Сквозь завесу реальностей

В кабинет вошла женщина. Она была невысокой, в строгом костюме цвета мокрого асфальта, с седыми прядями в аккуратной каштановой прическе. Ее лицо казалось высеченным из гранита — ни единой лишней эмоции, только острый, пронзительный взгляд из-под очков в тонкой оправе. Она остановилась перед Нией и несколько секунд просто смотрела, будто сканируя ее на рентгене. — Марк. Объясни, — голос у нее был низким, ровным и не терпящим пререканий. Марк, который до этого момента казался Нии таким уверенным и немного отстраненным, слегка съежился. Он выпрямился, приняв почти строевую стойку. — Руководитель Соколова. Это Ния Нагасэ. Межмировой переход, класс, предположительно, «Свободный хрононавт». Обнаружил ее на периметре восьмого сектора. Аура… сильно повреждена, но сигнал намерений чистый. Ищет свою альтернативную версию в нашем сегменте. Попросил убежища и, возможно, содействия. Соколова медленно перевела взгляд на Нию. — Межмировой переход. Самостоятельный. Без координат. Весьма… неосторожно. Или отчаянно. — Она сделала шаг ближе. — Покажи мне. — Что? — растерялась Ния. — Твой дар. Микро-проявление. Достаточно, чтобы подтвердить слова агента Цукикагэ. Ния почувствовала, как по спине пробежали мурашки. Она боялась своего дара. Боялась, что он снова вырвется из-под контроля, порвет что-то в этой и без того хрупкой реальности. Но отступать было некуда. Она закрыла глаза, сосредоточившись не на силе, а на воспоминании. На ощущении своего мира — запахе дождя на асфальте возле ее дома, вкусе слишком сладкого чая, который она пила по вечерам, мелодии звонка в ее старой школе. Она протянула руку, не открывая глаз, и сконцентрировалась на разнице. На тончайшей, едва уловимой грани между здесь и там. Воздух перед ее ладонью затрепетал. Не исказился, а именно затрепетал, как размытое пятно на старой фотографии. На долю секунды в нем проступили контуры — другой стол, другая чашка, солнечный луч из другого, синего окна. Послышался отдаленный, знакомый звук автомобильного гудка с ее улицы. И все это было заключено в сферу размером с яблоко, которая пульсировала и издавала тихое, высокочастотное жужжание. Ния открыла глаза. Сфера тут же схлопнулась с легким хлопком, будто лопнул мыльный пузырь. В кабинете воцарилась тишина. Соколова не моргнув смотрела на то место, где только что висела сфера. Ее каменное лицо не дрогнуло, но уголок правого глаза слегка подрагивал. — Достоверно, — наконец произнесла она. — Феномен вне классификации «С.Л.Е.Д.». Регистрируем как аномалию «Хроно-отражение». Нагасэ, вы получаете временный статус наблюдателя при агенте Цукикагэ. Он будет вашим куратором, связным и отвечать за вашу безопасность и адаптацию. В обм ен на содействие в поисках вашей альтернативной версии вы обязуетесь сообщать обо всех проявлениях ваших способностей, взаимодействиях с аномалиями и подозрительных событиях. Любое несанкционированное использование способностей вне стен базы карается изоляцией. Понятно? Ния кивнула, глотая комок в горле. Ее руки дрожали от перенапряжения. — Цукикагэ, — Соколова повернулась к Марку. — Ваша первоочередная задача — обеспечить Нагасэ легенду и внедрение. Школа «Плерома», класс 10-Б. Там уже есть несколько наблюдаемых точек. И… совместите с текущим расследованием. Дело о волне суицидальных настроений среди подростков в районе старого порта. Есть данные о стороннем влиянии. — Слушаюсь, — кивнул Марк. — Хорошо. Приступайте. Нагасэ, добро пожаловать в нашу реальность. Постарайтесь не разорвать ее на части. Соколова развернулась и вышла, оставив после себя запах холодного кофе и решительности. Марк выдохнул, снова превратившись из подчиненного в уставшего парня. — Ну что, приняли тебя в команду, хроно-бродяга. Поздравляю. Теперь у тебя есть работа, крыша над головой и куча головной боли. Пойдем, подберем тебе легенду и школьную форму. Завтра первый учебный день. ☆☆☆ Школа «Плерома» оказалась огромным, готическим зданием из темного кирпича, больше похожим на замок или институт для одаренных (или проблемных) детей. Внутри пахло старыми книгами, дезинфектантом и тревогой. Ния, в новой, неудобно скрипящей форме и с рюкзаком, набитым учебниками этого мира, чувствовала себя шпионом на враждебной территории. Ее легенда была проста: она — родственница Марка, переехавшая из далекого провинциального города после тяжелых семейных обстоятельств. Марк провел ее до двери 10-Б, сунул в карман пиджака какую-то бумажку и удалился, бормоча что-то про «встречу у химической лаборатории после третьей пары». Он выглядел еще более сонным, чем обычно, и Ния поняла, что его «работа» в «С.