Твоя головная боль

Сентябрь в Ядер-Тауне был унылым и сонным. Как, впрочем, и предыдущие несколько месяцев, прошедшие с момента битвы за Брэдбертон. Рейдерам Кольтера удалось почти без потерь покрошить окопавшихся там гулей, и это немного подняло боевой дух местного общества. Но теперь им снова было скучно. Кольтер терял хватку, больше не брался за масштабные набеги, потерял интерес к продвижению на восток, и Гейдж чувствовал, что следом за ним скатывается в тупую рутину. Если так пойдёт дальше, их обоих свои же и прикончат. Гейдж сплюнул сквозь зубы и бросил быстрый взгляд на открывавшуюся сверху панораму парка. Бар «Физзтоп» был их постоянным местом сбора. Он работал по назначению уже семь лет, едва ли не с первого дня после захвата рейдерами Ядер-Тауна. Баром управлял Майлз, бывший снайпер Операторов. Он держал в железном кулаке десяток рабов, наладил кухню и не задирал цены, предпочитая лишней крышке получение новостей из первых рук. Сам хозяин бара появлялся лишь в дни общих собраний, но и без него заведение работало исправно. Рабы Майлза умудрялись быть незаметными и не докучать посетителям своим присутствием. Непривычное движение привлекло внимание Гейджа. — Босс, глянь, — окликнул он и кивком указал в сторону деревянного лифта. Кольтер ровнее сел на стуле как раз в тот момент, когда площадка поднялась на их этаж и с неё соскочил новобранец-Оператор. Напарники переглянулись. Гейдж уже нутром почуял, что день может стать не таким унылым. — Салют, босс. Здорово, Гейдж. В транзитном центре такое видел, не поверите! — Рассказывай, может, и поверим, — махнул рукой Гейдж. Он чему угодно был готов поверить. Последнее время Ядер-Таун стремительно превращался в болото. Из сбивчивой речи новобранца, перебиваемой кашлем от долгого бега, удалось уловить следующее. С востока, со стороны Содружества, появился путник. Он был одет в защитный костюм с зеркальным куполом, поэтому мнения о том, мужчина это или женщина, у дозорных разделились. Из оружия у путника были снайперский карабин и бейсбольная бита, искрящаяся электрической спиралью. Он зашёл не в основные ворота, а слева от них, поднялся по горе мусора на крышу будки и сходу уложил находившихся там стрелков. А потом наёмники выпустили штурмотрона. Наблюдать за тем, как робот-штурмовик с головным лазером и свёрлами в руках, быстрый, как сама смерть, кромсает незадачливых путников, было любимым развлечением рейдерского дозора. Гейдж иногда думал заполучить такого в охрану. — Ну и? — поторопил он, откуда-то понимая, что дальше будет интересно. Историй про этого штурмотрона среди молодняка хватало, многие специально в дозор вызывались, чтобы посмотреть на него в бою. Так, чтобы стрелки не заметили, разумеется. В каждой банде робот уложил человек по десять, прежде чем рейдеры Ядер-Мира научились наблюдать скрытно. Короче, ради одного штурмотрона этот доходяга сюда бы не побежал. Гейдж бросил быстрый взгляд в сторону Кольтера. Тот тоже слушал внимательно. — В общем, этсамое… — гонец набрал воздуха в грудь. — С ним сентрибот. Гейдж, имевший некоторые представления о довоенных роботах, недоверчиво хмыкнул. — Гонишь. — Не, Гейдж, чтоб я сдох! Было непохоже, чтобы дозорный врал. Гейдж потёр подбородок. Несколько раз, ещё в Содружестве, он видел сентриботов. Одного из них даже пытался взломать, подобравшись сзади. Всё, что он помнил об охранных роботах, сводилось к их перегревающимся задним батареям, неплохой проходимости танковых ног и миниганам в руках. Вроде бы говорили, что у них отличная броня, но своего мнения на этот счёт у Гейджа не было — ему ни разу не доводилось с близкого расстояния в них стрелять. Нет, кроме шуток, неплохое довоенное изобретение, но размотать штурмотрона