-Пилот-
11 апреля 2026 г., 04:40
2022 USA
Ada
— У нас уже есть все, что нужно для создания. Осталось уладить лишь кое-какие мелочи, — женщина средних лет, деловито вернула сползающие очки обратно на переносицу. Ее хрупкое запястье украшали изящные часы с тонким резным орнаментом, на которые она тайком поглядывала в минутных порывах между кивками и ужимками своего собеседника достаточно скупого на слова.
Они сидели в небольшой, но уютной кофейне посреди городской суеты, той самой, куда бы среднестатистический американец пришел заправиться кофеином перед тяжелым рабочим днём. Или миловидные студентки соседних колледжей забежали бы за чашечкой «бодрящего» и с наивными детскими глазами, искали бы в толпе знакомые лица своих одногруппников.
Оживленное место быстро превратилось в рассадник крыс.
Подумала про себя Ада с усмешкой, заправляя выбившуюся из прически часть волос за ухо. Маленькая изящная и непозволительно тонкая кофейная чашка перед ней манила своим запахом. Арабика обжаренная, с чем-то пряным и солоновато-горьким одновременно.Определенно напоминающий горячий поцелуй, только в чашке.
Азиатка невольно осеклась от собственной мысли и сделала мелкий глоток ароматного напитка. Тем временем, седовласый мужчина с ухоженной бородкой, стал более увереннее вести себя в беседе с таинственной блондинкой в очках. Его лицо было испещрено мелкими шрамами, возможно от осколков шрапнели или от чего-то настолько маленького и острого, что глубоко въелось под кожу. Осанка была прямая, почти идеальная для его возраста. Жилистые руки иногда сжимались в кулаки. Они явно о чем-то спорили. — ЭТО, Вы называете мелочью? — его лицо слегка покраснело, то ли от досады, то ли от злости. — У меня агенты DSO на хвосте, — прошипел он почти шепотом, — о как же хорошо, что Ада могла читать по губам. Его неприкрытый гнев, раздувающиеся ноздри — типичная картина будущего неудачника и он это чувствует. Его крысиная чуйка его не подводит. — Дайте НАМ ещё немного времени, мы проведем заключительные тесты и, — блондинка накрыла его руку своей лёгкой ладонью в успокоительном жесте, — и Вы сможете, наконец, оценить плоды Ваших вложений. Поверьте мне. Женщина мягко улыбнулась. Что уж говорить, с точки зрения мужского пола, она была красива. Ярко подведенные черным глаза, розовые пухлые блестящие губы, которые она, то и дело, нервно облизывала. Дорогая одежда, вельвет кажется. Белая блузка, яркое колье с крупными камнями и кольцо на мизинце. Дополняют образ широкие скулы, тонкая шея, длинные волосы, собранные в жёсткий высокий хвост и туфли. Как же Ада могла забыть про туфли. Пара лаковых лодочек на шпильке заинтересовали ее взгляд и уносили в ностальгический порыв.Черт, у меня такие же туфли. Делает ли это меня плохим человеком, если у нас похожие вкусы? Что за абсурдные мысли Ада?
Брюнетка покачала головой. Она увлеченно следила за этой парочкой ещё без малого десять минут. Кофе на дне ее стакана уже остыл. Не став его допивать, женщина отодвинула чашку от себя прямо на блюдце. Тонкое стекло со скрежетом остановилось ровно посередине её столика. Сегодня она была одна, впрочем как и всегда. Бремя бесконечного невыносимого одиночества — это одна из особенностей ее работы. Рука в черной кожаной короткой перчатке потянулась за сумкой, женщина встала. Ее длинные волнистые черные волосы с редкими белыми прядями, казались потускневшими. Глаза цвета миндаля наглухо спрятаны под солнцезащитными очками, уже не такие живые как раньше. Она устала, вымотана бесконечными заданиями своих поручителей, которые водоворотом засасывали ее, как черная дыра, на глубину, где не было света. Не было жизни. И его там тоже не было. Женщина встала со стула, бросила несколько идеально сложенных купюр на стол. Она знала, что дала больше, чем нужно.Надо будет запомнить это заведение.
Прошептала себе, словно это какой то секрет. Холодные быстрые шаги ее металлических массивных каблуков, затихли где-то у выхода, смешиваясь с переливами трелей городских птиц, шумных улиц и собственного дыхания. 2022 USA Leon (Tom Odell — Can't Pretend) Утро этого дня встретило Леона тупой головной болью в затылке, звоном в висках и затекшей, от неудобной позы для сна, спине. Мужчина нехотя открыл глаза, щурясь от яркого назойливого луча света, проступающего через полотно его неплотно зашторенного окна. Мышцы болели от вчерашней неудачной тренировки, переборщил с весом в спортзале и даже сам не заметил этого. В последнее время он стал на редкость рассеян. Одежда, некогда ровными рядами висевшая на вешалках в шкафу, валялась по разным углам квартиры, занимая собой добрую часть пола, дивана и других предметов мебели. Но, кажется, хозяина жилища это не особо волновало. Каждое утро он со вздохом обещал кому-то внутри себя, что «разгребет этот бардак», а потом добавлял через какое-то время: — возможно; — возможно, потом; — не сегодня, черт побери. А вещи так и продолжали копиться, ожидая своей участи. Леон прикрыл широкой ладонью глаза.Черт, сколько сейчас уже?
