Тот, кто рядом

Дань Хэн приехал в родной город по работе. Он был графическим дизайнером — его наняли для создания макета нового торгового центра плюс несколько мелких проектов. Заселившись в отель, он быстро собрался и отправился на встречу с нанимателем. Переговоры прошли гладко. Уладили детали, обсудили сроки. После — обычный путь обратно, с короткой остановкой в магазине. Он стоял у полки с напитками, механически сканируя этикетки, когда сбоку раздался голос. Слишком знакомый голос. Сердце пропустило удар. Лёгкие отказали. Дань Хэн забыл, как дышать. — Дань Хэн? Он обернулся. Цзинь Юань стоял в трёх шагах. Двадцать пять. Может, двадцать шесть. С того самого последнего раза, когда они виделись, он стал только мужественнее — шире в плечах, резче в скулах. Взгляд тот же: тёплый, чуть ленивый, с прищуром. Как будто ничего не изменилось. Как будто Дань Хэн не сбежал посреди четвёртого курса, зализывая раны в другом городе. — Цзинь Юань, — голос не дрогнул. Он сам удивился. — Давно не виделись. — Да, давно, — Цзинь Юань улыбнулся, и от этой улыббы заныло где-то под рёбрами. — Ты когда перевёлся на четвёртом, от тебя ни слуху ни духу. — Времени не было. Переезд, учёба, устроиться на новом месте нужно было. — И каким ветром тебя сюда задуло? — По работе приехал. — А кем работаешь? По профессии пошёл? — Да. Графический дизайнер. А ты? Цзинь Юань чуть заметно помрачнел, но быстро взял себя в руки. — У меня с этим не сложилось. Работаю консультантом в магазине. — Он махнул рукой в сторону выхода. — Пошли, тут недалеко кафе. Нечего в магазине обсуждения устраивать. Дань Хэн кивнул, хотя внутри всё кричало чтобы он не ходил. Но ноги уже шагнули за Цзинь Юанем.

***

В кафе Цзинь Юань заказал капучино. Дань Хэн — чай. Чёрный, без сахара. С того самого дня, как одна девушка Цзинь Юаня — Химеко угостила его «фирменным кофе»…Хуже напитка Дань Хэн в жизни не пробовал. С тех пор он зарекался пить кофе у кого бы то ни было. Они сели за столик у окна. Вечерний свет падал на скатерть в клетку, делая сцену почти уютной. Почти. — Как на личном фронте? — спросил Цзинь Юань, размешивая пенку. — У меня никого нет. Дань Хэн сказал это слишком быстро. Слишком ровно. Как заученное. Цзинь Юань усмехнулся — без злобы, скорее с грустью. — Ты и в университете одиночкой был. За четыре года ничего не поменялось. Поменялось, хотел ответить Дань Хэн. Раньше я хотя бы надеялся. А теперь просто знаю, что это бесполезно. — А у тебя как? — перевёл он тему. — Да никак. Не клеится в последнее время ни с кем. — Цзинь Юань отпил кофе. — А Блэйд… тот с одной, то с другой. Имя упало на стол тяжёлым камнем. Дань Хэн сглотнул ком, вставший в горле. Сделал глоток чая — горького, обжигающего. Не помогло. — Хорошо ему живётся, — выдавил он. — А ты когда от работы свободен? — Цзинь Юань смотрел с надеждой, как тогда, когда звал играть в карты до утра. — Можем собраться как в старые добрые времена. Старые добрые времена, когда Дань Хэн смотрел на них обоих и медленно сходил с ума. — У меня в воскресенье полностью выходной. — Отлично! — Цзинь Юань просиял. — Я напишу Блэйду. А ты где остановился? — В отеле. — А почему квартиру не снимешь? — Дороговато. А подешевле найти не могу. Бюджет ограничен. Цзинь Юань задумался на секунду. Потом сказал так легко, будто предлагал чашку чая: — Можешь у меня остановиться. Я один живу. Коммуналку тянуть одному тяжело, давно хотел соседа найти. Дань Хэн замер. Жить у него. Каждый день видеть. Слышать, как он ходит по квартире. Быть рядом и не иметь права прикоснуться. — Если я тебе мешать не буду, — медленно сказал он. — Мы ведь старые друзья, — Цзинь Юань пожал плечами. — Это лучше, чем чужого человека пускать. Друзья. Да. Именно. — Хорошо, — кивнул Дань Хэн. — Адрес тот же? — Ты его помнишь? Помню ли я? Я мог бы нарисовать твою улицу с закрытыми глазами, даже спустя четыре года. — Конечно, — вместо этого сказал он. — Мы же у тебя часто собирались втроём. — Тогда решено. Ты собираешь манатки, а я еду домой — приготовлю тебе комнату. — Хорошо.

***

Через пару часов Дань Хэн стоял в знакомой — до боли знакомой — прихожей. Внутри всё было почти так же: тот же светлый коридор, тот же запах дерева и кофе. Только он изменился. Или нет. Или он снова стал тем же растерянным мальчишкой, который сбежал четыре года назад, потому что не мог больше выносить. Цзинь Юань ушёл на кухню, оставив его в комнате. Дань Хэн медленно раскладывал вещи в шкафу. Руки двигались сами, пока мысли кружили по замкнутому кругу. Зачем я согласился? Зачем я вообще вернулся? — Тебе помочь? — голос Цзин Юаня раздался из дверного проёма. Дань Хэн не обернулся. Боялся, что лицо выдаст слишком много. — Нет, не надо. Я сам справлюсь. Он услышал мягкий шаг — Цзинь Юань ушёл. И только тогда Дань Хэн позволил себе выдохнуть.

