Любовь проявляется в действиях

Осень давала о себе знать. За окном уже третий день подряд беспрерывно шёл ливень. Он жестоко выбивал из юных голов все сомнения о том, что ещё будет по-летнему тепло, а также нагнетал на многих плохое настроение. Но не на Уэнсдей Аддамс. В этот очередной дождливый день она сидела на траве на берегу озера вблизи школы и сосредоточенно читала какую-то книгу с чёрной обложкой. Такое необычное место она выбрала, чтобы уединиться, поскольку была уверена, что Инид снова привела в их комнату свою большую и шумную стаю. Под кроной густого дуба капли не долетали до головы девушки и страниц книги, так что ненужный в данный момент зонт лёжа отдыхал в сторонке. Почти для каждого сидеть на улице под дождём, при этом оставаясь сухим, необычно. Трава покрывается слоем прохладной воды, как и листья деревьев, а ты сидишь и наблюдаешь за этим, чувствуешь влагу, но не попадаешь под атаку. Любители природы особенно наслаждаются каждым таким моментом. Осанка Уэнсдей была как всегда безупречна, выражение лица непоколебимое и дающее знать о прекрасной сдержанности владелицы. Типичная и уже привычная для многих картина. Сейчас её настроение, если оно вообще могло таковым быть, являлось неплохим, как минимум, лучше обычного. Дождь всегда придавал этим отвратительным солнечным тёплым дням мрачность и спокойствие. Ритмичные стуки капель по гладкой поверхности воды навеивали вдохновение и ощущение чего-то прекрасного и нематериального. Вспоминались похороны прабабушки по папиной линии. Такой же приятный ливень, столь любимая похоронная процессия и наконец-то грустные выражения на лицах этих эмоциональных людей, как вдруг из-под крышки гроба начали доноситься стуки. Ох, это был один из весёлых дней её детства. Жаль, что это всего лишь мальчишка, с которым она играла в прятки, подобрал себе столь необычное место, чтобы никто его не нашёл. Книга, которую она держала в руках, была детективным романом, самое то для освежения и без того блестящего ума Аддамс, любящей расследовать те дела, где её никто не ждёт. В книгах она брала новые виды проверки улик, а также красноречивые выражения, чтобы с каждой главой совершенствовать собственный роман. Судя по скорости чтения, в этот раз девушка была заинтересована. Чтение прервали звуки шагов. Сидящая под дубом слегка напряглась и прислушалась, но не стала оборачиваться, это было не обязательно. Шаги были бодрыми и, если так можно сказать, слегка рассеянными, то в одну сторону, то в другую, будто тот, кто шёл, не был до конца уверен в цели своего пути. Спутать их с другими было невозможно. Именно этот ритм был слышен за дверью, когда нетерпеливая блондинка приближалась к их общей с Уэнсдей комнате. Конечно, в зависимости от настроения, шаги немного изменялись по своему звуку. Когда Инид была злой или нетерпеливой, они становились более уверенными и тяжёлыми, будто в каждый шаг она вкладывала частичку своей эмоции и силы. Когда расстроенная или уставшая – более медленные, плетущиеся, а в случае с радостью она ходила чуть в припрыжку, от чего иногда сотрясались стены и предметы на столе. В этом была сила эмоций Синклер. Как только брюнетка удивлённо поймала себя на мысли, что научилась безошибочно определять приближение своей соседки лишь по одним шагам, из-за её спины послышался голос той, о чьём присутствии она уже знала: - О, Уэнсдей! А что ты тут делаешь? - Читаю. – ответила Аддамс, лишь слегка приподняв бровь. - Что? – спросила Инид, приблизившись и вытянув шею, чтобы разглядеть обложку. - Детективный роман. - О, это в твоём стиле. Интересно? - Достаточно, чтобы не желать прерываться. Несколько секунд девушки сидели молча. Недавно пришедшая поудобнее устраивалась на траве, а Уэнсдей попыталась вернуться к чтению. Однако, кажется, разговор не был