В 6.0 метрах друг от друга

- Аделия, хватит ржать! - Пётр угрожающе посмотрел на девушку, стараясь придать собственной гримасе хоть каплю серьёзности. Они с Ильёй пытались помочь Эмбер встать со льда, пока Петросян смеялась над состоянием напарницы. - Нет, ты видишь что она делает? У нас день остался до первого выступления, а она умудрилась потерять лезвие с конька, - пытаясь успокоить панический смех, она вытянула перед собой лезвие, которое подняла со льда. - Заприте меня в психушку, пожалуйста. Мне нужна капельница. - Не драматизируй, - пытаясь доехать до бортика не без помощи парней, заворчала американка. - Мы в пизде... - Слишком сказочно. В жопе, - исправил Малинин. - Не православненько, - добавил Пётр. - Так, шутки в сторону, - окончательно приходя в себя решила Аделия. Глядя на Эмбер ей перехотелось о чём-либо шутить. Пусть она старалась держать себя в руках, её ладони слегка тряслись, а будучи проинформированной о прошлом фигуристки, давить на больное не хотелось. Гуменник и Малинин помогли подруге сесть на скамью и слегка отошли, прислушиваясь к предложению Аделии. Ситуация была плачевной и с ней надо было что-то сделать. - Шутки шутками. Я больше не могу кататься, - Эмбер посмотрела на Аделию снизу вверх и в этих щенячих глазах было столько страха, что сердце россиянки болезненно сжалось. - Рано себя списываешь со счетов, - Петросян была обязана выступить. Иначе она упустит возможность вернуть Россию в спорт. Это всё, что она могла сделать для своей страны сейчас и терять шанс - была не готова. - Мы сейчас же пойдём за новыми коньками. И раскатаем их достаточно, чтобы завтра выступать в них. Брюнетка села на корточки перед Гленн и та рефлекторно сжала бёдра вместе. Аделия надула щёки, пытаясь унять смех, топчущийся где-то в горле. Эта женщина была настоящим комом противоречий. Иногда ей казалось, что Эмбер намного младше неё и хотелось о ней позаботиться, помочь, направить. Погладив её по коленям, Петросян, будучи всё также на корточках, перевела взгляд на парней, задумчиво стоящих рядом. - Вы лучше тренируйтесь, время зря теряете. - Вы точно успеете найти коньки? - Илья скрестил руки на груди. - Мы можем помочь. - Согласен, вас двое, но вместе мы справимся быстрее, - Пётр поддержал друга, доставая из кармана телефон. - скоро должны прийти Соня с Изабо, а вечером Панда и Алиса. - Нет, пожалуйста, - Эмбер окинула присутствующих пустым взглядом. На уголках её глаз блестели слёзы. - Вы себе прокат испортите, это моя проблема, что коньки сломались, значит я сама её решу. Аделия, ты тоже не виновата. Это всё я... - Эмбер, замолчи, - Петросян смотрела глубоко в ясные как дневное небо глаза, скрытые за каплями слёз. - Если бы ты сломала лезвие молотком, я бы сказала, что это твоя проблема. Но нам надо выступать вдвоём, - брюнетка положила локти на чужие бёдра, стараясь удержать её от побега, - а значит, ты примешь мою и нашу помощь. - Я написал ребятам, все согласны и уже выходят за коньками, - подтвердил Гуменник, довольно улыбаясь. Всё же, кто будет стратегом, если не он? - Парни, вы точно хотите с нами идти? У вас время тренировки пропадает, - уточнила Аделия, вставая с корточек. - Точно, - теперь Илья взял телефон в руки. - Я договорюсь, чтобы нам всем дали потренироваться позже, так что ничего не случится. Или поменяемся с другими парами сейчас. Я решу, а вы пока переодевайтесь и выходите, мы по другим точкам пройдёмся. - Спасибо, - стараясь выдавить из себя улыбку и прогнать навязчивую тревогу из груди поблагодарила блондинка. Аделия протянула руку, предлагая помочь дойти до раздевалки, а ей лишь оставалось согласиться и опереться на низкое плечо, которое оказалось крепче, чем думала Эмбер. Будучи в раздевалке, Аделия уверенно выбросила остатки коньков в мусорку, когда Гленн уже переоделась в повседневную одежду. В её глубоких карих глазах не сквозило слабостью, только