1
8 апреля 2026 г., 05:40
Расскажи, как сияет утренний свет.
Миражи — ты мне кажешься, но тебя нет.
Здесь по-прежнему также вянут цветы
Оставайся со мной говорить изнутри.
Кружок хора - Миражи
Эми не ожидала, что вернуться к работе «в поле», будет так приятно. Целый год она хотела, и боялась даже мысли об этом. Страх сковывал цепями ноги и руки, душил силками. Эми не боялась входить в горящие здания или спускаться по отвесным склонам на верёвке, вовсе нет. Эми боялась увидеть пустой шкафчик в раздевалке рядом со своим. Боялась увидеть заклеенное имя. Боялась не услышать заветного «доброе утро». Боялась пустоты. Пустоты, преследовавшей её всюду последние месяцы. А сейчас, вернувшись, ей казалось, будто и не уходила. Ей нравилось помогать людям. Не просто сидеть в офисе и заполнять бумажки, а быть «в гуще событий», на передовой. И снова быть частью команды. ; Внезапно жизнь стала большой и яркой. Работа, люди вокруг, команда, всего вдруг стало так много, что Эми не знала, куда деться. Хотелось закрыть глаза и остановиться хоть на мгновение. Сердце выпрыгивало из груди снова и снова, стоило только переступить порог пожарной части. Эми казалось, что всё это - лишь сон. Не ужасный кошмар, и не сладкая мечта, а тот, почти реальный, мир, что видишь на границе, перед самым пробуждением. Когда знаешь все закоулки и тёмные кладовки, но пугаешься шума кофеварки. Когда знаешь все свои действия наперёд, словно проходила этот уровень в игре сотни раз, но всё равно спотыкаешься на ровном месте. На ступеньке, которой вдруг не оказалось. Вот только, проснуться никак не получалось. Не то чтобы, Эми этого отчаянно хотелось. Впервые за несколько месяцев, она чувствовала себя на своём месте. Даже если на лестнице не хватало ступенек, а чашек в шкафу было слишком много. Несмотря на то, что команда приняла её очень радушно, за пару месяцев они не особо сблизились. Эми и не ждала, что спустя две смены они будут лучшими друзьями, вовсе нет. Она видела пристальные взгляды, направленные на неё. Каждое её движение, каждый поворот головы и сказанное слово были записаны и оценены. Достаточно ли она компетентна? Достаточно ли устойчива? Чего в ней больше – смелости и безрассудства или холодного расчёта? Все эти вопросы крутились и в её голове, когда она думала о своих новых коллегах. Чаще оставаясь в стороне, Эми наблюдала, словно кошка, сидящая на высоком шкафу. И, что ж… это чувство не было новым. Все последние месяцы она ощущала себя забытой на дальней полке. Жизнь текла вокруг бурной рекой, не останавливаясь ни на миг, а Эми лишь смотрела сквозь замочную скважину. Всё это было неправильным. Всё должно было остановиться, мир не мог быть прежним после всего, но так оно и было. Солнце вставало каждый день, машины ехали, кофе варился, и земля не остановилась. Даже не замедлилась. И Эми хотелось кричать во всё горло, чтобы это прекратилось. Сейчас же, оказавшись в новой команде, с новыми людьми, Эми не могла вымолвить ни слова. Мир продолжал вращаться, а она продолжала наблюдать. 118я это семья. Не по крови, но по духу, в том странном смысле, когда все словно живут в карманах друг друга. Связанные одной нитью, все всегда рядом, стоит только протянуть руку. Эми это нравится. Пусть пока она оставалась в стороне, это было даже хорошо. Ей нужно ещё немного времени, немного пространства. К этому нужно ещё привыкнуть. В прежней команде все тоже были близки, но не так. Просто коллеги, просто друзья... у каждого из них была своя семья, к которой они возвращались домой. С каждым днём наблюдений, она видит чуть больше, узнаёт каждого в команде чуть лучше. Кэп, что заботится обо всех, словно о собственных детях. Всегда готовый поддержать и помочь, если не словом, то хоть кружкой горячего чая. Хэн – вечная старшая сестра, строгая, но справедливая и заботливая. Чим с бесконечным запасом шуток и историй для любого