Красный Яр-Зона безмолвия

Новые силы Пятница. Жаркое, раннее утро. Лихово. Солнце только вставало, розовый свет ложился на крыши домов, на купол церкви, на траву, примятую ночными шагами. В доме священника было тихо. Кристина проснулась первой — от того, что язык онемел. Она подошла к мутному зеркалу, высунула его. На кончике, почти незаметно, чернела маленькая точка, а внутри неё — ещё одна, крошечная. — Шёпот, — прошептала она, и в ответ услышала едва различимый внутренний голос: «...тише... мы теперь вместе...» Рядом заворочался Димон. Он сел на лавке, разжал кулаки и уставился на ладони. На правой — чёрный глаз с белым зрачком, на левой — белый с чёрным. Они были закрыты, но под кожей чувствовалось движение — будто кто-то водил пальцем изнутри. — Прозрец, — сказал Димон тихо. — Он говорит, что я теперь вижу то, что другие не видят. И что у меня будет болеть голова. — Привыкай, — буркнул Лёня, поправляя очки. На его лбу тускло светилась синяя спираль — геометричная, ровная, как чертёж. — Вектор сказал, что я могу двигать предметы силой мысли. И что я — стратег. — Стратег, который не может найти свои очки, — усмехнулась Кристина. — Очки на месте, — обиделся Лёня. В комнату вошли остальные. Саня, Артём, Витя, Руслан, Алиса, Ульяна — все с ещё не до конца сошедшими метками. Сели за стол. Священник поставил самовар, разлил чай по кружкам. — Ну, — сказал Артём, отпивая глоток. — Рассказывайте. Кто что умеет и откуда узнал? --- Саня первым отодвинул кружку. Правая рука слабо засветилась голубым. — Светлый показал мне всё во сне. Первое — копья. Я могу сформировать из молнии копьё и метнуть. Попадает точно, пробивает насквозь. Второе — дрифт. Я пропускаю электричество через ноги, и они начинают скользить над землёй. Не касаюсь руками — просто лечу в сантиметре от земли. Могу разгоняться, резко менять направление. В-третьих — разряд через захват. Если схватить врага — пропустить через него миллион вольт. Он поджаривается заживо. И четвёртое — пиковая форма. Волосы становятся белыми, тело покрывается трещинами, я превращаюсь в живую молнию. Но после этого — судороги и обугленная кожа. — А как ты узнал про пиковую форму? — спросил Витя. — Светлый показал. Во сне. Я видел, как он сражался в древности. Страшно и красиво. --- Артём потёр левую щёку — метка ещё немного светилась. — Бурный — спокойный, рассудительный. Он не говорит много, но показал мне три вещи. Первая — левитация. Я могу подниматься в воздух, висеть, двигаться в любом направлении. Не быстро, но плавно. Вторая — воздушные лезвия. Сжимаю воздух в ладони, выпускаю тонкой струёй — режет как ножом. И третье — разрыв. Если прижать ладонь к врагу и выпустить сжатый воздух изнутри — врага разрывает. Бурный сказал, что это требует полного контакта. Пиковая форма — «Буря». Я становлюсь полупрозрачным, создаю вокруг себя вихрь, могу резать всё в радиусе. Но после — слабость, не могу стоять. — Ты уже использовал разрыв на свинтусе, — заметил Саня. — Да. Бурный сам взял контроль. Теперь я учусь делать это осознанно. --- Витя сжал кулаки — из пальцев вырвался дымок. — Инферно — безумный. Он любит жечь. Показал мне три техники. Первая — струя огня. Просто выпускаю пламя из ладони, плотное, как луч. Можно резать, можно жечь. Вторая — огненный шар. Сжимаю огонь в кулаке, превращаю в шар и бросаю. Назвал это «Испепеление». Шар взрывается при ударе, оставляя воронку. Третье — тело в огне. Я покрываюсь пламенем, становлюсь неуязвимым для обычного оружия, но долго не продержаться. Пиковая форма — «Пламя». Кожа в трещинах, из которых сочится лава. После неё — сильные ожоги, руки болят несколько дней. — А как ты узнал названия? — спросил Лёня. — Инферно кричал их во сне. Он вообще громкий. --- Руслан молчал, потом встал и снял футболку. На спине ещё виднелись красные трещины. — Луу — дух горы. Он не говорит словами — передаёт ощущения. Первое — каменная кожа. Моё тело становится твёрдым, как скала. Пули, когти, удары — не страшно. Второе — сила. Я могу поднимать валуны, выбивать двери, бить так, что земля трескается. Третье — увеличение веса. Могу сделать себя тяжелее в несколько раз, чтобы не сдвинули