***

Дань Хэн проснулся от того, что где-то гремели чашки. Сначала он не понял, где находится. Потолок был чужим — без трещин, без привычного пятна от протечки. Стены — светлыми, а не серыми, как в его съёмной квартире. Потом память вернулась. Отель. Встреча. Цзинь Юань в магазине. Кафе. Чемодан в прихожей. Я у него дома. Сердце привычно кольнуло. Дань Хэн сел на кровати, провёл рукой по лицу. Футболка за ночь задралась, волосы слиплись. Он выглядел так, как будто его переехал грузовик. С кухни доносилось тихое напевание. Цзинь Юань что-то мурлыкал себе под нос, и эта беззаботность резала слух. Для него это просто соседство. Для меня — испытание. Дань Хэн натянул джинсы, сунул ноги в тапки и вышел из комнаты. Цзинь Юань стоял у плиты в домашних штанах и растянутой футболке. Волосы не уложены, взгляд сонный. На столе уже стояли две тарелки, масло, хлеб и две кружки. — О, проснулся, — Цзинь Юань обернулся и улыбнулся той самой улыбкой — тёплой, чуть ленивой. — Ты совсем не изменился по утрам. — В каком смысле? — голос у Дань Хэна был хриплым. — Такой же растрёпанный. В универе ты всегда выглядел так, будто ночь не спал, а писал курсовую. Я не спал, потому что думал о тебе. — Кофе будешь? — спросил Цзинь Юань, уже потянувшись к турке. — Чай, — автоматически ответил Дань Хэн. — Если есть. — Есть. Они сели друг напротив друга. Завтрак был простым — яичница, тосты, чай и кофе. Цзинь Юань ел с аппетитом, иногда поднимая глаза и бросая короткие фразы: «Как спалось?», «Не холодно?», «Может, включить обогреватель?». Дань Хэн отвечал односложно. Он боялся, что если начнёт говорить больше, то скажет что-то лишнее. Вместо этого он пил чай и смотрел в окно.

***

Вечером того же дня Цзинь Юань заказал доставку. — Я готовить не умею, прости, — сказал он, выкладывая на стол контейнеры с рисом и курицей в кисло-сладком соусе. — В университете мы же в основном пельменями питались или твоими бутербродами. Помнишь? — Помню, — тихо ответил Дань Хэн. Он помнил всё. Как они на первом курсе втроём сидели на кухне общежития, потому что у Блэйда была самая большая комната. Как спорили о музыке. Как Дань Хэн однажды уснул на плече у Цзин Юаня под утро, и тот не стал его будить — просто накрыл пледом. Как на следующий день Цзин Юань рассказал, что познакомился с симпатичной девушкой с филфака. — Клиенты бывают странные, — сказал Цзинь Юань, жуя курицу. — Сегодня пришла женщина лет пятидесяти и потребовала порекомендовать ей стиральный порошок, который «пахнет как мужской одеколон». Я не знал, что ответить. — И что ты сказал? — Сказал, что у нас есть с запахом лаванды. Она обиделась. Дань Хэн почти улыбнулся. — А у тебя? — спросил Цзинь Юань. — Заказчики не бесят? — Бесят. Тот, для торгового центра, уже три раза менял техническое задание. — Типично. На несколько минут повисла тишина. Не неловкая — такая, какая бывает между старыми друзьями. Потом Цзинь Юань спросил: — А ты скучал по городу? Дань Хэн задумался. По городу — нет. По людям… — Не знаю, — сказал он осторожно. — По людям — да. Цзинь Юань кивнул, будто понял что-то своё. — Мы по тебе тоже скучали, — сказал он просто. — Блэйд тогда чуть с ума не сошёл, когда ты уехал. Всё говорил: «Как он мог так поступить? Мы же его не обижали». Вы не обижали. Вы просто не могли дать мне то, что мне было нужно. И это не ваша вина. — Я знаю, — ответил Дань Хэн. — Простите.

***

Было два часа ночи. Дань Хэн лежал в темноте и смотрел в потолок. За стеной слышалось лёгкое поскрипывание — Цзинь Юань ворочался. Может, тоже не спал. Может, просто переворачивался на другой бок. Интересно, о чём он думает перед сном? О работе? О девушках? О будущем? Вероятно, не о нём. Дань Хэн медленно прокручивал в голове альтернативную реальность. Ту, где он не уехал. Где остался. Где, возможно, со временем набрался бы смелости и признался. «Я люблю тебя, Цзинь Юань». «Я люблю тебя, Блэйд». Что бы они ответили? Посмеялись бы, приняв за шутку? Посмотрели бы с жалостью? Или просто встали и ушли, потому что не знали бы, как смотреть в глаза другу, который оказался не тем, кем они его считали? Лучше было уехать. Лучше было молчать три года. Лучше было сделать вид, что ничего не было. Дань Хэн потянулся к телефону. Экран ослепил его холодным светом. Он открыл чат с Блэйдом. Последнее сообщение было отправлено три года назад. Блэйд: «Ты чё реально уехал?? Без базара?» Ответа не было. Дань Хэн тогда выключил телефон и не включал два дня. Он закрыл чат. Открыл заметки. Написал одну фразу: «Я всё ещё люблю их». Посмотрел на неё минуту. Стер. За стеной Цзинь Юань наконец затих. Дань Хэн накрылся одеялом с головой и пролежал так до самого утра. Сон не пришёл.

***

Вечер пятницы. Цзинь Юань зашёл в комнату без стука — они уже привыкли. Дань Хэн сидел за ноутбуком, ссутулившись. На экране был макет торгового центра — он в сотый раз правил тени. — Слушай, — сказал Цзинь Юань, присаживаясь на край кровати. — А давай в воскресенье сходим куда-нибудь нормально? Не в кафе у дома. Дань Хэн не поднял глаз от экрана. — Как скажешь. — Я написал Блэйду. Он горит желанием тебя увидеть. Говорит, ты должен рассказать, где пропадал все эти годы. Имя снова резануло по живому. Дань Хэн замер на секунду, пальцы зависли над клавиатурой. — Блэйд… — медленно повторил он. — Он всё такой же? Цзинь Юань усмехнулся — тепло, по-дружески. — Громче и наглее. Но по сути — да. Ты же знаешь, его не меняют обстоятельства. Знаю. И это тоже часть проблемы. — Во сколько? — спросил Дань Хэн, возвращая взгляд к экрану. — Давай в семь. В тот бар на набережной, помнишь? Где мы после сессии отмечали. — Помню. — Тогда решено. — Цзинь Юань встал и направился к двери. На пороге обернулся: — Ты только выспись наконец. У тебя круги под глазами как у панды. — Угу, — ответил Дань Хэн. Цзинь Юань ушёл. Дань Хэн откинулся на спинку стула и закрыл глаза. Блэйд. Я увижу Блэйда. В груди разлилась тяжёлая, ноющая пустота.