стрелков? Дозорные не раз видели, как с ним занимаются на тренировочной площадке, натаскивают на убийство движущихся мишеней. И тут вдруг сентрибот. Гейдж даже пожалел, что битва роботов прошла мимо него. — Ты хочешь сказать, что пришелец с сентриботом зачистили транзитный центр? — впервые за весь рассказ подал голос Кольтер. — Точно, босс. Когда меня парни сюда послали, там кроме этих двоих никого не осталось, только гора трупов, он их обчищал. Кольтер и Гейдж снова переглянулись. Давно не было ничего подобного. — Свистни Харви, пусть делом займётся. — Есть, босс, — Гейдж поднялся со стула и, отодвинув гонца, шагнул на деревянный лифт. Кажется, день перестаёт быть унылым дерьмом. Харви он нашёл возле амфитеатра Брэдбертона. При виде напарника босса тот инстинктивно сжался и попытался слиться со стеной. Гейдж хмыкнул. — Не ссы, Харв, дело есть, — он хлопнул поселенца по плечу. — Дуй в транзитный центр, надо одному человечку песню спеть. Харви понуро кивнул. Он хорошо знал, что это значит. — И без глупостей, — как бы между прочим напомнил Гейдж. — Вздумаешь сбежать — подвешу за яйца. Хотя, если верить доходяге из дозора, сейчас момент для побега как нельзя более удачный. Все стрелки мертвы, их штурмотрон валяется по частям во внутреннем дворе. От этой невольной мысли у Гейджа дёрнулся глаз. Непривычно. Но Харви об этом знать не обязательно. Поселенец дождался, пока Гейдж снимет с него ошейник, ещё раз кивнул и потащился к погнутому, ещё довоенному велосипеду, прислонённому к стене. Гейдж проводил его взглядом. Интересные события намечаются. Отправив Харви заманивать путника в лабиринт, Гейдж вернулся в «Физзтоп». Кольтера он нашёл на том же месте, где и оставил. Ещё поднимаясь на деревянном лифте на террасу бара, Гейдж безошибочно считал нервное сосредоточенное настроение давнего компаньона. Вопреки расхожему среди рейдеров мнению, босс почти не употреблял алкоголь — не считал своё окружение достаточно безопасным, чтобы терять над ним контроль. Его поведение было обусловлено исключительно поганым характером, но не внешними стимулами. — Босс, если не брехня это всё, сегодня сможем развлечься в лабиринте, — предложил Гейдж, плюхаясь на стул. Кольтер пожал плечами. — Ты сам-то веришь? — Не знаю. Но зачем дозорному врать? Вот просто — чтобы что? Чтобы, когда мы узнаем, что он сбрехал и штурмовик по-прежнему бегает в транзитном центре, его голова оказалась на колу? Нет, не годится. С другой стороны, какой-то чувак с сентриботом приходит из Пустошей и метелит стрелков… такое бывает? — Гейдж скорее рассуждал вслух, чем ждал ответа. Но история действительно выглядела странно. И, что самое обидное, могла закончиться, едва начавшись. За последний год их лабиринт не прошёл никто. Год назад — прошли двое, но потом Кольтер убил обоих на арене за пять минут. Скучно. Гейдж предлагал упростить лабиринт, сделать его менее кровавым, но босс желал выходить на арену лишь с лучшими. Закончилось тем, что боёв на Арене Ядер-мобильчиков за год не было вообще. Народ требовал зрелищ. Вместо этого все они вслед за боссом погружались в болото скуки. Слишком сильным будет разочарование, если и этот мифический победитель стрелков покинет этот мир, не дойдя до Арены. Хотя, с другой стороны, если так, то им достанется сентрибот. Если удастся его перепрограммировать и сделать личным охранником босса, это поможет сдерживать конфликты между бандами. Как ни крути, одни плюсы. Внимание напарников привлёк стук колёс поезда. Это могло значить только одно: Харви был убедителен настолько, что путешественник согласился включить резервное питание, сел в Ядер-экспресс и смог сдвинуть его с места. И теперь поезд, простоявший без дела почти полгода, бодро катит в сторону