Голоса ветра

Шли недели полёта. Мир внизу изменился окончательно. Вместо бесконечного горизонта саванны теперь тянулся плотный ковёр из гигантских крон деревьев. Воздух здесь пах по-другому. Ситийя рассматривала всё вокруг с осторожным любопытством, ей всё казалось таким интересным и необычным. Лину'тей был куда более решительным в этот момент, он то и дело крутился в седле, пытаясь разглядеть всё вокруг. Зефи летела ровно. Она помнила эти места, в отличие от молодых кхай'вонов, которые тревожно ропотали, шарахаясь от непривычно близких ветвей испалинских деревьев. Впереди небо начали прорезать парящие острова - горы Алилуйя. Огромные глыбы, окутанные облаками и свисающими лианами, застыли в пустоте. Караван летел в горы не просто так. Они узнали, что Древо-Дом Оматикайи было уничтожено, когда летели к нему. Поэтому было принято решение лететь в священное место клана - к Древу Душ. Рано или поздно туда прилетит кто-то и они смогут узнать, где же находится новый дом оматикайцев. Аукан'тей подал знак, и строй каравана растянулся. Кхай'воны вошли в лабиринт между скалами. Здесь ветер вёл себя иначе: он метался между каменными стенами, создавая резкие и непредсказуемые потоки воздуха. - Держись крепче, Ситийя, - негромко сказала Рэй'на, прижимая дочь к себе. - Не бойся. Только посмотри на скалы. Девочка кивнула и крепче сжала край седла. Её взгляд ушёл влево, где стайка рити взмыла в воздух, испугавшись пролетающих кхай'вонов. Ситийя пригнулась, когда один из рити чуть не ударился об неё, на что Рэй'на слегка усмехнулась. Лину'тей на Ба'руа летел чуть левее. Мальчик восторженно крутил головой, пытаясь получше рассмотреть ярких рити. Зефи плавно нырнула под массивную каменную арку. Послышался рокот множества животных. - О. Мама, это же... как их? Горные икраны? - Ситийя указала правее, где на скалах сидели икраны. Животные были обеспокоены появлением на горизонте более крупных хищников, а также совсем незнакомых в их краях. - Да. Это икраны, - в полголоса сказала Рэй'на, краем глаза посмотрев на беспокойных животных. - Они выглядят меньше, но тут, в теснинах, они куда опаснее. Не стоит их пугать. Ситийя видела, как пёстрые точки - лазурные, лимонные и изумрудные - срывались со своих мест и в крутом пике уходили под защиту листвы. Ещё одна скала – и за ней открылось Древо Душ, огромное и светящееся, раскинувшее ветви в воздухе. Наконец-то они прилетели. — Кажется, оно отличается от нашего... — заметила девочка. — У каждого клана своя связь с Эйвой, — тихо ответила мать. Зефи издала низкий, вибрирующий звук. Она начала плавно снижаться, описывая широкую спираль. Другие кхай'воны следовали за ней, их огромные тени скользили по светящимся ветвям-нитям, которые колыхались в воздухе. Лину'тей и Аукан’тей летели чуть впереди, пока Ба'руа не коснулся земли. Животное осторожно затихло, рассматривая кольцо камней, которое окружало Древо, словно естественная крепость. Весь караван сел. Тишина этого места давила на уши после долгого свиста ветра в горах. Ни один лесной охотник так и не показался по пути сюда. — Мы будем ждать здесь? — сказала Ситийя после того, как Зефи приземлилась на камни. Выбора у них, кроме как ждать тут оматикайцев, не было. Рэй'на тяжело опустилась на мягкий мох, благодарно коснувшись плеча дочери, которая слезла первой и помогла ей спуститься. Женщина приложила ладонь к животу, прислушиваясь к себе после долгого перелёта, и глубоко вздохнула влажный, сладковатый воздух леса. — Да, — негромко ответила мать, оглядывая розовые нити Древа Душ, которые едва слышно шелестели над их головами. — Это их сердце. Оматикайя возвращаются к своему сердцу. Аукан’тей уже сошёл на землю. Он не расслаблялся: его взгляд сканировал выступы скал и густые заросли. Он коротко свистнул, подавая знак остальным рассредоточиться по краям каменного кольца. — Лину'тей, не отходи от сестры, — бросил отец, когда сын уже хотел побежать куда-то и рассмотреть всё повнимательнее. Лину'тей нехотя вернулся. — Тут слишком тихо, — проворчал он, поглядывая на Ба'руа, который шумно вздыхал через дыхательные отверстия. — Даже животные молчат. — Почему тихо? Я вот слышу, как кричат животные, — сказала Ситийя, её ушки начали метаться из стороны в сторону, ловя звуки вокруг. — У тебя уши просто слишком большие, — фыркнул мальчик, но всё равно невольно прислушался. — Я слышу только, как Ба'руа зубами щёлкает. Ситийя повернула голову к матери, которая подзывала её к себе. Рэй'на уже устроилась на каменной пластине, покрытой мягким лишайником. Рядом с ней уже лежал открытый мешочек, в