В 6.0 метрах друг от друга

Аделия прижалась спиной к прохладной стене, беспомрщно сползая вниз тряпичной куклой. Телефон с глухим стуком упал на пол, а яркий экран устремился в потолок. Девушка лихорадочно дышала, пытаясь осознать произошедшее. На экране висела надпись: Требования ко второму туру: парное катание. Тема: вальс на льду. Из раздумий её вырвало сообщение от Петра. Пётр Первый: Адель, ты видела положения второго тура? Петросян, схватила телефон, смахивая всплывшее окно. Открылся диалог с Гуменником и она лихорадочно забила пальцами по клавиатуре.

Аделия: Да, я не знаю что делать.

Пётр Первый: Танцевать. Нельзя сдаваться. Я знаю, после вашей победы в первом турнире фанаты совсем разошлись, но всё будет в порядке. Просто нужно победить, ты знаешь.

Аделия: Знаю. Но нас буквально женят после первого проката! Что с нами будет в России, Петя? Мне страшно.

Пётр Первый: Разберёмся, когда вернёмся. Я буду рядом, главное не смей бояться сейчас. Мне приехать?

Аделия: Нет, я на тренировке.

Пётр Первый: С Эмбер?

Аделия: Да.

Пётр Первый: Помни, вы спортсмены. Не важно что о вас говорят, всё ложь. Так ведь?

Аделия: Да, ложь. Спасибо, Петь. Ты лучший.