завершён. - Блин, эти дожди уже так надоели! Третий день льёт без остановки, даже погулять нормально не получается. – тоном ноющего ребёнка вдруг заявила оборотень. «Как по мне, дождливая погода – лучшая из возможных.» - с этими словами готка всё-таки оторвалась от чтения, закрыла и положила книгу рядом с собой, чтобы продолжить разговор. Инид это увидела и слегка улыбнулась. Аддамс была человеком необщительным, однако последнее время всё больше участвовала в диалогах с соседкой, чаще отвечая. Это было приятно. Синклер нравилось, что для неё её подруга делала какие-то исключения и немного менялась. Вспомнить те же объятия после битвы с Крэкстоуном. - Но в дождь всегда так мокро…и холодно. – на последних словах блондинка поёжилась и обхватила себя руками, чтобы согреть своё теплокровное тело и показать реальность сказанного. - А зонт тебе на что? - Я его потеряла. Интересно. А почему она тогда вышла на улицу? Небольшая пауза. - Ты можешь взять мой. - Правда? – такая доброта от Аддамс была непривычной. Вдруг это шутка? - Я, по-твоему, шучу? – видимо, не шутка. - Спасибо, это так мило! – с щенячьим визгом сказала Инид и улыбнулась. Она взяла чёрный зонт в руки и вышла из-под дерева. Дождь всё также продолжал лить, но теперь шумные капли ударялись о поверхность зонта и красиво отскакивали в разные стороны, а оборотень не промокала. Это было гораздо приятнее. Синклер подошла к берегу озера, чтобы насладиться видом. По всей поверхности воды были видны пузыри и углубления от падающих капель, которые через секунду уже исчезали и сменялись другими. В воздухе стояла ощутимая влага и приятный запах мокрых листьев и травы. Она закрыла глаза и с наслаждением сделала глубокий вдох. Приятно. «Ладно, Уэнсдей права, дождь – это не так уж и плохо» - подумала Инид, после чего медленно опустилась на корточки. Из камней, которые в основном и заполняли этот берег, выползали первые дождевые черви. Слепые, но чувствующие всё, что им требуется. Пагсли бы не удержался от искушения их съесть. Но, к счастью, она не такая. Оборотень опустила руку в воду. Холодная. Дождь тоже холодный. И Уэнсдей холодная. Но с ней она становится немножечко теплее. Почему? Почему это так приятно? Почему Уэнсдей такая приятная? И тёплая…Нет, она холодная. Она, как одеяло, когда ложишься спать. Только укрылся – оно холодное, но постепенно оно поддаётся теплу твоего тела и тоже начинает греть. Так вы согреваете друг друга, и ты засыпаешь. Вот бы с ней также уснуть… Размышления прервала Аддамс, которая, оказывается, уже около минуты стояла прямо за спиной своей подруги. А она и не заметила. - Так лучше? – спросила та, что подошла ещё ближе. - А? А…да, спасибо тебе. – блондинка рассеянно вышла из своих размышлений. Инид поднялась с корточек, посмотрела на свою мрачную соседку и заметила: «Но ты теперь без зонта. Иди сюда», после чего сама подошла к готке и встала так, чтобы под зонтом оказались обе. Та уже было начала отходить назад со словами «Не стоит», но Синклер настойчиво схватила её за руку и притянула обратно. Та нахмурилась, но отходить не стала. - Стой тут. Не то промокнешь и заболеешь. Заботливо. Прошло пару секунд, после чего оборотня, кажется, осенила идея. - Слушай, Уэнсдей, а давай камни в воду покидаем? - Зачем? – на лице брюнетки отразилось непонимание. Да, такие развлечения были ей не близки. - Ну как зачем? Это же прикольно. Особенно, когда получается сделать много блинчиков. – Инид вдруг вспомнила, как играла на рекорд с братьями. Правда, она всегда проигрывала, но это всё равно было весело. - Каких блинчиков? - О-о-х, Уэнсдей, всё тебе объяснять. Когда камень отскакивает от воды, то это блинчик. Вот у меня рекорд 5. По крайней мере, в осознанном возрасте. Давай попробуем. - Чушь какая-то. Скидывать в реку трупы будет явно увлекательнее. – нахмурилась