Выругался он про себя и с неохотой поднял телефон с тумбочки. Экран мигнул под нажатием его пальцев. 08-42. Неуклюже он пролистал вчерашнюю историю переписки с Шерри. Девчонка, которую он спас из адского пекла Раккун-сити, снова опекала его. Иногда писала всякие глупости про его отношения с женщинами, и что пора бы уже обзавестись семьей, домом, собакой, детьми и кучей других вещей, присуще нормальным людям. Обычно такие разговоры сразу сводились на нет, но в последний раз Леона сильно задело. Он разозлился. Серо-голубые глаза мужчины потемнели, а рука неистово сжала спинку офисного стула, на котором сидела Биркин. Пластик под его натиском не выдержал и треснул. Заостренные края врезались в огрубевшую кожу, но ему было плевать. Он уже давно притупил в себе физическую боль. — Ты же понимаешь, что она не вернётся, да? — Леон? — Эта женщина свела тебя с ума! Я больше не узнаю тебя! — Леон, ты пьян… Соберись уже, вокруг тебя полно девушек, желающих твоего внимания, черт! — Ммможет, у нее кто-то есть? Или она мертва, или ещё что? Я-я не знаю. Но, если б, я могла, то сама бы ее убила. За то, во ЧТО она тебя превратила! Эти слова она буквально выплевывала ему в лицо, самым токсичным ядом. От бессилия, тогда, мужчина наорал на нее, сломал стул и ушел. Не домой, а в ближайший бар за углом, топить свою грусть на дне стакана и глушить тянущее чувство в груди, которое необъяснимо приходило с произнесенными тремя буквами на кончике языка. Ее имя словно мантра. Молитва, которую не забыть. Как обгоревшая старая обшарпанная страница из книги откровений. Чертова Ада. Он ненавидел это имя, и любил каждую букву. Иногда он шептал его во сне между кошмарами из вечных битв то ли с мутантами, то ли с самим собой. Мимолетная иллюзия с игривой ухмылкой, спрятанной за длинными ресницами и безразличной сучьей маской. Со временем, её образ стал размытой галлюцинацией в красном, в обезличенном варианте. Он забыл ее запах, ее голос, улыбку, дьявольски манящий блеск карих глаз, но помнил имя. Чертово имя не отпускало. Камнем вниз оно тянуло Леона, его душу и сердце в бездну безумия. Кеннеди со стоном приподнялся на локтях и кинул телефон обратно на тумбочку.Душ, чистая одежда и кофе. много кофе.
Вот, что ему сейчас было жизненно необходимо. А ещё. — Не мешало бы побриться, — Леон провел ладонью по шершавой щеке. Кровать под его весом прогнулась, он сел, свесив босые ноги вниз. Мужчина свел пальцы правой руки около переносицы, окончательно прогоняя сон. — Что ж, настал новый день, Кеннеди, который тебя не убьет, — ритуальный текст по совету его психиатра был незаменимым атрибутом его пробуждений.***
11-28. Вот уже, как полчаса машина Леона стояла в глухой пробке, где-то посреди улиц Манхеттена. В тот день как никогда было жарко. Окно авто было полностью опущено, чтобы его водитель не задохнулся от, плавящей кожаный салон, солнечной радиации. Люди сновали по тротуарам оживленными толпами. В соседней машине кричали и дрались чьи-то дети. Мальчик лет пяти и девочка помладше, не поделили плюшевую игрушку. Леон наблюдал, как их мать замученная дальней дорогой, разнимала ребят почти каждые несколько минут с тяжёлыми вздохами. Ее лицо было напряжено, чуть блестел от пота лоб. Тонкие руки сжимали руль, когда детские голоса становились громче обычного. Вскоре, мальчик заметил его пристальный взгляд и затих. Отдал сестре игрушку и отвлекся на пейзаж за своим стеклом. — Сспасибо, — сдавленно протянула девушка в окне напротив, — а то, я уже не знала, как их успокоить. Леон мельком поймал себя на мысли, что наверно опять сидит с каменным лицом. — Не стоит, — мужчина попытался изобразить некое подобие улыбки. Видимо успешно. Брюнетка напротив была немного смущена. Прошло ещё три минуты. Девушка увидела свое отражение в зеркале заднего вида и быстро поправила прилипшие к лицу волосы. — Жарко сегодня, — как бы оправдываясь за растрепанный вид, она бросила взгляд на Кеннеди, который был в метре от нее. Минута, другая, третья. пятая.Ненавижу понедельники, этот город и.