Л.Е.Д.» часто проходит и по ночам. Она толкнула дверь. В классе было шумно, но при ее появлении на секунду воцарилась тишина. Тридцать пар глаз уставились на новенькую. Ния почувствовала, как вспыхивает под этим вниманием, но заставила себя поднять голову. Ее взгляд скользнул по рядам. У окна, с идеально уложенными зелеными волосами и в очках с толстыми линзами, сидела девушка, внимательно изучавшая ее через стопку аккуратно сложенных тетрадей. Лина Фотова. Староста. Заучка. В центре класса, развалившись на стуле и перекидываясь шутками с двумя другими парнями, сидел высокий, атлетичный юноша с дерзкой ухмылкой. Его взгляд, скользнув по Ние, оценил ее с ног до головы, и в его алых глазах вспыхнул смешанный интерес и вызов. Ян. Главный задира. Бабник, как сообщил Марк со странной интонацией. Рядом с ним хихикала светлая девушка с вызывающим макияжем — Росси, и ее подруга, холодная брюнетка с безразличным взглядом — Сабрина. Обе, как шепнул Марк накануне, были связаны с кругами портовой мафии. В дальнем углу, уткнувшись в портативную игровую консоль, сидела девушка с розовыми хвостиками и в одежде в стиле «няшка-гяру». Амелия. Геймерша. И еще дальше, почти сливаясь с тенью у книжного шкафа, сидела девушка. Короткие темные волосы, большие серые глаза.На ней был простой бежевый свитер свитер с вышитым сердечком и серая юбка. Она смотрела на Нию не с любопытством, а с каким-то смутным, щемящим узнаванием, будто видела ее во сне. Нэнси. Именно ее фотография была в деле, которое Марк показал Ние. Девочка из группы риска. Тайная цель их миссии. А у последней парты у окна, отдельно ото всех, сидел парень. Он читал книгу в толстом кожаном переплете, и казалось, что весь шум класса разбивается о его спокойствие. Розоватые волосы с седыми прядями на висках были аккуратно убраны за уши. Его лицо было красивым, но абсолютно спокойным, как маска. Лишь когда его взгляд на мгновение оторвался от страницы и встретился с взглядом Нии, она увидела в его карих глазах тожеж звезды. Нифти Коми. Самый спокойный и рассудительный. И самый загадочный. — А, новенькая! — громко, с театральной радостью воскликнула Лина, вставая. — Добро пожаловать в 10-Б! Я — староста Лина Фотова. Проходи, садись… Вон там есть свободное место рядом с Нэнси. Нэнси вздрогнула, услышав свое имя, и опустила глаза. Ния, кивнув Лине, прошла между рядами. Она чувствовала на себе взгляд Яна — наглый, заинтересованный. Чувствовала холодный, оценивающий взгляд Сабрины. И скользящий, почти невесомый взгляд Нифти, который был тяжелее всех. Она села за парту рядом с Нэнси. Та украдкой взглянула на нее и тут же отвела глаза, играя пуговицей на своем свитере. — Привет, — тихо сказала Ния. — Я Ния. — Нэнси, — прошептала девушка в ответ, не поднимая головы. Урок истории этого мира (которая кардинально отличалась от ее собственной) прошел в тумане. Ния пыталась конспектировать, но ее мысли были далеко. Она пыталась поймать тот самый зов, чувство связи с другой собой. Ничего. Только общая тревога, витавшая в воздухе класса, и странное, тянущее чувство, исходящее от Нэнси. Будто от нее тянулась тонкая, невидимая нить, ведущая в темноту. На перемене к ней подошел Ян, заблокировав проход к выходу. — Новичок, да? — улыбнулся он, демонстрируя идеальные зубы. — Интересная внешность. Разные глаза… это натурально или для эпатажа? — Натурально, — сухо ответила Ния, пытаясь обойти его. Он ловко переставил ногу, снова преграждая путь. — Не торопись. У нас тут свои правила. Новички проходят… знакомство. Особенно те, кто дружит с Цукикагэ. — Его улыбка стала чуть жестче. — Он тебе кто? Двоюродный брат? Или что-то большее? — Он мой кузен, — выдавила