Аромат страсти в сердце Тосканы

В течение нескольких дней Габриэлла была по уши в работе: помогала Бьянке отвечать на письма о сотрудничестве и новых крупных сделках, договаривалась о поставках больших партий цветов, проводила собеседование на должность помощника парфюмера — физически она уже не справлялась с созданием крупных партий ароматов в одиночку.      По приезду она также начала работу над новым ароматом — вдохновением послужил рассвет на побережье: первые лучи солнца, роса на лепестках жасмина, лёгкий бриз с нотами соли и цитруса. В основу она положила ноты бергамота и грейпфрута — для свежести утреннего воздуха, добавила сердце из жасмина и белой фрезии, а в базу вплела лёгкие древесные оттенки кедра и едва уловимый мускус — как отголосок морского ветра. Название к нему пришло быстро: «Дыхание побережья».            Находясь на рабочем месте, Габриэлла договорилась пообедать с Федерико.      — Ты прям расцвела, — заметила Бьянка, внимательно глядя на подругу.      — Так заметно? Как говорят, женщины, как цветы: когда за ними ухаживают, они расцветают, — радостно рассмеялась Габриэлла.      — Это точно… Ты давно заслуживала этого. Наконец‑то позволила кому‑то заботиться о тебе. И наконец‑то не только работаешь, но и уделяешь время личной жизни. К тому же мы уже не так молоды — пора задумываться о семье, — сказала Бьянка и мечтательно добавила: — Надеюсь, и я встречу того самого, от которого у меня снесёт голову…      — Обязательно встретишь! Но по счет возраста ты загнула…— подбодрила её Габриэлла. — Федерико скоро подъедет, мы договорились пообедать.      — Чудесно! Давно я не видела таких порядочных мужчин — которые не торопятся, а доказывают свои намерения заботой, — задумчиво произнесла Бьянка. — Не то что этот Маттео… Ему, похоже, нужен просто секс.      — Ой, давай не будем о нём. К тому же и мне от него был нужен просто секс, — слегка нахмурившись, ответила Габриэлла.       Зная, во сколько подъедет Федерико, она вышла на улицу. Он, пунктуальный до мелочей, уже стоял у своей машины и улыбнулся, заметив её.      — Привет, прекрасно выглядишь, — сказал он и мягко поцеловал её в губы.      — Ты тоже отлично выглядишь, — улыбнулась Габриэлла, отстраняясь.      — Я забронировал нам место на террасе, — добавил Федерико, открывая перед ней дверь машины.      — Отлично, погода сегодня чудесная, — ответила она, усаживаясь на сиденье.            Обед пролетел незаметно — разговоры текли легко, смех звучал естественно, время будто ускорилось. Но у Федерико было много дел, поэтому задержаться они не смогли. Зато договорились, что он заедет к ней вечером.      Габриэлла завершила все рабочие дела и отправилась на местный рынок. Она выбрала сочные стейки из мраморной говядины, нашла бутылку тосканского вина с насыщенным букетом, купила свежие травы и овощи. В голове уже складывался план: приглушённый свет, свечи, аромат готовящегося мяса, их смех и тихие разговоры под звуки джаза. Ей хотелось устроить настоящий романтичный ужин — порадовать Федерико и, может быть, сделать этот вечер особенным для них обоих.       Накрыв на стол и расставив свечи, Габриэлла вышла встречать Федерико у входа — он как раз подъезжал. Краем глаза она заметила Маттео: тот стоял у окна в соседнем доме и наблюдал. Она на мгновение замерла, но тут же отбросила эту мысль — сейчас здесь только она и Федерико.      — Привет, — с тёплой улыбкой сказала она и потянулась к его губам. Федерико обнял её, притянул ближе и ответил на поцелуй.      — Привет. Наконец‑то этот день подходит к концу. Скорее бы оказаться в твоих объятиях и что‑нибудь посмотреть, — выдохнул он.      — Сначала ужин, а потом фильм. Кстати, нужно выбрать, что будем смотреть. Может, комедию? — предложила Габриэлла, входя в дом и не отпуская его руку.      — Ты знаешь, как обрадовать мужчину. Я очень голоден. И да, давай какую‑нибудь лёгкую комедию, — улыбнулся Федерико, снимая обувь.      Ужин прошёл в лёгкой беседе: они смеялись, делились впечатлениями дня, наслаждались едой и обществом друг друга. Аромат тосканского вина и жареного мяса смешивался с мягким светом свечей, создавая ощущение домашнего уюта.      После они устроились на диване перед экраном. Фильм оказался именно таким, как они хотели — лёгким, смешным, с забавными диалогами. Они обнимались, время от времени переглядывались и смеялись в унисон.      