Пётр Первый: От лучшей слышу. Удачи. Девушка закрыла мессенджер тяжело вздыхая. Пётр был абсолютно прав. Вероятно ей правда достанется по шапке за прокаты с открытой бисексуалкой, но с другой стороны, она делает лучшее для своей страны - возвращает возможность выступать вне тени. Она зажмурилась, собирая всю волю в кулак. Гленн ждала её на льду и, вероятно, уже была в курсе нового задания. То ли из тактичности, то ли от отстутсвия интереса, та не пошла за ней, хоть и заметила, что с Аделией что-то не так. Петросян двинулась ко льду, восстанавливая дыхание и сжимая телефон в руках до побеления костяшек. Ступив на лёд, она отрешенно приблизилась к фиоуристке, заставая ту с кем-то в переписке. Американка нежно улыбалась приходящим сообщениям и Аделии захотелось уйти обратно, будто лишь её волновало проиходящее. Да и кто смеет отвлекать спортсмена от тренировки. - Эмбер, - позвала Аделия, стараясь не смотреть в чужой телефон. Не хотелось знать, кто отправлял ей алые сердца. Это слишком личное. - М? О, ты вернулась! - девушка спрятала телефон в карман, выпрямляясь перед напарницей. - Видела требования ко второму прокату? - Вальс. Честно, я немного волнуюсь. Я плохо танцую, как слон в посудной лавке, - призналась Гленн, стыдливо уводя взгляд. - Я знаю, что ты волшебно танцуешь, поэтому... но я буду стараться! Аделия закатила глаза, чувствуя как румянец подступает к лицу. Девушка вздохнула, опираясь о бортик локтём. Проблемы собирались одна за другой и надо было с этим как-то справляться. Американка встала совсем рядом у россиянки, касаясь той плечом, с интересом заглядывая в чужое задумчивое лицо. Петросян слегка отстранилась, избегая контакта. - Я знаю под что нужно танцевать, чтобы покорить судей, - вероятно, слишком торопливо сказала Аделия. - Французские песни точно подойдут, но придётся поработать над образами и... самим танцем. - Так понимаю, мне нужно будет вести? - почесала затылок Гленн, всматриваясь в глубокие карие глаза. - Да, я ростом не... не потяну вести. - Сделаешь кантилливер? - внезапно спросила Эмбер, загоняя напарницу в немой шок. - А это тут причём? - удивилась девушка. - А что... вальс, вижу тебя в белом платье. И ты делаешь кантилливер. А ведь я его в твоём исполнении не видела. - Потому что я его не умею делать, это логично, - Аделия стыдливо спрятала лицо за ладонью. Да, было неприятно признать, что не смотря на четверные прыжки, она не умела делать почти базовый кантилливер, который исполняли даже некоторые спортсмены без элементов ультра-си в арсенале. - И? - Гленн удивлённо приподняла бровь. - Научимся, в чём проблема-то? - Легко сказать. За неделю мне пресс подтянешь или травму со спины уберёшь? - Ну, учитывая как я хороша в пилатесе, есть у меня и навыки массажа. - Нет, спасибо, - взрогнула русская, сразу отказывая предложению, - девочки засмеют. - Девочки засмеют, - криво спародировала Эмбер, закатывая глаза. - Так под какую музыку танцуем? - А ты музыку окончательно мне доверить решила? - хмыкнула Петросян, включая я.музыку и пытаясь прогрузить песню вне России. - La chanson des vieux amants Мелоди Гадот. Вполне подходит под вальс, нежно и много возможностей для хореографии. Эмбер наклонилась ближе, стоя у плеча Аделии. И впервые за долгое время, та не отошла. То ли привыкла к присутсвию американки, то ли разрешила прислушаться к мелодии. Песня была крайне мягкой, музыка не вырвалась вперед голоса, как и вокал сливался с мелодией. Идеальное дополнение в музыкальном контексте. Гленн закрыла глаза, чувствуя, как по коже проходят мурашки и стало так спокойно, будто вся тревога осталась позади. Вероятно, так действовала настолько глубокая музыка или то был лёгкий гранатовый аромат с черных волос. Инстинктивно, девушка потянулась к лицу фигуристки, заправляя небрежно упавшую прядь за ухо и тут же дернулась в немой агонии, будто коснулась не смуглой кожи, а огня. Щёки залил румянец. - "Прекрасно, Эмб, ты ещё её в щеку поцелуй. Дура", - про себя взвыла девушка, объезжая спортсменку и продолжая слушать песню уже без прежнего интузиазма, отвлекаемая навязчивыми самодиалогами. Лицо на против выражало абсолютное спокойствие и полное отрешение. Аделия не двигалась, просто наслаждаясь музыкой с закрытыми глазами. Она слышала тихое дыхание у