя острую необходимость убедиться, что у него все в порядке, я добрался до своей машины, нервно выкурив по дороге две сигареты, упал на водительское сидение и, заведя мотор, поехал в сторону архива.       Пожалуй, напрошусь его проводить. Исключительно для собственного спокойствия, конечно же, а как иначе. А то зря я что ли по роже сегодня получил?