стопроцентное осознание, что всё будет решено. - А если пригодятся? - спросила Эмбер, глядя в сторону урны. - Ошмётки? Это в прошлом. Мы найдём тебе коньки лучше, - фигуристка натянула шапку, дожидаясь напарницу у выхода из раздевалки. - Не факт, что мы найдём их за один день, понимаешь? - голос Гленн предательски сорвался. - Будто вселенная меня хочет утопить. - Не решает ничего вселенная, - Аделия перевела взгляд со своих ботинков на американку. - Решает Бог, обстоятельства и ты. - А если я не верю? - В Бога? - В себя. - Я верю, - Аделия обернулась, выходя из двери. С Гленн было сложно работать только в одном. Не смотря на невероятный потенциал, она была морально неустойчива. Подобное затрудняло общение, так как в русском коллективе такое встречалось крайне редко. Даже Муравьёва искусно справлялась со своими проблемами, настраивая себя на лучший лад, в то время как Эмбер... она была социальной. Прохладный воздух ударил по лицу, стоило выйти наружу. Погода была щедрой, но тучи, слетающиеся на небесное собрание, давно сокрыли солнце от глаз прохожих. Эмбер появилась за Аделией, наблюдая, как та роется в телефоне. Страница за страницей, она копировала адреса магазинов, где можно было найти коньки, кидая часть из них своим русским друзьям. Гленн стыдливо увела взгляд. Было неожиданно встретить такую поддержку от лица новой напарницы. Хоть она и догадывалась в важности этих соревнований для будущего Аделии, отказать себе в мысли, что девушка делала это из человеческой доброты - не хотела. Возможно, хоть однажды ей не нужно будет сражаться за уважение. Или то были её детские мечты, так и не нашедшие опоры после взросления. Петросян шла впереди, погружённая в поиски и расчеты, не оглядываясь по сторонам, когда раздался оглушительный рёв гудка машины, сопровождаемый рядом громких высказываний на иностранном языке. Темнота. Всепоглощающая темнота давила сквозь прикрытые веки. Аделия была уверена, в эту секунду её сбило машиной, благодаря её чёртовой невнимательности, но боли в тебе отчего-то не было. Теплота окружила её плечи и только через пару минут она смогла расслышать что-то помимо писка в голове от внезапного инцидента. Сбитое дыхание над ухом заставило задуматься, правда ли она умерла. Аделия робко приоткрыла глаза, натыкаясь взглядом на белую синтетическую ткань белого пуховика. Эмбер молча прижимала девушку к груди, не смея отпустить её. На её глазах стоял страх и будь она более медлительной, страшно представить, что бы стало с россиянкой. Карие глаза поймали взволнованный взгляд голубых очей, замирая в бесконечности. - Эмбер, - прошептала Аделия, сжимая в руках воротник чужого пуховика. Перед глазами было почти также темно, но в этой тени она видела светлую фигуру американки. - К черту коньки, ты могла пострадать или умереть, - выдавила Гленн, не отводя взгляда от огромных очей. - Я... я случайно, не заметила, - протараторила Аделия, - а ты спасла меня. - Я испугалась, думала не успею тебя оттянуть, - хрипло прошептала Эмбер, замечая, как Петросян стыдливо прикусывает губу. - Спасибо, - Аделия робко улыбнулась, пытаясь унять дрожь в ладонях. В следующее мгновение, будто другой человек, она выпуталась из объятий, лихорадочно отскакивая на пару шагов назад, будто коснулась чего-то запретного. Руки оказались в карманах, скрывая в себе страх от собственной реакции. - Нам нужно быстрее... твои коньки. - Да, - вздохнула Гленн, удивлённая реакции девушки. - Аделия, только не беги, прошу. - Я вызвала такси, сейчас всё будет, - закрываясь в себе пробубнила фигуристка, снова углубляясь в телефон. Машина не заставила себя долго ждать. Спустя пару минут перед девушками стоял новый лексус из которого даже извне различался характерный запах родного такси. Водитель, мужчина с чёрной бородой, высунул голову из окна, разглядывая девушек. - В "Хоккейный центр"? - уточнил мужчина с