своего уха, чувствовала невероятно тёплые пальцы на щеке и отчего-то знала, что Эмбер перед ней покраснела. Было сложно держать себя в руках, но увы, так всегда правильно. - Ну как тебе? - стоило музыке затихнуть, как Аделия задала ожидаемый вопрос. - Хочу под это танцевать, - хрипло призналась американка, пряча руки в карманах. - "Нервничает", - подумала россиянка, доставая из кармана ярко-красной зипки батончик. С настойчивым взглядом, девушка протянула его напарнице. - К концу соревнований я буду весить так, будто съела тебя как перекус, - вздохнула Эмбер, всё же забирая лакомство и жадно его откусывая. Удивительно, как быстро юная фигуристка нашла лазейку к поднятию её настроения. Тонкие губы тронула довольная улыбка. - На ланч, - случайно ляпнула Аделия, чувствуя, что наговорила лишнего и было бы лучше просто промолчать. Кажется, песни Билли Айлиш запрещены в России? Эмбер застыла с открытым ртом, в который секунду назад собиралась погрузить шоколадку. - "На ланч? У Айлиш в песне поётся "я могу съесть эту девушку на ланч". В понятии... нет, откуда ей знать. Но она ведь могла слышать эту песню? И это ничего не значит. Черт, о чём я думаю... Она ведь не знала про луну, верно? И про песню не знает. А если и знает, то может не поняла смысл. Но её английский достаточно хорош, чтобы понять что песня про отлиз. ПРО ЧТО?! ЭМБЕР! Ты ещё подумай, что она в теме. Бля, может реально в теме..." - Гленн увела взгляд на трибуны, стараясь сокрыть что мелькало на лбу. - Напомни, у тебя были отношения? Аделия подавилась воздухом. - Что? Это тут причём? - девушка застыла, сжимая руки в кулаки. - Просто я подумала, что о твоей личной жизни ничего нет в сети, - повисло неловкое молчание. Американка поглядывала изподтишка на фигуристку, стараясь понять, что же такого произошло в её жизни, что та так дёргается любого упоминания отношений. - Были. Дважды. И они плохо закончились. Эти парни были не для меня, - всё же вздохнула Аделия. - А, понятно, - как-то слишком тихо проронила Эмбер, чувствуя, как тревога подкатывает к горлу. Что они сделали по отношению к ней, что она решила это скрыть? И кто это мог быть? Тряхнув головой, Гленн постаралась включиться в составление хореографического плана. И пусть им стало чуть сложнее общаться из-за внезапного вопроса, просто разойтись от неудобства в компании друг друга - было бы опрометчиво для тех, кто собирался брать золото в турнире. *** Аделия разогналась достаточно, ощущая как рядом в лодочке скользит Эмбер. Россиянка встала в стартовую позицию, стараясь поймать равновесие коленями и закинула корпус назад. Ладони сразу встретились с ногами партнерши и Петросян крепко схватилась за чужие коньки, выстраивая идеальную геометрическую картину. Спустя множество попыток, это была единственная удачная, в которой они проехали уже пять секунд. Теперь было необходимо выйти из кантилливера, а для этого необходимо поднять корпус вверх. Она ощутила, как Эмбер начала медленно приближаться к ее оси, тем самым давая большую опору для выхода. - Умница, давай, толкайся руками, - почти довольно сказала Гленн, стараясь помочь наставлениями. Аделия уже подняла корпус на пятнадцать градусов, как угол конька сбился с развернутой линии и девушка дугой полетела по льду, чуть не забрав за собой амерканку. Эмбер среагировала молниеносно, бросаясь за напарницей. Та тихо заскулила, прижимая ладони к попе и извиваясь как дождевой червяк. Гленн упала рядом на колени. - Эй, порядок? - девушка сразу же положила руку на плечо, в случае чего готовая самолично отвезти спортсмену в травмпункт. - Да, всё окей, я попой ударилась, - зажмурилась Аделия. - У тебя что не падение, так взрыв ядерный, - слегка успокоившись фыркнула Эмбер, помогая встать со льда. - Ага, ракетную опасность я придумала. - Что? - Локальный мем, может поймёшь, если будешь в России, - Петросян прильнула к чужому плечу, приходя в себя. - Интересный вы народ, русские. Nravityes mnye, - гордо выдала Эмбер на русском, ловя удивлённый взгляд россиянки. - Это было очень даже чисто, признаю. Скоро за нашу русскую Наташку сойдёшь. - Не, я Катей буду, - подняла нос Гленн. - Ну, Катей, так Катей, - хохотнула девушка, отстраняясь от американки. Следующие часы прошли в тренировках вне льда. Было необходимо осознать