Иной мир для ребёнка, сотканного из солнечного света (первый сезон)

Двенадцатая серия, часть первая. Финал первого сезона. Утро двадцатого августа две тысячи двадцать второго года, квартира семейства Форджеров в городе Берлинт, страна Остания. Вся семья собралась за столом для завтрака. Яичница с беконом и апельсиновый сок. Йор осваивала готовку шаг за шагом, но иногда случался прокол в виде пережаренной котлеты или когда суп не посолила. Но сегодня явно не тот случай, ибо Лойд с Олей и Аней кушали с удовольствием, и оттого на лице Йор появилась широкая улыбка. — Очень вкусно. Спасибо тебе, жена. Но у меня важное объявление, — достал телефон и начал зачитывать вслух сообщение с него Лойд. — До собеседования в академию Иден осталась неделя. План у меня есть, но я хочу знать. Какой у каждого из нас страх? Мой страх — провалиться как папа. Теперь вы. — А я из-за отсутствия опыта боюсь не стать хорошей мамой, — сказала Йор, попутно отмывая посуду после еды. — Провалиться на собеседовании, — сказала Аня, но была и ещё одна причина. Боязнь, что её дар раскроют и она станет изгоем. — Не завести друзей. Быть в классе только с Аней. Там же учатся элитные дети, а мы простые, — сказала Оля, а по её телу пробежали мурашки. — Если будете самими собой и не будете со всеми ругаться, то будете иметь друзей и нормальное положение в классе. Элитные и простые там наравне по школьному статусу, в академии всё зависит от учёбы и поведения. Давайте обнимемся и дадим клятву, что мы справимся? — развёл широко руками в стороны Лойд, как бы приглашая в объятия. — Клянёмся! — хором ответили Йор, Оля и Аня. Они обняли отца семейства. Уровень доверия вырос. --- Через час после завтрака. Урок этикета. Йор расставила тарелки, приборы и бокалы с такой серьёзностью, будто готовилась к приёму у президента. Она выпрямилась, одёрнула платье и строго посмотрела на девочек. И начала спокойным, но в то же время серьёзным голосом. — Итак. Представьте, что мы на официальном обеде в академии Иден или среди элиты. За столом — важные люди или дети из богатых семей. Они смотрят на вас. Оценивают каждое движение. Ваша задача — показать, что вы — настоящие леди. Если сделаете что-то неправильное — вас засмеют эти ядовитые змеи. Начнём. Она села первой и взяла салфетку. — Салфетку кладём на колени. Аня, не на голову. — Но она так красиво падает! Это весело! — Аня уже успела накинуть салфетку на макушку и смотрела на Йор с невинным видом. — Аня, — вздохнула Йор. — Салфетка — на колени. Не для игры. Оля аккуратно положила салфетку на колени и выпрямилась. Она делала это правильно и естественно, даже не думая об этом. Не до веселья сейчас. — Молодец, Оля, — сказала Йор с облегчением. — Теперь приборы. Вилка в левой руке, нож — в правой. Мы режем мясо, а не бьём по нему, как молотком по металлу. Аня схватила нож с такой решимостью, что Лойд, сидевший в кресле с газетой, приподнял бровь. — Так? — Аня зависла над тарелкой с куском курицы, держа нож как меч над головой приговорённого к казни человека. — Аня, не надо рубить. Режь аккуратно, небольшими движениями. — Но я хочу быстро! Если я буду резать медленно, я успею проголодаться. И буду недовольной, — чуть не стукнула рукой по столу из-за вредности Аня. — Леди не голодают. Они пробуют — медленно и с чувством такта, — сказала Йор, сама уже чуть краснея от того, что поняла, как глупо это звучит. Лойд за газетой тихо фыркнул. Оля тем временем отрезала кусочек и положила его в рот бесшумно и аккуратно. Аня поднесла вилку ко рту, но забыла про нож, и кусок курицы гордо свисал с зубцов, как флаг на ветру. — Аня... — простонала Йор. — Ты можешь съесть это за один раз? — А можно двумя? — Нет. Аня вздохнула и откусила половину. Кусок упал обратно на тарелку. Она замерла, потом посмотрела на Йор с таким видом, будто весь мир против неё. — Я не создана для этикета, — заявила