Страх высоты

      Ранним утром, пока все еще спали, Дастин и Харви тихо, никому ничего не сказав, уехали в Питтсбург. Они очень хотели узнать хоть что-нибудь о Тони. И пока у Тони была хоть какая-то надежда, Харви уже похоронил своего друга и обвинил в его смерти себя. Он считал, что ему не стоило брать и отпускать Тони всего спустя полгода после попытки самоубийства. Тони его не слушал. Он хотел верить, что с Тони все хорошо, и он просто начал новую жизнь.       Поехали ребята на машине Харви, так как она была более мобильной, чем пикап Дастина. За рулем, естественно, тоже был Харви, хотя Дастин немного побаивался ехать с ним, так как был он слегка в неуравновешенном состоянии. Впрочем, на дороге это не сказалось. Ехать до Питтсбурга было около четырех часов, и все это время Харви вел вполне адекватно.       Когда ребята оказались в черте города, остальные, видимо, проснулись, так как телефоны стали разрываться от звонков. Хлои позвонила Дастину аж двадцать раз. Но Олли побила ее рекорд, позвонив Харви почти полсотни. Брать трубку ни один из парней пока не хотел. Ни Дастину, ни Харви не хотелось объяснять куда они едут и с какой целью. Но чтобы телефон больше не разрывался от звонков и сообщений, Харви написал своей жене о том, что с ними все в порядке и что к полудню они, скорее всего, будут в домике.       Родители Тони жили все в том же ветхом доме. Домик за эти годы почти не изменился, разве что стал выглядеть еще более старым. Стучать первым было страшно обоим парням, так что они очень долго сидели в машине на обочине и спорили о том, кто пойдет спрашивать. Мистера и миссис Моррис Харви не знал. Тони всегда стеснялся своего маленького домика, стеснялся набожных и строгих родителей, так что он не водил к себе домой ни единого друга. Разве что очень давно, еще в далеком детстве Дастин бывал у него, но то было уж слишком давно. И Дастин, признаться, этих людей даже побаивался.       Был случай, когда мальчишки слишком загулялись, играя вместе с другими на заброшенной стройке, это было любимое место многих детей. Дастин решил проводить Тони до дома, а в итоге наткнулся на жестокую сцену. Мистер Моррис, крича на собственного сына, был его кулаками везде, куда только мог попасть. А потом, когда Тони уже свернулся от боли на полу, его отец таким жестоким взглядом посмотрел на Дастина, что тому стало не по себе. С тех пор он старался не ходить к Тони.       Ну и про последнюю встречу Тони с родителями Дастин еще помнил. Его сильно избили и выгнали. После этого, каким сильным Тони не хотел бы казаться, он выглядел очень подавленным и печальным. Какими бы эти люди ни были, они продолжали оставаться его родителями.       Время шло, так что споры прекратились. Ребята решили пойти вместе. Они вышли из машины и медленно подошли к двери, оглядываясь по сторонам. Было утро, так что большинство людей были уже на работе. К счастью, мать Тони всю жизнь была простой домохозяйкой, так что ребята надеялись, что она с утра пораньше еще не успела никуда уйти.       Переглянувшись, парни постучали в дверь. За ней тут же стали слышаться какие-то шорохи, а значит, дома все-таки кто-то был. Тем не менее ждать, пока дверь откроют, пришлось долго. Гостей в этом доме определенно не жаловали. На пороге, к удивлению ребят, оказалась вовсе не мать Тони. Там стоял мистер Моррис с очень недовольным выражением лица. Он оглядел незваных гостей с неким презрением и грубо спросил: — Кто такие? — Мы друзья Тони. — ответил первым Дастин, так как Харви потерял дар речи, впервые увидев родителя своего лучшего друга. — Я Дастин Сноу, вы меня не помните? — Этого ублюдка здесь нет и не будет. — прошипел мистер Моррис. — Проваливайте! — Мы лишь хотели спросить… — попытался сказать Дастин. — Я знать о нем ничего не хочу! — перебил мужчина и закрыл дверь прямо перед носом у парней.       