и отточить движения. Аделия, по большей части, специализировалась на танго, однако и вальс был ей подвластен. Слегка встреяхнув знаниями, она встала в начальную позицию, подбивая Гленн повторять за ней. Взгляд мазнул по закрытой двери. Здесь вряд ли кто-либо сможет увидеть их или застать за тренировкой. Если опираться на логику, о которой так воодушевленно твердил Пётр, само выступление вызовет меньший фуррор, нежели случайные кадры, пойманные папарацци. Если выступление имеет твёрдую основу, то подобного рода фотографии, сделанные вне турнира - можно преподнести в любом контексте. Петросян выдохнула, чуть поднимая локоть Эмбер. - Включи все своё это, что умеешь. Тебе нужно доминировать, - холодным приказала Аделия и на секунду у Эмбер открылся рот от удивления. - Что умею? - американка хлопала глазами, глядя на маленькую фигуристку. - Ну это твоё всё, за что ты особенно прославилась, - активно жестикулируя руками между их тел, объяснила девушка, попутно закатывая глаза. Ещё немного в подобных условиях и глаза её точно прилипнут ко лбу. - А как это мне должно в танце помочь, - прищурилась блондинка. - Положи руку мне на талию, - почти что взвыла Аделия от разочарования в умственных способностях напарницы, - второй ты держишь меня за руку. Если мы делаем поворот на льду, ты тянешь именно за руку, а талией держишь ось, ясно? Эмбер, ты девушку в руках когда-нибудь держала, блять? Гленн буквально терялась в наставлениях. За что держать, куда тянуть? И почему этот вальс такой сложный. Она нахмурилась, от чего глаза приобрели более тёмный и задумчивый оттенок. Оказалось, грация иногда подводила её, особенно если это касалось работы в паре. Через непосильный труд только прочувствовав как нужно направлять, пришлось сразу же адаптироваться к шагам. - "Я надеюсь ты горишь в аду, придурок", - подумала Эмбер про человека, создавшего вальс. И пусть от такого отношения к своему творению сей человек перевернулся в гробу, недовольства американки это не умалило. Аделия молча затаивала дыхание, когда чужой носок проезжался по кроссовку. Казалось уже вся обувь была потёрта от неудачных шагов. Если на земле не удавалось освоить квадрат, то на льду они точно будут танцевать не в вертикальном положении, а в позе "вызовите скорую или сразу психушку". Час за часом шли попытки и с каждым разом движения становились чётче и гармоничнее. Некоторое время Аделия позволила себе вести, пытаясь показать чего ожидает от Гленн, а та послушно следила за ней, стараясь выдавить максимум своих возможностей. Солнце за окном медленно спускалось к горизонту и у двух девушек, под тягучую мелодию вальса, удалось выжать достойный танец. Эмбер смело и уверено двигала ось, позволяя Петросян раствориться в руках, пускающих импульсы по коже обеих. Довольная тренировкой, Аделия выключила музыку, прислоняясь по стене. По лбу стекала капля пота. Даже олимпийскому участнику зачастую бывает физически сложно на подобных тренировках. Эмбер уперлась руками в бока, довольно улыбаясь. Так наивно, так по-дестки счастливо. Россиянка застыла, глядя на Гленн, стоящую на фоне закатного неба. И было в этом столько гармонии, как и в ней от лица самой американки, стоящей в тени с растрепанным пучком и приоткрытыми от усталости устами. - Я знаю, что я гений, - подмигнула Эмбер. - Кто способен освоить вальс за день? А я могу. - Признаю, я зря сомневалась, - тихо хохотнула Аделия. - Ты молодец. Блондинка пригладила футболку, уже насквозь промокшую от пота и схватила с полки полотенце, лениво закидывая на шею. - Сходим в кафе? Надо подумать как исполнить вальс на льду. Заодно поедим, что скажешь? - спросила Эмбер, но голос неосознанно сорвался. Имеет ли она права приглашать её куда-либо? Но ведь друзей можно приглашать на ужин? А если что-то внутри бьёт тихими звоночками? - "Ты не мой типаж, я люблю чувственных. А о тебе я не знаю ничего кроме того, что ты можешь сделать шутку из самого ужасного случая" - Нет, - вероятно, слишком сухо отрезала Аделия. - Не сегодня, я не голодная. Да и тебе стоит выспаться. Завтрашняя тренировка будет хуже этой, - было рискованно выходить на свет с Гленн. Тем более когда фанаты в ожидании романтичного номера фигуристок. - А... - тихо вздохнула блондинка, - ну я думала... впрочем, забей. Всё