парка. — Ставлю пятьсот крышек, что он пройдёт лабиринт, — это подошёл Уильям, брат Мэг. Гейдж хмыкнул: новость пошла в народ. Операторы вон уже в курсе. — С чего вдруг? — А ты давно в наших краях встречал сентриботов? — Уильям придвинул стул и тоже сел. — Если этот проходимец таскает с собой охранного робота, значит, как минимум голова у него не соломой набита. Их попробуй перепрошей ещё, им вояки в своё время таких блокировок накинули — любо-дорого. — Откуда такие познания? — заинтересовался Кольтер. — Мы с Мэг армию прошли, босс, — Уильям невесело усмехнулся. — Много чего повидали, и этих консервных банок — в том числе. С ними ведь как… Никогда нельзя быть уверенным, что он на твоей стороне. У них блок управления сзади, под батареями. И ты вроде всё перерыл, трижды перепроверил, в бою его погонял. А потом он включается среди ночи, встаёт над тобой и из своих миниганов в упор расстреливает, и ты никогда уже больше не просыпаешься. Повисла пауза. Уильям крутил в пальцах фрагмент клешни мирелурка. Гейдж машинально коснулся металлической пластины на лице. Где у сентриботов расположен блок управления, он и сам прекрасно знал. Ещё в юности они встретили одного такого у старого солдата. Тот доживал свои дни в останках автобуса на окраине Даймонд-сити, и присутствие рядом с ним боевого робота выглядело как саркастичное напоминание о былом. Старик приютил напарников на ночь в своём автобусе, поделился едой и выпивкой, а потом, оставив их сидеть у костра, уполз спать. Решение угнать робота пришло внезапно. Гейдж уже и не помнил, чья была идея — его или Кольтера, но навыки обращения с роботами имел только он. Ему и выпала удача лезть в темноте к сентриботу, искать у того на спине блок управления и пытаться подключиться. Тогда Гейдж и узнал — на всю жизнь запомнил — что если робот-охранник опускает руки по бокам туловища, наклоняет голову и издаёт предупреждающий сигнал, то бежать от него нужно без оглядки и как можно дальше, потому что через мгновение его батареи раскалятся докрасна, а из спины вырвутся столбы пара. После того случая Гейдж валялся в больнице Даймонд-сити три недели. К сентриботам они потом не приближались ещё лет десять, но идея осталась. Просто теперь ни он, ни Кольтер не собирались рисковать сами. — А что там про миниганы? Кого он так удачно расстрелял, тебя, что ли? — Гейдж оскалился, пытаясь казаться более весёлым, чем был на самом деле. — А? — Уильям вынырнул из своих мыслей. — Нет, этот капрал наш… в робототехнике упражнялся. Ему трофейного привезли, причём очень удачно, как мы сначала думали, всё сложилось. У них при попадании в плен срабатывает самоуничтожение — уж не знаю, как это сделано, как они понимают, что кругом враги. А этого отключили прям в бою и привезли на грузовике, выключенным. И капрал Паркер над ним неделю колдовал, прежде чем включать первый раз. Включил, всё штатно. Даже сражался этот робот за нас раза четыре, капрал на него чуть не молился, водку с ним пил. А потом — вот. Робот тогда вместе с капралом ещё четверых положил, а потом и сам взорвался, всю казарму разнесло. Причём ведь их запрещено в жилых помещениях держать, но капрал упёрся, затащил его… В общем, с тех пор есть у меня к ним, так скажем, некоторые претензии. — Тем интереснее, — Кольтер демонстративно сжал кулаки. — Повеселимся. Все трое прислушались. Стук колёс стих. А следом из многочисленных радиоточек Ядер-Мира донёсся голос Красного Глаза, возвещающий, что путник вошёл в лабиринт. Гейдж мысленно прикинул: сам бы он прошёл весь лабиринт за пару часов, но он сам ведь его и составлял. Под его руководством расставляли ловушки, турели и мины, сажали в клетки радкрыс. И даже аниматронного пришельца с пушкой он сам притащил. А здесь