Дастин и Харви растерянно переглянулись. Дастин, конечно, ожидал такой реакции, но у него все-таки была хоть какая-то надежда, что родители Тони о нем знают хоть что-то. Но те, даже если и знали, не сказали бы. Это очень Дастина расстроило. Он хотел верить в то, что Тони все-таки смог помириться с родителями, и что в этом мире он остался не один. А оказалось, все эти надежды были пустыми. Если Тони и правда умер, никто и ничего об этом не знает. Скорее всего, у него нет и могилы. — И что теперь? — растерянно спросил Харви. — Черт его знает. — ответил Дастин. — У него ведь больше не было друзей. — Рик, может быть? — Вряд ли. — Ладно, тогда поехали уже отсюда. Здесь его не было.       Где искать Тони ни один из парней не знал. Оказалось, об этом человеке они не знали вообще ничего. Его интересы, его друзья или мечты. Все это оставалось тайной для обоих. И хотя Харви был его лучшим другом, пусть они жили вместе довольно долго, это все равно не имело никакого смысла, ведь Тони даже ему толком не раскрылся.       Дастин тоже ничего не знал. Они никогда по душам не говорили. В детстве, может быть, тайн между ними и не было, но тогда они все были другими. Наивными и чистыми. А после Дастину так и не удалось выведать у Тони почти ничего о нем. И от этого становилось ужасно печально. Дастин ведь, кажется, был влюблен. Но в кого? В этот образ, что построился у него в голове? Был ли он правильным хотя бы на половину?       По дороге обратно в горы Харви писал всем своим старым знакомым, которые могли хоть как-то быть связаны с Тони. Он писал Рику, писал Фреду и еще многим одноклассникам. Вот только о Тони вообще никто не слышал аж с самого выпуска. Это обезнадеживало. Этот человек и правда словно растворился в воздухе. У него даже не было страничек ни в одной из социальных сетей.       Никто не знал, что и думать. Всю оставшуюся дорогу парни молчали. Харви смотрел на дорогу и думал о чем-то своем. Наверняка он все еще продолжал винить себя в том, что ни разу даже не задумался о том, что сейчас с Тони. Он был так увлечен своими делами, учебой и будущей женой, что ничуть не подумал о лучшем друге. А теперь, когда он спохватился, было уже поздно. Этого человека словно никогда и не существовало. Никто о нем ничего не слышал, никто его не видел, и его номер не обслуживался. Можно было бы подумать, что это была лишь долгая галлюцинация, а вовсе не настоящий живой человек.       Дастин же полулежал, прикрыв глаза от палящего солнца. Его мысли тоже были довольно мрачными. С одной стороны, он очень переживал за Тони, ведь они были не такими уж чужими людьми. И этот человек, пусть и не был самым хорошим или святым, он тоже заслуживал счастья, а не жизни в одиночестве без поддержки даже родителей. Но вот с другой, Дастин уж очень хотел забыть Тони, потому что мысли о нем не давали ему продолжать нормально жить. Он не мог завести новые отношения, не мог спать по ночам из-за кошмаров и не мог хотя бы месяц не думать об этом человеке. Они были не так близки, Дастин не знал о Тони практически ничего, но все равно этот человек никак не мог выбраться из его головы. Это порой бесило. — О чем думаешь? — спросил Харви, когда они уже подъезжали к их домику в горах. — Да так. — ответил Дастин, уходя от ответа. Харви никогда не был его другом, так что с ним обсуждать свои мысли он точно не собирался. — А я думаю о том, сложилось бы все иначе, если бы ты в его жизни не появился. — Меня обвиняешь? — Нет. Просто вдруг подумалось. — Вряд ли это что-то изменило бы. Проблема не во мне. — В нем? — В его страхах и взглядах. Если бы не я, появился бы кто-то другой. — Пожалуй.       