твои слезы

Держи мою руку так сильно О чём угодно проси меня Слёзы твои красивые Падают прямо на стол.

Время убьет нас.

илье хотелось уйти. уйти со льда к черту после первой же бабочки. но он продолжил. и с каждой секундой становилось все хуже. и черт бы ее побрал, эту пятницу тринадцатое, и федерацию, и командник, и вообще всю эту олимпиаду. илья не слышал последнего аккорда музыки, криков и аплодисментов, не помнил, как вышел со льда. он словно погрузился в вакуум, все доходило до него как будто из-под толщи воды. отец молча придержал его под локоть, помогая надеть чехлы. единственное, о чем он спросил, было «ты в порядке?», на что илья смог только отрицательно помотать головой. о каком, блять, порядке речь? разве что голову об лед не разбил, и даже жаль, наверное, что не разбил. он не соображал ничего, не хотел видеть ни свои баллы, ни место в турнирной таблице. в какой-то степени теперь он боялся попасть на пьедестал, потому что это было бы ужасно незаслуженно и несправедливо по отношению к другим спортсменам. он шел к кисс энд край, как будто на каторгу, опустив голову и рассматривая свои же ботинки с желтыми, блять, счастливыми шнурками. когда он проходил мимо кресла промежуточного лидера, рука уловила легкое, почти невесомое касание, и илья даже сначала подумал, что ему показалось. резко вздернул голову, оглянувшись на сидящего там мишу. а тот смотрел на него таким чистым и открытым, немного даже будто напуганным взглядом, что сердце сжалось еще сильнее. хотелось разбить себе голову об стену. илья злился. злился на федерацию, которая отправила его катать две программы для командника и вымотала его до полного морального истощения, но, в первую очередь, злился на себя. за сорванный аксель, за то, что сдался и отпустил. за каждую допущенную ошибку. отец все время пытался достучаться до него, хотел обнять, но илья едва заметно помотал головой, потому что ему казалось, что иначе он не выдержит и просто разрыдается прямо здесь. а здесь нельзя. спустя долгих пять минут ожидания, табло наконец показало оценки. сжав зубы, илья обратил внимание на свое место в рейтинге. и тут же все вокруг словно выключилось. никаких звуков, никакого света, никаких прикосновений. ничего. только он и его восьмое место. хорошо, он не на пьедестале. восьмое. уплывавшее все дальше по течению самокопания сознание подкинуло ему единственную мысль, способную вытащить его из этой пучины. «миша. миша - новый олимпийский чемпион». на негнущихся ногах илья поднялся, отодвигая в сторону отца. они поговорят об этом, обязательно поговорят, но потом. а сейчас миша, который вскочил со своего кресла, закрыв рот руками, не веря. в его глазах плескались растерянность, страх, непонимание. эмоции, совершенно не подходящие олимпийскому чемпиону. илья подошел к нему вплотную, протягивая руку для рукопожатия. миша испуганно смотрел ему в глаза. объятия. настолько крепкие, насколько илья способен был обнимать своими ослабшими и трясущимися как в судороге руками. он запустил пальцы в растрепанные мишины волосы, пытаясь за них удержаться в реальности. он так любил эти волосы.. -илья… я…- он часто сглатывал, будто пытался оправдаться. -тише,- илья едва заметно погладил его по голове, успокаивая. -она твоя… я не… илья отстранил мишу от себя, крепко сжимая в ладонях его плечи. тот сразу же перехватил его талию, сжимая пальцы так, что илье даже стало больно. и правильно, боль отрезвляет, помогает удержаться в реальности. миша кусал губы, напуганным взглядом смотря ему в глаза.  -you deserve it,- илья слабо улыбнулся, пытаясь выдавить из себя хоть каплю любви и тепла, но силы стремительно покидали его. илья лишь надеялся, что этого хватит, чтобы миша почувствовал его поддержку. -для меня честь… илья, для меня честь делить с тобой лед,- чемпион словно задыхался. стоять так дальше было бы уже неприличным, но илье казалось, что, если он отпустит, то непременно упадет. и хорошо, если просто на пол. хотя, с олимпа он уже упал пару минут назад, и было чертовски больно. теперь он знает. парень кивнул мише, похлопав его по плечу и прошептав тихое «поздравляю», а потом отстранился. мишу тут же принялись поздравлять тренеры, другие спортсмены. миша плакал. а илья оказался лишним на этом празднике жизни. он спустился к ожидающим его журналистам. уши были заложены, хотелось закрыть лицо руками, свернуться в комок и остаться сидеть где-нибудь в углу, пока не отпустит. но такой роскоши илья себе позволить не мог. пришлось отвечать на вопросы журналистов, повторять снова и снова «я все испортил», криво улыбаться, смеяться, мобилизируя все свои внутренние ресурсы, чтобы не рассыпаться прямо перед камерами. его не отпускали долго, будто желая выжать его до конца. как только выдалась возможность, илья сбежал. позорно? может быть. но весь этот вечер и так был сплошным позором, так что терять было уже нечего. приехать в деревню, закрыться в комнате, снять, наконец-то, гребаную форму федерации. с первым щелчком замка, разрывающийся от бесконечного потока уведомлений телефон полетел в стену, оповещая о своем состоянии негромким звуком бьющегося стекла. илья сполз спиной по двери, закрывая лицо руками.  он все испортил.