она. — Ты создана для того, чтобы учиться, — поправил Лойд, опуская газету. — И ты уже научилась самому главному. — Чему? — удивилась Аня. — Не сдаваться после первой неудачи. Она улыбнулась. Оля взяла ложку и показала, как правильно есть суп — наклоняя ложку от себя, не дуя, не чавкая. — Как ты это делаешь? — с искренним уважением спросила Аня. — Я просто знаю, что это важно, — ответила Оля. — Но ты справишься. Мы справимся. Аня снова взяла нож и вилку. На этот раз медленнее, внимательнее. Йор смотрела на неё с надеждой. Прошло ещё десять минут. Аня отрезала кусок, поднесла ко рту, откусила. Не уронила. Не закашлялась. Просто поела. — У меня получилось! — её глаза засияли. — Получилось, — мягко сказала Йор. — Ты молодец. Оля улыбнулась, отодвигая тарелку. — Можно, я помогу ей закрепить? — спросила она. — Конечно. Оля встала, подошла к Ане и сказала тихо: — Всё просто. Ты думаешь, что это сложно. Но это как играть в игру. Только здесь цель — не набрать очки, а показать, что ты уважаешь других. Поняла? — Поняла, — кивнула Аня. — Я буду уважать вилку. — И нож, — добавила Оля. — И нож, — эхом повторила Аня. Лойд снова спрятал улыбку за газетой. Йор смотрела на девочек и чувствовала, как что-то в груди становится тёплым и тяжёлым одновременно. — Вы... вы справитесь, — сказала она. — Я верю. --- Поздний вечер. Балкон квартиры семейства Форджеров. Неоновый свет освещает тёмные улицы Берлинта. Оля и Аня уже нежно посапывают в своей комнате. Лойд опёрся левой рукой на перила, а правой держал кружку тройного экспрессо. В его голове крутились мысли о будущем семьи шпиона. Его взгляд осматривал ночные красоты внизу. Прошло несколько минут, и на балкон пришла Йор. Она тоже взглядом окинула город. Затем раздался её озадаченный и в то же время с ноткой заботы голос. — Всё в порядке? Обычно ты не пьёшь кофе так поздно. — Эти дни особенные, ибо двадцать седьмого числа будет собеседование в Иден, от которого зависит наше семейное будущее. Пытаюсь привыкнуть к данному факту, — с ухмылкой ответил Лойд. — Я тоже, — тихо сказала Йор. Наступила неловкая пауза, и длилась она по ощущениям вечность. А по факту не больше пяти минут. Молчание прервал первым Лойд. — Изначально это была схема с моей стороны для доступа к одному из пациентов в академии. Которого надо вылечить до того, как он натворит дел. Игра с моей стороны, но сейчас... Я чувствую, что мы становимся семьёй. Роль заканчивается. Я чувствую себя отцом. — Правда? — спросила смущённо Йор. — Да, а что насчёт тебя? — Я планировала просто встречаться с достойным мужчиной для себя и для того, чтобы брат Юрий был спокоен. Но теперь я чувствую, что я нужна нашим замечательным Оле и Ане как мать. Это сложно, но правильно. Они заслужили детство. Снова настала тишина на несколько минут. И снова её нарушил спокойный голос Лойда. — Йор, ты прекрасно справляешься, хоть и не признаёшь это. — Даже когда я учу Аню пользоваться ложкой и она чуть не отправляет её в окно? — И даже тогда ты показываешь себя как отличная мама. Йор улыбнулась краешком губ. Затем тихо сказала: — Я не хочу, чтобы наша семья закончилась после миссии. Не хочу оставить девочек. И быть одной не хочу. Лойд посмотрел на неё серьёзным взглядом. Но затем он стал добрым, а его губы сложились в ответную улыбку. — Я тоже не хочу. Наша семья останется крепкой и любящей детей и их животных. Даю слово. — Верю, но что насчёт тайн? Я про наши с тобой уходы посреди ночи. Ты понимаешь, о чём я? — Понимаю. Но я не спрашиваю о твоих, а ты о моих. Но я хочу убедиться в одном. Это не криминал? У меня нет. — Ни в коем случае. Но даже если это опасно с твоей стороны, то знай: поддержку и помощь с моей стороны ты всегда можешь ждать. И я буду ждать такого же в ответ. Договорились? — подала руку мужу Йор. — Договорились, — пожал руку Лойд. Свет погас на балконе. Брачный договор был заключён.