После университета

Глубокая ночь окутывалась разными шумами ночи: кузнечики тресчали, звук машин, которые редко проезжали мимо. Город был тихим, пустым, ни души. Орион держа на руках Старри потерявшую сознание от того, что делали с ней физические травмы, бежал в близжайшую больницу за помощью врачей. Он когда увидел, что девушка упала быстро и тяжело с трясующимися ногами на пол быстро испугался за неё, ему было плевать на всё вокруг что происходит.

Ориону этот момент в голове так и не уходит, хочется ему отомстить тем, кто так к ней жестоко поступил. Он сидя возле палаты в коридоре, ждя её он прокручивал тысячи и тысячи вариантов, кто же. Он сразу начал подозревать ту банду, которую были подошли к ней. Снял с своего носа очки, достав тряпочку для очков из кармана, начав их протерать. Сами очки они дорогие, с лазуритового камня с окалённым стеклом, особенность их в том, что у ниндройда редкое заболевание дальтонизма, негатив, у ниндройдов другой тип, чем у людей.

Врач вышел из палаты, подойдя к молодому парню.

— Эта лисица ваша девушка?

Вопросительно смотрит на Ориона. Он удивился, когда врач сказал такую фразу.

— Извините доктор, но–...

Он резко замолчал, сразу вспомнив то, что если он скажет правду, он не увидит её: с ней всё в порядке и узнать этих подозреваемых.

— "Но" что?

— Нет, простите. Да, она моя девушка.

Врач молча кивнул на ответ Ориона.

— Вы можете её навестить и...будьте с ней очень нежными и внимательными.

Он ушёл, оставив одного Ориона в пустом коридоре. Ниндройд вошёл в палату тихо, без резкого шума, подошёл к ней.

— Старри...почему так с тобой поступают...

Говоря он в себе шёпотом, но девушка не услышала, потому что спала. Крепко.

Утро. Колледж.

Солнце только начинало подниматься над городом, когда Орион Фостер вошёл в здание колледжа. Его шаги были тихими, почти неслышными — ниндройд двигался с грацией хищника, готового к броску. Глаза за очками из лазуритового камня были холодны и сосредоточены.

В коридорах ещё никого не было. Только уборщица возилась в конце холла, да охранник у входа зевнул, кивнув завучу.

Орион не ответил на приветствие.

Он прошёл в свой кабинет, закрыл дверь и встал у окна, глядя на пустую площадь перед колледжем. В голове всё ещё стояла картина прошлой ночи: Старри, потерявшая сознание на его руках, кровь на её форме, синяк под глазом.

— Кто посмел?

Он сжал кулак так, что костяшки побелели, говоря себе шёпотом..

Восемь утра.

Здание наполнилось голосами.

Орион вышел из кабинета и занял позицию в дальнем углу холла второго этажа — место, откуда просматривалась почти вся центральная зона. Он прислонился плечом к колонне, скрестил руки на груди и замер.

Студенты проходили мимо, не замечая его. Кто-то смеялся, кто-то спорил о домашнем задании, кто-то спешил, чуть не сбивая с ног других. Взгляд Ориона скользил по лицам. Он запоминал каждого. Каждую улыбку, каждый взгляд, каждое движение, которое могло выдать виновного.

— Фостер сегодня странный...

Прошептал кто-то из старшекурсников, проходя мимо.

— Да он всегда мне казался странным.

Ответил другой.

Орион не обратил внимания. Он искал их.

Прошёл час. Два.

Он видел, как группа девушек что-то оживлённо обсуждала в углу, поглядывая в его сторону. Видел, как двое парней нервно перешёптывались у выхода. Видел, как одна студентка прикрывала рукой синяк на запястье. Банда из вчерашнего дня нигде не появлялась. Но он знал — они внутри. Они где-то здесь.

К полудню Орион принял решение.

— Мне нужен доступ к архиву записей за последние сутки.

Сказал он начальнику охраны.

Мужчине лет пятидесяти с усталыми глазами.

— Это без приказа директора...

— Вы знаете, что случилось со студенткой Фостер вчера вечером?

Голос Ориона был спокоен, но в нём чувствовалась сталь.

— Её избили и порезали ножом. На территории колледжа. Пока мы все были здесь.

Начальник охраны побледнел.

— Я... мы не заметили...

— Поэтому я и хочу посмотреть записи. Лично.

Через десять минут Орион уже сидел перед монитором в маленькой душной комнате, перематывая видео с камер. Он смотрел, как Старри выходит из аудитории. Как сворачивает в боковой коридор. Как трое человек перегораживают ей путь. Лиц разобрать было сложно, камера снимала издалека, и качество оставляло желать лучшего. Но Орион заметил главное: один из нападавших двигался с характерной хромотой на правую ногу. Другой всё время поправлял кепку. Третий – девушка, та самая, что подходила к Старри вчера утром. Девятнадцать-двадцать лет.

— Вот ты где...

Прошептал Орион, нажимая паузу.

Он пересмотрел запись ещё три раза, запоминая каждую деталь. Рост. Одежду. Жесты. К вечеру у него был примерный список подозреваемых. И он знал, где их искать.

Ночь настала. Город спал.

Луна скрылась за тучами, и единственным источником света были редкие фонари, отбрасывающие на асфальт жёлтые пятна. Ветер гнал по пустым улицам сухие листья.

Орион шёл беззвучно. Он не надел форму завуча – только чёрную водолазку, тёмные брюки и перчатки. Очки остались на месте – без них он видел мир в серых, искажённых тонах из-за своего заболевания. "Ниндройды не должны мстить...". Пронеслось у него в голове.

— Нас учили прощению.

Но он не слушал этот голос. Тот, кто тронул Старри, должен ответить. Трёхэтажный заброшенный дом на окраине. Окна забиты фанерой, но сквозь щели пробивается тусклый свет. Слышны голоса – пьяные, громкие, самоуверенные. Орион зашёл через чёрный ход, выбив дверь одним ударом ноги.

Внутри было четверо. Трое парней и та девушка. Они сидели на матрасах, курили и пили дешёвое пиво. На столе валялись ножи и кастеты.

— Какого...

Начал один, но не договорил.

Орион стоял в проёме, заслоняя собой выход. Свет от единственной лампочки падал на его лицо, делая черты резкими и почти пугающими, его глаза засветились почти алым светом за 1 секунду.

— Кто это сделал?

Спросил он тихо.

После того разговора. (Вы это не увидите). Рассвет.

Орион вернулся в больницу под утро.

Он зашёл в палату и сел на стул рядом с кроватью Старри. Она всё ещё спала – крепко, без сновидений. Синяк под глазом начал желтеть, рука была перевязана, но дыхание стало ровным.

— Я не мог тебя защитить тогда...

Тихо сказал он, глядя на её лицо.

— Но больше никто тебя не тронет. Обещаю.

За окном занимался рассвет. Первые лучи солнца коснулись больничных простыней, окрасив их в золотистый цвет.

Старри пошевелилась. Её один из хвостов чуть дёрнулся, и она медленно открыла глаза.

— Орион...

Прошептала она.

— Я здесь.

Ответил он.

— Отдыхай.

Она слабо улыбнулась и снова закрыла глаза – теперь спокойно, чувствуя, что кто-то рядом. А Орион сидел и смотрел на неё, понимая, что готов разрушить любого, кто посмеет сделать ей больно.

Даже если для этого придётся нарушить все правила ниндройдов.

Даже если это изменит его навсегда.