новичок, идёт первый раз. Нет, с другой стороны, путник не такой и новичок, он прикончил десяток стрелков, но, если уж совсем честно, Гейдж никогда не считал этих стрелков равными его лучшим бойцам. И существовал этот лагерь во многом благодаря их штурмотрону, который… (Гейдж мысленно усмехнулся) который, если верить рассказам дозорных, теперь по частям разбросан в транзитном центре. Не забыть отправить туда кого-нибудь, чтобы сняли головной лазер, пригодится. Оставалось лишь ждать, краем уха слушая трансляцию. Если испытуемый так и останется в лабиринте, Красный Глаз немедленно об этом сообщит. Гейдж мысленно начал перебирать знакомых на предмет навыков робототехники. Ловушки лабиринта опасны для человека, но робот, вероятнее всего, уцелеет, разве что потеряет часть пластин брони — ну так их потом можно подобрать, выправить и вернуть на место. В целом, у них были неплохие шансы заполучить сентрибота, нужен лишь кто-то, кто сможет там же, на месте, его перепрошить и вытащить из лабиринта. — Уилл, у тебя есть кто на примете? Кто к роботу сможет подключиться. — И что нам за это будет? Бесплатно к сентриботу лезть дураков нет. Гейдж хмыкнул. Не поспоришь. — Галактика. — И..? Ах ты сука. — Не наглей. Босс, ты не против? Предстоящий бой на Арене, разбавлявший тупую рутину, значительно улучшил настроение Кольтера. Гейдж даже рискнул от его лица торговаться с Уильямом за зоны влияния, не опасаясь вспышки гнева босса. Да и потом, Кольтер не мог не понимать, что без должного вознаграждения к роботу никто не полезет даже под страхом пыток. Кольтер был рядом с Гейджем, стоял в нескольких метрах, когда взорвался пáром тот сентрибот возле автобуса. Он же и тащил потом Гейджа до Даймонд-сити, и видел, как сходила лоскутами обожжённая кожа с головы и торса напарника. Все, кто понимает их опасность, просто так к этому роботу не подойдут. В Ядер-Тауне есть много тех, кто не понимает, но толку? Можно хоть всех поселенцев к нему отправить, он их перестреляет, но как это поможет боссу перепрограммировать робота на роль личного охранника? Нет, здесь нужен человек, умеющий с ними обращаться. Если в банде Мэг такие есть, этим нужно воспользоваться. Между тем, судя по ходу трансляции, испытуемый разобрался с турелями на входе, пробежал по рассыпающимся деревянным доскам, кинул перед собой какой-то хлам, спровоцировав срабатывание нескольких ловушек, и продолжал продвигаться вперёд. То есть прошёл примерно четверть лабиринта, не потеряв ещё ни одной конечности. Уильям жестом подозвал одного из своих. — Парни, сгоняйте до красноглазого, спросите, робот цел? Они вместе идут? И на сетке кого-нибудь поставьте. Операторы ушли. Уильям задумчиво побарабанил пальцами по столу. В их банде было несколько человек, способных как минимум выключить робота и тем самым выиграть время. Нужно поговорить с сестрой. Ещё утром никто и подумать не мог, что в лабиринте окажется сентрибот, бронированный привет из военного прошлого. Совсем скоро он будет здесь. Не факт, что дойдёт человек, но роботу-то что сделается? Взорваться может, посетила внезапная мысль. Уильям от неё отмахнулся. Не такие там ловушки, чтобы взорвать охранного робота. Газ да мирелурки. Мирелурки от него сами разбегутся, газ роботу не страшен. Нужно просто ждать. Прошло около получаса. Со стороны радиовышки вернулся один из Операторов. — Идут вместе. Скоро будут у сетки. Так в Ядер-Мире называли часть лабиринта, накрытую проволочным каркасом. С него рейдеры сверху обстреливали испытуемого и соревновались, кто точнее попадёт. Оставалось не так уж много. Кольтер и Гейдж переглянулись. — Босс, ты готов? — Иди броню собирай, — вместо ответа бросил Кольтер. — Позовёшь, когда в раздевалку зайдёт. Если зайдёт.

