Сквозь завесу реальностей

Воздух вырвался из легких вместе с криком, который застрял в горле. Ния упала на холодную, влажную землю, чувствуя, как реальность вокруг нее сжимается и разжимается, словно гигантские легкие вселенной. Ее собственное дыхание было прерывистым, хриплым. Она лежала лицом вниз, впитывая запах гнили и осенней листвы, смешанный с чем-то чужим, металлическим, что не принадлежало ее миру. Где я? Мысли путались, как клубок змей в голове. Последнее, что она помнила, — это свою комнату, привычный бардак на столе, мигающий экран компьютера с открытой статьей о квантовой запутанности и параллельных вселенных, и тот внезапный, сокрушительный приступ боли. Боль, которая пришла не из ее тела, а изнутри самой реальности, словно кто-то дернул за невидимую нить, связывающую ее с чем-то… с кем-то другим. Сопровождала боль вспышка — не света, а чистого отчаяния, крик души, который прозвучал в ее собственном сознании. И затем — падение. Бесконечное падение сквозь слои реальности. С трудом перевернувшись на спину, Ния зажмурилась от необычного света. Небо над ней было не синим, а перламутрово-лиловым, с болезненными прожилками индиго. Солнце, маленькое и бледно-золотое, висело слишком низко. Она подняла руку перед лицом — та же кожа, те же тонкие шрамы от детских шалостей, те же коротко подстриженные ногти с остатками черного лака. Она была собой. И все же все было иначе. Она встала, пошатываясь. Стояла на окраине парка, который в ее мире был ухоженным сквером с фонтанами. Здесь же деревья были выше, темнее, их ветви сплетались в зловещие арки. Лавочки проржавели, асфальт на дорожках треснул, и из трещин пробивалась фиолетовая, незнакомая трава. Воздух был прохладнее, гуще, и тот странный сладковато-горький запах витал повсюду. Сердце Нии бешено колотилось, но не только от страха. В ее разноцветных глазах — карем и янтарном, в глубине которого мерцала крошечная звезда, — вспыхнуло жгучее любопытство. Она сделала это. Она перешла. Теория, над которой она билась месяцами, читая полузабытые научные труды и эзотерические форумы, оказалась правдой. Бесконечные миры. Бесконечные версии себя. И та душераздирающая боль, тот крик… Это был зов. Зов другой себя, попавшей в беду. «Когда ты находишься на грани смерти, твоя вторая альтернативная версия умирает вместо тебя». Слова ученого, чье имя она уже не могла вспомнить, эхом отозвались в памяти. Сколько раз она себя калечила? Сколько раз просыпалась среди ночи от ощущения падения? Значит, не просто так. Значит, где-то в бескрайнем мультивселенском океане ее двойники гибли, заслоняя ее собой. И теперь она здесь. Чтобы положить этому конец. Но где здесь? И где та, другая Ния, которая послала отчаянный сигнал? Ее размышления прервал звук шагов — медленных, шаркающих. Из-за угла полуразрушенного киоска вышел человек. Вернее, не совсем человек. Его силуэт был искажен, будто отражение в кривом зеркале, контуры тела дрожали и расплывались. Он не обращал на нее внимания, бормоча что-то себе под нос, и скрылся в темноте переулка между деревьями. Аномалия. Искажение реальности. Значит, этот мир был не просто другим — он был поврежденным. Ния глубоко вдохнула, пытаясь унять дрожь в коленях. Ее среднее, крепкое телосложение всегда было ее опорой, и сейчас она заставила себя выпрямиться, почувствовать твердую землю под ногами. Она погладила пирсинг на губе, холод металла успокаивал. «Ладно, Ни, — прошептала она себе, используя привычное для себя обращение. — Сидеть и бояться — не вариант. Нужно искать информацию. И… помощь?». Она двинулась по направлению к огням, видневшимся вдали за деревьями. Это должен был быть город. Ее город, но не ее. Через двадцать минут блужданий по непривычно пустым и угрюмым улицам Ния поняла, что полностью потеряна. Архитектура была знакомой, но в деталях — чужой. Вывески светились неприятным для глаз сиреневым светом, люди, которых она встречала, спеши ли, не поднимая глаз, их одежда была странного кроя, а лица отмечены усталостью и какой-то смиренной покорностью. Голод и истощение от прыжка сквозь миры начали давать о себе знать. В кармане джинсов — несколько монет ее мира, абсолютно бесполезных здесь. Отчаяние, холодное и липкое, снова подползло к горлу. И тут она увидела его. Парень шел , будто спешил. Уткнувшись в экран устройства. Свет экрана освещaл его лицо — молодое, с острыми чертами, отмеченное вечной невыспанностью. Темные волосы падали на лоб, под глазами были глубокие синяки, как у того, кто давно не знал покоя. Он был одет в просторный темный худи и потертые штаны. Что-то в его позе, в сосредоточенном, почти отрешенном выражении лица заставило Нию замедлить шаг. А он поднял глаза. Их взгляды встретились. Карие глаза парня, казалось, увидели не просто заблудившуюся девушку. Они сузились, в них промелькнула мгновенная оценка, затем — искра не просто удивления, а настоящего потрясения. Он выронил устройство. Оно с глухим стуком упало. — Твоя аура.