котором виднелись разные украшения для волос. — Садись, маленькая Па'лив, — мягко сказала мать, похлопав по месту рядом с собой. — Мы должны встретить старых друзей, чтобы они сразу поняли: это клан Ану'тике, а не какие-то бродяги. Ситийя послушно опустилась на мох. Прохладные пальцы матери начали ловко перебирать её густые тёмные волосы, разделяя их на пряди. Рэй'на действовала уверенно, привычно заплетая тонкие косички у висков. — Не вертись, — тихо попросила она, когда Ситийя попыталась оглянуться на отца. — Папа следит за небом, а мы займёмся красотой. Мать достала из мешочка длинную подвеску из перьев. Ярко-синих. Она прикрепила их так, чтобы несколько перьев плавно опускались вдоль уха Ситийи. Лину'тей в это время крутился неподалёку, делая вид, что ему совершенно неинтересно, как украшают сестру, но то и дело бросал любопытные взгляды. Когда Рэй'на закончила, девочка взяла из своей сумки одну из подвесок и надела её. — Теперь можно погулять? — сказала Ситийя, глядя на мать. Рэй’на поправила волосы и легонько хлопнула дочь по плечу, отпуская. — Можно. Только не уходите слишком далеко. И не лазайте никуда. Ситийя вскочила, ощущая непривычную тяжесть перьев у висков. Лину'тей тут же оказался рядом, толкнул её локтем. — Ну что, птица степная, пошли? — хмыкнул он, кивнув в сторону корней Древа Душ. — Посмотрим поближе. Может что-нибудь найдём. — Пошли, — кивнула Ситийя брату. Дети подошли к самому стволу. Под ногами переплетались корни, покрытые мхом, который вспыхивал бледным свечением от каждого шага. Ситийя протянула руку и аккуратно дотронулась до одной из нитей. Вблизи дерево казалось живым существом, которое дышит вместе со всем вокруг. — Красивое. И большое, — с интересом сказала девочка. — А с высоты казалось, что оно больше. — Смотри, — шепнул Лину'тей, указывая наверх. — Огоньки, о которых дед рассказывал. Маленькие белые семена, похожие на крошечных медуз, медленно опускались из кроны, кружась в воздухе. Одно из них зависло прямо перед носом девочки. Ситийя выставила ладошки под семечком. — Хаха... смотри... оно такое классное! — она затаила дыхание, боясь спугнуть. Невесомое прикосновение едва щекотило ладони ребёнка. Семечко было мягким, его тонкие отростки подрагивали, а слабое свечение пульсировало. Лину'тей замер рядом, во все глаза глядя на то, как вокруг сестры закружился целый рой этих маленьких духов. Он немного попятился на полшага, чтобы не спугнуть резким движением. — Они... как будто знают тебя, — прошептал он, и в его голосе впервые за всё путешествие послышалось настоящее благоговение, а не просто любопытство. Аукан’тей, стоящий чуть подальше у Ба'руа, медленно повернул голову в сторону детей. Его суровое лицо на мгновение смягчилось. Он знал, что в культуре Оматикайи атокирина – это чистые души, и то, как они окружили его дочь, было добрым знаком. — Эйва приветствует нас, — негромко произнесла Рэй’на, подойдя к мужу. Её глаза сияли тихой гордостью. Ситийя стояла неподвижно, боясь пошевелиться. В этот момент она чувствовала, что лес вовсе не чужой и не страшный. — Тааак... — Девочка подошла к Лину'тею и раскрыла ладони над его головой. — Хехехе. Мальчик замер и скосил глаза вверх. Семечко плавно опустилось на его макушку, продолжая едва заметно пульсировать мягким светом. — Ого... хехе, — захихикал он, и его лицо расплылось в непривычно кроткой улыбке. Ситийя заворожённо наблюдала, как другие атокирина начали медленно опускаться им на плечи и руки, превращая брата и сестру в два маленьких светящихся силуэта под тенью великого Древа. В этот миг даже вечный ветер гор Алилуйя казались лишь ласковым шёпотом. Ситийя опустила взгляд и посмотрела на основание дерева. Там лежали вещи, которые, судя по всему, принадлежали умершим. — Мм... лучше не трогать. Это чужое, — сказала девочка брату. Лину'тей серьёзно кивнул, убирая руки за спину. — Ага. Папа мне вчера сказал: "Если возьмёшь чужую память, то твоя поблекнет" Они стояли в корнях рядом с подножием. Семена атокирина продолжали медленно кружить над детьми, словно охраняя их любопытство. Ситийя просто смотрела на эти вещи, гадая, что за истории за ними скрыты. — Ага, — она взяла одно из семян и подкинула его в воздух, чтобы то улетело. — Ладно, давай не тревожить их. Пойдём поищем в травке кого-нибудь? Лину'тей согласно кивнул, и дети отправились исследовать густые заросли папоротников неподалёку. ......................................................................................... Спасибо за прочтение! Следующая глава будет короче, поэтому скорее всего выйдет раньше.