Аддамс. - Фу…Ну нет, это весело! Ну давай покидаем. – поначалу появившийся испуг с отвращением резко сменился детской мольбой по мере продвижения диалога. Очередной пример эмоциональности этого блондинистого щеночка. Уэнсдей не ответила. Но по её выражению лица и тому, что она не сдвинулась с места было понятно, что она не собирается. - Ну тогда держи зонтик. – сказала Инид и протянула зонт своей подруге, избегая взгляда. Уэнсдей на мгновение замерла, потом взяла зонт, слегка коснувшись пальцев своей подруги. От этого, казалось бы, лёгкого прикосновения, по всему телу Синклер плавно разошлось ощущение тепла и мурашек. Для Аддамс что-то подобное значило бы смерть от слишком высокой температуры тела. Жизнерадостная блондинка села на корточки и стала искать самый плоский камень, чтобы хорошо отскакивал от воды. Когда нашла, подняла его и показала Уэнсдей. - Смотри, плоские камни отскакивают лучше всего. - Простейшая физика. – закатила глаза брюнетка. Уж такое ей объяснять не надо было. - Ага. Спорим, сейчас с первой попытки 4 сделаю? – сказала с игривым азартом блондинка и бросила. Камешек пролетел достаточно далеко, почти на середину озера, отскочил 2 раза от воды и отправился на дно. - Ну, почти 4. – пожала плечами Инид. Девушка с зонтом лишь со скептическим выражением лица наблюдала за процессом. «Жаль, что мы с ней не поспорили на ампутацию пальцев» - пронеслось у неё в голове. Базовый чёрный юмор Аддамс. Но она решила не пугать Инид своими фантазиями, так что оставила мысль при себе. «Ну, Уэнсдей, попробуй тоже.» - сказала оборотень, поднимая ещё один камень – «Ну ради меня». После этих слов брюнетка закатила глаза, но почему-то взяла камень и прицелилась, отведя руку назад. Её соседка радостно подпрыгнула и стала наблюдать за процессом. Камешек, столкнувшись с водой, сразу же утонул, не сделав ни одного блинчика. - Ну нет, ты неправильно кидаешь, смотри как надо. Инид наклонилась, взяла ещё один камень и стала показывать, как правильно кидать. «Берёшь камень между двумя пальцами, отводишь кисть на себя и кидаешь» - каждое слово сопровождалось движением руки, которое описывалось. Когда девушка отпустила камень, он отскочил 3 раза. - О, целых 3. Поняла? Аддамс тоже подняла камень и попыталась повторить за своей подругой. Снова не получилось. - Попробуй бросить под другим углом. Вот так. Синклер подошла к Уэнсдей с другой стороны и взяла её за руку, чтобы поправить. Через мгновение она осознала, что сделала, после чего они одновременно столкнулись взглядами и также синхронно их отвели. Это небольшое событие осталось без комментариев, Инид показала, под каким углом лучше бросать, и на этот раз у брюнетки получилось сделать 2 блинчика. - Во-о-от, молодец! Теперь поняла? Уэнсдей кивнула. Кажется, она собиралась продолжить. Двое девушек стали кидать камни. У Инид снова 2, у Уэнсдей тоже. Зонтик уже лежал где-то в стороне. В глазах Аддамс появился азарт. Она любила соревноваться, а также любила побеждать, так что решила отточить технику. Как выяснилось, угол, под которым кидала её подруга, оказался не самым лучшим вариантом, Уэнсдей подобрала такой, чтобы камень, соприкасаясь с водой, обязательно отскакивал от неё хотя бы 1 раз. Тут Синклер предложила: - Слушай, Уэнсдей, а давай на что-нибудь поспорим? - Предлагай. – возможно, Инид показалось, но глаза Аддамс блеснули на долю секунды. - Ну-у-у… - оборотень почесала затылок – Давай так: если у меня будет больше блинчиков, то ты разрешаешь мне тебя обнять, а если у тебя, то…м-м-м… - То ты в течении недели по утрам приносишь мне кофе в комнату. – брюнетка закончила предложение за неё. - Идёт! – без раздумий согласилась другая. Она даже не особо слушала условие, да даже, если бы Уэнсдей предложила ей выкопать и съесть свою покойную бабушку, то