Автомобильный ряд Леона наконец сдвинулся. Он снова нажал на кнопку зажигания в своем Porsche Cayenne Turbo GT. Машина медленно тронулась с места с характерным «хрустящим» звуком из-под горячих колес. Агент смотрел на удаляющуюся из его поля зрения машину с детьми и той милой женщиной. Если бы его жизнь повернулась иначе, мог бы он себе позволить даже мельком представить себя отцом или чьим-то мужем?И не мечтай, красавчик.
Едкий, почти идеально сымитированный голос Ады пронзил его сознание. Она как холера поразившая его легкие настолько, что Леон не мог самостоятельно дышать. Не существующий сталкер, живущий у него в голове. Движение нормализовалось. Ещё пара кварталов. Светофор горит красным. Опять стоим. Минута, другая. Взгляд мужчины зацепился за худощавую брюнетку в тонкой просвечивающей рубашке, выходящую из кофейни. Огромные черные солнечные очки скрывали ее лицо — не разглядеть. Немного опустив голову, она переступила через порог заведения и растерянно осмотрелась. Длинные густые волнистые волосы, крупными прядями спадали с плеч.Красиво.
Высокие брюки, аккуратный разрез декольте, черные короткие перчатки. Леона кольнуло где-то в районе паха. Пульс усилился. Загорелся зелёный. Знакомый образ, до безобразия похожий, хотел навязчиво доминировать над здравым смыслом. Машина тронулась вперёд. Свежий воздух от кондиционера приятно холодил кожу.Нужно срочно кого-нибудь трахнуть, чтобы окончательно не сойти с ума.
***
Отделение DSO было совсем рядом. Леон с облегчением выдохнул. Он припарковал машину на подземной парковке неподалеку. Привлекать особое внимание к себе такой тачкой он точно не хотел, к счастью парковка была почти пустой. Пара стареньких седанов, внедорожник с разбитым лобовым стеклом, с виду армейский. Возможно, участвовал в какой-то перестрелке и владельцы не нашли ему особого применения, как и эффективного ремонта. Чуть дальше виднелся руль байка, скрытого под покровом черного грязного выцветшего чехла.И тебя жизнь потрепала приятель.
Облупившаяся краска на потолке парковки с паутиной свисала вниз. Ветер лишь изредка раскачивал ее из стороны в сторону. Леон достал из заднего кармана пачку сигарет. Он давно не курил. Zippo с незамысловатой гравировкой блеснула в руке Агента. Кеннеди на ходу вытянул зубами из пачки сигарету. Едкий дым наполнил легкие. Мужчина сделал несколько затяжек подряд, смакуя вкус горечи. Смог мелкой дымкой крутился возле его губ, на выдохе рассеиваясь с пылью в воздухе.Тяжело.
Биометрия на руке запищала, указывая на учащенный пульс.Плевать. Я заслужил немного покоя.
Облокотившись о каменную колонну, Леон откинул голову. Прохладная шершавая поверхность царапала, немного влажные волосы на затылке сбивались в комок. Снова затяжка, а следом обречённый выдох. Сколько ещё ему придется этим заниматься? Стрелять в мудаков, спасать мир раз за разом. Видеть смерть, боль, отчаяние тех, кого не смог спасти. Тело мужчины сползло вниз по камням, он присел на корточки и обхватил голову руками. Сигарета тлела между его пальцев, как его собственная душа. Как жизнь, утекающая из его рук, с каждой кровавой дорожкой в раковине после миссии. Не только Леона, но и кого-то еще, и от этого было тяжелее больше всего. Агент не знал, жива ли его вечно ускользающая возлюбленная. Последний раз они были на волоске от смерти в башне в Китае. Он закрывал ее тело своим от острых шипов заражённого вирусом Симмонса. Этого грязного ублюдка и выродка.« Давай будем вместе любовь моя.»*
Леон сплевывал эту фразу с языка каждый раз, когда проигрывал в голове события той ночи. В тот раз Ада спасла его, снова, как и всегда… была непозволительно близко и одновременно далеко. Она сделала все, чтобы он с Хеленой выбрались из этой истории живыми и с чистой репутацией. Позже они встретились уже в Вашингтоне. В отеле. Несколько жарких ночей без слов. И она ушла. В глухую тишину, в забвение, где Леон не мог ее отыскать, как бы не пытался.« Мы ведь сами рабы своих желаний.»
Тихо повторял он себе украдкой, сидя в каком-нибудь баре за барной стойкой, пока никто не слышит. Кеннеди брезгливо отшвырнул в сторону окурок, взлохматил волосы и выпрямился. Поправил пряжку на ремне, стряхнув с плеча черной футболки пыль и песок, сыпящиеся прямо с потолка. 12-07, значилось на циферблате. Прием у психиатра был назначен на 12. Леон опоздал. Снова. ___________________________________ * Слова С.Симмонса из финала игры RE6
