Глава 13. «Призыв»
9 апреля 2026 г., 20:46
Ночью Эйс не спала. Сидела на крыльце, закутавшись в чёрную куртку, и смотрела на звёзды. Дин вышел к ней с двумя кружками кофе — чёрный для неё, с молоком для себя.
— Не замёрзла?
— Я не чувствую холода.
— Врёшь.
— Холод — это физическое ощущение. Я его чувствую. Мне просто всё равно.
Дин сел рядом, протянул кружку.
— Тогда выпей. Кофе горячий.
Она взяла. Сделала глоток.
— Ты всё время пытаешься меня согреть, — сказала она. — Едой, кофе, одеялом в мотеле. Зачем?
— Потому что люди должны быть тёплыми.
— Я не человек.
— Ты человек. Просто забыла, каково это.
Она повернула к нему голову.
— А каково это — быть человеком?
Дин задумался.
— Страшно. Больно. Весело. Глупо. Иногда хочется убить всех, иногда — обнять. Ты ешь вкусную еду и чувствуешь счастье. Смотришь на закат и чувствуешь красоту. Обнимаешь брата и чувствуешь, что ты не один.
— Звучит утомительно.
— Так и есть. Но оно того стоит.
Эйс отпила кофе.
— Я не хочу этого.
— Врёшь.
— Почему ты всё время говоришь, что я вру?
— Потому что если бы ты не хотела — ты бы не осталась. Ты бы уехала, как только услышала, что отец жив. Ты бы спряталась. Но ты здесь.
— Здесь мой дом.
— Твой дом — там, где Бобби. А не здесь. Здесь — наша временная база.
— Какая разница?
— Такая, что ты привязалась к нам. И боишься это признать.
Эйс резко встала, едва не пролив кофе.
— Хватит, Дин. Я не привязываюсь. Я не умею.
— А я не отстану, — сказал он, тоже вставая. — Потому что вижу, как ты меняешься. И мне это нравится.
— Нравится? — она усмехнулась, но в усмешке не было злости. — Я ледяная глыба.
— Лёд тает, Эйс. Я подкладываю дрова.
Она смотрела на него несколько секунд. Потом отвернулась и ушла в дом.
Дин остался один на крыльце. Пил свой кофе и улыбался в темноту.
— Что-то меняется, — сказал он сам себе.
***
В три часа ночи Сэма разбудил странный звук. Что-то жужжало — как рой мух, только низко, басовито. Он сел на кровати и увидел: по полу комнаты ползла чёрная дымка. Она тянулась из-под двери, собираясь в центре в маленький вихрь.
— Дин! — крикнул Сэм.
Дин вскочил мгновенно, с пистолетом в руке. Бобби уже был на ногах, бормоча заклинание. Эйс вылетела из своей комнаты с ножом.
— Это он, — сказала она. — Кейн. Он пытается вызвать меня.
— Не дадим, — рявкнул Бобби и бросил в центр вихря горсть соли. Дымка зашипела, но не рассеялась.
Из вихря раздался голос — низкий, спокойный, с лёгким акцентом.
— Лилит. Моя девочка. Ты думала, что спряталась? Я всегда знаю, где ты. Я связан с тобой кровью.
— Отпусти её, — сказал Дин, вставая между Эйс и вихрем.
— А это кто? — голос стал насмешливым. — Твой новый дружок? Тот самый Винчестер, который носит праведную кровь? О, я много о тебе слышал, Дин. Ты тоже сломан. Но по-другому.
— Заткнись и убирайся.
— Я уйду, — пообещал Кейн. — Но только после того, как заберу своё. Лилит, ты помнишь ритуал? Помнишь, как мама пела, пока горели свечи? Я хочу закончить начатое. Я хочу сделать тебя совершенной.
— Она уже совершенна, — сказал Дин.
— Она — недоделка. У неё пробиваются эмоции. Я чувствую их. Страх. Привязанность. Даже... нежность? К тебе, Дин? Это трогательно. Но это слабость.
Эйс шагнула вперёд, встала рядом с Дином.
— Я не слабая.
— Ты слабая, потому что любишь. А любовь — это самая уязвимая эмоция. Я вырву её из тебя. Вместе с сердцем, если понадобится.
— Попробуй, — сказала Эйс.
Вихрь дёрнулся, выбросил сноп искр — и исчез. В комнате стало тихо. Только пахло серой и горелой магией.
Эйс стояла, тяжело дыша.
— Он придёт, — сказала она. — Скоро.
— Значит, встретим, — повторил Дин.
Она повернулась к нему. В её глазах блестело что-то — слёзы? Нет, она не плакала. Но что-то очень близкое.
— Ты не должен был вставать между мной и ним, — сказала она.
— Должен. Потому что я обещал, что не дам тебя в обиду.
— Ты не обещал.
— Обещаю сейчас.
Она смотрела на него долго. Потом, первый раз за всё время, она протянула руку и коснулась его пальцев. Не пожала, не сжала. Просто коснулась.
— Теплый, — сказала она. — Ты всегда такой тёплый.
— А ты холодная, — ответил Дин. — Но я не против.
Она убрала руку и ушла в свою комнату, закрыв дверь.
Дин остался стоять, глядя на свои пальцы, которые она только что трогала.
— Чёрт, — прошептал он. — Кажется, я влип.
Сэм, сидевший на кровати, тихо сказал:
— Влип, брат. Ещё как.
