Фаворит

- Я не пойду внутрь. - Николай уперся поясницей в автомобиль, из которого только что вышел. Яков, закрывавший машину, поднял к небу глаза. - И почему? - Это не столовка, это ресторан. - Я в курсе, я здесь всегда ем. Есть другой на примете, скажи адрес - поедем. - Очень смешно, - Николай опять огрызнулся. - Естественно я не был ни в одном ресторане в Питере. Но даже так, можно поесть в месте, которое будет мне по карману. - Тогда нам придётся сесть вон с той собакой, которая грызёт обертку от колбасы. - Яков уперся Николаю ладонью между лопаток и, преодолевая сопротивление, начал толкать его к дверям ресторана. - У меня нет сил спорить с кем-либо на голодный желудок. Запишем этот чек как расходы компании. - И, когда вы разоритесь, виноват буду я? - Господи, все бухгалтера такие зануды? - А все собственники такие транжиры? Яков пару секунд смотрел ему в глаза, а потом от души засмеялся. Этот утопец его удивляет, такого пусти в свою жизнь - и никакого больше элитного вина, икры на завтрак и отдыха на Капри. С таким только в санаторий по путевке и показания счетчиков каждое 25-е число подавать. - Все поголовно, - наконец, Яков затаскивает его в ресторан, там светло, тепло, спокойно, несколько столов заняты, и, увидев посетителей, Николай запахивает пальто. - Можно я не буду пальто снимать? - Почему? - Холодно мне, разве не очевидно? - Он снова прячет не новую рубашку ото всех, отступает на шаг, когда сотрудник ресторана тянет к нему руку забрать верхнюю одежду. - Тебе не все равно? - Все равно. Но мама учила в публичных местах выглядеть соответственно. Они снова схлестнулись взглядами, молча рядом стояли официант и администратор. Яков вздохнул. Ну почему у этого бухгалтера все не слава богу? Наверно стоило его отвезти сначала по магазинам, нормально одеть, но если здесь он встречает столько сопротивления, то там и подавно они не управятся до вечера. - Твоя мать - прекрасная женщина, уважим ее. - Он обернулся к администратору. - Можно нам кабинет сегодня? - Конечно, Яков Петрович. Наконец, Николай отдал пальто и они быстро прошли в кабинет, тут было не так, как в основном зале: тише, интимнее, что ли. Им принесли два меню и приборы, и несколько минут они сидели в тишине: он листал меню, Яков наблюдал за ним поверх своего. Чем дольше Николай изучал блюда, тем сильнее хмурились его брови, наконец он отложил его и откинулся на спинку дивана. - Выбрал? - Да, вернусь к собаке на улицу, может, у нее найдется другая обёртка от колбасы. - Настолько все не понравилось в меню? - Цены понравились. - Успокойся, я же плачу. - Хорошо. Что тут есть... - он вновь взял меню и открыл. - Хлеб. - Ага. И воду. Николай открыл было рот, чтобы ответить, но Яков отбирает у него меню. Это упрямство начинает слегка утомлять. Вот почему такие не в его вкусе, не то, чтобы Яков воспринимал его как любовный интерес, но... Было бы занятно быть с кем-то вроде него, с тем, кому плевать на его деньги, который работает сам и не ждет подарков, квартир и полного соц.обеспечения. Просто теоретически. Разумеется, Яков разберётся с его проблемами и вновь в офис полгода не заглянет. - Меню два раза, - слышит официант, когда приходит за заказом. - Но без алкоголя. Тот кивает и выходит из кабинета в зал. Николай вновь берет меню, листает, не понимая, что же заказал Яков, но молчит, не спрашивает. Вместо этого разглядывает посуду, вертит тарелки, хорошие, не потёртые, без маркировки фарфро-фаянсового завода сзади. - Тут... тут есть комплексные обеды? - наконец спрашивает он. - Нет. - Тогда что вы заказали? - Все. - Все - это что? - Все - это все. - Яков пролистывает меню. - Страницы с первой по пятую. - А кто все это будет есть? - Ты, я, остальное заберёшь, будет что есть еще пару дней. - Скорее уж неделю, - Николай прикрыл лицо рукой, когда начали заносить первые закуски. - И все это оплачивает фирма? - Увидишь. Ешь. Только быстро, мы все еще на перерыве. Николай наелся до того, как принесли горячее, откинулся на спинку дивана и, как в старой сказке, просил "горшочек не варить". Яков пусть и сказал, что они торопятся, совсем не спешил, рассказывал, что здесь самое вкусное, а что на любителя. Но Николай, последнюю неделю питавшийся гречкой, налегал на бастурму в мясной тарелке, кивал и не спорил. Наконец унесли тарелки и Яков поднялся. - Куда? Мы еще не заплатили. - Тшшшш, можно об этом никому и не рассказывать, - Яков заговорщически улыбнулся, потянул его под локоть, но тот брыкнулся, остался сидеть. - Нет, так нельзя. - Тоже мама научила? - Он продолжал улыбаться, глядя на Николая - ну как он сумел дожить до своих лет в этом мире с таким подходом ко всему? В этот момент вошел официант. - Все упаковано, Яков Петрович. Еще что-нибудь? - Но он только покачал головой, и официант почти ушел, когда вдруг: - А счет? - официант бросил на него насмешливый взгляд и вышел. - Ладно, не переживай. Это мой ресторан. - Краска сошла с лица Николая, он сжал губы. - Очень смешно было? - Немного. - Яков прищурился. - Обиделся? - Я слишком сыт, чтобы обижаться. Но не нужно больше так делать. - Не могу обещать, - они вышли на улицу, там зарядил дождь, но не настолько сильный, чтобы обращать на него внимание. - Теперь говори другой адрес. В Мурино? - Да, есть там один ломбард. Но серьезно, это плохая затея. - Николай сел в автомобиль, пристегнулся, вновь нахмурился. - У вас есть пистолет? - С собой нет. А нужно? - Там вечно отморозки ошиваются, крышуют это место. - Ничего. Говори адрес. Они ехали долго, Николай пригрелся и начал клевать носом, он пропустил момент, когда они остановились, но вдруг вздрогнул и понял, что они давно не движутся и Якова рядом нет. Они были уже на месте, он глянул на наручные часы, пятнадцать минут четвёртого. Он выскочил из машины, сделал два шага к двери ломбарда, замер. А вдруг уже поздно, расчленили уже Якова и в бак мусорный под подъездом Николая бросили? Он тяжело качнулся, сделал шаг назад, оперся о бампер авто, но вдруг зазвенел колокольчик, дверь открылась и Яков вышел на улицу. Барыга, пожелавший его проводить, замер на пороге, очень приветливо помахал Николаю. - Николай Васильевич, не беспокойтесь, все аннулировано, расписочка дана. Рады будем вас всегда видеть. - Он даже послал несколько воздушных поцелуев, но на него никто не смотрел. Яков усадил Николая в машину, и они почти сразу отъехали. - Опять на бухгалтера надавить надо? - За спиной барыги вырос тощий патлатый парень, сплюнул на асфальт, набычился. - Больше не надо. И рядом даже не появляйтесь. Выкупили его долг. - Так мы его прижмём, новый возьмет. - Ты глухой? Не трогать, сказал. Якова Петровича Гуро знаешь? - Все знают. - Фаворит его новый. - Ааааа. - Вот тебе и а.