она бы согласилась, ведь то условие, которое поставила она, было гораздо важнее. Обнимашки с Уэнсдей Аддамс! Невероятно! Бой начался. Обе по очереди запускали камень и наблюдали за результатом. Первая была Инид. 3, неплохое начало. Вторая – также. Она проанализировала полёт и сделала для себя кое-какие выводы. Снова блондинка, но на этот раз результат был на один меньше. Однако, она не расстраивалась. Уэнсдей, снова 3. В следующий раз будет больше, она была в этом уверена. Инид, на этот раз 4. Оборотень радостно взвизгнула и подпрыгнула на месте. В мыслях у Аддамс было дружеское, но азартное «Рано радуешься». Кажется, она полноценно вошла в игру. Редкость для неё. «Самая нелюдимая девушка Невермора» собралась, размахнулась и…целых 6! Невероятно. - Ого, целых 6 блинчиков! Да ты молодец! Уэнсдей позволила уголку губ слегка дёрнуться. Лишь на мгновение, но Синклер это заметила. Сейчас внутри неё всё затрепетало от счастья. Она не только заставила свою столь непривыкшую к общению соседку покидать с ней вместе камни в воду, но и улыбнуться! Совсем немного, но всё же улыбнуться. Так прошло ещё около 20 минут, но никто из обоих так и не смог побить рекорд Уэнсдей. Девушки решили направиться в школу, потому что, напрочь забыв про такую вещь как зонт, обе промокли насквозь. - С тебя кофе. – напомнила Аддамс, когда окончательно победила. - Блин, придётся вставать раньше тебя. Девушки за 15 минут дошли до Невермора, всё также разговаривая на разные темы. Конечно, объём слов, которые произносила в этом диалоге Инид и Уэнсдей сильно отличался, но всё же это был диалог, с репликами и темами, долгий и полноценный. В комнате брюнетка положила зонт ближе ко входу, чтобы он просушился за ночь, а потом села в свою кровать. Инид даже не потянулась к телефону, она задумалась, а потом сказала: «Знаешь, Уэнсдей, а ведь мы никогда так долго не разговаривали и в целом не проводили время вместе. Ну, не считая твоих страшных расследований.». Аддамс немного помолчала, смотря на соседку, а потом ответила: «Да, кажется, это был самый длинный разговор за последние 10 лет моей жизни.» Девушки снова сидели молча. Но сейчас брюнетка стала чувствовать что-то странное, как будто что-то приближалось. Неожиданный холод прошёлся по всему её телу. Это было странно, ведь она и так холодная и бледная, как труп. Атмосфера комнаты стала другой, её заполнило напряжённое предвкушение, Инид тоже это заметила и стала осматриваться. Вдруг резко всё вокруг Уэнсдей потемнело. Хотя, нет, всё не темнело, это у неё в глазах темнело. Но, разве, когда ты ничего не видишь, ты отличишь? Она резко вздёрнула голову к потолку, будто в припадке, закрыла глаза и отключилась. Видение, Синклер поняла это сразу. В этот раз, к счастью, не было чёрных слёз, но всё равно было страшно. Твоя подруга отключилась в один совершенно случайный момент – не каждый даже, зная ситуацию, сможет вести себя спокойно. Брюнетка тем временем открыла глаза где-то совсем в другом месте. Здесь было темно и, кажется, сыро, хотя точно понять это было сложно. В видениях ощущения были совершенно другими в отличии от привычных, если они вообще были. Её окружали 4 стены, которые своей близостью и навязчивым давлением могли сломать любого, их не было особо видно, но они чувствовались. Значит, ощущения всё-таки были. Всё это казалось похожим на тюрьму. Уэнсдей попыталась встать с пола или сделать шаг, но тело совершенно не поддавалось. Появилось ощущение, что она парализована. Интересно, но не вовремя. И, кажется, до неё постепенно начало доходить, почему двигаться не получалось. Это было не её тело, она была лишь наблюдателем, который от первого лица видел всё, что происходит с кем-то другим. Только вот, кто это был? И что, собственно, происходило? Ответ на этот вопрос не заставил себя