***

Суббота, два часа ночи. Дань Хэн снова не спал. Он вышел на кухню попить воды — тихо, на цыпочках, чтобы не разбудить Цзин Юаня. Но когда зажёг свет, увидел, что хозяин квартиры сидит в гостиной с ноутбуком на коленях. — Ты чего не спишь? — спросил Цзинь Юань, прикрывая экран. — Работа? — Воды хотел, — сказал Дань Хэн. Он налил стакан, сел напротив. Несколько минут они молчали. Тишина была густой, почти осязаемой. Потом Цзинь Юань спросил: — Ты какой-то напряжённый в последнее время. Всё в порядке? Дань Хэн сжал стакан. Сейчас. Скажи сейчас. Скажи ему. Хотя бы попробуй. — Всё нормально, — сказал он. — Точно? — Точно. Цзинь Юань посмотрел на него долгим, изучающим взглядом. Дань Хэн выдержал его. Не моргнул. — Просто работа, — добавил он для убедительности. — Дедлайны. — Ну, смотри, — Цзинь Юань вздохнул и снова уставился в экран. — Если что — ты не один здесь. В том-то и проблема, что я здесь не один. — Спокойной ночи, — сказал Дань Хэн и ушёл в комнату. Он сел на кровать, поставил стакан на тумбочку и уставился в стену. Просидел так полчаса. Может, час. Он давно перестал следить за временем.

***

Бар на набережной выглядел так, будто время его не коснулось. Те же дешёвые кожаные диваны с потёртостями на подлокотниках. Тот же тусклый жёлтый свет, делающий всех чуть старше и чуть уставшее. Запах попкорна, пива и дешёвого табака — хотя курить внутри давно запретили. Даже бармен оказался тем же — дядька с усами и вечно сонными глазами. — Он всё так же плохо разливает пиво? — спросил Дань Хэн, когда они вошли. — Хуже, — усмехнулся Цзинь Юань. Блэйд уже сидел за угловым столиком. Дань Хэн узнал его по спине — широкие плечи, чуть сутулая посадка, рука, лениво сжимающая бокал с тёмным пивом. Он не изменился. Или изменился — Дань Хэн не мог разобрать на расстоянии. Когда они подошли, Блэйд поднял голову. Его лицо осветила та самая широкая улыбка — беззаботная, громкая, немного наглая. Он встал и хлопнул Дань Хэна по плечу так, что тот чуть не споткнулся. — Ну ни хрена себе! — голос Блэйда разнёсся по всему бару. Несколько человек обернулись. — Беглец вернулся! Ты хоть понимаешь, что мы с Цзин Юанем обзвонили тогда всех, когда ты уехал? Думали, с тобой что-то случилось! Дань Хэн пошатнулся, но удержался. — Извините, — сказал он тихо. — Надо было предупредить. — Да ладно, чего уж, — Блэйд махнул рукой и снова плюхнулся на диван. — Главное, живой. И при деньгах, как я погляжу — дизайнер, серьёзно? — Серьёзно. — Круто. Садитесь давайте. Они сели. Блэйд подозвал бармена жестом — тот понял без слов и через минуту принёс ещё одно тёмное пиво, виски с колой для Цзин Юаня и… замер, глядя на Дань Хэна. — Сок, — сказал Дань Хэн. — Яблочный. Блэйд поперхнулся. — Чего ты как девочка? — он вытаращил глаза. — Давай нормально выпьем! Цзинь Юань, уже отпивший свой виски, лениво вмешался: — Не приставай к человеку. Дань Хэн знал, что если выпьет — даже чуть-чуть — то сорвётся. Скажет что-то. Или заплачет. Или посмотрит на них так, что они всё поймут. Поэтому он просто взял сок и сделал маленький глоток. Блэйд, впрочем, быстро переключился. Он откинулся на спинку дивана, закинул ногу на ногу и уставился на Дань Хэна с любопытством ребёнка, которому купили новую игрушку. — Ну, рассказывай, — сказал он. — Как там твой дизайн? Много заказов? — Хватает. — Девушка есть? Последний вопрос прозвучал небрежно — как нечто само собой разумеющееся. Как будто спрашивали о погоде. — Нет, — сказал Дань Хэн. — Девушки нет. Блэйд сочувственно-насмешливо покачал головой: — Всё такой же? Ну ничего, мы тебя тут научим, как с ними знакомиться. Правда, Цзинь? Цзинь Юань усмехнулся в стакан. — Не уверен, что Дань Хэну нужны твои методы. — А что не так с моими методами? — Блэйд притворно обиделся. — Они работают! Я за этот год сменил… — он начал загибать пальцы, — пятерых. Нет, шестерых. Одну звали Линь, она… да неважно. Короче, движ есть. Он самодовольно отхлебнул пиво. Цзинь Юань покачал головой. — А я вот в последнее время в затишье, — сказал он. — Не везёт мне с ними. — Да потому что ты слишком хороший! — Блэйд чуть не подпрыгнул на диване. — Женщины любят плохих парней. А ты им цветочки, свечки, романтика. Им экшн нужен! — Может, я ещё не встретил ту, с которой не захочется играть в эти игры, — спокойно ответил Цзинь Юань. Дань Хэн слушал и чувствовал, как внутри всё выворачивается. Они обсуждали девушек так же естественно, как обсуждают погоду. Для них мир делился на «мужчины — друзья» и «женщины — те, кого можно любить». В этом мире не было места для Дань Хэна. Никогда не было. Блэйд вдруг снова повернулся к нему: — А ты кстати — у тебя вообще кто-то был? За эти три года? Сок обжёг горло. Дань Хэн поставил стакан на стол, выждал секунду, чтобы голос не дрогнул. — Нет. Некогда было. Блэйд вздохнул — тяжело, театрально. — Ну вы даёте. Два друга-девственника, блин. Ладно, Цзинь Юаня ещё понятно — он романтик хренов. Но ты-то? — он наклонил голову, разглядывая Дань Хэна как диковинку. — Хотя… ты всегда был себе на уме. Может, ты просто из тех, кому никто не нужен? Прямо в сердце. Даже не подозревая об этом. Дань Хэн почувствовал, как к горлу подступает ком. Он сжал пальцы под столом в кулак, впиваясь ногтями в ладонь. Боль помогла не разреветься. Цзинь Юань, заметив что-то — или просто устав от напора Блэйда, — мягко перебил: — Блэйд, не приставай. Человек приехал по работе, а ты его допрашиваешь. — Он поднял свой стакан. — Давайте лучше выпьем за то, что мы снова вместе. — О, это я уважаю! — Блэйд тут же подхватил бокал. Дань Хэн поднял свой сок. Они чокнулись. Блэйд — шумно, с размахом. Цзинь Юань — аккуратно, почти не касаясь. Дань Хэн — механически, думая о своём. Он смотрел на их лица. Цзинь Юань улыбался тепло, чуть устало. Блэйд — широко и беззаботно, как человек, у которого нет ни одной причины грустить. Дань Хэн улыбнулся в ответ. Искренне. Потому что, чёрт возьми, он скучал по ним. Даже если это убивало его.

