Глава 17. «Перед бурей»
10 апреля 2026 г., 18:22
Через три дня Бобби объявил: он знает, где можно заманить Кейна в ловушку.
— Заброшенная церковь Святой Анны, — сказал он, водя пальцем по карте. — В сорока милях отсюда. Освящённая земля, но старая, полуразрушенная. Его магия там будет слабее процентов на тридцать.
— А наша? — спросил Сэм, склонившись над картой.
— Будет работать, если правильно подготовиться. Смесь крови, соли и серебра. Пентаграмма, обратная той, что мы использовали в подвале.
— Чья кровь? — спросил Дин, хотя уже знал ответ.
— Ваша. Обоих, — подтвердил Бобби. — Связь, которую вы создали — это ключ. Кейн придёт, потому что не вынесет мысли, что его заменили. Его гордость сильнее инстинкта самосохранения.
Эйс слушала молча. Она сидела в углу, положив нож на колени, и смотрела на карту невидящим взглядом. Дин знал — она не здесь. Она там, в прошлом, где пахло кровью и воском.
— Эйс, — позвал он. — Ты с нами?
Она моргнула.
— Да. Просто вспоминала.
— Что?
— Как он учил меня убивать. Мне было десять. Он привёл меня в подвал и сказал: «Вот демон. Убей». У меня тряслись руки. Я плакала.
— И ты убила?
— Да. Потому что боялась его больше, чем демона. Он стоял за моей спиной и смотрел. Я чувствовала его взгляд. Холодный, как лёд.
— Теперь не боишься?
— Теперь злюсь, — сказала она. — И это новое чувство. Оно жжёт изнутри.
Дин подошёл и взял её за руку.
— Злость — хороший двигатель. Главное, чтобы не сожрала тебя целиком.
— А если сожрёт?
— Я вытащу. Обещаю.
Она посмотрела на их сцепленные руки.
— Твои обещания — единственное, чему я начинаю верить.
***
Вечером, за ужином, Бобби раздал задания.
— Сэм, ты будешь прикрывать южный вход. Дин — западный. Я остаюсь в центре с заклинаниями. Эйс — на передовой. Ты должна выманить его на разговор. Заставить говорить. Чем дольше он будет отвлекаться на слова, тем больше времени у нас будет для подготовки.
— А если он не захочет говорить? — спросила Эйс.
— Захочет, — уверенно сказал Бобби. — Он твой отец. Он хочет тебя вернуть. Он будет уговаривать, угрожать, обещать. Не поддавайся.
— Я не поддамся.
— Знаю. Но всё равно — держись.
***
Ночь перед битвой выдалась тревожной. Эйс не спала — сидела на крыльце, закутавшись в одеяло, которое Дин сунул ей в руки со словами «накинь, простудишься». К ней вышел Сэм с двумя кружками чая.
— Не спится? — спросил он, садясь рядом.
— Никогда не сплю перед боем. Слишком много просчётов.
— А сейчас просчитываешь?
— Нет, — призналась она. — Сейчас просто сижу и слушаю.
— Что?
— Тишину. Раньше я боялась тишины. В ней не было ничего, кроме пустоты. Теперь в ней есть... ожидание.
Сэм протянул ей кружку.
— Это называется «надежда».
— Надежда, — повторила Эйс, пробуя слово на вкус. — Ты веришь в неё?
— Всегда. Иначе зачем мы всё это делаем?
Она отпила чай. Горьковатый, с мятой.
— Сэм, спасибо, что не боишься меня.
— А ты боишься себя?
— Иногда. Когда чувствую слишком много. Мне кажется, что я тресну и рассыплюсь.
— Не рассыплешься, — улыбнулся Сэм. — Мы все треснутые. Но держимся.
Он допил чай и ушёл, оставив её одну со звёздами.
***
Утром они собрались у церкви. Небо было серым, низкие тучи обещали снег. Дин проверил оружие, Сэм рассыпал соляные линии, Бобби бормотал защитные заклинания, проверяя амулеты. Эйс стояла в центре, закрыв глаза, и дышала глубоко и ровно.
— Готова? — спросил Дин, подходя.
— Да.
— Боишься?
— Если бы могла — боялась бы. Но вместо этого я злюсь. И это помогает.
Он взял её за руку. Связь вспыхнула — тепло, решимость, спокойствие. Их чувства переплелись, поддерживая друг друга.
— Вместе, — сказал он.
— Вместе, — ответила она.
Из леса донёсся хруст веток. Кейн Ван Хельсинг вышел на поляну — высокий, седой, в чёрном пальто, с глазами, горящими красным. За его спиной клубилась тьма, живая и голодная.
— Лилит, — сказал он, и его голос разнёсся над полем, как похоронный звон. — Ты привела их на смерть.
— Это ты пришёл на свою смерть, отец.
Он поднял руку. Тьма ринулась вперёд.
— Начинаем! — крикнул Бобби.
Дин выстрелил первым.
