Нежные кусочки/Tender Cuts

Деннис Уитакер не собирался возвращаться в больницу на следующий день. По крайней мере, так он себе говорил. Официально у него был повод. Даже вполне весомый. Около полудня архивариус из участка прислал по электронной почте пакет старых отчетов об инцидентах, связанных с Леоном Воссом - одним из первых пропавших без вести. Деннис пролистывал их, потягивая заваренный в участке кофе, когда наткнулся на нечто, от чего он выпрямился на стуле. Показания свидетеля. Краткие, неаккуратные и легко упускаемые из виду. Соседка утверждала, что в ночь исчезновения Леона Восса она видела мужчину в черном медицинском халате возле стоянки скорой помощи с больничной каталкой задолго после окончания обычного рабочего дня. Она не разглядела его лица и не смогла указать рост. Это не было доказательством и едва ли можно было назвать полезной информацией. Но этого хватило, чтобы продолжить расследование в больнице. К трем часам дня Деннис был снова в больнице Аллегейни, с папкой под мышкой, изо всех сил стараясь не думать о том, насколько его спешка была связана с зацепкой, а насколько - с врачом, к которой она относилась. В больнице царил еще больший хаос, чем накануне. Приемная была переполнена, а где-то возле сортировочного пункта кричал малыш. Мужчина с полотенцем, прижатым к щеке, громко спорил с дежурным по поводу времени ожидания, а кто-то другой рвал в пластиковый контейнер через два кресла. В помещении пахло антисептиком, потом, пережженным кофе и резким медным запахом свежей крови. Деннис пробился сквозь толпу, показал свой бейдж на стойке и получил в ответ усталое кивание. "Он в кабинете номер семь," - сказала дежурная, не дожидаясь его вопроса. Деннис нахмурился. - "Вы знали, кого я собирался спросить?" Она бросила на него бесстрастный взгляд. - "Я не идиотка." Это вызвало у него неохотное хмыканье. - "Спасибо." Он обнаружил, что дверь кабинета № 7 приоткрыта. Майкл стоял, прислонившись бедром к столу, с картой в руке, и слушал, как подросток в третий раз объяснял, почему прыжок с крыши гаража «выглядел ниже, если смотреть оттуда». На предплечье Майкла, чуть выше линии перчатки, была засохшая кровь, а левая лодыжка пациента, казалось, набухала, как поднимающееся тесто. На лице Майкла было то же самое сводящее с ума самообладание, которое Деннис запомнил со вчерашнего дня - внимательное, слегка удивленное, невозможное для прочтения за внешней оболочкой. "Нет, серьезно, - говорил парень, - мой друг сказал, что он так делал прошлым летом" "И где сейчас этот друг?" - устало спросил Майкл. Парень замялся. "Э-э… он снимал на камеру" "Конечно, снимал", - пробормотал Майкл. Деннис стоял в дверном проеме, пока Майкл не поднял глаза и не заметил его. На его лице промелькнуло что-то едва уловимое. Не удивление, а узнавание, какая-то скрытая настороженность. "Детектив",- ровно сказал Майкл, - "так быстро вернулись." Деннис слегка приподнял папку. "У меня же есть работа, знаете ли" Углы рта Майкла дернулись. "Это обнадеживает" Он повернулся к пациенту. "Вы сломали ее. Вам повезло, что все обошлось, ладно? Нелезьте на крыши какое-то время". Подросток стонал, пока Майкл дописывал инструкции по выписке для медсестры, снимал перчатки и выходил в коридор вместе с Деннисом. Оба сразу замолчали. В коридоре царил шум. Мимо пронесли носилки с женщиной, почти побледневшей от боли; одна медсестра вводила ей жидкость, а другая быстро набирала цифры. Кто-то вверху вызвал охрану в психиатрическое отделение, а ординатор, проходя мимо, чуть не задел Денниса за плечо. - "Пройдемся еще раз?" - тихо спросил Майкл, кивая в сторону пустого