***

Шли домой пешком. Цзинь Юань предложил пройтись — погода была хорошая, тёплая, почти летняя. Дань Хэн согласился. Они шли по набережной, и ночной ветер трепал волосы. Город спал, только редкие машины проезжали мимо. — Тебе понравилось? — спросил Цзинь Юань. — Да, — ответил Дань Хэн. Он не уточнил, что именно. Дома, уже за полночь, он сел на кухне один. Цзинь Юань ушёл в душ. Дань Хэн открыл телефон. Общий чат, мёртвый три года, ожил. Блэйд: «Надо чаще собираться! Дэн, не пропадай больше» Он смотрел на экран десять минут. Пальцы зависли над клавиатурой. Потом он выключил телефон, убрал его в карман и уставился в стену. Завтра будет новый день. А потом — ещё один. И он всё ещё будет любить их. И они всё ещё не будут знать.

***

Две недели прошли в каком-то странном, тягучем ритме. Дань Хэн почти привык к этому дому. К запаху кофе по утрам. К тому, как Цзинь Юань иногда оставлял для него записки на холодильнике: «Не забудь поесть», «Ты вчера опять не спал». Они встречались с Блэйдом ещё пару раз — один раз в кино, один раз просто гуляли по парку. Блэйд был всё таким же громким, и Дань Хэн почти научился улыбаться, когда тот хвастался очередной девушкой. Почти. Общий чат ожил. Теперь там переписывались почти каждый день — Блэйд кидал мемы, Цзинь Юань отвечал смайликами, Дань Хэн иногда вставлял короткие реплики. Он чувствовал себя частью их жизни. Как в старые времена. Только боль никуда не ушла. Она просто затаилась, притихла, ждала своего часа.

***

В ту ночь час пробил. Дань Хэн лежал в темноте, уставившись в потолок. Сон не шёл — как обычно. Но на этот раз была конкретная причина. Телефон завибрировал. Он машинально взял его, открыл общий чат. Блэйд: [Фото] На фото была девушка. Красивая, с длинными волосами и яркой улыбкой. Они сидели в каком-то кафе, Блэйд обнимал её за плечи, и на его лице была та самая самодовольная улыбка. Блэйд: «Познакомился сегодня. Линь Ин. Танцует в клубе, представляете? Клёвая. Может, на этот раз надолго)» Цзинь Юань: «Красивая. Ты ей хоть имя своё сказал? Или сразу фото на память?» Блэйд: «Ты просто завидуешь))» Цзинь Юань: «Конечно-конечно» Дань Хэн смотрел на экран. Он смотрел на лицо Блэйда — счастливого, влюблённого. И на девушку, которая сейчас занимала все его мысли. «Клёвая. Может, на этот раз надолго.» Где-то внутри что-то щёлкнуло. Как будто лопнула последняя струна, которую он так старательно натягивал последние недели. Он отложил телефон. Сел на кровати. Обхватил голову руками. Не надо. Не сейчас. Только не сейчас. Он продержался до тех пор, пока за стеной не стихло — Цзинь Юань перестал ворочаться, дыхание стало ровным и глубоким.