Когда финальные титры поползли по экрану, Габриэлла повернулась к Федерико:      — Я буду рада, если ты переночуешь у меня. Уже поздно, да и до твоего дома не так близко.      — Я‑то как рад, — улыбнулся он и нежно поцеловал её.      Они перешли в спальню. Лежали, болтали обо всём на свете — о детстве, мечтах. Разговор лился сам собой, непринуждённо и легко.      В этот момент на телефон Габриэллы пришло СМС. Она взглянула на экран: сообщение от Маттео. «Я рад, что за тобой кто‑то присматривает…»      Внутри что‑то дрогнуло. Что это — забота или ревность? На мгновение образ Маттео заслонил всё остальное: его взгляд, голос, прикосновения. Но Габриэлла решительно отогнала эти мысли. Сегодня она хочет чувствовать себя желанной — и рядом с ней тот, кто этого заслуживает.      Отложив телефон, она повернулась к Федерико, медленно приблизилась и поцеловала его — мягко, но уверенно. Он ответил, его руки скользнули по её спине, осторожно, нежно, без спешки. Она села рядом, сняла футболку, оставшись в шортах. Федерико провёл пальцами по её плечу, коснулся груди, склонился и поцеловал кожу у ключицы. Его прикосновения были бережными, но в них чувствовалась сдерживаемая страсть.      Габриэлла наклонилась к нему, провела рукой по груди, спустилась ниже. Их губы снова встретились — на этот раз поцелуй стал глубже, жарче. Дыхание участилось, движения стали смелее, но оставались плавными.      Федерико осторожно снял с неё шорты. Его ладони скользили по бёдрам — медленно, изучающе, даря ощущение абсолютной безопасности и в то же время разжигая огонь внутри.      Он перевернул её на спину — не резко, а плавно, давая время ощутить каждое мгновение. Их взгляды встретились: в его глазах читалась нежность, смешанная с желанием. Он поцеловал её — глубоко, неторопливо.      Движения оставались мягкими, но становились всё более настойчивыми. Габриэлла чувствовала, как напряжение внутри нарастает волнами — то отступая, то накатывая с новой силой. Она отвечала на каждое прикосновение, повторяла его движения, подстраивалась под ритм, который они создавали вместе.      Пик наслаждения наступил плавно — сначала лёгкие всполохи, затем волна тепла, накрывшая их обоих. Габриэлла выдохнула его имя, выгнулась навстречу, растворяясь в ощущении полной гармонии. В тот же миг Федерико содрогнулся, глухо застонал ей в плечо, с силой, но бережно прижимая её к себе.      Несколько мгновений они лежали, не в силах пошевелиться, пытаясь отдышаться. Пот блестел на висках, сердца колотились в унисон, постепенно замедляя ритм. Постепенно дыхание выровнялось. Федерико осторожно перекатился на бок, но не отпустил её — притянул к себе, уткнулся носом в макушку. Габриэлла прижалась к его груди, слушая, как замедляется стук его сердца. Её пальцы лениво скользили по его плечу, рисуя невидимые узоры.      — Ты невероятна, — хрипло прошептал он, целуя её в висок.      — А ты — лучшее, что случалось со мной за последнее время, — ответила она, улыбаясь в полутьме.      Они ещё долго не могли разжать объятия — будто боялись, что, отпустив друг друга, потеряют эту магию момента. Наконец, усталость взяла своё: веки отяжелели, дыхание стало ровным. В объятиях друг друга они уснули — насыщенные, умиротворённые и абсолютно счастливые.      Утром они разъехались каждый по своим делам. Габриэлле предстояло отснять несколько рилсов с новым ароматом — благо теперь у неё был SMM‑специалист, который помогал создавать контент.      Отсняв всё необходимое, она собралась на обед с Бьянкой выходя в зал. Но в этот момент продавец показала Габриэлле посылку — аккуратную бумажную коробку с изящным бантом.      — Интересно, может, это Федерико решил тебя порадовать? — улыбнулась Бьянка, наблюдая, как подруга развязывает бант.      — Не знаю, но очень любопытно, что там… — с интересом ответила Габриэлла.      Открыв коробку, они увидели пирожные — миниатюрные, изысканно украшенные съедобными цветами и оранжевым сиропом. Но запах, исходящий от них, мгновенно насторожил Габриэллу.      Бьянка восторженно подняла одно пирожное, любуясь его оформлением:      — Какая красота! Смотри, какие детали…      — Бьянка, положи на место! — резко оборвала её Габриэлла, чувствуя, как внутри всё сжимается от дурного предчувствия. Знакомый сладковатый аромат с горьковатой нотой показался ей до ужаса знакомым.      — Ладно‑ладно… Я и не собиралась без спроса его есть, — слегка обиженно ответила Бьянка.      — Пожалуйста, иди помой руки. Немедленно, — твёрдо повторила Габриэлла.      — Что за тон? Ты какая‑то странная…      — Я думаю, что меня хотят отравить, — тихо, но чётко произнесла Габриэлла. — Этот запах… Он напоминает аромат капель Nerium oleander — олеандра. В больших дозах он токсичен: вызывает головокружение, слабость, нарушение сердечного ритма. Я однажды изучала его свойства для парфюмерной композиции — никогда не забуду эту ноту.      — Что?! Но кто? — побледнела Бьянка.      — Нужно позвонить Маттео, — решительно ответила Габриэлла, отыскивая его номер в телефоне.      — Сходили на обед… — вздохнула Бьянка и поспешила в туалет.      Габриэлла осталась стоять у стола, глядя на коробку. Пальцы слегка дрожали. Кто мог это сделать? И главное — зачем? Она глубоко вздохнула, пытаясь собраться с мыслями, и нажала кнопку вызова.      Маттео с помощником приехали очень быстро. Тишину в кабинете прервал резкий стук в дверь. — Здравствуй, — произнёс он, стоя в проёме. — Привет, — задумчиво ответила Габриэлла. — Я ничего не трогала. Только Бьянка оставила отпечатки на одном пирожном.      — Хорошо. Эксперт уже осматривает коробку. Тебя явно хотят запугать — возможно, отравить. Но ты сообразительна, они этого не ожидали.      — Да, я не так глупа, — с лёгкой улыбкой ответила она, но взгляд оставался тревожным. — Одно не могу понять: зачем меня травить? Почему просто не выйти на меня открыто? Есть какие‑то зацепки? За столько времени хоть что‑то нашли?      — К сожалению, нет. Они действуют очень аккуратно — похоже, профессионалы, — ответил Маттео и замолчал. Габриэлла тоже молчала, погружённая в мысли.      — Не волнуйся, я снова поставлю слежку за твоим домом. И, пожалуйста, вечерами не ходи одна, — продолжил он. — Прекрасно… Попрошу Федерико пожить у меня. Одна я теперь точно не останусь, — твёрдо сказала Габриэлла.      — Кто он? Чем занимается? — спросил Маттео.      — Он реставратор вилл. Я ему доверяю. Даже не думай о нём плохо.      — Габи, я проверяю все версии.      — В нём я уверена на сто процентов. Так что выбрось мысли, будто с ним что‑то нечисто, — серьёзно ответила она.      Наступила короткая пауза.      — Я отойду — проверю, что нашли эксперты, — сказал Маттео и вышел. Через несколько минут он вернулся, лицо стало серьёзнее.      — Сбоку в коробке нашли записку: «Зря ты уехала. Даю последний шанс отдать мне мою вещь», — произнёс он.      — Да какую вещь?! Господи, я сойду с ума! Готова отдать им все подарки Луиджи, — воскликнула Габриэлла, закрывая лицо руками.      — Нужно подумать, как правильно всё провернуть, чтобы выйти на них, — ответил Маттео.      — Ты думаешь, они настолько глупы, что не заметят твоих людей и тебя? Даже сейчас… Может, мне не стоило тебе звонить?      — Ты всё сделала правильно, — твёрдо сказал Маттео. — Думаешь, если они выйдут на тебя, просто заберут своё и уйдут?      — Возможно… Я не знаю. Ничего не знаю… — Габриэлла не выдержала и расплакалась.      Маттео подошёл, присел на корточки перед ней, положил руки на её колени. — Габи, прошу, успокойся. Всё будет хорошо. Я не дам им навредить тебе. Слышишь? — он осторожно убрал её руки от лица и сжал их в своих ладонях.      — Я не знаю, как мне быть… Не хочу так жить — бояться ходить одной, оставаться одной… — прошептала она, глядя в одну точку.      Он вытер слёзы с её щёк, слегка приподнял подбородок, чтобы их взгляды встретились.      — Всё будет хорошо, поверь мне. Была бы моя воля, я бы перевёз тебя к себе. Но не думаю, что твой мужчина это одобрит.      — Спасибо, но это лишнее. Федерико не откажется пожить у меня, — тихо ответила Габриэлла, глядя ему в глаза. Она заметила, как на мгновение сжалась челюсть Маттео.      — Вот и отлично, — сдержанно произнёс он, поднимаясь. — Будь осторожна. Я буду приглядывать.      До позднего вечера Габриэлла сидела с Бьянкой в кабинете, дожидаясь Федерико. Она кратко рассказала ему всё, стараясь не нагнетать страх. Но внутри всё сжималось от тревоги.      Когда Федерико приехал, они проводили Бьянку домой, а затем отправились к Габриэлле. По дороге она прижалась к его плечу, и впервые за день почувствовала себя чуть безопаснее. Федерико молча обнял её за плечи, и этого было достаточно.