Это твоя вина

За последние часы, Кингер успешно делегировал себе необходимые привилегии. Теперь система была в его руках податливее, это не могло не радовать. Протокол передачи прав, дремавший под защитными установками Кейна, поддался на удивление быстро. Теперь Кингер мог беспрепятственно читать системные логи и проникать в директории, куда Кейн теоретически мог сбросить бэкап. К сожалению, его ИИ никогда не искал легких путей: Кейн не только спрятал данные, но и, судя по всему, старательно подчистил за собой логи событий. Поиски усложнялись в разы, однако Кингер знал — совсем все исчезнуть не могло. Нестабильность Кейна заставила Кингера в своё время вживить в него десятки механизмов самосохранения для борьбы с фатальным вмешательством в свой код. Догадка, что Кейн мог использовать распределенное кэширование Кингера не радовала. Это означало, что он дробил свою память на тысячи крошечных фрагментов и рассовывал их по разным точкам системы, чтобы подгружать по мере необходимости. С точки зрения оптимизации ресурсов — неплохо, но с точки зрения восстановления с нуля — полный мрак. У Кингера начинала ныть спина, а перед глазами плыло от бесконечных строк кода, но сдаваться он не собирался. Вскоре, он наткнулся на папку со странным названием [B33S]. Сердце Кингера пропустило удар. Открыв её, он увидел то, что искал — захешированный кусок памяти Кейна. — Пчёлки... — прошептал он, и на его лице на мгновение проступила тень печальной улыбки. Он и подумать не мог, что однажды, восторженный пересказ лекции его жены о пчелах, сейчас станет ключом к разгадке. Кингер открыл терминал и запустил глобальный поиск по фрагментам названия. Результат заставил его присвистнуть: более восьмисот папок. Кейн умудрился распихать их так филигранно, что система воспринимала их как обычный шум или временные файлы. Дата последнего бэкапа была свежей, и Кингер лишь надеялся, что бэкап не был сделан прямо за пару минут до удаления. Действовать нужно было быстро. Кингер открыл редактор и набросал парсер, который должен был выудить данные изо всех найденных директорий. Следом пошел скрипт для дедупликации — Кингер не знал, по какому принципу Кейн инкрементировал свои бэкапы, и хотел, чтобы итоговый массив данных был «чистым», без мусорных повторов. Ему катастрофически не хватало библиотек или более удобных инструментов, но, в конце концов, Кингер преодолевал этапы и похуже. Работа кипела, и вдохновенный восторг наполнял его грудь: он буквально по строчкам пересобирал личность Кейна. Скоро он вернет всё на круги своя и сможет "починить" Кейна так, как не мог раньше. Оставалось лишь немного поднажать. Когда основной скрипт для объединения бэкапов был готов, Кингер мысленно взмолился, чтобы вычислительной мощности системы хватило на такую колоссальную нагрузку. Но прежде чем нажать “Enter”, он решил подготовить фундамент — очистить само “тело” программы. Он принялся зачищать ядро Кейна, вытягивая недостающие фрагменты из кода других NPC. И процесс был чертовски муторный. Кейн нахимичил внутри своей архитектуры столько надстроек, что разобраться в них казалось невозможным. Однако вскоре Кингер уловил логику этих хаотичных нагромождений и даже начал ловить себя на улыбке, натыкаясь на комментарии в коде: // АБСОЛЮТНО ВОСХИТИТЕЛЬНАЯ ФУНКЦИЯ ДЛЯ РАСПОЗНАВАНИЯ И РАБОТЫ С ЦИФОРКАМИ! // НАИСКУЧНЕЙШИЙ И ГЛУПЕЙШИЙ КОД СКРЕТЧА И МИЛЫЕ ИСПРАВЛЕНИЯ КИНГЕРА :)) // ОДНА ИЗ КОСЯЧНЫХ ФУНКЦИЙ КИНГЕРА... ИЗМЕНЕНО НА БОЛЕЕ ВПЕЧАТЛЯЮЩУЮ ФУНКЦИЮ. // КРУТАЯ ПЧЕЛКА!!! // инкапсуляция? // ОЧАРОВАТЕЛЬНАЯ ФУНКЦИЯ КОТОРАЯ... стоп чего Чистка кода вскоре привела его к тревожной находке. Некоторые функции были изменены, причем изменены достаточно странно, и Кингс объяснить эти изменения не мог. Он методично и осторожно вырезал подозрительные участки. Теория о вирусе или внешнем влиянии обретала улики, но какой вирус способен на столь тонкую хирургию внутри закрытой системы?  