Командор, разрешите доложить

      Внутренности разъедала ярость.       Вииша засыпала и просыпалась с нею столько, сколько себя помнила, училась сдержанности, контролю, дьявольски холодному рассудку — наивно верила, что сумела подчинить разнузданные эмоции. И вот она глядела в наглые глаза Ноктикулы и задыхалась от желания разорвать её на куски. В черепе билось ревущее, истеричное: «Я не вещь!».       Её использовали. За ней наблюдали — с самого рождения, так сказала эта погань Ворлеш? Какие ещё события в её жизни были частью интриги проклятых демонов?       Виише хотелось убивать.       Попадись сейчас под руку какой-нибудь неудачник — разрубила бы напополам. Особенно демона. Хаотичные, омерзительные по своей природе твари… такие же, как она?       Интересно, знал ли отец? Дед? Не могло ведь быть такого, чтобы они ничего не заметили?.. Не почувствовали?..       Каждая клеточка тела трепетала и от силы, поднявшей голову, и от боли, как от предательства. Самой себя, выходит? Семьи, до которой не стоило и надеяться допрыгнуть? Нимб — откровенно осточертевшее наследие Высших Планов — горел от переживаний и скребущих на душе — ха-ха — когтей. Перья на не менее доставших крыльях топоршились.       Вииша могла сколько угодно тренировать невозмутимые выражение лица и интонации, но тело выдавало её с головой. Кинжалы взглядов спутников, впивающиеся в спину, ситуацию лучше не делали.       Ноктикула, кажется, получала искреннее удовольствие. О, какое унижение! Будучи верной слугой владыки Асмодея, оказаться всего лишь орудием в руках похотливого, хаотичного создания Бездны. Вииша как никогда ненавидела всех вокруг — себя в первую очередь.       — Жаль, что твой ангел оставил тебя, смертная, — небрежно вздохнула Ноктикула, не отрывая внимательного, испытующего взгляда. — Мне было бы интересно потолковать с ним. Вряд ли ещё представится такой шанс — жить этому небесному простофиле осталось недолго.       Последний осколок ясного сознания зацепился за эти слова. Вииша вдохнула. Выдохнула. Не время сейчас поддаваться свойственной всем смертным слабости. Пусть она заляпана омерзительным оттенком Бездны, она — всё ещё она. Командор Пятого крестового похода. Дочь светозарного лорда Рагасиэля и внучка Владыки второго круга Диспатера. Вииша.       — Почему ты считаешь, что Длань Наследницы погибнет?       Её дело — вытащить из Ноктикулы столько информации, сколько та захочет ей поведать. А после использовать в своих интересах. Так учил дед. Вииша не могла его подвести.       Поэтому она задавала вопросы, выстраивала в голове цепочки, искала возможности спасти. Эхо Дескари, может, и грозный враг, но и на него найдётся управа. Только бы ангел не натворил глупостей — пусть он и уже. Вииша была почти готова отбросить сжимающую горло гордость и обратиться к отцу за помощью.       Нарушило ли бы это равновесие?..       Ноктикула, проницательная сука, как почувствовала, когда стоит ударить в самое уязвимое место.       — Любопытная пташка этот ангел. До того, как стать герольдом Иомедай, он ведь служил твоему отцу, Полководцу Отмщения, — даже задумчивая, Ноктикула продолжала звучать издевательски. — Мне всегда казалась любопытной судьба этого светозарного лорда. Сын дьявола из Преисподней, сколько подвигов ему пришлось совершить, чтобы искупить в глазах других светозарный лордов своё нечистое наследие?.. Он никогда об этом не рассказывал?       Вииша отчётливо скрипнула зубами. Незримая рана в груди после ссоры с отцом ныла и болела, будто в неё воткнули нож и провернули. Не стоило и сомневаться, на что Ноктикула намекала. Виише предстояло пройти по пути отца — не опустить голову, не выронить из рук клинок.       Возможно, ей сейчас не помешал бы его совет. Хотя бы уверенное тепло рядом, крепкое кольцо объятий, в котором тридцатилетняя Вииша нуждалась не меньше, чем пятилетняя.       Сейчас, однако, была Ноктикула. Их совпадающие цели и общие враги. А поплакаться о тяжёлой доле Вииша ещё непременно успеет. Если найдёт для этого время.       Поэтому она только презрительно ухмыльнулась уголком губ. В лучших традициях своего деда.