с места. Пиковая форма — «Гора». Я вырастаю до двух с половиной метров, мышцы вздуваются, кожа становится серой с красными прожилками. После неё — трещины на теле, болят несколько дней. — А ты тоже видел сны? — спросила Алиса. — Не сны. Ощущения. Как будто внутри меня просыпается древняя тяжесть. --- Алиса тронула свою щёку — жёлто-чёрная трещина. — Дисперсия — дух времени. Она говорит шёпотом, как эхо. Первая способность — остановка времени. На несколько секунд я замораживаю всё вокруг. Враги не двигаются, предметы висят в воздухе. Я могу перемещаться, но не могу их ранить — они как каменные. Вторая — ускорение себя. Я двигаюсь быстрее, чем глаз может уловить, но сердце бьётся так, что может остановиться. Третья — пока не знаю. Дисперсия сказала, что я смогу отматывать свои действия на пару секунд назад, если ошибусь. Пиковая форма — «Стриж». Волосы серебрятся, глаза становятся чёрными с белыми зрачками. После неё — дезориентация, не могу отличить прошлое от настоящего. — Ты уже пробовала остановить время? — спросил Витя. — Вчера, когда Жердяй напал. На две секунды. Еле хватило сил. --- Ульяна показала на горло — три розовые волны. — Резонанс — дух звука. Он весёлый, но когда злится — страшный. Первое — крик. Могу издать звук такой силы, что врага разрывает, а стёкла вылетают. Второе — песня. Могу петь так, чтобы враг делал, что я хочу. Например, застыл на месте или пошёл в нужную сторону. Третье — вибрация. Могу заставить предметы резонировать и разрушаться. Пиковая форма — «Сирена». Волосы становятся ярко-розовыми, светятся, изо рта идёт видимая глазу рябь. После неё — теряю голос на сутки. — А ты уже пробовала петь на Жердяя? — спросил Димон. — Нет. Он слишком сильный. Но в следующий раз попробую. --- Кристина заговорила последней, шёпотом, почти беззвучно. — Шёпот — дух тишины. Он не любит говорить, только когда нужно. Первое — зона тишины. Вокруг меня гаснут все звуки. Враг не слышит ничего, даже своих шагов. Он дезориентирован. Второе — убийственный шёпот. Если я шепну что-то на ухо врагу — он умрёт. Или будет мучиться. Внутреннее кровотечение, судороги, остановка сердца. Шёпот выбирает. Третье — тень. Я могу становиться плоской, скользить по стенам и полу, проходить сквозь щели. Пиковая форма — «Полночь». Я становлюсь абсолютно невидимой для нечисти, двигаюсь бесшумно. После неё — несколько минут не могу вернуть объём телу. — А на ком ты пробовала шёпот? — спросила Алиса. — На Жердяе. Он отшатнулся. Но не умер — слишком силён. --- Лёня поправил очки, синяя спираль на лбу слабо засветилась. — Вектор — дух телекинеза. Он холодный, расчётливый. Всё называет «мусором» или «целями». Первое — перемещение предметов. Могу поднимать и швырять всё, что вижу. Чем тяжелее — тем сложнее. Второе — силовое поле. Могу создать щит, который останавливает атаки. Третье — перенаправление. Могу изменить траекторию летящего копья или огненного шара. Пиковая форма — «Гравитация». Могу поднять в воздух всех врагов в радиусе, сжать их в точку. После неё — дикая мигрень, не могу ходить прямо. — А ты уже пробовал поднимать людей? — спросил Витя. — Сегодня утром. Вас всех. На секунду. — Это было странно, — заметил Артём. — Зато эффективно. --- Димон поднял ладони — чёрный и белый глаза открылись. — Прозрец — дух ясновидения. Он усталый, видел слишком много. Первое — видение слабых мест. Я могу смотреть на врага и видеть, куда ударить, чтобы убить с одного раза. Второе — предвидение. На несколько секунд вижу будущее. Могу предсказать удар и уклониться. Третье — передача картинок. Могу показать другим то, что вижу. Например, слабое место Жердяя. Пиковая форма — «Сторож». Глаза становятся полностью белыми, я вижу всё в радиусе километра, всех врагов, все их атаки. После неё — слепну на несколько часов. — А как ты узнал про слабое место Жердяя? — спросил Саня. — Прозрец показал. Ядро в груди. Чёрное, пульсирует. Если его уничтожить — тварь рассыплется. — Значит, сегодня ночью мы это сделаем, — сказал Артём. — Теперь, когда все знают свои силы, план понятен. Они допили чай и вышли на крыльцо. Солнце стояло высоко, день обещал быть жарким. Конец тринадцатой главы.