***

миша почти бежал по коридору корпуса олимпийской деревни. медаль с силой билась о грудь при каждом новом торопливом шаге, но он не обращал на нее никакого внимания. в голове болезненно и тревожно пульсировала одна единственная мысль. что с ильей? могло ли что-то измениться между ними теперь?  миша видел там, на арене, сколько боли было в глазах парня, несмотря на то, какие усилия он прикладывал, чтобы искренне порадоваться за него. он старался. но мишу не обмануть, слишком хорошо они друг друга знают. смогут ли они теперь пройти через это? будет ли все как прежде? на звонки илья не отвечал, сообщения не доходили. единственной дорогой к нему, пришедшей в голову, была дорога в олимпийскую деревню. и если его там не окажется, миша пойдет искать дальше. весь милан пешком обойдет, но найдет. он еле вырвался из рук прессы, тренеров, спортсменов. собственная победа все никак не укладывалась в голове, не помещалась в мыслях, ей словно просто не было там места. безусловно, он был безумно рад, и, наверное, завтра он будет самым счастливым человеком на земле, но сейчас он чувствовал только тревогу за илью и бесконечную, вселенскую усталость. как будто он получил что-то такое прекрасное, но такое огромное, что оно просто физически не умещалось в его груди, голове, сердце. так много он отдал за эту медаль, столько слез было пролито, столько синяков набито. но ведь илья… илья. миша остановился напротив знакомой до боли двери, переводя дух. было страшно, до безумия страшно, что илья прогонит, отвернется. рука поднялась механически, сразу же громко колотя по деревянной поверхности. за дверью стояла оглушительная тишина. он постучал еще раз, но снова никакой реакции. тогда миша решил блефовать. -илюш, я знаю, что там,- а потом прибавил в голос строгости.- если ты мне не откроешь дверь, я выбью ее сам. и теперь стоило надеяться только на то, что илье не захочется проверять, сделает ли это миша в самом деле. будет смешно, если в итоге окажется, что его внутри нет. но вопреки всем опасениям, в следующую секунду ручка двери опустилась, и в узкую щелку высунулось лицо ильи. миша тут же прошелся по нему сканирующим взглядом. в целом, парень даже выглядел приемлемо. только полопавшиеся капилляры в глазах выдавали его вместе с его состоянием с потрохами. -what?- голос ильи был хриплым, как будто он кричал десять минут подряд. -впустишь?- миша ненавязчиво взялся рукой за дверь, а илья тут же проследил за этим движением глазами, в конце концов сдаваясь и открывая дверь шире. миша тут же прошел внутрь и закрыл за собой, отрезая их от остального мира. в комнате горела тусклым светом одна единственная лампа на тумбочке, по полу была раскидана форма сборной сша, видимо, илья пытался содрать ее с себя вместе с кожей.  -ты чего на звонки не отвечал? я переживал,- миша шагнул ближе к парню, который пустым взглядом уставился в стену. в ответ на реплику он все же перевел свое внимание на собеседника и кивком головы показал куда-то в угол комнаты. миша проследил за его взглядом и увидел разбитый мобильник, одиноко валяющийся на полу. илья тем временем прошел к кровати и тяжело опустился на нее. -что ты хотел?- его голос звучал так, словно в нем скопилась вся вселенская усталость. -узнать, как ты,- миша встал напротив ильи, и взгляд второго сразу же упал на золотую медаль на его груди. губы сами по себе сложились в усмешку.  -нормально,- он поднял взгляд.- еще что-то? -илья,- миша присел на корточки, заглядывая илье в лицо снизу вверх.-поговори со мной. -я не знаю, что ты хочешь услышать, миш,- он устало выдохнул, глядя в обеспокоенные глаза напротив.- я горжусь тобой, ты большой молодец. и вообще ты должен сейчас праздновать свою победу, а не сидеть здесь со мной. я в порядке. -я же вижу, что нет,- миша положил руку ему на коленку.