***

Руки дрожали. Дань Хэн снова взял телефон. Слёзы уже текли по щекам — он даже не заметил, когда это началось. Он открыл чат с Келусом. Келус был его другом. Единственным, кто знал про его чувства. Единственным, кто не осуждал. Он нажал на кнопку записи голосового и заговорил шёпотом — боялся, что Цзинь Юань услышит даже через стену. — Келус… это я. Извини, что так поздно. Я просто… я больше не могу. Голос сорвался. Он сделал вдох, вытер щёку тыльной стороной ладони. — Я думал, что справлюсь. Думал, что если вернусь, то увижу их и пойму, что всё прошло. Что это была просто глупая юношеская влюблённость. Но нет. Ничего не прошло. Я люблю их. Я люблю их обоих, Келус. И это убивает меня. Он всхлипнул. — Каждый день я смотрю на Цзин Юаня и хочу сказать ему… а что сказать? «Я люблю тебя»? А он посмотрит на меня с жалостью и скажет «Ты хороший друг». Блэйд хвастается своими девушками, а я должен улыбаться и делать вид, что мне всё равно. А мне не всё равно. Мне так больно, Келус. Слёзы залили глаза. Он не видел экрана. Пальцы дрожали, когда он водил ими по стеклу. — Я жалею, что приехал. Я не должен был возвращаться. Здесь ничего не изменилось — они всё так же не видят меня. И никогда не увидят. Я не знаю, сколько ещё смогу это выносить. Может, мне снова уехать? Просто собрать вещи и уехать, никому ничего не объясняя. Как в прошлый раз. Он замолчал на секунду. Только тяжёлое дыхание и тихие всхлипы. — Я так устал, — прошептал он. — Так устал притворяться. Лучше бы я не возвращался. Он закончил запись. Рукой ткнул куда-то в экран — туда, где обычно была кнопка отправки. И отложил телефон в сторону. Лёг на подушку и свернулся калачиком. Слёзы всё ещё текли, но он уже не пытался их остановить. «Завтра будет новый день. Завтра я возьму себя в руки.» Он не знал, что отправил голосовое не Келусу. Он не знал, что в двух метрах от него, за тонкой стеной, телефон Цзин Юаня завибрировал и принял сообщение.

***

Цзинь Юань открыл глаза — в комнате было ещё темно, за окном только начинало сереть. Взглянул на экран. Дань Хэн: [Голосовое сообщение, 02:13] Он замер. Два часа ночи. Дань Хэн в соседней комнате. Голосовое сообщение, хотя они виделись каких-то восемь часов назад. Что-то внутри ёкнуло. «Это не для меня», — подумал он. — «Он случайно отправил не тому. Иначе зачем записывать голосовое в два часа ночи, когда я буквально за стеной?» Он приглушил звук, поднёс телефон к уху. Нажал «воспроизвести». И услышал голос Дань Хэна. Тихий. Сломленный. С рыданиями. «Я люблю их. Я люблю их обоих, Келус.» «Блэйд хвастается своими девушками, а я должен улыбаться.» «Я жалею, что приехал.» «Лучше бы я не возвращался.» Цзинь Юань слушал, и лицо его становилось мрачнее тучи. На душе скребли кошки. Он дослушал до конца. Убрал телефон от уха. Посидел несколько секунд, глядя в одну точку. «Теперь понятно, почему ты тогда сбежал.» Мысль пришла сама собой. Острая, как пощёчина. «А я ведь видел что-то не так. Ты всегда отводил взгляд, когда я заговаривал о девушках. А когда мы обнимались… ты замирал. Я думал — стесняется. А это было… И тогда, три года назад. Ты уехал без объяснений. Я думал — наша дружба что-то значила? Мы же не ссорились. А ты просто исчез. Теперь я знаю почему.» Цзинь Юань провёл рукой по лицу. Вздохнул. «И что мне теперь делать?» Он посмотрел на экран. Голосовое висело в чате, как бомба замедленного действия. Не раздумывая, он нажал. Удалил. У себя. У Дань Хэна. Теперь голосового не существовало. «Пусть думает, что не отправил. Так будет лучше для всех.» Он откинулся на подушку. Закрыл глаза. Но сон не шёл.

***

Он лежал и смотрел в потолок, прокручивая в голове услышанное. «Он любит нас. Обоих. Не просто "симпатия" — он сказал "люблю". И сколько это длится? С университета? Всё это время?» Он вспомнил, как Дань Хэн смотрел на него. Как краснел, если их взгляды встречались. Как молчал, когда Блэйд приводил в общежитие очередную девушку. «А я считал его просто застенчивым. Думал, ему неудобно при посторонних.» Цзинь Юань перевернулся на бок. «Надо придумать, что же делать. Не хочу ранить его ещё сильнее.» Он знал, что не может ответить на чувства Дань Хэна. Не так. Но он не мог и сделать вид, что ничего не случилось. «И Блэйду говорить не вариант. С его-то характером. Блэйд, ты как раз и являешься сейчас большой проблемой.» Цзинь Юань вздохнул. Он знал, что не сможет изменить друга. Блэйд был Блэйдом — громким, прямым, не умеющим ходить вокруг да около. «А если я постоянно буду затыкать тебе рот, это будет выглядеть странно. И для Дань Хэна, и для тебя. Ты начнёшь задавать вопросы. А отвечать мне будет нечего.» Он перевернулся на спину. «Ладно. Буду действовать по ситуации. Главное — чтобы Дань Хэн не понял, что я всё знаю. Иначе это ничем хорошим не кончится.» Он представил лицо Дань Хэна, если бы тот узнал, что его тайна раскрыта. Ужас. Стыд. Желание провалиться сквозь землю. «Нельзя этого допустить.» Цзинь Юань закрыл глаза. «Я буду делать вид, что ничего не случилось. Буду вести себя как обычно. Но присмотрюсь. Попробую понять, можно ли что-то сделать, чтобы ему стало легче. Не отвечая на чувства, но и не раня.» Он не был уверен, что у него получится. Но он должен был попробовать. Ради Дань Хэна.

***

Утром Дань Хэн проснулся с опухшими глазами. Он помнил, что плакал. Помнил, что записывал голосовое Келусу. Помнил, что отправил. Он открыл чат с Келусом. Там ничего не было. Он проверил ещё раз. «Может, не отправилось?» Он вздохнул и потянулся. За стеной слышалось, как Цзинь Юань гремит чашками. Обычное утро. Обычный день. Дань Хэн улыбнулся — грустно, но почти спокойно. «Никто не узнает. Всё в порядке.» Он не знал, что правда была совсем рядом. Всего в нескольких метрах от него. За тонкой стеной.