***

Броня босса была готова, стояла на том же месте, что и год назад. Кольтер за пределами Арены её не использовал. Гейдж сам вытащил броню в центр круга — он никому не позволял прикасаться к ней, считая её состояние личной ответственностью. Силовая броня босса была изобретением напарников и на заре их карьеры в Ядер-Тауне очень им помогла. Первые годы в городе были особенно богаты на убийства. Гейдж запитал броню от электросистемы Арены, проверил — ничего необычного. Подключать её умел только он, Кольтер в это не вникал. И если бы Гейджу вдруг захотелось избавиться от давнего напарника, сделать это с помощью брони было бы не так сложно. Босс был жив исключительно потому, что Гейдж не видел причин его убивать, и оба они это понимали. Вокруг Арены начала собираться толпа. Прибежала с докладом девчонка-Адепт. — Они прошли сетку. В озере мирелурков подняли со дна какой-то молот. Идут дальше. Гейдж не выдал своего удивления, продолжая проверять броню. Если у испытуемого ещё хватает сил что-то поднимать со дна, он не так прост. Обычно к озеру мирелурков претенденты уже на пределе. А молот… с молотом шёл мутант года четыре назад. Его труп, знатно обглоданный, до сих пор валялся на берегу озера. Появился босс. Гейдж отключил броню от электросети, помог напарнику экипироваться. — Скоро будут здесь. — Понял. Кровожадное возбуждение напарника передалось и Гейджу. Едва ли не впервые на Арене будет человек не вымотанный долгим лабиринтом, а вполне боеспособный. Со стороны раздевалки послышался шум, оба рейдера обернулись. — Этот? — Кольтер смерил взглядом фигуру в защитном костюме, показавшуюся за стеклом. — Выглядит не слишком впечатляюще. — Он прошёл лабиринт, — напомнил Гейдж, подключая броню. Белые молнии зазмеились по всей поверхности экипировки. — Всё готово, босс. Буду ждать у выхода. Оставшись на арене один, Кольтер обошёл круг, потрясая поднятым вверх кулаком. — Вы готовы к битве? Готовы увидеть кровь? Толпа согласно загудела. Им и правда не хватало зрелищ. — А ты — ты же понимаешь, что сегодня умрёшь? Ты готов к смерти? Гейдж поднялся на второй этаж, занял место у пульта напротив выхода на арену. Он видел испытуемого — фигуру непонятного пола в защитном комбинезоне и с зеркальным куполом вместо шлема. Где, чёрт возьми, сентрибот? И тут он увидел. Со стороны раздевалки по застеклённому коридору двигался робот. Огромный, чёрный, он был раза в полтора шире тех, что доводилось до этого видеть Гейджу. И был он в какой-то нестандартной броне, которая на корпусе, всех трёх ногах и правой руке искрилась молниями. В электрической, мать его, броне. Какое именно оружие встроено в руки робота, Гейдж не рассмотрел, но и без этого понял, что позволить этой башне выйти на арену будет приговором для Кольтера. Не то чтобы Гейдж сомневался в своём компаньоне, но… это переделанный военный робот в электрической броне и вроде бы даже с ракетомётами на плечах. Ему броня босса — что когтю смерти дробина. Был бы хоть в штатной комплектации, а тут… Броня Кольтера выдерживала гранаты, мины, любое доступное в Ядер-Мире огнестрельное оружие (разве что «Толстяк» не проверяли — не нашли). Но рисковать жизнью напарника, подставляя его под переделанного сентрибота, Гейдж был не готов. Он открыл дверь. Кольтер продолжал орать с арены и вряд ли что-то видел, кроме шагнувшей в круг фигуры. И пока робот тяжело разворачивался в ограниченном пространстве коридора, Гейдж захлопнул дверь обратно, отрезая испытуемого от его спутника. Робот ударился в преграду, арена содрогнулась. Потом, после боя, Кольтер будет в бешенстве и выльет на напарника потоки словесного дерьма, обвиняя того в неверии в его, босса, силы. Но это потом. Гейдж позволил себе ненадолго выдохнуть. Гора чёрной искрящейся брони продолжала биться в дверь, арена тряслась, но дело было сделано: испытуемый и Кольтер остались один на один. Претендент показал себя не дураком — к боссу не приближался, понимая, что его броня опасна, и стрелял из карабина