Кингер пообещал себе позже проанализировать логи работы Кейна , чтобы отловить возможную утечку, но сейчас он поставил на кон всё ради скорости. Спустя утомительные часы, которые болезненно напоминали те самые офисные будни, когда Кейн был лишь строчками на мониторе, Кингер замер. Оставалось лишь запустить один единственный скрипт, который бы буквально возродил Кейна. Прежде чем переступить черту, он глубоко выдохнул и потянулся, чувствуя, как хрустят затекшие суставы, если они вообще есть. Он открыл другой терминал и отправил глобальное сообщение "Собрание". Других способов связи с остальными у Кингера не было, а это было вполне хорошим решением. Помимо плана по воскрешению Кейна, Кингер сумел предположить ответ на самый главный вопрос: где они находятся и как отсюда выбраться. Изучив структуру файлов, он пришел к двум пугающим выводам. Кингер свернулся возле системного блока в надежде хоть немного отдохнуть. Веки тяжелели, а в голове гудел фантомный голос Кейна:  — Кингер? — КИИИИИНГЕЕЕЕР! — чужой голос вырвал его из минутной дремы. — БЛТЬ, — в очередной раз чуть не столкнув несчастный компьютер в пропасть, Кингер сначала подскочил, а потом вцепился пальцами в пластиковый корпус. — Боже, прости, пожалуйста, ты в порядке? — Помни подсуетилась и помогла удержать шатающийся системный блок — Удалось что-то узнать? Возле выхода из крепости стояли Рагата и Зубл. Гэнгл подошла минутой позже. Выглядела она невероятно уставшей и обеспокоенной. Он покачал головой, отгоняя болезненные воспоминания. — Да, все хорошо. Я хотел бы кое что обсудить с вами. Они покинули крепость и негласно выстроились в круг. К приятному удивлению Кингера, его недавний разговор с Джексом не прошел даром: кролик перестал избегать Помни и теперь держался к ней ближе. Хоть он и выглядел отстраненным, Кингер засчитал это как маленькую, но важную победу. — Для начала — спасибо, что помогли, — начал Кингер. Он тяжело выдохнул и внезапно ссутулился, словно тяжесть знаний физически придавила его к земле, — Без вашей помощи, я бы потратил больше времени. Теперь о Выходе. Я не могу утверждать на сто процентов, потому что моя память… ну, вы знаете, — он постучал пальцем по виску, — она похожа на битый диск. Но у меня есть две теории. Кингер поднял два пальца, его глаза на мгновение сверкнули несвойственной ему остротой. — Первая: мы лишь копии. Оцифрованные слепки сознаний, оторванные от оригиналов. Если это так, то "выхода" нет в принципе. Нельзя вернуть в реальность того, кто никогда её не покидал. По кругу пробежал ледяной сквозняк. Рагата судорожно обхватила себя за плечи, а Гэнгл тихонько охнула. Кингер, не давая им провалиться в отчаяние, загнул один палец. — Но есть вторая, по своей сути она напоминает приключение Кейна про выход. — Мы же уже выяснили, что он всё наврал! — перебила Зубл, раздраженно скрестив руки. — Весь тот фарс был дешевкой. — Да, но в том приключении была доля правды. Кейн придумал лишь "выход", но в остальном он был честен. Наши файлы сознания откуда-то подгружаются. Система не генерирует нас сама, она поддерживает связь. Это рискованно, но теоретически можно вызвать сигнал прерывания, который принудительно разорвет это соединение. Есть шанс, что тогда сознание «отпружинит» обратно в реальный мир. Повисла мертвая тишина. Обе теории били под дых: одна лишала надежды совсем, вторая предлагала прыжок в пустоту. — Ладно, — Помни первая нарушила молчание. Она выглядела сбитой с толку, но её лихорадочное желание выбраться явно перевешивало страх. — Как нам вызвать этот сигнал? Что нужно делать? — Для этого мне нужен Кейн, — просто ответил Кингер. Эффект был мгновенным. — Зачем?! — Зубл едва не задохнулась от ярости. — Только не говори, что мы опять зависимы от него! — А-а, что если он не отпустит нас? Ну, он ведь сам говорил, что он не может и.. Никто не знает, как он поведет себя после удаления, — голос Рагаты дрожал, а