случая. И Бак… На Бака Эми старается не смотреть. Не потому, что он ей не нравится, а потому, что он такой яркий, что становится больно. Это как посмотреть на солнце в ясный день. Стоит поднять взгляд, как тут же начинает болеть голова. И выдержать этот свет мог не каждый. Но Эдди Диаз греется в тепле своего солнца, улыбается самой нежной улыбкой, и Бак от него не отстаёт. Они словно две шестеренки, вращающиеся вокруг друг друга. Стоило двинуться одному и второй тут же откликается. Вот Эдди подходит к кофеварке и наливает две чашки кофе. В одной чуть больше овсяного молока и меньше сахара для Бака. Или Бак садится на диван, и словно приклеивается к боку Эдди. Или кладёт голову ему на колени, пока Эдди рассеяно гладит его по волосам одной рукой, второй держа телефон и зачитывая вслух самые нелепые факты и новости. На обеде без слов они передают блюда и приборы, точно зная вкусы друг друга. В раздевалке делят два шкафчика. В перерыве разговаривают вдвоём с сыном, укладывают его спать, и даже читают по ролям. А на вызовах всегда вместе, прикрывают друг друга. Эми думала, что они пара. В пользу этого говорило хотя бы то, что у них общий ребенок. Но, когда она озвучила свои мысли, остальные лишь рассмеялись. Хэн говорит, что они как слепые котята, не видят дальше собственно носа, и предложила поучаствовать в ставках. Эми отказалась. Ей кажется, что всё наоборот, они прекрасно всё видят и понимают, вот только сделать шаг боятся. Это чувство было ей знакомо. ; Всё изменилось после Хэллоуина. Бобби и Афина устраивали ужин для команды и их семей. И, когда в конце смены, кэп пригласил и её, Эми удивилась. Отказываться не хотелось, но изначально она не планировала праздновать. Накупить конфет и чипсов, запереться дома с Чарли и смотреть кино всю ночь, отключив телефон - таков был изначальный план. Раньше Эми любила Хэллоуин. Ей нравилось наряжаться и ходить за конфетами в детстве. Они с сестрой выбирали парные костюмы и, по словам их матери, были самыми милыми ангелами. Позже, они, неизменно вместе, гуляли на вечеринках или устраивали их сами. Так было всегда, Эми и Эли, вместе навечно. Алисия была младше всего на 23 минуты, но, порой, Эми казалось, что разница между ними лет пять, не меньше. Сестра всегда была маленькой занозой. Вечно влипала в истории и притягивала неприятности, а Эми всегда была рядом, чтобы вытащить её. В этот раз она планировала лишь позвонить вечером, поболтать ни о чём и поворковать над бесконечно милым Джейми, что в этом году решил быть Тором. Алисия звала её приехать на праздник или хотя бы на выходные, но тащиться в мрачный и холодный Нью-Йорк совсем не хотелось. В прошлом году, в этот праздник, она была дома. Лишь на следующий день заставила себя вылезти из кровати и пошла в церковь. Эми не была там с момента возвращения со службы и не думала, что когда-нибудь будет молиться вновь, но тогда был особый случай. И в этом году она планировала сделать тоже самое. А теперь, кажется, пора выбирать костюм. Оставалась неделя и ничего толкового придумать не удалось. Для Чарли нашёлся старый костюм пчелы, который она покупала ещё года три назад. Для себя же нашла лишь ободок с антеннами и дополнила полосатым шарфом Хаффлпаффа, подарок сестры на их 15 день рождения. Если не обращать внимание на герб, то он вполне сойдёт за пчелиный. На фото парного образа, Алисия ответила кучей сердечек и замечанием, что уже и забыла про этот шарф, но вот, спустя 13 лет, он, наконец, пригодился. Воскресенье наступает неожиданно быстро. Утром Эми ставит в духовку яблочный пирог, а к вечеру уже едет, с Чарли на заднем сиденье, в дом Грант-Нэшей. Волнение вихрем крутится в животе, когда она жмёт на звонок. В левой руке у неё пирог, а в правой поводок, и Чарли смирно сидит рядом, так что даже нервно перебирать пальцами не получается. Спустя долгую минуту дверь распахивается. - Эми! Как