— пробормотал он. Его голос был хрипловатым от недосыпа. — Она… не такая.... Ты... откуда? Ния замерла. Он почувствовал? Значит, в этом мире есть те, кто воспринимает необычные энергии. Значит, она не одна. — Я… — ее собственный голос прозвучал сипло. — Я не отсюда. Парень медленно кивнул, как будто подтвердил свои догадки. Он осмотрел ее с ног до головы, задержав взгляд на ее разноцветных глазах, на странной рваной прическе, на которой выделялись несколько непослушных белых прядей. — По глазам видно, — констатировал он просто. — И по тому, как ты смотришь. Как будто впервые видишь мир. Имя? — Ния. Нагасэ Ния. — Марк. Цукикагэ Марк. — Он наклонился, поднял устройство, сунул его в карман. Потом вздохнул, тяжело, как будто принимая судьбоносное решение. — Ты голодная? Выглядишь, будто тебя через мясорубку прокрутили. Ния молча кивнула. Доверять ли ему? У нее не было выбора. В его глазах не читалось угрозы, только усталое любопытство и какая-то странная ответственность. — Пошли, — бросил он, повернувшись и двинувшись вдоль стены. — У мамы сегодня смена до поздна. Наедимся, и ты расскажешь, что за шторм реальности ты за собой тащишь. Он привел ее в невзрачную пятиэтажку. Лифт не работал. Они поднялись на четвертый этаж, и Марк открыл дверь в небольшую, скромно обставленную квартиру. В воздухе пахло старой мебелью, книгами и кофе. — Мама, я дома! — крикнул Марк в пустоту, скидывая ботинки. В ответ — тишина. — Как и думал. Работает. — Он махнул рукой в сторону коридора. — Ванна там, если хочешь привести себя в порядок. Я что-нибудь разогрею. Когда Ния вышла из ванной, вытерев лицо, на кухне уже стоял запах еды. Марк расставил на столе две тарелки с чем-то, отдаленно напоминающим рагу, и два стакана воды. Они ели молча. Ния поглощала еду, почти не чувствуя вкуса, ощущая, как силы понемногу возвращаются в ее тело. Марк ел медленно, вдумчиво, изредка бросая на нее быстрые, изучающие взгляды. Тишина стала невыносимой. — Ты сказал про ауру, — начала Ния, отодвигая пустую тарелку. — Ты… видишь такие вещи? Марк отпил воды, поставил стакан. — Не совсем «вижу». Скорее, чувствую. Это мой… навык. Я могу ощущать сильные эмоциональные и энергетические всплески. А у тебя, — он ткнул вилкой в ее направлении, — вокруг тебя целый ураган из чужеродной энергии. И страх. И решимость. Так обычно не ходят. Он скрестил руки на груди. — Так что, Ния «не отсюда». Рассказывай. Вкратце, но по делу. Как и зачем ты здесь оказалась? И Ния рассказала. О своей теории бесконечных миров. О даре, который она не могла контролировать — дергать за нити времени и реальности, ощущать их пульс. О мучительной догадке, что ее альтер-эго гибнут вместо нее. Об отчаянном сигнале, крике о помощи, который вырвал ее из родного мира и швырнул сюда. О своей цели — найти ту, другую себя, и спасти. Марк слушал, не перебивая. Его лицо оставалось невозмутимым, только синяки под глазами, казалось, стали еще темнее. Когда она закончила, он поднял руку, как школьник на уроке. — Вопрос, — сказал он. — Ты что, трансвестит? Почему в рассказе про себя говорила то «я», то «он»/«она»? Ния удивленно моргнула. Из всего услышанного его зацепило это? — Нет, — протянула она. — Мне просто… так удобно... В голове. Можно сказать, привычка. Я не настаиваю, чтобы другие так делали. Большинство в моем мире и так обращаются ко мне на «он». Но я — девушка. Марк кивнул, как будто поставил галочку в невидимом списке. — Понял. Принял. Он взглянул на старые часы с треснувшим стеклом на стене и резко вскочил. — Бля, — вырвалось у него тихо, но выразительно. — Я опаздываю. Он схватил свою тарелку, отнес к раковине, начал суетливо надевать ботинки. — Подожди! — Ния встала, блокируя ему путь в прихожую. — Теперь моя очередь. Ты почувствовал мою силу. Значит, здесь