Когда парни вошли в домик, в просторной гостиной их уже ждали. На диване сидели ужасно озлобленные Хлои и Олли. Олли сразу же встала и подошла к мужу, требуя объяснений. Дастин решил оставить их наедине, поманив Хлои за собой на веранду, где стояли плетенные кресла и стеклянный столик. Вид оттуда был прямо на горы, так что Дастин сразу же перевернул один из стульев и сел так, чтобы видеть вход в дом. — Ну и? — спросила Хлои, положив руки на бока. — Как это все понимать? — Мы как-то помешали вашему отдыху? — развел руками Дастин. — Нас не было не так уж и долго. А вас тут и так много, неужели без нас не смогли повеселиться? — Остальные смогли. Питер, Саманта и Алекса со своим уже умчали прыгать с каната. Там дикая очередь. — А вы? — А мы… Дастин, ты правда не понимаешь? — Вообще-то не слишком. Харви ведь написал Олли, что мы скоро вернемся и что с нами все в порядке. — Ну дело ведь не в том, что вы уехали, не сказав никому ничего. — А в чем тогда? — В том, что вы уехали вдвоем. — Какая здесь может быть проблема? — Боже… — Хлои потерла виски и села на другой стул, тоже повернув его, чтобы ей было видно Дастина. — Ты гей. Олли об этом осведомлена. И она решила, что ты уводишь у нее мужа.       Дастин с минуту переваривал услышанное. А когда до него дошло, он разразился диким смехом. Он даже и подумать не мог, что Олли сделает такие выводы. Дастин и Харви близкими никогда не были. Более того, они друг друга недолюбливали и терпели только ради Тони. Сейчас же все было немного лучше, ведь они повзрослели и перестали быть подростками. Но даже так они не считали друг друга даже приятелями. Просто старые знакомые или одноклассники. — Это не смешно, Дастин. — в шутку упрекнула Хлои. — Ты ведь мог разрушить чужую семью. — И как я не догадался. — смахивая слезу, которая появилась от смеха, сказал Дастин. — Так а куда вы все-таки ездили?       Дастин смеяться сразу же перестал. Хлои, заметив сменившееся настроение друга, тоже немного помрачнела. В ее голове промелькнуло много плохих мыслей, но ни одна из них не была правильной. — Мы ездили домой, хотели разузнать что-нибудь о Тони. — сказал Дастин. — И как успехи? — спросила Хлои. — Никто ничего о нем не знает. А родители все еще не хотят о нем даже слышать. Мистер Моррис прогнал нас сразу, как услышал имя сына. — Как жаль. Неужели ты все еще по нему скучаешь? — Есть немного. Каким бы он ни был… я все еще не могу представить себя с кем-то другим. Но это даже не главная причина. Он ведь просто пропал. Я хотел бы знать, что с ним все в порядке. — Не переживай. Уверена, он живет хорошо.       Дастин не стал говорить про попытку самоубийства, Хлои знать об этом было вовсе не обязательно. Она все еще оставалась уж слишком эмпатичной и невероятно эмоциональной. Узнай она такое, она не сможет спать еще как минимум неделю.       За обедом Дастин вежливо извинился перед Олли и сказал, что Харви уж точно не в его вкусе, так как спортсменов он не любил с самой школы. Сам он, конечно, после выпуска стал приводить тело в порядок и теперь регулярно тренировался, но Олли он об этом не сказал. Пришлось придумать еще кучу причин, по которым Дастина Харви не интересует, и только тогда девушка успокоилась. Но что-то Дастину подсказывало, что с этих пор Харви запретят видеться с ним. Впрочем, это его не расстроило. Он не видел Харви четыре года, и не видел бы еще столько же.       Ну а после обеда все отправились на вышку с банджи-джампингом. Дастин прыгать не собирался, так как уже на подходе он чуть не поймал паническую атаку. Он устроился подальше от вышки просто ждал друзей, стараясь не смотреть по сторонам и дышать ровно. Но ноги все равно подкашивались, а дыхание сбивалось. Это было настоящее испытание. Пока остальные наслаждались отдыхом, весельем и адреналином, он пытался выжить. Но у этого был и свой плюс. Дастин, наконец, перестал думать о Тони.

08.07.2026