- и ты уже достаточно похвалил меня в кисс энд край. теперь я хочу узнать, что ты думаешь на самом деле. расскажи мне. -хорошо,- илья горько усмехнулся.- думаю, что я ничтожество. не смог собраться в самый нужный момент. подвел отца, маму, рафаэля, федерацию, фанатов. самого себя. а тобой правда горжусь,- он указал головой на висящую на мишиной шее медаль. -проиграть тебе хотя бы не так обидно. -ты знаешь, что она не моя,- прошептал миша, выводя какие-то замысловатые узоры пальцем на его коленке. -все в курсе, что я ношу чужую медаль. -нет,- лицо ильи впервые за вечер оживилось, приняло какое-то странно болезненное выражение. он замотал головой.- не говори так. только не ты. ты пахал весь сезон, как проклятый, ты столько работал, ты смог собраться и выдать лучший прокат своей жизни. а я нет. ты заслуживаешь этого и даже большего. я сам отдал тебе эту медаль, своими руками. прямо как год назад, помнишь?- он криво улыбнулся. миша молча слушал его, а у самого сердце разрывалось. -я люблю тебя, илья,- и в этой фразе было горечи больше, чем во всем мире. илья замер, сжимая губы. -ты гениальный фигурист, ты целеустремленный спортсмен и потрясающий человек,- миша снял с себя медаль и осторожно повесил илье на шею. тот медленно опустил взгляд на нее, а потом вернул его парню. -все знают, что ты лучший. ты докажешь им это позже, а пока заслуживаешь отдых.  с губ ильи сорвался какой-то болезненный не то выдох, не то всхлип. из комнаты словно выкачали весь кислород, и теперь парни сидели в абсолютном вакууме.  -я не..- илья запнулся, не в силах больше даже вздохнуть. из глаза вырвалась кривая, полная боли, борьбы и отчаяния слеза. миша тут же поднялся на ноги, подсаживаясь к илье на край кровати и привлекая того к своей груди. и его прорвало. эта истерика была разрушительной, некрасивой, полной обиды на самого себя и горечи, но она вела к облегчению. медленно, маленькими и сложными шажками.  -прости меня,- илья задыхался, его душили собственные мысли и выводы, к которым он пришел в одиночестве.- прости меня, что я не могу радоваться за тебя в полную силу. -глупый,-миша зарылся рукой в его слипшиеся волосы, неторопливо поглаживая по голове, демонстрируя, что он рядом, что он никуда не уйдет. - не извиняйся ни за что. я здесь. -только держи меня, не отпускай,- толстовка миши намокала с огромной скоростью, но это было ничем по сравнению с тем, что илье станет легче.  -держу. не волнуйся, я не уйду. проси меня о чем угодно,- миша медленно погладил его по дрожащей спине. -прости меня… прости,- эти слова утонули в спортивной олимпийке. когда срыв поутих, илья не отстранился, а лишь поудобнее уложил голову на мишино плечо, и с его тяжелым выдохом из мышц словно ушло напряжение.  -я не хотел.. столько драмы, - голос ильи был тихим, хриплым, но уже гораздо более легким, чем полчаса назад. -все нормально, у тебя даже слезы красивые, - миша мягко отстранил его от своего плеча, стирая мокрые следы с щек. илья шмыгнул носом. -я тоже люблю тебя, миш,- он слабо, пока еще криво, но уже абсолютно искренне улыбнулся.- и никакие медали ничего не изменят. я рад, что проиграл золото именно тебе.  -ты сам по себе золото,- миша погладил его по щеке, вкладывая в этот жест всю свою нежность по отношению к фигуристу.  оба знали, что дальше будет тяжело. и все еще будет больно и страшно. но теперь они знали, что делать. и если понадобится, миша сам будет ходить и собирать илью по осколкам, помогая встать на ноги. возможно, сегодня илья проиграл золото олимпиады, но выиграл кое-в-чем другом. и это было гораздо лучше любой медали.

Держи мою руку так сильно О чём угодно.. прости меня! Слёзы твои красивые Прости меня, прости