ждать, однако, как это всегда и бывало в видениях Уэнсдей, практически не являлся ответом, а лишь создателем смутных предположений. В руке у себя…точнее у него, она обнаружила ножовку, достаточно неплохо выточенную из обычной ложки и в месте импровизированной рукояти обмотанную куском грязной ткани, как это делали многие тюремные заключённые. Этой ножовкой он стал долбить по стене, где была видна уже достаточно, чтобы туда пролез человек, дыра. Того, что было снаружи, пока не было видно. Аддамс чувствовала боль в руках этого человека, мозоли и порванные мышцы после часов трудной работы. По-своему приятное ощущение. Удар, второй, звуки крошения бетона, как вдруг в стене наконец появилась дыра. Через неё в комнату просочились слабые лучи лунного света и слегка подул ночной ветерок. Уэнсдей не могла не почувствовать широчайшую улыбку на лице этого человека. Хотя, как в таком случае не улыбнуться? Наша юная расследовательница легко бы ответила на этот вопрос. Смех, победный, зловещий мужской смех, это было то, чем закончилось это видение. То, что ещё некоторое время будет являться Уэнсдей во снах и приходить в мысли в разные моменты. Она открыла глаза. Как оказалось, Инид аккуратно положила её на кровать, и сейчас с Вещью за компанию, сидела рядом и обеспокоенно перебирала руки. Увидев пробуждение своей подруги, она сразу же повернулась в её сторону и обрадовалась. На этот раз видение прошло быстрее обычного. - О, Уэнсдей, ты меня напугала, это произошло так неожиданно! У тебя давно не было видений, что там было? - То, над чем нам нужно будет задуматься. Аддамс достаточно подробно, учитывая детали, рассказала соседке о видении. Та после внимательного прослушивания непонимающе спросила: - Что это может значить? - Понятия не имею. Но, мои видения не бывают просто так, нам нужно быть начеку. - А, что мы будем делать сейчас? – это был скорее риторический вопрос. - Спать. - Рационально. – пожала плечами Синклер и направилась к своей кровати. Перед тем, как окончательно погрузиться в сон, Инид повернулась в ту сторону, где лежала её подруга, и негромко произнесла: «Спокойной ночи, Уэнсдей. Надеюсь, что с нами всё будет хорошо», на что получила краткий, но искренний и такой греющий её восприимчивую душу ответ: «Спасибо, взаимно». «Ода, как же мне нравится, что она отвечает на мои пожелания спокойной ночи! Это же Уэнсдей Аддамс, к ней кто не обратись, она может не ответить и никогда об этом не пожалеет, а это значит, что я ей важна. И мы так много времени сегодня провели вместе, и так много разговаривали, это очень круто!» - с такими мыслями и по-детски счастливой улыбкой на лице, Инид постепенно стала погружаться в сон, перебирая в голове все хорошие события прошедшего дня, пока Уэнсдей напрягала свою смышлёную голову в попытках разгадать смысл столь загадочного видения. Неужели кто-то из тюрьмы хочет до неё добраться? Кому она нужна? А, главное – зачем? Почему видение было от первого лица? Раньше такого ни разу не было. Что произошло и что может произойти? Слишком много вопросов оставались без ответов, а такое Аддамс не любила. Поэтому, в данный момент она решила позволить мыслям утихнуть, чтобы уступить место сну, поскольку знала, что, лёжа на кровати с таким небольшим объёмом информации, она ничего не разгадает, а лишь потратит время и энергию. Девушки уснули, за окном неугомонные капли дождя всё также стучали по крыше. Они явно знали больше, чем люди, больше видели и слышали, но не говорили – лишь падали с неба быстро сменяясь последующими и продолжая наблюдать, создавали влагу в воздухе и убаюкивали засыпающих Неверморцев. В очередной раз приближалось что-то новое, опасное и интересное, что Уэнсдей должна была расследовать, пройдя сквозь ужасы нашего мира, забив на страх и осторожность. Одним словом – веселье.