Ния, чувствуя, как гнев закипает у нее внутри. Звезда в ее глазах, казалось, вспыхнула ярче. — О, кузен! — засмеялся Ян. — Ну, тогда передай ему привет. И скажи, что наши разборки еще не закончены. Он хорошо тогда удрал, но я ничего не забываю. Росси, наблюдавшая за происходящим, хихикнула. — Ян, не пугай новенькую. Она еще привыкнуть должна. Хотя… с такими глазами, наверное, уже ко всему привыкла. В этот момент сзади раздался спокойный, ровный голос: — Ян, учитель истории зовет тебя к доске. Кажется, хочет спросить про причины Третьей портовой блокады. Все обернулись. Нифти Коми стоял в паре шагов, все так же спокойный, с книгой под мышкой. Он даже не смотрел на Яна, его взгляд был устремлен куда-то в пространство. Ян нахмурился, явно не ожидая вмешательства. — Коми… лезешь не в свое дело. — Это факт, а не мнение, — парировал Нифти, наконец повернув к нему голову. В его глазах не было ни угрозы, ни вызова. Только ледяная ясность. — Учитель ждет. Или ты предпочитаешь, чтобы я передал ему твои сомнения в необходимости учебного процесса? Ян задержал взгляд на нем, потом фыркнул, швырнул «Придурок» в сторону Нии (но уже без прежней агрессии) и, толкнув плечом Нифти, направился к кафедре. Росси и Сабрина, бросив на Нифти недобрый взгляд, последовали за ним. Ния выдохнула. — Спасибо, — сказала она Нифти. Тот лишь слегка склонил голову. — Конфликты на пустом месте отнимают время и энергию. И привлекают ненужное внимание. — Его взгляд на мгновение остановился на ее глазах, задержался на янтарном, со звездой. — Вам и так его хватит. Он развернулся и ушел так же тихо, как появился. Нэнси, наблюдавшая за всей сценой, украдкой дотронулась до руки Нии. — Он… он всегда такой. Странный. Но иногда помогает. Лучше не связываться с Яном и его компанией. У них… связи. — Какие связи? — спросила Ния, присаживаясь обратно. Нэнси пожала плечами, снова уходя в себя. — Не знаю. Говорят, с портовыми. Там опасно. Лучше не лезть. После уроков Ния, как и договаривались, встретилась с Марком у химической лаборатории. Он выглядел еще более измотанным. — Ну как? Выжила? — Еле. Ян сразу набросился. Спасибо, тому парню… Нифти. — Коми? — Марк нахмурился. — Осторожней с ним. Он не из «С.Л.Е.Д.», но… он необычный. Мы его пока не классифицировали, но слежка ведется. Он слишком спокойный. Как скала среди шторма. Это неестественно для подрост ка. — Что-то еще случилось? — Она здесь, — выдохнула Ния, прислонившись к холодной стене коридора. — Нэнси Вейл. Это… это она. Моя альтернативная версия. Я это чувствую. Она в ужасе, Марк. И на ней… какое-то влияние. Что-то темное. Марк серьезно кивнул, его взгляд стал острым, почти колючим. — Я проверил архив, пока ты была на уроках. Нэнси Вейл — и есть твоя альт-версия. Всё сходится: пять лет назад в системе появилась запись о найденной в бессознательном состоянии девочке-подростке. Место — заброшенный причал у Ветровых ворот. У неё были признаки тяжёлой психологической травмы, частичная амнезия и... едва уловимые энергетические аномалии, которые тогда списали на шок. Она помнила лишь имя, а фамилию придумали Вейл — потому что нашли именно у тех Ворот. Gate — Veil. * И тут Ния вспомнила свой случий, прям такой же, но она резко одумалась и и ушла с того причала* — А что с Нэнси? — спросила Ния, понизив голос. — Я чувствую… от нее исходит какая-то боль. И страх. Марк кивнул, ведя ее по пустынному коридору в сторону выхода. — Именно. В последний месяц — три попытки суицида среди учеников школ возле порта. Все неудачные, все — подростки с чистой репутацией, без видимых причин для отчаяния. Нэнси — следующая в группе риска по нашим прогнозам. Наши сны… точнее, мои вторжения в сны других агентов, показали образ — девочка в бежевом свитере на краю крыши старого портового склада. И чей-то голос, который шепчет ей ожить. Мы должны выяснить, кто или что стоит за этим. И предотвратить. Он сделал паузу, глядя прямо на Нию. — Но это не просто совпадение. В её медицинской карте есть пометка о странных снах — сны о падении сквозь слои реальности, о крике, который разрывает время. Те самые симптомы, которые описывают жертвы неудачных межмировых переходов. Она — ты, Ния. Только её прыжок оказался сломанным. Он не просто принёс её сюда — он разбил её, стёр часть личности и оставил открытой раной. И сейчас кто-то эту рану растравляет. Кто-то, кто знает, что она не отсюда, и использует её уязвимость. — Мы должны ей помочь, — сказала Ния, и в ее голосе зазвучала сталь. — Сейчас. Сегодня. — Нельзя, — покачал головой Марк. — Если мы начнем действовать грубо, мы спугнем того, кто за ней охотится. Или загоним ее еще глубже в угол. Нужно действовать осторожно. Сблизиться. Стать тем, кому она сможет довериться. И параллельно искать источник этого… влияния. Слушай, — он понизил голос. — Есть зацепка. Пару недель назад, перед тем как эта волна суицидальных настроений началась, Нэнси стали замечать в компании рыжеволосой девушки. Коротко стриженной, яркой. Никто в школе ее не знает. Но описание… оно совпадает со слухами о члене подпольной группировки «Шепот». — «Шепот»? —Группа из трех аномалий, которые действуют в тени. Если они существуют и заинтересовались в Нэнси… то дела плохи. Их интересы — манипуляции реальностью, время, силы вроде твоей. — Марк посмотрел на нее. — А еще порт — территория мафии. И мафией тут заправляет Кумамори Такэши. Он произнес это имя с особой ноткой. — Знакомый? — спросила Ния, отвлекаясь на мгновение. Марк отвернулся. — Да. В некотором роде. Это мой отец. — Он обернулся, и в его глазах Ния увидела жгучую ненависть. — Он бросил нас с мамой, когда мне было шесть. Сменил фамилию, ушел в криминал. Теперь он король порта. Грубый, беспощадный ублюдок. И если он или его люди замешаны в том, что происходит с Нэнси… — он не договорил, но сжал кулаки. — Значит, врагов у нас много, — тихо сказала Ния. — Мафия, «Шепот», и тот, кто шепчет детям, чтобы они спрыгнули с крыши или причинили себе вред. — А союзников, пока что, — двое, — Марк хмыкнул без веселья. — Ладно. План такой: ты сближаешься с Нэнси. Максимально осторожно, без давления. Я занимаюсь портом и «Шепотом». И… тебе нужно учиться контролировать свой дар. Потому что если ты начнешь светиться, как новогодняя елка, от эмоций, нас найдут все. И мой дорогой папочка в том числе. Они вышли из школы. Ния шла, чувствуя, как мир вокруг сжимается и фокусируется на одной-единственной цели: спасти ее. Ту самую Нэнси, которая была ею, но не ею. Которая выбрала имя, от которого когда-то отказались ее родители в другом мире. Которая звала о помощи, даже не зная, к кому взывает. ☆☆☆ А на заброшенной крыше небоскреба в промзоне трое наблюдателей уже знали, что игра началась. — Она нашла ее, — произнëс кодовое имя«Искра», глядя на город, где две половинки одной души наконец встретились. — Хрононавт и ее угасшее отражение. Связь установилась. Это ускорит процесс. — Нагасэ сильнее, чем мы думали, — заметила рыжая ,кодовое имя«Хитрость». — Ее аура уже стабилизируется. И она смотрит на свою двойню не просто с сочувствием. Она смотрит, как на часть себя. Это опасно. Она будет защищать ее до конца. — Этого и нужно, — писклявым голоском сказала кодовое имя «Надежда», перебирая лепестки странного цветка в руках. — Чтобы ключ повернулся, нужно максимальное напряжение. Боль. Отчаяние. Любовь. Ненависть. Все, что есть у Нагасэ, направленное на спасение Вейл. Это создаст нужный резонанс. Энергию для исправления. — «Искра» повернулся к рыжей. —« Хитрость».Твоя очередь. Войди в их круг. Стань подругой для Нии Нагасэ. Она уязвима, перегружена, ищет опору. Будь ею. Узнай, как далеко продвинулся Марк Цукикагэ в расследовании порта. И… подготовь почву. Чтобы в нужный момент Нэнси Вейл оказалась именно там, где нам нужно. « Хитрость» улыбнулась, и в ее лисьих глазах вспыхнул азарт. — Она мне уже нравится, наша новая хроно-бродяга. В ее глазах столько огня. Жаль, что его придется погасить. «Искра» взглянул в лиловое, неестественное небо. — Огонь не гаснет. Он либо сжигает все дотла, либо его используют, чтобы разжечь нечто большее. Мы разожжем. Мы исправим ту единственную ошибку, что породила все эти искаженные ветви. Даже если для этого придется стереть с доски «С.Л.Е.Д.», мафию Кумамори и самих этих девочек. Мы — «Шепот». И мир будет таким, каким мы его помним.