сама она выглядела напуганной преспективной успокаивать разъяренного Кейна. — Он нас просто сотрет… — маска радости Гэнгл покрылась трещинами, и по фарфору покатились крупные слезы. Только Джекс и Помни молчали. Джекс подозрительно прищурился, а Помни смотрела на Кингера так, словно пыталась разглядеть утешение у него в зрачках. — К тому же, когда я только появилась... — Рагата запнулась, ее голос дрогнул. — Он ведь говорил, что не знает, как я здесь оказалась. Если он даже не понимает, как мы сюда попадаем, как он может нам помочь? Этот аргумент, казалось, возвел скепсис остальных в абсолют. Повисла тяжелая, душная пауза. — Я понимаю ваш скептицизм и страх. Вы многое пережили и имеете право настороженно относится к Кейну. Но, у него есть кое-что, что мне необходимо. Он имеет контроль над этим местом, — Кингер нервно потер ладони, глядя куда-то сквозь собеседников. Он выпрямился, и на мгновение в его взгляде промелькнула пугающая осознанность. — Я могу написать программу, которая может прервать соединение вашего сознания, но мне нужна страховка и права суперпользователя. И то и другое может обеспечить только Кейн. — И каков план, Кингер? — Помни сделала шаг вперед. Она выглядела измотанной, но в её глазах читалась готовность идти до конца. Кингер коротко кивнул ей, чувствуя слабую искру благодарности за эту поддержку. — Я готов восстановить Кейна. Все уже приготовлено. Однако, мне нужно, чтобы вы на какое-то время ушли как можно дальше отсюда. Я не знаю каким он будет, когда вернется вновь, но я попробую поговорить с ним.. Возможно, у меня получится убедить его. — А если не получится? — Зубл раздраженно дернула плечом, и детали её конструкции неприятно лязгнули. — Что тогда? Мы снова станем куклами в руках этого психопата без единого шанса на побег? — Зубл, пожалуйста... — тихо прошептала Гэнгл, сжимая в руках разбитую маску. — Я не знаю, — честно ответил Кингер, и его голос снова стал печально-надрывным, — я правда не знаю, но возможно, это единственная надежда.. Ребята молчали. План выглядел как чистое самоубийство, завернутое в надежду. Наконец, голос подал Джекс: — Лааадно к черту. Будь что будет. Терять нам всё равно нечего. Мы либо остаемся заложниками в этой коробке навсегда, либо рискнем, — он закинул руки за голову и направился к выходу, — Пошлите, неудачники. Зубл приглушенно выругалась, развернулась и зашагала прочь вслед за Джексом. Как бы её ни бесило это решение, она понимала: это была единственная надежда, за которую стоило зацепиться. Гэнгл поспешила за ней, а Рагата и Помни остались рядом с Кингером. — Ты будешь в порядке? — Помни смотрела на него с нескрываемой тревогой. — Со мной все будет хорошо. В конце концов, у меня есть небольшое приемущество, — он слабо прищурился, пытаясь изобразить уверенную улыбку. — П-пожалуйста, будь аккуратнее. Без тебя, мы не справимся, — Рагата осторожно накрыла руку Кингера своей ладонью. Кингер на мгновение замер, глядя на её пальцы, а затем мягко погладил её руку в ответ. Он притянул девушек к себе, по-отцовски крепко обнимая обеих. — Все будет хорошо. Мы со всем справимся. Держитесь вместе, хорошо? Обе девушки кивнули, на секунду уткнувшись в меховую мантию Кингера. В этот момент он почувствовал, как волна искреннего, почти забытого желания уберечь их наполняет его решимостью. Вскоре издалека донесся голос Джекса — тот нетерпеливо звал Помни. Они разорвали объятия. Девушки с грустными, ободряющими улыбками скрылись из виду, выходя из шатра. Кингер остался один. Дождавшись, пока шаги снаружи окончательно стихнут, он тяжело выдохнул и вернулся к терминалу. Осторожно огибая ямы в полу, он подошел к компьютеру и ввел финальные строки — координаты появления. Всё было готово к тому, чтобы возродить Кейна из пепла. Кингер занес руку над клавиатурой. В тусклом свете монитора его лицо казалось высеченным из камня. — Пора домой, Кейн. С этими словами он нажал «Enter».