выраженным армянским акцентом, с интересом наблюдая за пассажирками, которых, как он был уверен, где-то раньше видел. Впрочем, не все увлекались фигурные катанием и для самих спортсменов это играло на руку. - Да, - коротко ответила Аделия, собираясь сесть в машину и встречаясь взглядом с Эмбер, открывшей ей дверь и вежливо пропускающей её вперёд. Щёки россиянки залились румянцем. - " Черт, почему ты такая?" - пронеслось в мыслях у Петросян, когда она села в машину. - Если там не будет, то куда пойдём? - присаживаясь рядом спросила Гленн. - Поедем в Патинуар. Там тоже ассортимент не плохой. Аделия прижалась лбом ко стеклу, ощущая как прохлада скользит по коже. Прошла почти неделя с начала подготовки к соревнованиям и каждый день тренировок сближал всю их команду. Узнавать друг друга оказалось интереснее, чем сперва думала россиянка. Американцы отличались той простотой и эмоциональностью, о которой уже давно забыли спортсмены из стран СНГ. Они ощущались как наивные детишки на фоне суровых взрослых, забывших о слове "счастье". И если в тишине этой машины Аделия знала, что можно исправить любую ситуацию, то Гленн во всем и всегда сомневалась, держась на грани выгорания и сдерживаемых слёз. И для Петросян было тайной, как умудрялась эта женщина совмещать себе столько. Наверное, было крайне опрометчиво называть человека, который спас её от Каренинской участи наивным. Но эта сила вперемешку с эмоциональностью были для неё открытием. За Эмбер хотелось наблюдать. Может чему-то у неё учиться. Или чему-то научить. - "А ведь из нас не плохие подруги выйдут", - подумала Аделия, скрывая лицо за ладонью, принянувшией запах духов Эмбер с ее пуховика. - А вы армянка? - спросил таксист, выглядывая через зеркало. - А? Я? - спросила Аделия, очнувшись ото размышлений. - Да-да! - бодро ответил мужчина. - Да, немного. Отец армянин, - буднично проронила Петросян, погружаясь обратно в пучину размышлений. - А по-армянски говоришь? - настойчиво продолжал диалог таксист уже на армянском. Гленн заинтересованно вытянулась, наблюдая за реакцией фигуристки и была готова поклясться, та закатила глаза под ладонью. Ранее она слышала армянскую речь только по телефону, когда встречала репортажи армян в тик токе, а здесь, будто лично для неё в эксклюзивном порядке, она могла услышать армянский язык от Аделии. - Да, - коротко ответила девушка на армянском, снова прислоняясь ко стеклу. Эмбер задумалась, прокручивая в голове слово "Ха" (с армянского "да"). - "Что это? Она усмехнулась? А он что спросил?" - Гленн почесала себе ухо, стараясь разобраться о чём был диалог. - А откуда приехала? - продолжал назойливый таксист. - Я из Москвы, - всё также отсутствующе отвечала Аделия. - Ой, тогда это другое дело. Вот я где бы не жил, всегда знал, что в Армении лучше. Ну, ты, наверное, не знаешь, но это факт. - Так почему в Армении не живёте, - парировала девушка, которая при каждом разговоре с армянами слышала одно и то же. - Ну, так получилось. Вот, уже в Милане сорок лет живу. - Понятно, - проронила Аделия, замечая как внимательно за ней наблюдает Эмбер. Она приподняла бровь, вслушиваясь в диалог. Россиянка прыснула, с трудом сдерживая смех от увиденной картины. В ответ Гленн лишь мило улыбнулась, отворачиваясь ко стеклу. *** - Петя с Ильёй не нашли твой размер, а Соня с Изабо говорят, что есть только на размер больше твоего, - вздохнула Аделия, глядя как Эмбер пытается натянуть очередные ботинки на размер меньше своего. - Выходит, сорокового нигде нет, - вяло решила Гленн, бросая затею надеть белоснежные ботинки. - Я могу Вам кое-что предложить, - встрял в разговор консультант, - у нас есть сороковой размер в Edea, но есть одна проблема. - Итак? - скрестив руки на груди протянула Аделия. - Они черного цвета. А учитывая, что Вы в профессиональном спорте... Девушки переглянулись. С одной стороны, это лучше, чем кататься без