хорошо, что ты, наконец, пришла. А то мы уж думали, что ты заблудилась, и хотели послать Бака тебя искать, – Афина счастливо улыбается и пропускает их внутрь. - Эми, рад тебя видеть. И твоего пушистого друга, – Бобби появляется с кухни, вытирая руки полотенцем. - Привет. Я принесла пирог… яблочный, – протягивая блюдо, Эми, внезапно, чувствует себя неловко. Не то чтобы до этого момента она была так уж уверена в том, стоит ли приходить. Но, сейчас, в груди жжет чувство, будто ей вот-вот предстоит выйти на сцену. Возможно, так и было. Судя по крикам детей во дворе, все уже собрались. - Спасибо, это очень мило с твоей стороны. Хоть я и сказал ничего не приносить. Проходи, проходи, все уже во дворе. Вам очень идёт этот парный образ, из Чарли получилась очаровательная пчёлка. Чарли завилял хвостом, ловя каждое слово и наслаждаясь вниманием. Вот уж, кто точно не нервничал. Видя кучу людей готовых поиграть, Чарли был счастлив. Но без команды, даже без поводка, он шёл рядом. Стоило им ступить на задний двор, дети с визгом подбежали знакомиться и пёс, получив команду «играть», поскакал к ним навстречу. - Думаю, сегодня их больше ничего не заинтересует. - Хен появилась неожиданно, с улыбкой смотря на детей. - Да. Начинаю думать, что его тут ждали гораздо больше, чем меня. - Собака - это конечно хорошо, но пирог готовить он не умеет, – смеясь, произнесла Афина. - Ну, он очень старательно помогал. Внимательно следил за духовкой, – улыбка невольно появилась на лице, когда Эми вспомнила, как сильно Чарли любит следить за духовкой. - Тогда я уверена, что он очень вкусный. Просторный двор был украшен соответствующе. Улыбающиеся тыквенные головы кучами валялись то тут, то там, летучие мыши и приведения парили на верёвочках, а по углам стояло несколько мумий. Из пары колонок у двери звучала тихая музыка. Мотив показался знакомым, но Эми никак не могла вспомнить, в каком фильме слышала эту мелодию. Пока она размышляла над этим, глаза её непрерывно сканировали пространство вокруг, ища безопасные укрытия и пути отступления. Она даже не осознавала этого, лишь поймала за хвост ускользающую мысль, и резко одёрнула себя. Здесь ей нечего бояться. Внезапно, Эми оказалась в компании коллег, посреди оживлённого разговора, но едва ли могла разобрать хоть слово. Всё вокруг казалось нереальным, сонным, будто фильм на старой плёнке. Тонкие солнечные лучи просачивались сквозь листья, играли причудливыми фигурами на траве, на лицах детей, на медовой шерсти её пса. Голоса людей за спиной сливались в весёлый гомон, но Эми не могла разобрать о чём они говорили. Аромат жаренного мяса на гриле заполнял пространство. И там, в подёрнутом поволокой от жара, воздухе, стоят они, увлечённые друг другом. Эдди улыбается так мягко, ошеломляюще нежно, в глазах его плещется море привязанности, будто нет не свете никого вокруг. Только он и Бак, что смеётся звонко, громогласно, запрокинув голову назад, улыбается широко, во весь рот, и крохотные морщинки столпились на висках. Эми думает, как естественно они вписываются в пространство друг друга, как слаженно действуют даже вне работы. У Эдди в руках поднос с мясом и сосисками, в то время как Бак ловко орудует лопаткой. Он сосредоточенно проверяет готовность и переворачивает каждый кусочек, а затем поворачивается и шепчет что-то Эдди на ухо. А тот смеётся, прикрывая рот рукой, словно пытаясь сдержаться и утыкается лбом в плечо Бака. Это слишком лично, слишком интимно, будто Эми подглядывает в замочную скважину. В который раз она задаётся вопросом – как они могут не замечать очевидного? ; - Итак, Эми! – Мэдди внезапно подобралась поближе и протянула ей бокал с вином. - Мм? – собственный голос показался ей таким тихим, растерянным. Сколько она простояла там, наблюдая за разыгравшейся романтичной сценой? Явно больше положенного. - Ты из Лос-Анджелеса? Прошло уже почти два