с противоположного конца арены. Кольтер самодовольно ржал, даже не пытаясь уворачиваться от выстрелов, и стрелял в ответ. Они бегали по кругу несколько минут, в течение которых Гейдж со своего места внимательно рассматривал претендента. И по манере движений понял, что это женщина. Он ненадолго отвлёкся, а когда снова вернулся взглядом на арену, новичок сменил оружие. Теперь вместо карабина у него (у неё) был несуразный маленький пистолет, стреляющий светящимися неровными лучами. — Гамма-пушка, — донеслось до Гейджа, и он обернулся. — Что? Шёпот стих, но к нему подошла Мэг. — Ты знаешь, что это? — вместо ответа спросила она. — Это гамма-пушка. Ими сражаются Дети Атома. Теперь понятно, откуда он такой. Как у нашего босса с защитой от радиации? — Всё путём, — машинально ответил Гейдж, а потом задумался. Туловище брони было неплохо защищено от радиации, но вот конечности и особенно голова… И претендентка это, кажется, тоже поняла. Она целилась Кольтеру в голову и стреляла почти непрерывно, зелёные лучи рассеивались, создавая вокруг босса призрачное сияние. Что дело плохо, Гейдж понял, когда Кольтер начал стрелять совершенно мимо цели и пару раз даже попал по зрителям. Да, броня спасала от разового воздействия, но сейчас арена была залита зелёным сиянием, а Кольтер закрывал визор на шлеме рукой, будто пытаясь его протереть. Гейдж приподнялся со своего места. Толпа за пределами круга заинтересованно прилипла к стеклу. Босс был почти повержен. Такого не было с самого начала существования лабиринта. Претендентка перестала стрелять и подняла руку с пистолетом вверх. Рано радуется, сейчас босс проморгается и пристрелит её, подумал Гейдж. В рейдерском мире не было места милосердию. Она должна его добить, или он добьёт её, просто она этого ещё не понимает. В тот момент, когда Кольтер, действительно сумев каким-то чудом вернуть себе остроту зрения, навёл на женщину дробовик, арена вновь содрогнулась. Робот вышиб дверь и, застряв в металлической раме, выехал на арену вместе с ней. Следом выпал кусок стены. Гейдж не успел толком опомниться, как робот сбил босса с ног, и тот влетел в одну из машинок. Броня отцепилась от дуги электропитания и погасла. Толпа ахнула. Гейдж вскочил и бросился вниз, открывать двери. И запоздало понял, что как-то слишком тихо. Когда он выбежал на арену, сентрибот стоял перед поверженным боссом, опустив руки и склонив голову, от батарей исходил хорошо знакомый жар. — Я победила, — спокойно заметила претендентка. Гейдж не сразу заметил её в зелёном сиянии. — Но добивать его я не буду. Это не в моих правилах. Толпа недовольно загудела — рейдеры жаждали крови. Побеждённого босса следовало добить. Женщина хмыкнула. — Если кто-то несогласен, докажите мне своё мнение в бою. Желающих не нашлось. В тот момент Гейдж был ей благодарен. — Меня зовут Гейдж. Портер Гейдж. Ты победила нашего босса. — Анна. А это Ада, — она кивнула на робота. — Иди сюда, моя хорошая, помогу тебе снять эту пакость. — Иду, мэм. Сентрибот подкатил к женщине, и та попыталась снять с него дверную раму. Не сразу, но это у неё получилось. Робот был выше своей хозяйки примерно на полметра. Гейдж в это время пытался привести напарника в сознание. — Слушай, я тут всё уберу, а ты дождись меня в баре «Физзтоп». Угощу и познакомлю с народом. — Идёт, — фыркнула она. Обстановка для подобной беседы была на удивление неподходящей. — Заодно расскажешь, какого чёрта у вас здесь происходит. Выход я найду, не провожай. — Мэм, вы не ранены? — донёсся до Гейджа голос. Женщина и её сентрибот удалялись в сторону главного входа. Провожая их взглядом, Гейдж внезапно сообразил: а с каких пор у сентриботов настолько продвинутый речевой модуль? Они ведь всегда говорили пару стандартных фраз, что-то вроде «Не мешайте проведению операции по сохранению безопасности», не более того. А ещё голос этого робота звучал странно знакомо, как будто Гейдж уже слышал его — когда-то давно. Вот только не был уверен, что ему не показалось.