окей, я тоже не так голодна. Тем более правильное питание и тому подобное, - она поймала свой взгляд в зеркале. - "Выглядишь как побитый пёс. Тебя так ранил ответ? Ты знаешь чего она боится. Какая же я... Тупая..." Петросян сжала кулак, ощущая как ногти впиваются в ладонь. Как объяснить ей, насколько опасна их дружба? Как важно ей не перейти грань? Не попасть под камеры и не пережить тот ужас, который снился ей в кошмарах? А ведь свои кошмары она помнила вплоть до мельчайших деталей, новостных заголовков и касаний. Эмбер отвлеклась на телефон, завибрировавший в кармане, а после как ничего не бывало пошла убирать в сумку бутылку для воды. Как быстро она отвлекалась на окружающие факторы. И Аделию заинтересовало, правда ли та забыла о том, с каким голосом приняла отказ или она не одна чувствует эту тошнотворную тяжесть в груди? Она просто молча повторила за напарницей, собирая вещи и с тихим прощанием покинула зал. Стало не по себе, когда на улице, заметив взгляды окружающих, она натянула кепку почти по самый нос. С каких пор она так сильно боится, что её узнают? Она ведь та, кто всегда доброжелательно относится к фанатам. Было в этом что-то, тягощующее душу, будто она снова делала что-то запретное, за что позже ей определённо придётся ответить пред всеми. Ночь окутала Милан, однако сон не приходил ни к одной из фигуристок. Полина поцеловала свою дочь в лоб, ощущая, как та опустошенно смотрит в потолок. Не хотелось видеть своё чадо таким. Будто думки не отпускали её ни на секунду. Пожелав спокойной ночи, мама вышла из комнаты, оставляя Аделию высыпаться. Однако та вертелась на мягком матрасе, пытаясь найти спокойствие. - Как шампур на мангале, - буркнула девушка, переворачиваясь на бок. Глаза будто залило свинцом, но сон всё не приходил. Вероятно, ей стоило определиться с тем, как она общается с напарницей. Эти эмоциональные качели однозначно сбивали Эмбер с настроя. И не только Эмбер. В то время Американка стояла у окна, упираясь ладонями в прохладный подоконник. Сон, будто улетевшая птица - не хотел приходить. Гленн смотрела на луну, которая так ясно виднелась сквозь пелену ночных облаков. На экране горела фотография. Кто-то из фанатов сделал коллаж с Аделией и Уки, а рядом с Альмой поместил саму Эмбер. Девушка застыла, наблюдая это поразительное сходство. Совсем недавно она болтала со своей сестрой Брукк и та показывала как по ней скучает её маленький щеночек. Уки прыгала на руки Брукки, чтобы лучше рассмотреть свою хозяйку, жаждая узнать, когда же она вернётся домой. Эмбер со слезами на глазах говорила, что скоро и рассказывала о том, как сильно скучает. И после этого видеть этот коллаж было... странно. На душе стало тепло, как когда возвращаешься домой после долгих гастролей. И ведь правда, Аделия была невероятно похожа на Уки, как внешне, так и характером. Быть может, потому ей было так хорошо рядом с ней? Юная фигуристка ощущалась иначе, чем любое её прежнее знакомство или дружба. Как ловко она умудрялась держать дистанцию и быть тем самым плечом, в котором её нежная натура всегда нуждалась. Эмбер сглотнула ком в горле, выключая яркий экран телефона. Нужно было заснуть, иначе завтра она подведёт Аделию, а отчего-то делать этого совсем не хотелось. - Интересно, ты уже спишь? - прошептала Эмбер в пустоту. - Хотя... к чему вопрос, конечно спишь. Понять не могу, почему я не могу уснуть, - сжимая футболку на груди, промычала девушка, закрывая глаза. Она отлично понимала, почему её постоянно отталкивают. Просто русская девочка боится о своём будущем, что Гленн знала и старалась не усугублять и без того шаткий авторитет, но желание поговорить по душам был сильнее любых разумных рассуждений. Выпив таблетку, фигуристка легла в постель, ощущая, как взгляд медленно скользит по лунному свету, узорами украшивающему стены. - "Красиво", - подумала она, проваливаясь в глубокий сон. А во сне ей снились знакомые черты, аккуратные руки, держущие за талию. Но отчего-то касания не ощущались на коже, будто были смесью фальши и воспоминания. Эмбер аккуратно оттолнула человека, уприаясь ладонью в грудь, скрытую за чёрной майкой. Было неприятно снова видеть татуировку на предплечье и волосы вечно спадающие на лицо.

Почему ты снишься мне, Дэнни? Ведь я давно разлюбила тебя...