есть другие, кто может такое? Кто ты? Марк замер, его пальцы замерли на шнурках. Он выглядел на мгновение растерянным, затем его лицо снова стало сосредоточенным. — Хорошо. Отвечу на все. По дороге. — По дороге куда? — На работу. — Он сузил глаза, и в них мелькнула та самая искра, что была при их встрече. — И, возможно, кое-что тебе предложу. Если твоя история правда, и ты действительно хочешь кого-то найти здесь… тебе понадобится помощь. И ресурсы. Он открыл дверь. Ния, не раздумывая, натянула свои ботинки, которые они нашли в шкафу матери Марка и последовала за ним в лиловые сумерки чужого мира. ☆☆☆ Марк шел быстро и уверенно, надев наушники и погрузившись в музыку, которой не было слышно. Ния едва поспевала, кидая на бегу вопросы: «Что это за район?», «Почему небо такого цвета?», «Куда мы идем?». Он отвечал односложно или не отвечал вовсе. Они миновали жилые кварталы, потом промзону с потухшими заводами, и вышли на пустырь. Посреди него стояло одно-единственное здание — невысокое, обшарпанное, с выбитыми окнами на первом этаже. Похоже на заброшенный склад. — Мы здесь? — недоверчиво спросила Ния. Марк лишь кивнул, достал из кармана пластиковую карту-пропуск и уверенно направился к неприметной металлической двери. Он приложил карту к считывателю. Раздался тихий щелчок. Дверь отъехала в сторону, открывая не темный провал заброшки, а стерильно-белый коридор. Ния застыла на пороге, глаза ее широко раскрылись. Иллюзия была безупречной. Снаружи — развалина. Внутри — передовая база. Марк уже шагнул внутрь, но из тени у стены вышел человек в форме охранника. Он был огромен, его лицо непроницаемо. — Стоять, девушка. Пропуск, — его голос был низким и не допускающим возражений. Его рука преградила Ние путь. Марк обернулся, вздохнул. Он подошел к охраннику, наклонился и что-то быстро прошептал ему на ухо. Тот нахмурился, взглянул на Нию, потом снова на Марка. — Вся ответственность на вас, Цукикагэ Марк, — отчеканил охранник, опуская руку. Марк кивнул и жестом подозвал Нию. Та робко шагнула вперед, но охранник снова остановил ее, на этот раз протянув электронный планшет. — Ваше имя, милочка? Для регистрации временного доступа. Ния перевела дух, чувствуя, как десятки невидимых глаз смотрят на нее с камер под потолком. — Ния Нагасэ. Охранник что-то ввел, планшет пискнул. Он отступил. — Проходите. Не отклоняйтесь от маршрута за агентом Цукикагэ. Дверь закрылась за ними с мягким шипением. Ния огляделась. Коридор разветвлялся, за стеклянными стенами виднелись лаборатории с непонятным оборудованием, люди в белых халатах или темной, функциональной одежде спешили по своим делам. Гул голосов, щелчки клавиатур, мерцание мониторов — здесь кипела жизнь, тщательно скрытая от внешнего мира. — Где мы? — прошептала Ния, идя за Марком. — «С.Л.Е.Д.», — так же тихо ответил он, не оборачиваясь. — Стратегия, Логика, Единственно Достоверный вывод. Мы исследуем аномалии, защищаем… хм, стабильность этой реальности от различных угроз. В том числе тех, что приходят извне. Он остановился перед очередной дверью с табличкой «Отдел анализа сновидений и подсо знательных вторжений». Улыбнулся криво, впервые за вечер. — Я, например, специализируюсь на проникновении в сны. Чтобы ловить кошмары до того, как они сожрут чей-то разум. Ну и… чтобы получать информацию. Сны иногда знают то, о чем бодрствующее сознание и не догадывается. Он открыл дверь, впуская Нию в небольшой кабинет, заваленный бумагами и с несколькими мониторами, на которых плыли абстрактные, цветные узоры. — Присядь. Сейчас придет мой руководитель. Ей нужно будет подтвердить твою… уникальность. А потом мы поговорим о том, как «С.Л.Е.Д.» может помочь тебе найти твою пропавшую двойню. И о том, какую цену за эту помощь придется заплатить. Ния опустилась на предложенный стул, ее взгляд упал на экран, где в гипнотических спиралях пульсировал свет. Цена? Ей было страшно. Но звезда в ее янтарном глазу горела ярко, отражаясь в темном экране монитора. Она сделала первый шаг. Она нашла союзников. Или тех, кто мог ими стать. Путешествие только начиналось. А впереди, в лиловых сумерках этого странного мира, ее ждали не только ответы, но и новая школа, новые лица. От этой мысли Ния сжала кулаки. Страх был с ней. Но теперь он делил пространство в ее душе с чем-то новым — непоколебимой решимостью. Она готова была заплатить любую цену.