***

Цзинь Юань изменился. Не внешне — внешне он оставался всё тем же спокойным, чуть ленивым парнем, который любил кофе по утрам и не умел готовить. Изменилось его отношение. К Дань Хэну. Теперь каждое движение, каждое слово, каждый взгляд проходили через фильтр. Цзинь Юань начал замечать то, на что раньше не обращал внимания. Как Дань Хэн замирал, когда Блэйд в чате кидал фотографии с очередной девушкой. Как его плечи напрягались, когда разговор заходил об отношениях. Как его улыбка становилась… другой. Цзинь Юань научился различать настоящую улыбку Дань Хэна от фальшивой. Настоящая появлялась редко — когда они смотрели старые фильмы, когда Дань Хэн случайно засыпал на диване под тёплым пледом, когда Цзинь Юань приносил ему чай без всякого повода. Фальшивая была почти всегда. Вежливая, спокойная, правильная. Улыбка, которая ничего не значила. И от этого было так хреново.

***

Цзинь Юань начал действовать осторожно. Чтобы сам Дань Хэн ничего не заметил. В общем чате, когда Блэйд начинал хвастаться, Цзинь Юань быстро переводил тему. Блэйд: «Кстати, я вчера познакомился с одной медсестрой. Представляете, она работает в той больнице за мостом…» Цзинь Юань: «Слушай, а ты видел новый трейлер того фильма ужасов? Говорят, там сценарист из нашего города» Блэйд: «Чё? Не, не видел. Но ты представляешь, она говорит…» Цзинь Юань: «Давай завтра сходим? Давно не были в кино» Дань Хэн: «Я за» Блэйд: «Ну ладно, давайте. Но медсестра реально огонь!» Цзинь Юань: «В кино в семь. Не опаздывай» При личных встречах было сложнее. Блэйд не умел читать комнату — он нёсся вперёд, как танк, и остановить его мог только прямой приказ. — А помнишь ту девушку с филфака? — Блэйд развалился на диване, потягивая пиво. — Как её там… Света? Она сейчас замуж вышла, представляете? А могла быть моей! Цзинь Юань краем глаза посмотрел на Дань Хэна. Тот сделал глоток сока и никак не отреагировал. Но пальцы на стакане побелели. — Блэйд, — сказал Цзинь Юань спокойно, — ты так и не рассказал, как у тебя на работе дела. Тебя же хотели повысить? — А, да ну их, — Блэйд отмахнулся. — Там такая дура начальница, она… Тема сменилась. Дань Хэн выдохнул незаметно, а Цзинь Юань заметил. Он замечал всё теперь. Как Дань Хэн напрягался, когда Блэйд подходил слишком близко. Как отводил взгляд, когда кто-то из них снимал футболку в жару. Как его дыхание сбивалось на долю секунды, если их плечи случайно соприкасались. Маленькие детали, которые раньше Цзинь Юань списывал на стеснительность. Теперь он знал правду.

***

Цзинь Юань перестал спать по ночам. Нет, он ложился в обычное время, закрывал глаза, делал вид. Но уши были настороже. Он ждал. Прислушивался. И однажды дождался. Тихий всхлип. Потом ещё один. Приглушённый — Дань Хэн зажимал рот подушкой, чтобы не было слышно. Цзинь Юань лежал в темноте и сжимал одеяло в кулаках. «Он плачет. Опять. Сколько уже раз он так делал, пока я спал?» Хотелось сорваться с места. Открыть дверь. Сесть рядом. Обнять. Сказать что-нибудь тёплое, глупое, успокаивающее. Но он знал: если он это сделает только хуже. «Не могу. Не имею права. Не сейчас.» Он лежал и слушал, как Дань Хэн тихо плачет в соседней комнате. И ничего не мог с этим поделать. Это было хуже, чем любая физическая боль.

***

В следующее воскресенье Блэйд припёрся не один. Он привёл свою новую пассию — ту самую Линь Ин, которая танцевала в клубе. А та, в свою очередь, притащила двух подружек. — Знакомьтесь! — Блэйд сиял, как начищенный самовар. — Это Линь Ин. А это её подруги — Сяо Мэй и… э-э-э… прости, как тебя зовут? — Юй Цзя, — девушка кокетливо улыбнулась и тут же прилипла к Цзин Юаню. — А ты, я смотрю, не разлей вода с другом? Расскажи о себе. Цзинь Юань стиснул зубы. «Блэйд, ну зачем? Зачем ты притащил их сюда? Мы же договаривались просто посидеть втроём.» Он посмотрел на Дань Хэна. Тот сидел в углу дивана, сжимая стакан с соком. Его лицо было вежливо-спокойным — фальшивая улыбка заняла своё привычное место. Но глаза… Глаза были пустыми. К одной из подруг тут же подсел какой-то парень из соседнего столика. Линь Ин и Блэйд обнимались и целовались, не стесняясь. Девушка, которая прилипла к Цзин Юаню, что-то щебетала ему на ухо, а он механически кивал, не слушая. Он смотрел на Дань Хэна. Тот не поднимал глаз. Смотрел в свой стакан. Пальцы слегка дрожали. «Ему неприятно.» Цзинь Юань почувствовал, как внутри закипает злость. На Блэйда — за то, что он такой бестактный. На этих девушек — за то, что они влезли в их вечер. На себя — за то, что не может ничего изменить. Прошёл час. Может, больше. Цзинь Юань потерял счёт времени. — Нам пора, — сказал он резко, вставая с дивана. Девушка, которая всё это время висела на нём, обиженно надула губы: — Уже? А мы так хорошо сидели… — Дела, — отрезал Цзинь Юань, отлепляя её от себя. Он подошёл к Дань Хэну, который уже тоже поднялся. Тот выглядел бледным, под глазами залегли тени. — Идём, — тихо сказал Цзинь Юань. Дань Хэн кивнул. Они вышли из бара, не прощаясь с Блэйдом — тот был слишком занят, чтобы заметить их уход.