коридора. Деннис пошел рядом с ним. Сегодня Майкл выглядел более уставшим. Не неряшливым - Майкл никогда не выглядел неряшливым, - но измотанным, чего Деннис вчера не заметил. У него были слабые тени под глазами, и между фразами он делал чуть больше пауз. Он двигался с той же сдержанностью, что и вчера, но Деннису показалось, что это дается ему с трудом. Это не должно было сделать его более интересным, но так и было. - "Я нашел показания свидетеля, связанные с Леоном Воссом, - сказал Деннис. - Кто-то сообщил, что поздно ночью видел мужчину в хирургическом халате возле стоянки скорой помощи. Он был один, и, по сообщениям, толкал каталку." Лицо Майкла оставалось бесстрастным. - Это сужает круг поисков до половины здания. - Она сказала, что он выглядел как врач. - "Тогда, возможно, до трети здания," - сказал Майкл, глубоко выдохнув через нос. Деннис бросил на него косой взгляд. - "Ты когда-нибудь пользуешься зоной для скорой помощи после работы?" - Часто. - С пациентами? - Да. - Один? - продолжил расспрашивать Деннис. - Иногда, - ответил Майкл, после чего слышно вздохнул. Деннис остановился, а Майкл сделал еще один шаг, прежде чем повернуться к нему. Коридор вокруг них продолжал двигаться. Мимо проходили сотрудники, где-то вне поля зрения звонили телефоны. Между ними все равно образовался небольшой остров тишины, невидимый и несомненный. "Ты очень спокоен", - заметил Деннис. Майкл наклонил голову, его губы слегка дрогнули. "Ты бы предпочел, чтобы я паниковал?" "Я бы предпочел честность" Между бровями Майкла промелькнула тонкая морщинка. Не то чтобы гнев, но что-то более задумчивое. "Это предполагает, что я лгу". Деннис не отводил взгляда. "А ты лжешь?" В течение одной длинной секунды Майкл молчал. Затем он сделал шаг ближе - не агрессивно, не настолько, чтобы устроить сцену, но достаточно, чтобы Деннис остро ощутил, насколько тесным вдруг стал коридор. "Ты слишком рвешься", - тихо сказал Майкл. Деннис сжал челюсти. - "А ты уклончивый." Глаза Майкла с нервирующим терпением скользнули по лицу Денниса. - "Нет, я устал. Это большая разница." Деннис ненавидел ту часть себя, которая поверила в это утверждение. Не успел он ответить, как за их спинами раздался голос. - "Робби, если ты снова флиртуешь с представителями закона, не мог бы ты делать это, глядя на этот калий?" Деннис обернулся. Доктор Фрэнк Лэнгдон стоял в нескольких футах от них, держа в руках планшет и выглядя совершенно не впечатленным. Он был воплощением сухого юмора и постоянной усталости, а его выражение лица обострялось благодаря тому интеллекту, который заставлял всех остальных в комнате чувствовать себя немного отстающими. Его взгляд пробежал по Деннису одним оценивающим движением. Майкл не выглядел растерянным. "Детектив Уитакер, это доктор Лэнгдон" Лэнгдон заметил значок Денниса, его досье и то, что он и Майкл стояли чуть слишком близко друг к другу в боковом коридоре. "Боже", - сказал Лэнгдон, - "он действительно флиртует с правоохранительными органами" "Я беру у него интервью", - поправил Деннис. Лэнгдон посмотрел на Майкла. "Так мы это называем?" Майкл бросил на него взгляд, который должен был положить конец разговору. Но это не помогло. Лэнгдон пожал плечами и протянул планшет. "Пришли результаты анализов из одиннадцатой палаты. Кстати, Дана не справляется с принтером и угрожает сделать это проблемой для всех". Майкл взял планшет. "Трагично". Лэнгдон начал удаляться, но остановился рядом с Деннисом. "Если это вас утешит, офицер, - сказал он, - если бы он кого-то убил, он бы это прекрасно зафиксировал в карте". Затем он ушел, не дав Деннису понять, была ли это