stronghold

      — Дорогой, адвокат говорит, что оттягивать подписание уже практически невозможно, дедушка любил тебя, и никто из нас не намерен оспаривать его завещание. Пожалуйста, при первой возможности приезжай, необходимо привести документы в порядок, да и мы уже скучаем. Ах, и вот ещё что: у земли был арендатор, в данный момент подробнее сказать не могу, но договор с ним тоже закрыт печатью до принятия наследства. Как видишь, никак без тебя не разобраться.       Соуп устало тёр глаза, вполуха слушая мать. Он увеличил скорость на беговой дорожке, поправил наушники, откуда продолжал литься её голос. Шрам на левом виске чесался, заставляя нарастать подступающее раздражение ещё сильнее.       — У меня только закончилась реабилитация. Я вернулся на базу, надо быстрее возвращаться в форму, но я попробую поговорить с начальством, — делать этого Джон совсем не планировал, но за последнюю неделю подобных разговоров это стало универсальной успокаивающей фразой.       Универсальной и, вероятнее всего, уже приевшейся, так как мать начала второй круг увещеваний. Мысли при этом решили и вовсе отправиться в свободный полёт.       В тот день, два месяца назад, когда его любимый дед - старик Джек мирно умер во сне от старости, Соуп вполне мог бы встретиться с ним на том свете лично. Он бы, как и в детстве, помог ему перегнать стадо овец по бескрайнему полю, с подножия к самому предгорью, на этот раз уже в одну безвозвратную сторону.       Но случилось чудо. Пуля, выпущенная в голову, разрушилась при выстреле, видимо ещё даже не покинув ствол, а в виске очень удачно оказался лишь небольшой осколок вместо смертного приговора. Команда сначала списала его со счетов, винить их в этом нет смысла, со стороны всё выглядело более чем очевидно — если человеку выстрелили в голову в упор, то человек умирает. А после, какого-то хера, за ним в заминированное здание вернулся Гоуст, где и обнаружил совсем не труп.       Из-за несвоевременной помощи повреждения оказались весьма обширными. Врачи опасались афазии, потери речи, однако большую проблему составила внутримозговая гематома, кровоизлияние, мешавшие нейронам выполнять свою работу стабильно. С этим, к счастью, получилось справиться. Родная армия же унизительно тестировала Мактавиша на когнитивные функции буквально сразу после больничного, не доверяя ни ему, ни врачам, затягивая больничный бесконечной бюрократией, настаивая на дополнительных кругах реабилитации.       И вот он снова на базе. Из своих здесь лишь Роуч, вернувшийся из отпуска, да Прайс, прикованный к бумажной работе. Та миссия, важнейшая миссия, давно выполнена без помощи Соупа, нужен ли он тогда вообще? Снова на работе, но потерявший форму и время, сержант всё чаще ощущал себя пустым местом.       — Всё равно, как ты это сделаешь, тянуть больше нельзя, у тебя неделя, ты знаешь меня, милый, давай мама не будет волноваться. Когда я волнуюсь — волноваться начинает и твоё начальство, включая министра обороны. Ты меня услышал, Джонатан Лесли Мактавиш?       — Принято, — вздохнул и нажал на кнопку сброса звонка.       Было даже интересно, кто больше офигеет: капитан Прайс или министр, кто из них первый прочитает лекцию о необходимости успокоить ретивых родственников? Каждый здесь, кроме кэпа, уверен, что Соуп из очень многочисленной, но обычной шотландской семьи, и чтобы так было, пришлось в своё время приложить реально много усилий.       Прогнав воздух поглубже по лёгким ещё раз, Джон сбавил темп беговой дорожки, плавно останавливаясь. Ситуация с семьёй уже подходила к черте невозврата, приходилось думать над тем, как всё быстро и незаметно решить, отвлекаясь мысленно от того, о чём думать наоборот хотелось. О ком. Языческие хороводы и песнопения, вечные жертвоприношения в мыслях были посвящены только главному богу — огромной ледяной глыбе, непревзойдённому социопату, мастеру теней и любителю черепов Саймону Гоусту Райли.       