***

На улице вечерний воздух обдал прохладой. В баре было душно. Цзинь Юань глубоко вдохнул. — Пройдёмся? — спросил он. — Не хочу сразу домой. — Давай, — тихо ответил Дань Хэн. Они пошли к набережной. Фонари отражались в тёмной воде, где-то вдалеке гудел катер. Город жил своей ночной жизнью, но здесь, на краю, было тихо. Цзинь Юань шёл и думал. «Прошло столько времени, а я всё ещё не знаю, что делать. Ещё и Блэйд со своей выходкой. Врезать бы ему в рожу, но и этого сделать не могу.» Он краем глаза посмотрел на Дань Хэна. Тот опустил голову и смотрел под ноги. Плечи ссутулены, руки в карманах. Весь его вид говорил о том, что он хочет исчезнуть. «О чём же он сейчас думает? Наверное, не о чём хорошем. Хочу видеть его улыбку, а не это.» Мысль пришла внезапно. «Стоп. О чём я думаю? Да какая уже разница, о чём? Не могу я больше смотреть на него такого. Это выше моих сил.» Цзинь Юань остановился. Он взял Дань Хэна за руку. Просто — взял и сжал. Ладонь была холодной, пальцы чуть дрожали. Дань Хэн тоже остановился и поднял голову. В глазах — удивление, лёгкий испуг, что-то ещё, чего Цзинь Юань не мог разобрать. — Юань? — голос тихий, неуверенный. — Что такое? Цзинь Юань смотрел на него. На это бледное лицо. На тени под глазами. На губы, которые так редко улыбались по-настоящему. «У меня только один вариант, как облегчить твою боль.» Он не думал больше. Не анализировал. Не просчитывал последствия. Он просто притянул Дань Хэна к себе, наклонился, прикрыл глаза и поцеловал. Губы были мягкими. Чуть солёными — может, от слёз. И тёплыми. Такими тёплыми. Дань Хэн не отстранился. Он стоял, глядя на Цзин Юаня шокированным взглядом, и не двигался. Только сердце — Цзинь Юань чувствовал, как оно бьётся, даже через одежду — бешено колотилось. «Я конечно не смогу заменить двоих сразу. Но пусть тебе будет хоть немного легче. Ты очень долго страдал.» Цзинь Юань отстранился. Открыл глаза. Дань Хэн стоял перед ним красный как варёный рак. Шок на лице постепенно сменялся чем-то другим — непониманием, надеждой, страхом. Он уткнулся в грудь Цзин Юаня, пряча лицо. Цзинь Юань рассмеялся — тихо, мягко. — Что такое? Не понравилось? Голос из-под его подбородка прозвучал глухо: — Понравилось. — Засмущался? В ответ — тишина. Потом Дань Хэн отпрянул, схватил Цзин Юаня за руку и потянул вперёд. — Пошли домой. Цзинь Юань не сопротивлялся. Он шёл, позволяя вести себя за руку, и смотрел на Дань Хэна. На его красные уши. На его сбившееся дыхание. На то, как он сжимал его ладонь, будто боялся отпустить. «На такого тебя смотреть приятно. Не хочу больше видеть боль на твоём лице.» Они шли по набережной, держась за руки, и ночной ветер трепал их волосы.

***

Дома, уже в прихожей, Дань Хэн наконец отпустил его руку. Они стояли друг напротив друга. Тишина. — Юань, — сказал Дань Хэн. Голос дрожал. — Зачем ты это сделал? Цзинь Юань посмотрел на него долгим взглядом. Потом улыбнулся — не той своей ленивой улыбкой, а какой-то другой. Грустной. Тёплой. — Просто захотелось, — сказал он. — Так не бывает, — Дань Хэн не верил. — Ты… ты же не… «Ты же не любишь меня. Ты гетеро. Я знаю. Зачем тогда?» — Дань Хэн, — Цзинь Юань шагнул ближе. — Не надо сейчас ничего анализировать. Просто… прими как есть. Хорошо? Дань Хэн смотрел на него. Потом медленно кивнул. — Хорошо, — прошептал он. Цзинь Юань хотел что-то добавить, но передумал. Вместо этого он просто потрепал Дань Хэна по волосам — как в старые времена — и пошёл на кухню ставить чайник. — Будешь чай? — спросил он через плечо. — Буду, — ответил Дань Хэн. Он стоял в прихожей и смотрел, как Цзинь Юань гремит чашками. Потрогал свои губы. «Это было на самом деле? Или мне показалось?» Губы всё ещё помнили чужое тепло. Он улыбнулся. Впервые за долгое время — настоящей улыбкой.