шутка. Деннис оглянулся на Майкла. Майкл смотрел вслед Лэнгдону с безразличным терпением человека, привыкшего его терпеть. "Ты работаешь с комиками", - тихо сказал Деннис. "Нет", - устало ответил Майкл, - "Я работаю с врачами. Это гораздо хуже". Это заставило Денниса рассмеяться, кратко и невольно. Глаза Майкла тут же метнулись к нему, слегка заострившись при звуке, как будто он не ожидал этого и обнаружил, что ему это понравилось. Деннис ненавидел себя за то, что заметил это. -"Давай, - сказал Майкл, - можешь задать свой следующий обвиняющий вопрос, пока я буду делать вид, что читаю результаты анализов электролитов." Они оказались у рабочего места у самого края отделения. Люди постоянно проходили мимо - медсестры, ординаторы, лаборанты, - но никто не задерживался. Майкл пробегал глазами результаты анализов на планшете, а Деннис стоял рядом с ним, снова раскрыв папку. - Каким был Восс? - спросил Деннис. Майкл не поднял глаз. "Пьяный. Агрессивный. Злобный". "Судя по всему, это не сильно сужает круг подозреваемых здесь". Майкл слегка улыбнулся. "Молодец. Ты учишься". Деннис на мгновение засмотрелся на его профиль. - Он тебе что-нибудь говорил? На этот раз Майкл поднял глаза. Прошло несколько секунд, прежде чем он положил планшет на рабочий стол. - Он спросил, не спрашивала ли о нем его дочь, - начал Майкл. - Он хотел знать, звонила ли она в больницу, чтобы узнать, как он. Когда я ответил, что нет, он рассмеялся. Деннис подождал, пока Майкл продолжил, его голос был ровным. "Потом он сказал мне, что она в конце концов всегда возвращается". Что-то холодное тихо пробежало по спине Денниса. "Это тебя беспокоило?" - спросил он. "Конечно", - ответил Майкл. Ответ прозвучал слишком быстро, чтобы в нем можно было усомниться. Деннис посмотрел на папку, а потом снова поднял глаза. "А что насчет Мерсера и Кальвина Прайса?" "И тот, и другой", - пробормотал Майкл, его взгляд слегка потемнел. Деннис закрыл папку. "Знаешь, начинает казаться, что ты помнишь этих людей яснее, чем следовало бы. Десятки пациентов, верно?" Майкл оперся одним локтем на рабочий стол, расслабившись, и заговорил достаточно тихо, чтобы никто поблизости не услышал. "Возможно", - сказал он, - "я помню тех, кто заслуживает того, чтобы о них помнили". Эти слова прозвучали не так, как надо. Не потому, что они были странными, а потому, что в них был смысл. Деннис уставился на него, а Майкл выдержал его взгляд, не мигая. Вокруг них в отделении неотложной помощи продолжался шум: принтеры выплевывали этикетки, пищали мониторы, скрипели туфли по плитке. На фоне всего этого Деннис почувствовал то же ползучее беспокойство, что и вчера, ощущение, будто он стоит в одном шаге от чего-то, что пока не может назвать. "Уитакер?" Деннис обернулся, и к нему быстрым шагом подошла Дана Эванс из поста медсестер, прижимая к груди карту пациента, а на лице у неё явно читалось раздражение. Она узнала его раньше, чем он её, и тут до него дошло - они уже однажды пересекались во время выезда по бытовому вызову, когда он ещё был патрульным, задолго до его повышения. Дана, казалось, никогда просто так не шла; она двигалась так, будто пыталась обогнать некомпетентность. "Что ты здесь делаешь?" - спросила она, переведя взгляд с одного на другого. "Работаю", - просто ответил он. Она посмотрела на Майкла, потом снова на Денниса и вздохнула, как будто этот ответ ее чем-то обидел. "Отлично. Еще один". Майкл приподнял бровь. - "Еще один кто?" - Еще один человек, который тут рыскает, потому что исчезли три ужасных мужчины, и вдруг всем стало не все равно, в порядке ли они. Деннис нахмурился. - Я здесь не за