коньков. С другой, это выходит за рамки нормы. А с ещё одной стороны, с какой стороны вообще Эмбер не выходила за рамки нормы. Петросян буравила медленно нарисовывающуюся улыбку на губах фигуристки. Разрешить ей эту авантюру означало разрешить ей сравнить себя с "мужским" катанием, учитывая, что в черных коньках стабильно катались только мужчины. Соответственно, их в большей степени начнут шипперить, что совсем не играло на руку россиянки. Аделия закрыла глаза взвешивая все за и против. Раздражало, что "за" было явно больше. И Эмбер ничего не останавливало попросить коньки для примерки прямо сейчас, но та упрямо молчала ожидая разрешения напарницы. - Несите, - всё же сдалась Аделия, наблюдая за победной реакцией Эмбер. И это было абсолютно правильным решением, учитывая как удобно было в Edea Ice Fly да и с лезвиями Wilson Gold Seal Revolution, собственно, на которых каталась и сама Петросян. Эмбер прошлась на ботинках, подпрыгивая на месте и пытаясь прочувствовать обувь. - Они удобнее прежних, сильнее держат корпус, - призналась Гленн разглядывая лезвия, которые предложила Аделия. - Научишь в них прыгать четверные? - усмехнулась девушка, хитро поглядывая на напарницу. - Ага, за твою пенсию хоть пятерные, - съязвила фигуристка, перехватывая у блондинки лезвия. - После Jackson Ultima тебе надо привыкнуть к Эдее, они всё же... отличаются. - Хорошо, попробуем. А что по цене за эти подкрадули? - решила уточнить Гленн, обращаясь к консультанту. - Кхм, ботинки выйдут на 1508 долларов 42 цента, а лезвия 1249 долларов и 98 центов, - просматривая на лист с информацией сказал консультант. - Сколько-сколько?! - встрепенулась Эмбер. Не смотря на достаточно хорошую карьеру и налаживающуюся экономическую позицию, привычка экономить на себе - никуда не исчезла, да и такие цены все равно сильно били по карману. - Я оплачу, - почти безэмоционально обронила россиянка. - Что оплатишь? Извлечение моей почки? - выгнула бровь Эмбер. - Нет. Считай это подарком, - Аделия улыбнулась. Так, как старалась не улыбаться в присутствии Эмбер. С той заботой и нежностью в глазах, от которых шли мурашки. Невольно Эмбер вспомнилось детство. То, как она впервые надела поношенные коньки, ступая на лёд. Тогда мир казался ярче, пусть они и были не в лучшем финансовом состоянии. Она помнила улыбку матери, когда она обернулась через спину, помнила, как отец хлопал первому ее прыжку. Перед глазами застыли первые её медали. День, когда она поднялась на пьедестал, заняв первое место на городском конкурсе. Вспомнила, как впервые решилась рассказать миру о себе, о своей сущности. Вспомнила руки бывшего, поднимавшего радужный флаг. С ним она купила свои лучшие коньки, на которых прокаталась столько лет. И теперь перед ней стояла хрупкая девушка, в улыбке которой можно было растаять. Просто так взять и купить ей коньки? Никто прежде не делал такого для неё. И пусть она старалась делать вид, что она такая же как и все, никто и никогда не предлагал ей помощи в том, чем она жила. - Я буду должна, Аделия, - голос Эмбер предательски сорвался. - Не будешь. Хотя, - россиянка задумалась. - Знаешь, ты будешь. Будешь должна катать хорошо и долго. И выиграть ещё несколько медалей. Золотых, - Аделия потеребила пуговицу на пальто, задумываясь о том, как долго Гленн будет продолжать свой путь. - Можешь меня порадовать и попробовать прыгнуть четверной. - Так всё-таки ты меня научишь? - улыбнулась Эмбер, стараясь сдержать слёзы, предательски собирающиеся на уголках глаз. - Зависит от того, будешь ли ты хорошо учиться. Всё же, я тебе жизнью обязана, - усмехнулась девушка, шагая в сторону кассы, чтобы расплатиться. А Гленн оставалось лишь стоять возле стеллажа с ботинками и смотреть в след очень странной русской девушки, которая с каждым днём становилась всё ближе и ближе к её сердцу. А ведь кто бы мог знать, что русские такие хорошие... друзья.