Вдвоём под прицелом

Самара встретила их влажным апрельским ветром, который сразу забрался под куртки и заставил всех троих — Роберта, Гришу и Никиту — матюгнуться почти одновременно. Микроавтобус «Спринтер» стоял у заднего входа клуба «Звезда», мотор уже работал, выхлоп смешивался с запахом мокрого асфальта и шашлыка из ближайшей палатки. Внутри воняло вчерашним перегаром, травой и дешёвым освежителем «Сосна». Роберт закинул сумку в багажник, хлопнул дверью и сразу полез в бардачок. Там лежал уже скрученный косяк — толстый, как палец, с «добавкой» из того, что они вчера добили после саундчека. Он прикурил от зажигалки с логотипом «Платина», затянулся так, что щёки ввалились, и передал Грише, не глядя. — Держи, братан. Пока Никита не сдох за рулём. Гриша взял, пальцы их на секунду соприкоснулись. Тепло. Роберт отметил это краем сознания и сразу отогнал. Просто косяк, просто усталость после концерта. Ничего такого. Концерт в Самаре вчера был жирный. Зал орал так, что у Роберта до сих пор звенело в ушах. Они закрывали сет совместным треком — «Дым над городом», который Платина написал ещё полгода назад, а Гриша добавил свой куплет про «два срока на двоих», хотя тогда это было просто приколом. Теперь строчка звучала как пророчество, но они оба ржали над ней на сцене, когда толпа подпевала. Гриша затянулся, выдохнул густое облако в потолок микроавтобуса и откинулся на сиденье. Ноги в кроссах New Balance закинул на впереди стоящее кресло. Роберт сел рядом, плечом к плечу. Между ними — только тонкая ткань худи и запах пота после выступления, который ещё не выветрился. — Пиздец, Берт, ты вчера на бите так врубился, я думал, сцена рухнет, — пробормотал Гриша, передавая косяк обратно. Голос у него был низкий, с хрипотцой после трёх выходов на бис. — Особенно когда ты на «Клад» пошёл. Я прям почувствовал, как у тебя в кармане что-то лежит. Роберт хмыкнул, затянулся глубже. «Клад» — это был их новый совместный трек, который они ещё нигде не выкладывали официально. Про тайники, про бывших, про то, как всё может накрыться в любой момент. Ирония была в том, что у Роберта реально был «клад». Но об этом знал только он и одна девушка из прошлого, которую он старался не вспоминать чаще, чем раз в месяц. — А ты, сука, когда на припеве меня обнял на сцене, я чуть не заржал в микрофон, — ответил Роберт, толкая Гришу плечом. — Толпа подумала, что мы сейчас целоваться начнём. Гриша заржал — громко, по-братски, но взгляд его на секунду задержался на губах Роберта, на том, как он облизнул их после затяжки. Роберт этого не заметил. Или сделал вид. Никита (Dj Эклер) завёл мотор, и машина тронулась. За окном потянулись самарские окраины — серые панельки, мокрые деревья, редкие фонари. До Екатеринбурга было двенадцать часов пути с остановками. Нормально. Они уже привыкли. Через час косяк догорел. Роберт открыл пиво — «Балтику девятку», которую купили ещё в гримёрке, — и протянул Грише. Тот взял, сделал глоток и вернул. Они пили по очереди из одной бутылки, как всегда. Роберт чувствовал, как тепло разливается по груди, как расслабляются плечи. Гриша уже начал клевать носом, голова его медленно заваливалась на плечо Роберта. — Спи, Буда, — тихо сказал Роберт, не отодвигаясь. — Я пока покараулю. Гриша что-то буркнул, но не отодвинулся. Его волосы — тёмные, чуть влажные после душа в клубе — коснулись щеки Роберта. Запах шампуня, пота и травы. Роберт положил руку ему на колено — просто чтобы удобнее было сидеть. Пальцы сами собой сжались чуть сильнее, чем нужно. Гриша не проснулся. Только дыхание стало ровнее. Роберт смотрел в окно. За стеклом летела ночь, фары встречных машин размазывались в оранжевые полосы. В голове крутился бит нового трека, который они хотели записать в Екате. Что-то тяжёлое, с низким басом и строчками про то, как всё хуёво, когда ты в бегах ещё до того, как тебя посадили. Он не знал, почему именно сейчас ему вдруг стало так спокойно. Рядом храпел Гриша, в бардачке лежал ещё один косяк, в колонках тихо играл их старый микстейп. Завтра — Екатеринбург, большой зал, толпа, адреналин. А потом Красноярск, Иркутск, Владивосток. Тур по России, который они сами себе устроили, потому что «надо зарабатывать, пока не накрыли». Роберт закрыл глаза. Рука всё ещё лежала на колене Гриши. Тепло сквозь джинсу. Он сказал себе, что это просто дружба. Просто тур. Просто два рэпера, которые знают друг друга уже пять лет и прошли через всё дерьмо вместе. Но где-то в груди уже начало ныть что-то тёплое и опасное. Что-то, чему пока не было названия. Гриша во сне вздохнул и придвинулся ближе. Роберт не убрал руку. Микроавтобус мчался дальше на восток, а в салоне пахло травой, пивом и чем-то таким, от чего оба ещё долго будут делать вид, что это просто усталость после концерта.