этим. Дана бросила на него взгляд, который говорил, что она сама это решит. Затем ее внимание снова перешло на Майкла. - Ты все еще собираешься выпить в пятницу? Выражение лица Майкла едва заметно изменилось. "Наверное, нет". "Ты это каждую неделю говоришь", - вздохнула она. "И это по-прежнему так", - ответил Майкл. Дана ещё секунду пристально смотрела на него, а потом, похоже, заметила папку в руках Денниса. "Это дело Мерсера всё ещё не закрыто?" Деннис кивнул. "И ещё два". Её осанка слегка напряглась. Интересно. "Ты узнала что-нибудь полезное?" - спросил Деннис, заинтересовавшись. Дана выдохнула через нос. "Полезное? Нет. Жуть? Да". Майкл замер рядом с ней. Дана либо не заметила, либо сделала вид, что не заметила. "Мерсер меня напугал", - начала она, - "не потому, что он был необычным, а потому, что он был обычным. Такие люди попадаются постоянно, но после того, как его жену унесли наверх, он продолжал улыбаться. Он просто лежал там с окровавленным лицом, улыбаясь, как будто знал, что ничто из того, что он сделал, не прилипнет к нему". Деннис почувствовал, как его челюсть сжалась. "Ты рассказала это полицейским?" "Я сказала им, что он кусок дерьма. Не знаю, записали ли они это дословно", - сказала Дана с усмешкой. "Потом он исчез", - вздохнула она, перекладывая карту в руках. Ее взгляд мельком скользнул к Майклу. Это было почти незаметно, но Деннис заметил. Не обвинение или подозрение, а признание. Как будто она заметила что-то в ту ночь и сознательно решила не выражать это словами. Голос Майкла, когда он заговорил, был настолько спокоен, что от него по коже побежали мурашки. "Дана". Она встретила его взгляд, и тишина затянулась. Затем она закатила глаза, нарушив ее. "Расслабься. Я не говорю, что ты засунул его куда-то в шкафчик. Я просто говорю, что он был психом, а ты справилась с ним с достоинством". Она повернулась к Деннису. - Так звучит лучше? - Не особо, - сказал он, нахмурив брови. - Жаль, - просто ответила она, прежде чем уйти, оставив Денниса с явным ощущением, что каждый человек в этой больнице говорит полуфразами и вызывает его на то, чтобы он сам домыслил остальное. Он посмотрел на Майкла. Майкл снова взял планшет в руки, делая вид, что читает. "У тебя напряженные коллеги", - заметил Деннис. "У меня коллеги, которые передозированны кофеином и не получают достаточного контроля". "Тебе не понравилось, в какую сторону пошла эта беседа", - сказал Деннис, теперь уже тише. Майкл снова встретил его взгляд. "Тебе тоже". Деннис открыл рот, но тут же закрыл его. Досадно, но Майкл был прав. Ему не нравилось, как все это складывалось. Ему не нравилось показание свидетеля и взгляд Даны. Ему не нравилось, как Майкл говорил о пропавших мужчинах с чем-то более горячим и уродливым, чем обычное профессиональное презрение. Ничто из этого не складывалось в четкую картину, но эмоциональная логика, лежащая в основе всего этого, начинала проступать. Деннису это не нравилось. Не потому, что это было невозможно, а потому, что это было соблазнительно. Плохие люди причиняют боль невинным, а система пожимает плечами. Врач с невозмутимым лицом и усталыми глазами наблюдает за этим столько раз, что что-то внутри него начинает гнить. Деннис знал, что не стоит путать сочувствие с невиновностью. Он также знал, что не стоит путать влечение ни с тем, ни с другим. -Скажи мне что-нибудь правдивое, - резко сказал Деннис. Майкл моргнул, словно слегка удивленный этой просьбой. - Это слишком общая просьба. Деннис помедлил, прежде чем продолжить. - Расскажи мне что-нибудь правдивое о себе. Майкл на секунду задумался над вопросом, прежде чем тихо ответить: - Я не люблю видеть, как людям причиняют боль, и делать вид, что это не имеет значения. У Денниса сдавило грудь, хотя он не мог объяснить, почему. - Этого недостаточно для мотива, - тихо сказал Деннис, не задумываясь. - Нет, - согласился Майкл, - недостаточно. Прежде чем Деннис успел ответить, над головой раздался сигнал тревоги о травме. Отделение мгновенно преобразилось. Медсестры разбежались в разные стороны, а через двери влетела носилки. Лэнгдон появился снова, уже надев перчатки, а Дана кричала, что нужна еще кровь. Майкл двинулся, еще не дослушав объявление до конца. Он натягивал перчатки, поворачиваясь, а затем остановился на мгновение, чтобы оглянуться на Денниса через плечо. - Тебе лучше уйти, - сказал он. - Почему? Выражение лица Майкла было нечитаемым. - Чем дольше ты находишься рядом со мной, детектив, тем менее объективным ты кажешься. - Затем он исчез в одной из травматологических палат. Деннис на секунду застыл у рабочего стола, пульс бился сильнее, чем следовало бы. Он хотел убедить себя, что Майкл манипулирует им. Вероятно, так и было. Хуже всего было то, что Деннис не был уверен, делает ли манипуляция Майкла менее честным. В тот вечер Деннис сидел в своей квартире с материалами дела, разложенными на кухонном столе, а голос Майкла застрял у него под кожей, как заноза. Снаружи ветер прижимал холодный дождь к окнам. Радиатор в его квартире щелкал и шипел, так и не согрев помещение до конца. Галстук уже давно был брошен на спинку стула, а значок лежал рядом с пустой упаковкой из-под еды на вынос. Рядом с ним - три страницы заметок, написанных все более неразборчивым почерком. Он снова обвел имя Майкла. Затем уставился на него, пока чернила не начали размываться. Ему нужны были доказательства. - Уитакер. - Детектив. Это был Майкл. Деннис, сам того не замечая, выпрямился. - Почему ты мне звонишь? - Ты просил меня рассказать тебе что-нибудь правдивое, помнишь? Деннис промолчал. - Я кое-что придумал. Дождь стал сильнее стучать по окну. - Что это? - спросил Деннис, когда Майкл не стал продолжать. На этот раз голос Майкла прозвучал тише, лишившись того непринужденного сарказма, которым он в больнице облекался, словно доспехами. "Если ты будешь продолжать копаться в этом, - сказал он, - в конце концов ты найдешь что-то, о чем потом пожалеешь". Деннис крепче сжал трубку. "Это угроза?" "Нет, - ответил он немедленно и уверенно, - это забота". Деннис с недоверием выдохнул. "Ты меня едва знаешь. Почему ты должен беспокоиться?" "Я знаю достаточно" Не успев сдержаться, Деннис спросил: "Что это значит?" На мгновение он слышал только дыхание Майкла на другом конце провода - медленное и ровное. Когда Майкл ответил, его голос стал таким низким, что у Денниса сжалось сердце. "Это значит, - сказал он, - что, по-моему, ты до сих пор веришь, что плохие вещи можно вытаскивать на свет, когда в этом нет необходимости". Деннис не ответил, и Майкл продолжил: "Думаю, если ты не будешь осторожен, эта вера принесет тебе боль". Наступившая тишина не была пустой; она была плотно наполнена всем тем, что Деннис не знал, как выразить. Наконец он вымолвил: "Ты сам себя выставляешь в плохом свете". Из трубки донесся слабый звук - смех, возможно, или что-то похожее на него. "Я знаю", - после чего связь прервалась. Деннис уставился на телефон в своей руке. На столе перед ним с зернистых печатных фотографий смотрели на него три пропавших без вести человека. Дождь все сильнее барабанил по окнам, а где-то в другом конце города Майкл Робинавич либо предупреждал его о существовании чудовища, либо признавался, как только мог, что он сам и есть это чудовище.