***

Дань Хэн проснулся от того, что на кухне кто-то ругался. Сначала он подумал, что ему снится. Цзинь Юань никогда не повышал голос. Во всяком случае, Дань Хэн никогда его таким не слышал. Но нет. Голос был настоящим. И слова — тоже. Дань Хэн сел на кровати, прислушался. Быстро натянул штаны — спал он в футболке и трусах, не самый подходящий вид для внезапного появления — и тихо, на цыпочках, пошёл на кухню. Он спрятался за стеной, выглядывая одним глазом. Цзинь Юань стоял у окна с телефоном в руках. Лицо у него было злое — Дань Хэн никогда не видел его таким. — Блэйд, скажи мне, пожалуйста, какого хрена ты привёл свою пассию и ещё двух куриц? — голос Цзин Юаня был тихим, но в нём чувствовалась такая сила, что Дань Хэн поёжился. — Это наши посиделки втроём! Он говорил на громкой связи — голос Блэйда из динамика разносился по всей кухне. — Да что ты так завёлся-то? — Блэйд, казалось, вообще не понимал масштаба катастрофы. — Я хотел, чтобы вы провели хорошо вечер. — Твои, блять, идеи никого ничем хорошим не заканчивались! — Цзинь Юань почти рычал. Дань Хэн моргнул. Он никогда не слышал, чтобы Цзинь Юань матерился. Ни разу за все годы знакомства. — Окей, больше не буду никого приводить, — Блэйд наконец начал сдавать назад. — Вообще не понимаю, почему ты так сильно зол. — Я, блять, не зол, — голос Цзин Юаня стал ледяным. — Я в ярость, твою мать! На том конце провода повисла пауза. — Охотно верю, — сказал Блэйд осторожно. — Ты никогда не материшься. — Короче, ещё раз так произойдёт — и твоя рожа познакомится с моим кулаком! — Хорошо, понял, — Блэйд явно решил не испытывать судьбу. — Всё, мне идти пора. Вызов завершился. Цзинь Юань опустил телефон и тяжело выдохнул. Дань Хэн стоял за стеной и пытался переварить услышанное. «Почему он так разозлился? Из-за того, что Блэйд привёл девушек? Но они всегда так делали раньше — Блэйд часто таскал с собой кого-то. Цзинь Юань никогда не возражал.» А потом он вспомнил вчерашний вечер. То, как Цзинь Юань смотрел на него. Как взял за руку на набережной. Как… Поцелуй. Лицо Дань Хэна порозовело мгновенно. Он прижал ладони к щекам, пытаясь унять жар. — Дань Хэн? Он поднял голову. Цзинь Юань стоял в проходе, глядя прямо на него. Выход из кухни был прямо напротив его укрытия — идиотская случайность. — Как долго ты тут стоишь? — спросил Цзинь Юань. В его голосе уже не было злости — только лёгкое удивление. Дань Хэн покраснел ещё сильнее. Он чувствовал, как краска заливает шею, уши, даже кончики пальцев. — Долго, — выдавил он. — Почему ты ругался с Блэйдом? Цзинь Юань вздохнул. Подошёл ближе — так близко, что Дань Хэн мог разглядеть маленькую родинку у него на шее. — А разве он не повёл себя как ублюдок? — сказал Цзинь Юань спокойно. — Он на наши посиделки притащил девушек. Да и тебе было ну очень некомфортно. «С каких пор Цзинь Юань стал что-то замечать?» — мысль пронзила голову, острая и холодная. — «Может, он и мои чувства заметил? Только где я мог оплошать?» Цзинь Юань притянул его к себе и поцеловал. Не так, как вчера на набережной — мягко, осторожно. На этот раз поцелуй был другим. Цзинь Юань сразу углубил его, и Дань Хэн почувствовал чужой язык — тёплый, влажный, настойчивый. Их языки сплелись, и где-то на заднем плане Дань Хэн услышал странный звук. Этот звук издавал он сам. Стон. Цзинь Юань отстранился первым. Дыхание сбилось у обоих. — Не думай слишком много, — сказал Цзинь Юань, глядя ему в глаза. — Как ты можешь знать, о чём я думаю? — голос у Дань Хэна сел. Он звучал хрипло, чужим. — У тебя глаза забегали, — Цзинь Юань усмехнулся. — Значит, о чём-то очень размышляешь. И явно волнуешься. — Это ты напал на меня во второй раз с поцелуем, — пробормотал Дань Хэн, отводя взгляд. Он чувствовал, как колотится сердце. Как пальцы дрожат. Как всё тело горит. — Ты мне нравишься, — сказал Цзинь Юань просто. — Ничего поделать с собой не могу. Дань Хэн поднял глаза. Взгляд Цзин Юаня был серьёзным. Ни намёка на шутку. — Я… — Дань Хэн запнулся. Слова застревали в горле. — Ты мне т-тоже н-нравишься. Он ненавидел себя за эту запинку. За то, как голос дрожал. За то, что, наверное, выглядел как полный идиот. Цзинь Юань улыбнулся. — Давай встречаться? Дань Хэн моргнул. — А тебе не кажется, что надо было начинать с признания и предложения, а потом целовать? — Ты был расстроен, — пожал плечами Цзинь Юань. — Хотелось поднять настроение. — А откуда тебе знать, что мне поднимет настроение? «Дань Хэн, прошу хватит меня допытывать!» — мысленно взмолился Цзинь Юань. Вслух он сказал: — Не знаю. Просто так подумал. — Пауза. — Но я попал в яблочко? Дань Хэн посмотрел на него долгим взглядом. Потом резко развернулся и пошёл к плите. — Давай я приготовлю завтрак, — бросил он через плечо. — Тебе уже скоро на работу. Цзинь Юань посмотрел на часы. — А, да, точно. Они ели молча. Обычная яичница, тосты, чай для Дань Хэна и кофе для Цзин Юаня. Всё как всегда — и одновременно совсем не так. Цзинь Юань несколько раз открывал рот, будто хотел что-то сказать, но передумывал. Дань Хэн делал вид, что не замечает. Когда Цзинь Юань ушёл на работу — хлопнула дверь, Дань Хэн выдохнул. Он убрал со стола, помыл посуду. Потом сел за ноутбук в своей комнате. Работа не шла. Вообще никак. Макет торгового центра смотрел на него пустыми окнами. Кисти в Фотошопе не слушались. Дань Хэн уставился в экран, но видел только одно лицо. «Мечты сбываются, — думал он. — Я не мог даже мечтать встречаться с кем-то одним, а тут Цзинь Юань сам предложил.» Он откинулся на спинку стула. «Только… почему он так резко поменялся?» Дань Хэн закрыл глаза. Он помнил Цзин Юаня в университете. Спокойного, чуть ленивого, никогда не повышавшего голос. Того, кто слушал больше, чем говорил. Того, кто никогда не смотрел на мужчин как на потенциальных партнёров. И нынешнего Цзин Юаня. Который матерился на Блэйда. Который замечал, что Дань Хэну некомфортно. Который целовал его на набережной, а потом сказал «Ты мне нравишься». «С одной стороны, я очень рад, — признался себе Дань Хэн. — С другой… что-то тут не так.» Он открыл глаза. Посмотрел на свои дрожащие пальцы. «Что я упускаю? Что изменилось? И почему он вдруг начал на меня смотреть… иначе?» Ответа не было. Но где-то глубоко внутри, под слоем счастья и неверия, зарождалось смутное беспокойство. Он пока не знал правды.