месяца, а мы всё ещё ничего не знаем о тебе. Расскажи нам всё! – в словах Мэдди звучало явное нетерпение, а все остальные лишь закивали. - Эм… нет, на самом деле. Я прожила большую часть жизни здесь, но до восьми лет мы жили в Пенсильвании. – что-то в груди дрогнуло, как и всегда, когда приходилось вспоминать о детстве. Не то чтобы всё было так плохо, просто сложно, наверное. Эми старалась не задумываться, не позволять эмоциям взять верх, только не сейчас. Но окружающие, похоже, совсем не заметили её борьбы. - Правда!? Мы тоже оттуда! – энтузиазм в голосе Мэдди не иссякал. Эми задумалась, влияет ли на это беременность или она всегда такая? Может, это семейная черта Бакли. – А почему переехали? Не скучаешь по родному городу? Не то чтобы ей хотелось пересказывать всю свою историю жизни сейчас, но и промолчать было бы грубо. Она вспомнила, как её сестра, будучи на 4 месяце, но с уже довольно круглым животом, ходила за ней хвостиком всюду. Эми никогда не могла ей отказать, что бы она ни попросила, будь то поход в магазин среди ночи, или пение колыбельной, чтобы успокоить тревожность. Мэдди, со своей милой улыбкой и щенячьими глазами, точно, как у Бака, вдруг напомнила ей сестру. - Родители развелись, и мы с мамой и сестрой переехали сюда, к тёте. Больше я не возвращалась в Пенсильванию. – это была ложь. Она была там, даже в своём городе. Но это было так давно, и она даже не выезжала из аэропорта, так что это не считается. - Ты младшая или старшая? - Мы двойняшки, но я старше на 23 минуты. – Эми порылась в телефоне, в поисках хоть какой-то фотографии, но в галерее было пусто. Верно, они с Эли не виделись с прошлого года, но даже тогда они не фотографировались. Пришлось лезть в инстаграм. Последнее их совместное фото двухгодичной давности, когда Эли приезжала на выходные с сыном. - Но вы же совсем не похожи! – Чимни взял телефон и прищурился, будто силясь найти сходство. На экране они с Алисией улыбаются, щурясь от яркого полуденного солнца, в руках у каждой облако сладкой ваты, а позади, за её плечом, Джеймс сосредоточенно пытается выбить игрушку в ярмарочной игре. Это был хороший день. Они наелись сладостей, покатались на аттракционах и выиграли три плюшевых игрушки на ярмарке. - Она сказала двойняшки, а не близнецы, тупица! – Хэн толкнула Чима в плечо и отобрала телефон. Эми позволила себе отвлечься, не слушая препирательства лучших друзей. Вместо этого её взгляд вернулся к Баку и Эдди. На этот раз они сидели на траве, пока счастливый Чарли скакал вокруг с Крисом и другими детьми. Радостный лай разносился по округе, когда пёс весело позволял поймать себя, валился на спину и подставлял мягкий живот ласковым рукам. Он кувыркался, прыгал на Эдди, желая отобрать пищащую плюшевую лошадь, с готовностью выполнял все команды, выкрикиваемые детьми. Это было идеально, словно картинка в журнале. Детские костюмы супергероев, скелетов и ниндзя уже давно измялись, чей-то красный плащ валялся на садовом кресле, забытый, на локтях и коленях были видны следы травы и собачьих лап. Но всё было прекрасно. Пока остальные были заняты едой и сплетнями, Эми наблюдала самый семейный момент. Вскоре Чарли прибежал к ней, радостно виляя хвостом и свесив на бок язык. Ободок с антеннами уже где-то потерялся, а полосатая накидка съехала на бок. Эми решила её снять. Пока пёс жадно пил воду, Бобби принёс мороженное и дети кинулись за стол. Бак и Эдди отказались присоединиться к команде и остались сидеть в пятне яркого света, не замечая никого вокруг. Эми снова почувствовала себя шпионом, следящим из-за угла. Эдди упёрся взглядом в собственные сцепленные пальцы, хмурая складка на лбу выдавала его беспокойство. Бак молчал, внимательно слушая, а после торопливо обнял и позволил положить голову на своё плечо. Эми отвернулась, возвращаясь в собственную реальность и остаток вечера старалась не смотреть на них.