Сука, так много времени… И так много усилий было потрачено, чтобы этот неприступный айсберг начал шутить в ответ, поддерживать разговор не только во время миссий, банально доверился навыкам Джона. Чтобы сам тянулся к касаниям, не кидал горящие желанием убивать взгляды на клоуна шутника Джонни. Соуп не врал Гоусту, он реально хотел быть похожим на него, стать мастером военного дела. И ведь прямо перед злоебучей пулей, всего за пару дней до этого, наконец, услышал, что имеет все шансы стать не просто похожим, а стать лучше. Мактавиш помнил, мурашки от тех слов по нему прошлись настолько сильные, что волосы зашевелились даже в могавке.       А что теперь? Глупо словить пулю и выпасть из самой серьёзной миссии за последние годы. Джон считал это своим личным проёбом, почти летальным по факту, спасло его чудо, а нихуя не подготовленность и профессионализм. Считал ли также Гоуст, обнулило ли это их связь, не оправдал ли он этим и ожидания лейтенанта? Больше всего хотелось наконец заняться выяснением, а не гонять подобную мысленную жвачку по кругу.       В этом и был план: сразу на базу. А никого нет, никто не ждал, поэтому сейчас роль верного пёсика исполнял сам Соуп, верно дожидаясь своего напарника. Просто жизненно необходимо узнать, проверить, убедиться, что именно в его глазах он не стал после всего некомпетентным куском дерьма.       — Закончил? — Роуч стоял за спиной с парой гантелей. — Сегодня на 20 минут дольше. К марафону готовишься?       — Матушка следит за мотивацией, лечу вперёд на чистой жопной тяге, — обернулся словить реакцию на шутку. — Следишь за мной особо пристально?       — Самый ярый фанат. Ну, в отсутствие боженьки качалки. Тут уж извини, сам понимаешь.       — Понимаю только то, что пока он тут, у тебя всегда дела, чтоб пораньше покинуть зал. Чего сейчас-то про бицепсы свои вспомнил?       — Завалил временной результат на зачётной тренировке у Гоуста перед его отъездом. Он и так лютовал тут, пока ты в больничке отдыхал, а когда я с двумя автоматами на марш-броске пришёл не в установленный его мрачностью период, мне очень красочно расписали, как именно я должен буду тренироваться, и что будет, если не буду.       — Говорил с тобой дольше пяти минут? Уверен, что под маской был именно лейтенант?       — Сложно перепутать, — Сандерсон закончил свой подход и вернул снаряды на стойку. — Я бы не назвал это разговором. Очень громким монологом скорее. И он уложился в три. Ужасающий опыт.       — Это… необычно, — Джон нахмурился, сделал глоток воды из бутылки — та уже не была холодной, отчего вкус показался немного мерзким.       — О, Прайс был точно такого мнения, именно поэтому отправил того в срочный отпуск. Немного остыть, но скорее всего не допустить членовредительства.       — Ёбучий ад, Роуч. Не хочешь ли ты мне сказать, что сыграл роль последней капли? Довёл элти… до отпуска?       — Брат, клянусь, я не планировал.       Они синхронно расхохотались, оставаться дальше в зале настроение пропало, а обязательную программу оба выполнили, поэтому дорога теперь лежала в душевые. По пути уже со всеми подробностями обсудили все полученные Гарри «рекомендации» и интонации Райли. Соуп подумал, что это немного смешило его, сам он такого эффекта не добился.       Когда через пару минут Роуч уже фыркал под душевой лейкой, не дожидаясь горячей воды, а Соуп в задумчивости всё ещё вылезал из нижнего белья, телефон сержанта зазвонил снова. Странно, казалось, что он тыкнул на беззвучный. Но раздражение от того, что, скорее всего, это снова мать с очередными увещеваниями, не дало долго думать. Мобильник Роуча ожил почти синхронно. Нехорошее предчувствие. На экране высветилась линия спецсвязи. Ебать, за всю службу это было впервые, тут даже для ответа необходимо соблюдать протокол.       — Сержант Мактавиш… — договорить ему не дали.       — Через минуту ты должен быть у арсенала, Джон. И я очень надеюсь, что Сандерсон с тобой. Ноги в руки, я не шучу о времени, — Прайс моментально отключился, и телефон рядового перестал трезвонить.       — Кто-то звонил? — малой вытянул голову из-под потока воды, щурился, вытер мыльную пену с лица.              — Спецлиния. Сандерсон, 50 секунд. Срочно в арсенал. — Полностью собранный голос, как и всегда было необходимо, когда ситуация резко менялась, а за командира больше быть было некому.       Время, предоставленное капитаном, стремительно убегало. Точка назначения находилась в другом корпусе, спешили так, что, вероятно, поставили новый рекорд базы по одеванию на скорость. Было плевать и тогда, и когда пересекали огромную тренировочную площадку между зданиями, пугая редких солдат и постовых своей спешкой.       Кэп стоял у первого выезда из гаражного отсека, застёгивая бронежилет. Его джип рядом был уже заведён.       — Броню на себя, оружие для штурма. Сохранять темп.       — Принято, — сказали в один голос и пулей к своим шкафчикам, продолжая марафон. Хорошо, что ответственный за вооружение понятливо подсунул журнал для подписи о полученном.       Что, блять, происходит?       Особо сильно этот вопрос начал кружиться в голове, когда джип чуть не выбил ворота на выезде. Они очевидно спешили, но что за миссия требовала такой срочности, что они направлялись на неё на личном авто?       Ожил телефон Прайса. Тот принял вызов меньше чем за секунду, но чтобы ему ни сообщили на той стороне, в ответ капитан кинул лишь короткое «понял» и отключился, газуя всё сильнее.       — Соуп, в бардачке спецсигнал, установи на крыше, надо ускориться.       Задача была моментально выполнена. Теперь машины, которые они обгоняли или грубо подрезали, перестали возмущённо сигналить в ответ.       — Роуч, возьми мой телефон. В приложении спецсвязи первый чат, жди ссылку на трансляцию с коптера. Описывай всё, что увидишь. И настрой рацию.       На заднем сиденье Сандерсон завозился, вскоре им протянули по наушнику, а радиоточку сунули в карманы на разгрузке. Соуп надел наушник себе самостоятельно, второй нацепил на капитана — тот не отвлекался от дороги, сохраняя опасную скорость.       — Проверка связи, 141, как слышно? — раздались стандартные слова сзади, и ещё звук полученного уведомления.       — Чисто, — ответили в один голос.       — Есть ссылка, картинка появилась. Вижу частный дом на отшибе. Старый, большой, свет не горит, два внедорожника на газоне, один на дороге, два трупа, были вооружены. Качество не очень, звука нет.       — Движение? — моментально включился Прайс.       — Отсутствует, либо не видно. Дом реально большой, вспышек внутри тоже не видно.       — Продолжай наблюдение, — капитан выдохнул, жестом попросил Соупа ему прикурить, подсказывая, что всё необходимое в кармане на двери. Только выдохнув первую струйку дыма, пальцы Прайса немного ослабили давление на руль, скорость тоже пришлось сбавить — въезжали в город. — Десять минут назад Гоуст из своего дома подал сигнал тревоги. Подробностей нет. Гражданские службы предупреждены, прибудут после нас. Наша задача — выяснить ситуацию, возможен штурм, и рассчитывайте на свои силы: поддержке на сборы потребуется гораздо больше времени. За кооперацию со всеми сейчас Газ. Роуч, изменения?       — Не обнаружено.       Соуп инстинктивно вдохнул расплывшийся по салону дым, уставился на дорогу, сосредоточившись на любой новой информации, которая могла поступить от Гаррика, следящего за трансляцией. Но Сандерсон молчал.